Живые камни. Золотая пыль

– Откуда мне это знать, – буркнула Ада, отодвигая пустую тарелку. – Я ими раньше не пользовалась.

– Надо же! – Вета повела рукой, и тарелка исчезла. – Наверняка, когда ты пройдёшь Ритуал, то станешь сильной меморианкой. Твоя энергия бьёт ключом. Хотя, может, это из-за того, что ты столько её не растрачивала.

– Не знаю, – Ада поморщилась. – Но, кажется, начинаю понимать, что происходит. Я обязательно со всем разберусь. Просто…

– Ты хочешь найти свою маму и узнать, что случилось? – Тихо спросила Вета.

– Как ты это поняла? – Ахнула Ада. – Что, мысли читаешь?

– Просто это понятно из твоего рассказа. Но сначала тебе нужно позаботиться о себе. И не рассказывай о своём сне никому, хорошо? Кровь была плохим знаком. Пусть это будет тайной.

– Плохим знаком? – У Ады внутри всё панически зашевелилось. – То есть, то, что я была той девочкой, Розой, может означать что-то плохое?

– Я этого не сказала. Не переживай, просто люди нехорошо реагируют на такие знаки, – Вета достала из шкафчика маленький бело-розовый кубик рубика. – Спорим, такого у вас на Земле нет!

– На Земле такое в каждом киоске продают, – фыркнула Ада.

– Это не совсем то, о чём ты думаешь, – Вета протянула Аде кубик. Он был маленький, раза в три меньше обычного, и там смешались только два цвета – нежно-розовый и белый. – А теперь покати его по столу. Не бойся. Ты ведь хочешь посмотреть на магию.

У Ады от возбуждения даже пальцы начали покалывать. Она прицелилась и запустила кубик на середину стола. Он легко покатился, и…

– Супер! – Вырвалось у Ады. – Глазам своим не верю!

Вместо кубика рубика на столе появился розово-белый сервиз из трёх чашек, сахарницы, заварника и кувшинчика со сливками. Ада потрогала ближайшую чашку пальцем. Настоящая!

– Как ты это сделала? – У Ады тут же загорелись глаза. – Научи меня!

– Это сервизы. Очень удобная вещь, – Вета постучала перстнем по двум чашкам, и они наполнились кипятком. – Их делают на заводе леди Леоновой. На этом заводе вообще много чего делают. Так вот, соединяют два воспоминания – изготовленный сервиз и кубик. И дают спусковой механизм. У меня, например, нужно прокатить кубик по земле. Такая вещь удобна в походах, да и в шкафу места много не занимает – идеально.

– Идеально, – согласилась Ада.

– Прости, у нас сейчас нет заварки – шмыгики погрызли. Ты не против чаинок?

– Чаинок? – Ада подняла брови. – И кто такие шмыгики? Мыши?

– Да так, маленькие противные клубочки из пыли и паутины, которые обожают все сухое и пахучее. Мышки по сравнению с ними милашки, – заулыбалась Вета. – Чаинки, я вижу, ты тоже ещё не встречала.

– Надеюсь, эти чаинки не из пыли, как шмыгики? – Ада с беспокойством наблюдала, как Вета роется в своей сумочке.

– Это спрессованный чай, – пояснила Вета и наконец достала горсточку маленьких коричневых шариков. – Брось себе парочку.

Ада послушно бросила чаинки себе в чашку. И вода вмиг окрасилась в золотистый цвет. От чашки потянулся приятный аромат. Вета навела чая и себе, и затем, обхватив руками чашку, уставилась на Аду.

– Пока у нас есть ещё немножко времени, расскажи, что в последний год произошло на Земле.

Ада отпила чая, который мгновенно согрел и тело, и душу. И девочка принялась рассказывать обо всем, что ей запомнилось.

***

Дворецкий не то чтобы был строгим, но пререкания в соседней, чаевой зале, ему порядком поднадоели. Этот дворецкий был высоким и худым. На мужественном лице сидел тонкий нос и вежливая улыбка, и на затылке был завязан русый хвост черной лентой. Этот дворецкий служил в доме Леоновых уже тридцать лет, и ещё ни разу за всё это время встреча леди Леоновой и Лоры Мельниковой не заканчивалась хорошо. В прошлый раз дамы набили столько посуды, что ему пришлось до позднего вчера всё собирать и чинить. Именно поэтому дворецкий решил на всякий случай заглянуть в чаевую.

Леди Леонова и Лора Мельникова стояли друг напротив друга, и их лица побагровели. На диване рядом сидела, полностью расслабившись, розовощёкая женщина в бирюзовом спортивном костюме и с рыжей простой косой. Дворецкий знал эту женщину – Лидия, самая адекватная во всём Совете. Они нередко разговаривали с ней. Дворецкий всегда завидовал такой выдержке Лидии и её способности всегда держать себя в руках.

– Мне без разницы, скольких судей ты подкупила! – Ледяным голосом прогрохотала Лора Мельникова. – Твоя девчушка подождёт это ложное признание, у нас есть дела поважнее!

– Твоя племянница, конечно, – фыркнула леди Леонова. – Пусть Образы подождут, пусть подождёт Истощение, нужно проверить, почему твоей землянке приснился страшный сон!

– Мы обе прекрасно понимаем, что это не просто сон. Она пробралась в воспоминания Иноземии! Нужно срочно провести Ритуал, чтобы она смогла стать Хранительницей и нашла Образ!

– Так вот оно что! – У леди Леоновой бордовые пряди на голове зашевелились. – Ты решила вернуть ушедшую славу своей семейки! С помощью племянницы на этот раз!

– Дамы, – кашлянул дворецкий.

– Ты прав, Антоний, – кивнула ему Лидия и поднялась с кресла. – Лора! Арма! У меня есть кое-какие новости.

– Какие? – Лора Мельникова повернулась к ней. – Что-то случилось?

– Пожалуй, случилось, – кивнула Лидия. – Со мной только что связалась Вета, сказала, у неё в комнате девочка, которой нужно помочь. А несколько минут назад меня известили о том, что кто-то незарегистрированный пробрался через портал в Иноземию. Есть идеи?

– Ада! – Выдохнула Лора Мельникова.

– Так твоя племянница ещё и преступница, – презрительно скривилась леди Леонова. – Передай ей, что тот, кто суёт нос куда не следует, остаётся не только без носа, но и без головы.

Глаза Лоры Мельниковой коротко и яростно блеснули. Она вязла Лидию за руки, и их поглотила золотая пыль. В особняке наступила звенящая тишина. Леди Леонова откинула со лба волосы и коснулась руками висков.

– У меня болит голова. Антоний, передай Регине, чтобы она меня не беспокоила.

Дворецкий поклонился, и леди Леонова стремительно вышла из чаевой. Антоний не спеша вернул сервиз на место, вытер стол и поправил подушки на диване. Сзади раздались цокающие шажки, и к нему подошла девочка со смазливым личиком и тяжёлыми кудрями.

– Что здесь случилось? Сегодня выходной. Кто ещё к нам приходил?

– Мельникова и глава Комитета Незабудки, юная леди, – ответил Антоний, убирая платок, которым вытирал блестящую поверхность огромного стола. – Не волнуйтесь, ничего, касающегося вас, не было.

– Снова носишься со мной как с ребёнком, – Регина злобно поджала пухлые губки. – Ну, погодите. Я покажу маме, на что я способна! Не притворяйся заботливым болваном, Антоний! Я на высшем ярусе, я слышала, о чём они спорили. Мельникова хотела продвинуть какую-то свою племянницу. Откуда у неё могла появиться племянница? Скорее всего, просто хочет, чтобы мы с мамой опять остались в тени.

– Не наломайте дров, юная леди, – посоветовал дворецкий. – Мне же потом отвечать за то, что вы снова убежали.

– Не бойся за себя, Антоний, – Регина задрала носик. – Я не собираюсь ждать, пока судьи решат, Видящая я или нет. Я уже знаю, где находится знак Образа Воды.

– Образа? – Дворецкий выпрямился в полный рост и повернулся к девочке. – Вы собираетесь сейчас за ним?

– Ты совершенно прав, заботливый болван. Я сейчас полечу на Сапфировое озеро. Если меня долго не будет, скажи маме, где я.

– Хорошо, юная леди, – поклонился дворецкий. – Будьте осторожны.

– Не сомневайся, – презрительно хмыкнула Регина. – У меня есть голова на плечах, я и не собираюсь рисковать своей жизнью.

Девочка вышла из особняка, бесшумно закрыв дверь, и дворецкий покачал ей вслед головой. Да, семейство ему досталось импульсивное, ничего не скажешь.

***

Зазвенел колокольчик – Ада даже подпрыгнула от неожиданности. Вета решительно встала и, дотронувшись до очков, замерла.

– Что это? – Ада не на шутку взволновалась. – На нас напали?

– Кто на нас нападёт? – Махнула рукой Вета. – Это мама вернулась. Сейчас к нам войдёт.

– А как ты…

Дверь распахнулась, и в неё буквально влетела румяная женщина в спортивном костюме, а за ней – тётя с самым своим грозным видом. Ада в этот момент хотела лишь одного – слиться с креслом, в котором сидела. Крёстная подошла к ней и упёрла руки в боки.

– Ну что, доигралась, путешественница?

Ада поёжилась – так грозно голос тёти ещё не звучал. Она беспомощно перевела взгляд на вторую женщину, судя по всему, маму Веты. Та ей ободряюще улыбнулась.

– Не бойся ничего, Ада. Просто твоя тётя слегка переволновалась.

– Переволновалась?! – Крёстная так приложила кулаком по столу, что чашки подпрыгнули, и Вета поспешно отодвинула их подальше. – Кому я сказала не высовываться из дома?! Тебе неприятностей мало?!

– Я просто подумала…

– Нет, ты как раз не думала. Кто сломя голову суётся в порталы! Непрошедшая девчушка вроде тебя могла там навсегда застрять!

– Но я же не знала, что это опасно, – пошла на попятную Ада.

– Даже если не знала, неужели ты не могла догадаться, что сломя голову соваться в огромную страшную штуковину не следует!

– Но она выглядела не страшно! И я уже видела раньше, как люди заходили в порталы и потом были живы-здоровы! – Запротестовала Ада. – И я тоже меморианка, почему мне нельзя?

– Поговорим дома. Обувайся.

– Нет! – Ада вскочила и сжала кулаки. – Мне надоело ждать! Вы всё время обещаете, что всё расскажете, а в ответ я получаю тишину и обещания, что всё будет хорошо!

– Ада, – вмешалась в разговор женщина в спортивном костюме. – Твоя тётя – единственный твой родственник. Ты должна ей доверять. Она о тебе беспокоится, и даже решила провести для тебя Ритуал, чтобы ты стала настоящей меморианкой.

– Правда? – Ада ошарашенно повернулась к тёте. Та кивнула. На лице девочки невольно расползлась улыбка. – Значит, я смогу колдовать!

– Да, но с Ритуалом придётся немного подождать, – отметила мама Веты. Голос у неё был очень приятный и успокаивающий. – Сейчас судьи, отвечающие за Ритуал, проводят испытания для детей, которые могут Видеть. У нас в Иноземии сейчас не спокойно.

– Хорошо, – сдалась Ада и обула прожжённые ботинки. – Вета, спасибо за приют.

– Обращайся, – Вета порывисто обняла Аду. – Когда снова будешь в Старграде, заходи ко мне.

– Обязательно. Пока!

– Пока, – улыбнулась Вета. – Счастливого пути.

Тётя взяла Аду за руку, и их окутал золотистый вихрь. Когда он рассеялся, перед путешественницами появилась гостиная в доме крёстной. Ада поспешно попятилась и отошла за диван. Тётя отряхнула с плеч засидевшиеся золотые пылинки. В её бледно-изумрудных глазах пылали огоньки.

– Допрыгалась, – вынесла она вердикт.

– Простите, – Ада для приличия склонила голову. – Я не знала, что всё так обернётся. Вы узнали про мой сон?

– Мне пришлось поговорить с Файроном, – тётя сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Он самый главный в Иноземии, что-то вроде короля. И на нашу беду, ты его очень заинтересовала. Лично я не хочу проводить для тебя Ритуал в такое неспокойное время. Нам лучше подождать, пока Иноземия будет спасена и тебе ничего не будет угрожать.

– Чем же я его заинтересовала? Тем, что видела сон? Так что это всё означало?

– Ты побывала в воспоминаниях Иноземии и видела то, что видеть не положено. Постарайся больше никому об этом не говорить, поняла? Только три человека знают про этот сон – я, ты и Файрон.

Ада вдруг почувствовала, как на щеках разгорается огонь. А как же Вета? Ада ведь всё рассказала ей! Что, если Вета – враг? Или всё расскажет маме и понесётся… Видимо, мысли отразились на лице девочки.

– Ты ведь никому не рассказывала об этом?

– Нет, конечно! Да и кто поверит.

Ада знала, что соврала, и почему-то в душе бушевала гроза сомнений. Девочка тряхнула головой, отгоняя плохие мысли. Тётя знаком позвала её за собой. Они вошли в кабинет крёстной, в который она просила Аду не совать нос. Обычный кабинет. В глаза бросалась только огромная картина над столом.

Вдруг кольнуло сердце. Ада подняла голову на эту картину. На ней был изображён в полный рост статный, крепкий мужчина лет тридцати, с пшеничными волосами, пронзительным изумрудным взглядом. На нём была меморианская одежда, в правой руке – золотая роза, а в левой – яблоко. За спиной у него были два огромных орлиных крыла. Выглядел он очень воинственно и напоминал Аде кого-то. Вот только кого?

– Ты уже поняла, кто это? – Тихо спросила тётя, и в её голосе уже не было раздражённости и холода.

– Нет, – Ада помотала головой, вглядываясь в мужественное лицо. – Кто?

– Мой брат, – ответила тётя.

Сердце Ады гулко заколотилось. Она, не в силах хоть что-то сказать, смотрела на огромный портрет. Если это брат тёти, то это… её папа. Девочка теперь узнала такие же, как и неё, глаза цвета свежей зелени, улыбку слегка набок, маленькие уши, горящий взгляд…

– Это мой папа, да? – Голос куда-то пропал, и слова Ады были едва слышны. – Где он сейчас?

– Погиб.

Ада плотно сжала губы. Значит, вот что имела ввиду мама Веты, когда говорила, что тётя – её единственный родственник. Кто её мама, никто не знает, а отец погиб…

– Он был в Высшем Совете Иноземии, – сказала крёстная, зябко обхватив свои плечи. – Великий мемориан. Смелый, отчаянный и весёлый. Пожалуй, свой боевой характер ты унаследовала от него. Он тоже любил прыгать с головой в омут прежде, чем станет известно, где у него дно. Он погиб, преследуя Виллайна.

– Виллайна? – Переспросила Ада. – Имя какое-то странное.

– Ты хорошо знаешь английский? – Уточнила тётя. – По иронии судьбы, мальчика нарекли именем, которое гласит «злодей». Вот он и решил ему соответствовать. Виллайн втёрся в доверие иноземцев и даже вошёл в Совет. А потом, устроив беспорядки, пытался бежать. Мой брат отправился за ним и принял бой. Это было самое громкое сражение двух меморианов…

– И папа проиграл? – Осторожно спросила Ада.

– Нет, – покачала головой тётя. – Но и не выиграл. Они одновременно поразили друг друга в сердце. Моего брата тут же посмертно признали героем, извинились, что осуждали его за то, что он полгода провёл на Земле, решив отречься от магии.

– Отречься от магии? Почему?

– Говорили, он сбежал туда с возлюбленной. Но, услышав о том, что происходит в Иноземии, он вернулся. Вот дурак, – вырвалось у тёти. – Ему сто раз твердили не лезть на рожон. Если бы он не принял бой, этого Виллайна нашли бы парой дней позже, не велика беда.

– Выходит, – Ада протянула руку и дотронулась до портрета. – Он погиб ещё до моего рождения?

– Скорее всего так и есть, – согласилась крёстная. – Этот портрет сделали незадолго до его смерти. Яблоко и золотая роза. Символ жизни и семьи и символ магии. Я тогда рассмеялась, что он выставил себя в таком свете. А он сказал, что эта картина послужит хорошим воспоминанием.

Ада сглотнула комок в горле. Вот как получается – мама бросила её, оставив со своим воспоминанием, а папа погиб, был героем этой Иноземии. А она думала все эти годы, что это папа оставил их с мамой одних. Так или иначе выходит, она почти что сирота, не считая крёстной. Девочка прислонилась лбом к картине и опустила голову.

– На твоём месте я бы подышала свежим воздухом. К тому же, Артём из соседнего дома уже давненько сидит на заборе.

Ада кивнула и молча вышла из дома. Артём, едва завидев её, спрыгнул с забора и подбежал к воротам. Девочка вышла к нему и тут же попала в неловкие и осторожные объятия.

– С тобой всё в порядке! – Возликовал Артём. – Ты была в городе? Что ты узнала?

– Следов меня там нет, – Ада отвела глаза, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и она расплачется. – И мамы тоже. А ещё я побывала в Иноземии, переместилась туда через цветок-портал. Мне скоро проведут Ритуал, а тётя объяснила мне, кто я.

– Что-что? – Артём непонимающе нахмурился. – Поподробнее расскажи.

– Я не Самородок, как ты говорил, – отозвалась Ада. – Мой отец был меморианом, героем Иноземии.

– Героем Иноземии? – Длинные ресницы мальчика заморгали. – Но кто это?

– Ну…, – Ада покраснела – ей стало стыдно, что она даже не спросила папиного имени. Но тут в голове мелькнула мысль: так ведь у неё есть отчество! – Андрей Мельников кажется.

Лицо Артёма сначала смертельно побледнело, а затем щёки вспыхнули ярким румянцем. Видимо, на мальчика слова Ады произвели огромное впечатление. Девочка постаралась ему улыбнуться.

– Ты его знаешь?

– Знаю?! Да про него есть книги, а его имя упоминается в половине учебниках по самозащите! – Артём от восторга начал мелко подпрыгивать на месте. – Ты – дочка известнейшего мемориана этого столетия!

– Какая разница, – пожала плечами Ада, хотя слова Артёма приятно согрели сердце. – Он погиб, мама тоже исчезла. Теперь не важно, кем был папа.

– Как раз важно! – Артём схватил Аду за руки и радостно закружил. – Теперь тебе обязательно проведут Ритуал! И ты станешь меморианкой и сможешь постоять за себя!

– Ада!

Артём отпустил Аду. У девочки даже голова закружилась. Её звала крёстная. На ней был фартук и выглядела она снова не на шутку встревоженной.

– Ада! Живо в дом, есть разговор.

– Иду! – Крикнула Ада и повернулась к Артёму. – Я потом всё расскажу. До встречи.

– До встречи, – кивнул Артём.

Ада побежала к крёстной. Та сразу же затащила племянницу в дом и закрыла двери. Девочка поняла, что случилось что-то как минимум нехорошее.

– Сейчас здесь появится половина Совета. Насчёт тебя. Так что ради себя же – сиди в комнате всё это время и не высовывай носа в коридор, хорошо?

– А если я захочу в туалет? – Попыталась найти лазейку Ада.

– В моём кабинете соберутся те люди, которые стоят у власти всей Иноземии. Ты будешь сидеть тихо и никому об этом не расскажешь. Ты поняла?

– Конечно, – буркнула Ада и поплелась на второй этаж.

Но, едва заметив, что тётя вошла в оранжерею, девочка проскользнула в кабинет. Нужно не упустить шанс и всё подслушать. Ада проверил шкафы. Все забиты книгами и папками. Девочка панически огляделась. Гардеробный шкаф! Ада заглянула внутрь – здесь только два жакета, можно вполне разместиться. Воспоминания о последнем сидении в шкафу были не из лучших, но более удобного и безопасного места для подслушивания не найдёшь. Ада забралась внутрь, поджав колени под подбородок, нервно поправила фотоаппарат на шее и стала ждать.

Скоро дверь в кабинет действительно раскрылась, и в неё вошёл важный мужчина с поседевшей бородкой и в короне, Рита, которая когда-то стучала ночью в квартиру Ады, снова тот мужичок во фраке и с тонкими усиками и сама крёстная, успевшая навести марафет. Все расселись на креслах, которых, насколько помнила девочка, не было, когда она садилась в шкаф.

– Итак, леди Мельникова, – бородатый человек с короной сцепил руки в замок и улыбнулся. – Начнём с хороших новостей?

– Безусловно, – кивнула Рита, кидая цепкий взгляд на тётю. – Мои поздравления, Лора, твой род не закончится на одинокой цветочнице.

У тёти дёрнулась бровь, но она промолчала. Рита сузила глаза. Все замолчали, и в воздухе появилось напряжение – его чувствовала даже притаившаяся в шкафу Ада.

– Я бы чего-нибудь выпил, – вдруг бодро отозвался бородач.

– Чая? – Предложила тётя, приподнимаясь с кресла.

– Сказывается твоё проживание в Волеграде, дорогая, – улыбнулся в усы бородач и небрежно взмахнул рукой – перед всеми зависли высокие стаканы с золотистой жидкостью. – А ведь лимонадом славен сладкий стол Иноземии.

– Благодарю, – Крёстная вслед за остальными приняла стакан и сделала глоток. – Но мы ведь будем говорить не о лимонаде, а о моей племяннице. Её зовут Ставридова Ада Андреевна. Она жила в землянском городе с Воспоминанием, которое ей оставила якобы мать. Вы смогли что-нибудь узнать о том, кто её мать?

– Ставридовых среди меморианок нет, – отозвалась Рита. – И я не удивлена. У нас вообще нет записей о том, что кто-то легально жил на Земле с ребёнком. То есть, есть, но Ады среди детей нет.

– Выходит, её мать замела следы, – сказала крёстная. – Но почему? После того, что совершил мой брат, ей ничего бы не угрожало. Зачем она бросила своего ребёнка на Земле?

– Важно то, что будет с ней теперь, – произнёс бородач.

– Я предлагаю провести для неё Ритуал, когда всё, что касается Образов, уляжется. Сейчас Судьи заняты Видящими. Желающих конца не видать. Так Высший совет держит всё в секрете?

– Разрешите войти!

Дверь снова открылась, и в неё проскользнула девушка в шёлковом платье с тяжёлым поясом. Волосы светлыми волнами струились по спине. Ада помнила её с прошлого подслушанного разговора – у неё был чудесный звонкий голос.

– О! Камелия, – бородач привстал, кланяясь девушке. – Тебя не было во дворце, я думал, ты не придёшь.

– Есть плохие новости, – кукольное личико Камелии омрачилось. – Дочь Леоновой, Регина, сбежала сегодня утром. Её разыскивают все Наблюдатели Старграда, но у этой девочки высокий ярус, ей хватит ума не оставить следов.

– Да, день ото дня, новости всё лучше, – подал голос мужчина во фраке, который до этого жадно пил лимонад. – Но ведь и так понятно, почему убежала эта девчушка.

Все головы повернулись к нему. Ада сцепила зубы – ноги снова начали неметь. Пока из всего разговора меморианов она уловила лишь то, что её маму так и не нашли, и Ритуал для неё всё ещё планируют провести. Девочка едва заметно хрустнула шеей, чтобы размяться.

– Ну, – мужчина стушевался и даже покраснел от всеобщего внимания. – Она ведь одна из сильнейших учеников Школы, а заодно наверняка в курсе событий и поисков Образов. Тот, кто станет Хранителем Образа, обретёт вечную славу и необычную судьбу. Что, если такая способная девчушка что-то узнала о том, где Образ и направилась туда его искать? У неё уже видели таланты Видящей. Так что… Может, она не сбежала, а отправилась за Образом?

– Мне нужно удалиться, – Рита подскочила и тут же исчезла в золотистом вихре.

– Замечательно! Виктор, я верил в тебя с самого начала, – бородач выглядел крайне довольным. – Камелия, присаживайся. Нам предстоит вернуться к теме о нашей маленькой меморианке, самовольно путешествующей по планетам.

– Нельзя для неё сейчас проводить Ритуал, – сказала Камелия. – Она дочь самого Андрея. Она может унаследовать его силу. И, если она поймёт, какая магия у неё внутри, она тоже захочет искать Образы.

– Не волнуйся, Хранителям ничего не угрожает, – заверил её бородач. – Но в любом случае пока Ритуал мы провести не сможем – все слишком заняты, да и время неспокойное – вчера пропал кусок виноградников на севере. Наша планета рушится.

– Значит, она пока поживёт у меня. Я оформлю её в Иноземии и потихоньку расскажу, что к чему. Она смышлёная и способная девочка, – ответила крёстная, допивая лимонад.

– О да, очень смышлёная, – покивал бородач, и Ада могла поклясться, что его взгляд остановился на платяном шкафу. – Настолько смышлёная, что решила не дожидаться рассказала из вторых уст, а всё послушать сама. Выйди, Ада, мы с тобой познакомимся.

У девочки по спине пробежал холодок. Эти люди – меморианы. Колдуны. Значит, могут превратить её в жабу, если что-то не понравится. А она подслушивала их! Ада панически огляделась, но в шкафу путей отхода не нашлось.

Вдруг дверцы сами по себе распахнулись. И Ада, в своём скрюченном положении, предстала перед меморианами. Крёстная фонтаном выплюнула лимонад, Виктор вскочил с кресла, лишь бородач и Камелия оставались спокойны, хотя их взгляды выражали не дюжий интерес. Ада, чувствуя дрожь в коленках, вылезла из шкафа и подошла к ближайшему креслу – креслу крёстной. «Замечательно, – пронеслось в голове, – Я подставила тётю второй раз за один день».

– Ада Ставридова, – произнёс бородач, не переставая улыбаться. – Добро пожаловать в наш мир.