- -
- 100%
- +
– Мы вылетим, как только приплывут ундины! – громко сказал мой алый дракон.
– Хранитель отказывается помочь? – напрягся грифон. Я украдкой любовалась его гордым, узким, хищным лицом, – Зачем вам ундины?
Мы помолчали, Аури обдумывал, с чего начать. Я кивнула, чтобы он выложил всё, как есть. Зачем обманывать? Мой дракон смерил меня долгим, пристальным взглядом и едва заметно кивнул на грифону. Та сидела прямо, взгляд опущен, поза гордая, но… покорная? У них власть мужчин? Наг и Аури хмыкнули. Всё ясно: в мире было лишь одно место, где властвовали женщины – Дроувнари. И сейчас там тоже власть мужчин. Я вырвала руки у них и скрестила их на груди. Даже отвернулась и стала лениво помахивать ногой, будто мне всё равно.
– Что это значит? – не утерпел золотой. Его глаза налились злобой, появились алые искры. Я выгнула бровь, показав Аури, что предоставляю ему право выкрутиться из ситуации самому, раз он решил забрать у меня власть.
– Нам нужны не ундины, а остров в Океане Душ. Он неподалёку от Грота Наяд, – сказал Аури. Голос его был раздражён.
– Вот как, – Каор умолк, но его глаза внимательно следили за нами, – И когда вы ожидаете их?
– Со дня на день, – сказал Донат, – Как только придут ундины, Хранительница, – грифон выделил это слово так, что сомнений у его сородича не осталось, – Постарается вам помочь.
– Хранительница?! – крик души практически. Золотые волосы взметнулись вихрем, когда грифон подскочил ко мне. Я даже дёрнулась от неожиданности, – Ты обманул меня, дракон!
Аури на эти обвинения только сверкнул глазами и тоже встал, закрывая меня. Теперь эти двое царственных мужчин были готовы сцепиться прямо здесь.
– Аури! – не вытерпела я. Дракон обернулся, обжёг злостью. Я встала, выпустила крылья. Муж понял, что дело плохо, и с покорным поклоном, и не утихающим упрямством в глазах, отошёл в сторону, – Никто не обманывал вас, Каор. Вы сами обратились к моему супругу, как к Хранителю. Я так понимаю, в вашем клане принято иметь дело лишь с мужчинами?
– Правильно понимаете! – высокомерно заявил грифон. Донат издал издевательский смешок, чем разозлил золотого до крайности, – Вы все знали? – глава отвёл взгляд, моряк наконец доламал табурет и упал на пушистый ковёр, наг шипел от удовольствия, не переставая, Риэн стоял за моим плёчом, готовясь защищать меня. Милый! Я сильнее всех в мире, но ваша преданность делает меня лишь слабой женщиной, что невыразимо приятно.
– Успокойтесь, Каор, – примирительно вытянула я руку к нему. Тот скользнул глазами по моим брачным браслетам и скривился от гнева. Да уж, хотела как лучше, а вышло… что вышло, – Давайте вы, Донат. Похоже, наши гости не способны вести со мною диалог.
Чёрный грифон вышел из-за стола главы, приволок себе кресло из угла, сел, нагло уставившись на соперника.
– Начну с того, что Хранительница Эризель спасла наш мир, – грифоны сцепились взглядами. Девушка же, сестра Каора, встрепенулась, услышав это, – Она и её Богиня Жизни уничтожили Воплощённого – тёмного Бога, которого вызвали на Миитану отступники из дроу и демонов. Её сила неоспорима, как и её заслуги перед всеми нами. Поэтому ваш отказ говорить с нею выглядит по меньшей мере оскорбительно, – я не ожидала такой защиты от спесивого оборотня. Но вероятность того, что он вдруг зауважал меня, слишком мала. Скорее это простое желание утереть нос золотому. Что они не поделили? Если верить Аури, то этих редких оборотней не видели уже очень давно. Так что или кого они не поделили? И когда успели?
– Я… прошу прощения за свою резкость, – смирил свой гнев золотой. Меж тем, меня совсем не растрогала его показная доброта, я столь же высокомерно кивнула, что принимаю его извинения и села обратно на диван. И отвернулась к Шасси. Он гладил мои волосы, щекотал своим змеиным языком шею, вызывая смех. Грифон захрустел кулаками, злобно стиснутыми от моего пренебрежения. Ему вторил гневный хруст от Доната, – Так кто-нибудь скажет нам, стоит ли рассчитывать на вашу помощь?
Все ждали моего ответа. Я не торопилась. Сначала я дождалась извиняющих действий от Аури, его восхищённого шёпота, что он мой целиком и полностью. С удовольствием впитала в себя шок и удивление обоих грифонов от такого поведения моих мужей, и только потом кивнула Каору на кресло, предлагая продолжить беседу в прежней мирной обстановке. Сел, но теперь уже не так расслабленно. Глаза так и жалят, так и пронзают меня. Не выдержала и глянула на него из-под ресниц, лукаво улыбнулась, прилегла на колени нага, от чего лиф платья сполз вниз. Готов. Глаза оборотня жадно оглядели меня, но он тут же гневно отвернулся. Внутри плескался азарт, я едва усмирила сердцебиение.
– Начну с того, что эта пара, – начала я, – Дэлаш и Сайфен, они из нашей Академии. Преподавали тёмную магию до памятных событий с Воплощённым и тёмными магами. Дэлаш ухаживал за мной, а после Бала Познания стал моим супругом. Всё произошло неожиданно: напиток дроу, снесший все преграды, а также моё благоразумие, его клятвы. Моя личная жизнь вас не касается, так что скажу лишь, что после того, как он выявил дурной нрав и предал меня с этой своей… соплеменницей, я разорвала наш союз. Так что, явившись к вам, Дэлаш был уже не связан со мною. Я не в ответе за его действия. Да, я виновата, – я встала и подошла к окну. Вдохнула свежий воздух, пытаясь успокоиться.
Сзади стал Аури, обнял и прижал к себе. Я выдохнула и прижалась к нему – простила его тут же.
– В чём же вы виноваты? – как всегда, отличившись отсутствием такта, спросил Донат.
– В том, что освободила мужчин Дроувнари от ига их женщин. И дала власть Дэлашу, как сыну Верховной жрицы и моему первому супругу. Но я ещё скажу своё слово! Пора ограничить власть там, иначе это может повториться ещё и ещё. Я обещаю вам: как только придут ундины, мы тут же полетим с вами в горы! Я сделаю всё, чтобы освободить ваших родичей… и покарать виновных.
Не стала дожидаться благодарностей или возражений и просьб лететь тут же – просто сбежала. Прошла к пристани. Села на мостки, подальше от кораблей. Рядом подрагивала на волнах небольшая лодочка, такая изящная, словно предназначена она была не для ловли рыбы, а для романтических свиданий. Море было чудесным – спокойным, лазурным. Запах его, свежесть и свобода примирили меня с тем, что мой бывший теперь уже муж стал самым настоящим преступником. Что заставило его так поступить? Сайфен? Это её влияние, или он сам и был таким? Рядом опустился наг, потом и Риэн тоже. Аури укрыл меня тёплой шерстяной шалью и поцеловал в макушку. Все в сборе.
– Прости, – покаялся дракон, – Я знал, что грифон не станет говорить с тобой и разозлится.
– Но он говорил. Потом, когда узнал, что я – Хранитель, – сказала я. В голосе всё ещё слышалась обида.
– Не обращай внимания, з-смейка! Наш дракон хотел немного поважничать, – рассмеялся наг, разрядив обстановку.
– Нужно связаться с Лассером, Эри. Расскажи ему о Дэлаше! Он может прийти в Академию, – с тревогой предложил Риэн.
– Идём скорее! – я встала и потащила их в гостиницу. Тревога разрасталась всё больше. Я так боялась, что он заберёт Даланию! Мне сейчас никак нельзя оторваться от нашей основной цели!
О том, что грифоны поселились в той же гостинице, мы узнали, когда врезались в Каора на лестнице. Ну ладно, я врезалась, потому что бежала впереди всех. Грифон даже не пошатнулся, а вот я стала заваливаться назад. И если бы не его сильные руки, враз сомкнувшиеся на моей талии, быть бы мне тем самым снежным комом, что летит с горы! Миг мы вслушивались в оглушительный стук моего сердца, я, тяжело дыша, смотрела в чёрные глаза. А грифон лишь дёрнул углом рта и отставил меня в бок. И спокойно стал спускаться вниз.
– Ты чего? – спросил наг, когда поравнялся со мной.
– Ничего, – едва слышно отозвалась я и взбежала вверх по ступенькам.
Зеркало отразило усталого, с тёмными кругами под глазами Лассера. Я помимо воли улыбнулась, в душе плеснулась нежность и тоска по его рукам. Поймала ответную тоску в его глазах и губами прошептала, что люблю его. Позади меня тут же стали дракон, наг и эльф. Все наперебой приветствовали Ласси, в лицах, очень эмоционально рассказывали о том, что произошло. Мы молчали. Я, потому что вглядывалась в лицо мужа, гадая, как он там без меня. А Лассер внимательно слушал и сразу же стал задавать вопросы по существу. Обожаю его! За его ум, за собранность и ту незыблемую твёрдость, которая стала моей опорой.
– Значит, нужно выставить охрану в детской? – спросил он.
– Достаточно просто попросить саму Академию, милый, – уточнила я, улыбаясь его серьёзности, – Она живая, она будет знать, что делать.
– Хорошо. Значит, ундин вы ещё не видели, – констатировал муж, – Эти грифоны… Вы уверены, что они говорят правду, а не хотят заманить вас в ловушку?
Мы разом застыли. Никто из нас не подумал о таком! Я обласкала моего умного мужа взглядом, наг смущённо прошипел что-то о красоте золотых волос и перьев. Не поняла? Кто-то на что-то намекает? Аури гневно молчал. Сговорились что ли?
– Мы не знаем, правда ли это. Но зачем им нам врать? Они не выходили из своего Гнезда четыре с лишним сотни лет, а тут вдруг прилетели ради чего? Ради пары дроу? Что они могли им пообещать? У Дэлаша есть власть в его Пещерах, но её так же можно отнять, – рассуждал мой дракон.
– Пока логично, – согласился Лассер, – Но это могут быть и происки тёмных. Грифоны сказали, что на их семью и сородичей навели тёмные чары? Тогда их могут просто шантажом заставить привести тебя.
– Расскажи ему, Аури! Расскажи моему любимому супругу-ректору, как ты стал изображать из себя Хранителя из-за того, что Каор просто не пожелал говорить с женщиной! – ехидно выложила я Ласси всё, что произошло.
– Эри… – дракон покорно выдохнул, – Да, так всё и было. Грифон обратился сначала ко мне, назвал меня Хранителем. Если бы они прилетели заманить Эризель в ловушку, то точно знали бы, что Хранитель – она.
– Пожалуй. Но всё же вы должны быть осторожны! Я чую, что неспроста эти двое появились тогда, когда решается судьба мира.
– А ещё наша милая жена, кажется, увлеклась золотоволосым красавчиком! – сдал меня наг. Я зашипела как кошка и кинулась его душить. Ему и мне понравилось, мы немного поборолись на диване, а потом меня скрутили и зацеловали. С языком. Который вытворял такое у меня во рту…
– Эри, – спокойное и такое усталое от моего Ласси. Я сразу отодвинула нага и подошла к зеркалу. Лассер улыбался мне, нежность и любовь лились на меня из его глаз. Я не выдержала и заплакала, – Я тоже соскучился за тобой, моя любовь.
– Ты мог бы… – я хотела сказать, что он мог бы присоединиться к нам, но муж покачал головой, отвергая мою идею, – Люблю тебя… Что бы не говорили тут всякие змеи, вас мне никто не заменит!
Мир был восстановлен. Аури усадил меня к себе на колени, Риэн ушёл добывать нам пропитание. Наг сказал, что прогуляется и умчался куда-то. Я недоумённо провела его взглядом.
– Как там Академия? – спросил дракон.
– Тихо, пусто, хорошо, – протянул Лассер и рассмеялся, совершенно меня очаровав. Я не отрывала глаз от его изображения. Вот он поправил волосы, вышел из-за своего стола, отошёл к окну. Высокий, стройный, невероятно хорош собой. Мой! – Дети в порядке. Со мной связывались из Эльнари. Лара в порядке, хоть и бедокурят они всем курсом, но грань приличий не переступают. Попутно тренируются у наших стихийников, так что знаний не растеряют к осени, – муж умолк. Мы тоже затихли. Сможем ли мы, успеем ли?
– Милый? – Лассер нашёл мои глаза, – Хоть на день…
Я молила его прийти лишь на день, утолить мою тоску. Жадный, горящий неистовством взгляд обжёг меня даже на расстоянии. Ласс кивнул и пообещал скоро быть. Я закрыла лицо руками и так и сидела в руках Аури. Сердце рвалось от тоски и радости, что скоро обниму моего эльфа. Аури поворчал, что я с ним совсем не считаюсь, на что я ехидно напомнила ему, что сегодня кое-кто не посчитался со мной.
– Милая! Я извинюсь столько раз, сколько будет нужно, чтобы ты меня простила! Прости, прости, – мои руки убрали, алые озёра, полные тепла нашли мои глаза.
– Ладно. Прощаю. Хотя мне даже понравилось так играть, – я с писком отскочила, так как мой дракон уже замахнулся рукой, чтобы хлопнуть меня по заду. Так со смехом мы и упали на тот самый, уже видавший виды ковёр.
– Так тебе понравилось? – протянула вредная змея, – А так?
Горячие руки подняли платье, поползли вверх на бёдра, потащили вниз бельё. Губы мужа уже ласкали мою шею, потом покрыли лёгкими, но от того не менее жаркими, поцелуями грудь. Я выгнулась, руки притянули голову Аури ближе, пальцами я зарылась в его алые пряди. Красноречивое доказательство его любви уже упиралось мне в живот, как тут дверь распахнулась, впуская Риэна, нага и… Доната? Мы оба застонали разочарованно и встали с пола.
– Что вам нужно? – неприязненно спросила я. Донат был сейчас в полном неистовстве – глаза горят, губы дёргаются, будто я чем-то оскорбила его. Однако я за собой вины не чувствовала никакой, и ему пришлось выпустить пар на другой объект.
– Ундины близко, – прокаркал он, глядя на Аури. Мой дракон зло кивнул грифону и протянул мне руку.
– Тогда не будем медлить! – сказал он и потащил меня к выходу. Аури запихнул в карман моё бельё, я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Это так заводит…
Наг по пути жаловался, что мы пропустим завтрак из-за этих рыбохвостых. Риэн ехидно ему отвечал, что он, как эльф может быть сыт просто энергией солнца. На что мой змей ответил, что то-то супруг номер четыре так слаб в плане удовлетворения своей любимой Хранительницы. Если бы их не стукнул Аури, клянусь, это сделала бы я! На нас оглядывались, жадно впитывая подробности нашей жизни. Я уже не говорю о золотом и чёрном грифонах, которые показательно презирали наш полигамный брак и окатывали меня осуждающими взглядами.
– Вы готовы? – мандражировал глава, сам трясясь, как листик на ветру. Маг вёл себя куда спокойнее – всего лишь вцепился в руку супруги, которая восторженно подпрыгивала и мечтательно вглядывалась в море.
– С чего вы взяли, что ундины плывут сюда? – спросила я, не видя ни малейшего признака их приближения.
Море было спокойным и таким красивым. Если бы не тревога и утекающее сквозь пальцы время, я бы непременно погуляла бы с моими любимыми по берегу. Аури прервал мои мечтания, повернув меня к морю. Там, вдали мелькнуло что-то. Мы все замерли, тишина стояла такая, словно пристань опустела. В несколько сильных гребков ундины достигли пристани. Скользнули на мостки, тут же перетекая из своей шипасто – хвостатой формы в двуногую. Мы все жадно наблюдали за ними.
Их было трое. Как и рассказывали нам ранее, они были одинаковой расцветки – лазурь и синева. Наряды из кожи морских обитателей, много ядовитых шипов на наручах, предплечьях, сапогах. Волосы, будто водоросли, колыхались как в невидимой воде. Глубокие синие глаза смотрели будто сквозь нас.
– Леера! – шипел на пределе связок глава, – Леера Эризель! Выходите же!
Три высокие фигуры, пугающе статичные, безразличные и чуждые, стояли неподвижно и молча. Я на подгибающихся от волнения ногах приблизилась к ним на расстояние вытянутой руки. В глазах того, что был посередине мелькнуло что-то. Интерес? Как бы не гастрономический.
– Приветствую вас! Я – Хранительница мира, меня зовут Эризель. Рада встретить представителей славного народа ундин, – молчание. Гнетущее, тотальное. Я умолкла, нервно улыбаясь. Но едва сзади стал Аури, как в строе ундин наметилось движение. На дракона наставили копьё! Все ахнули. Аури упрямо двинулся вперёд и заключил меня в объятия.
– Отойди, – процедил средний ундин. И смотрел он на моего мужа! Я задрожала. Там такие клыки… Нас обступили грифоны, наг и Риэн, даже старый моряк, глава Гильдии.
– Аури… – прошептала я, глядя в холодные, наливающиеся агрессией и жестокостью глаза, – Прошу… отойди.
– Ты уверена? Он опасен! – не отступал муж. Нет, я не уверена, хотелось крикнуть мне. Но я должна быть мужественной! Я кивнула. Аури отступил. Как холодно и неуютно стало сразу! Я едва не бросилась снова в его руки.
Ундин стал успокаиваться, опустил оружие, глаза посветлели. Я выдохнула, снова попыталась улыбнуться. Сама почувствовала, какой жалкой была моя улыбка. Но другой я сейчас не выдавлю.
– Вы понимаете? – спросила я. Все трое кивнули. Я выдохнула с таким облегчением, что в глазах старшего из них мелькнула толика насмешки, – Я понимаю, что вы пришли на торг, то есть обмен, но мне так нужна ваша помощь!
– Камни! – указал на мою шею ундин. Я тут же сняла ожерелье из фиолетовых фарими и протянула ему, – Сильные…
– Я дам вам ещё, если вы покажете нам, где остров Сердца мира! – пообещала я. Но ундины, едва услышав о Сердце, тут же ощерились, – Но почему?!
Глава тут же засуетился и вынес мини-прилавок с предметами, которые, вероятно, всегда вызывали интерес у строгих гостей. Ундины оставили на полотне столика несколько ракушек, горку жемчуга килограммов на три, всяческие сосуды с ядами или вытяжками из водорослей и желез морских гадов. Я кусала губы в отчаянии, нервно комкала платье. Всё рушилось на глазах, ундины уже уходили. Я кинулась к Аури и зарыдала на его плече так отчаянно и громко, что с лёгкостью перекрыла гомон толпы. По мосткам застучали тёмные камни, все стали отходить в стороны.
– Милая, тише! Мы справимся сами, обещаю! Вон Донат тоже сможет облетать море. Будем взлетать с корабля по очереди…
– Обещаешь? – выдохнула я в его губы. Кивнул и накрыл мои губы поцелуем. Плач всё ещё продолжался, но фарими уже стали светлеть, попадались и ярко-золотые. Всё же мой дракон делает меня такой счастливой!
Моей ноги что-то коснулось. Я медленно повернулась. Ундин, тот самый, что говорил с нами, присел у моих ног и пристально изучал камни. По правде, их поднимали и рассматривали все: оборотни, живущие в городе, Донат и оба золотых грифона. Но я не смотрела на них. Только на мужчину у моих ног, только в его неистовые, полные восторга глаза. Я забыла, как дышать, я потянулась к нему, сама себя не осознавая… когти на его руке царапали мой подбородок, синие, зовущие глаза впились в мои.
– Я буду властвовать… – прошипел он сквозь острые клыки и впился в мои губы холодным, неживым поцелуем!
ГЛАВА 4
Нас только двое, мы одни в толще воды. Безбрежный, жестокий и холодный океан, сквозь волны падали яркие солнечные лучи, проходили полосами вниз, но дна не достигали. Телепатия? Ундин увлёк меня в свой мир, показал всю красоту подводного мира. И всё это за пару секунд, что длился поцелуй.
– Эри?! – меня оторвали от далеко не юного морского божества. Да, это так. Века в их мире текут незаметно, но этот ундин знал… многое. В том числе, отсчёт времени.
– Что ты с нею сделал, тварь? – рык Аури прошёл глухой вибрацией сквозь меня, толпу и достиг ундина. Меня передали в руки Риэна. Визги, крики, я никак не могла прийти в себя и сфокусировать зрение на том, что происходило.
– Бегите!!! – заорал кто-то, и горожане со всех ног бросились в город, подальше от пристани. Меня тоже подхватили на руки и уносили. Сзади что-то рушилось, кто-то огромный бился о доски, ломал с громким треском корабли и мостки.
Холодные, блаженно – прохладные ладони сжали моё лицо. Я вздохнула и потянулась к этому кому-то. В меня вливали силу, родную и такую вкусную. Открыла глаза. Ласси! С плачем кинулась ему на шею, жалуясь на коварство ундина, на его гипноз.
– Как ты нас напугала!! – выдохнул мой эльф и так сжал меня в объятии, что я только выдохнула, – Я только прошёл в портал, как увидел толпу оборотней, которые бегут от чего-то. Не успел я подойти к морю, как меня окликнул Риэн. Ты была такой бледной, висела безжизненной куклой в его руках! Никогда ещё так не боялся…
Я огляделась. Мы в гостинице. Лассер сидел на диване, а я на его руках. А где остальные? Мой вопросительный взгляд Лассер долго не замечал, но я умею быть настойчивой. Коснулась его лица, с удовольствием зарылась в волосы пальцами. В его глазах тоже самое – радость встречи. Нежные, тёплые губы моего мужа накрыли мои. Не пущу! Я целовала его, пока хватало воздуха.
– Так где все? – выдохнула я в его губы.
– Эри, пообещай, что не побежишь к ним сейчас! – строгие глаза, серьёзный тон. Я насторожилась, но кивнула, – Когда Ауриэн отобрал тебя у ундина, ты едва дышала. Риэн сказал, что видел только, как с причала в воду падают двое – дракон и ундин. Потом вода забурлила, и ничего не было видно. Наг сражался с оставшимися двумя. И Донат тоже.
– Что с ними? – спокойствие далось мне непросто. Хотелось немедленно растерзать подлого ундина, а также увидеть дракона и нага.
– Его выловили уже. Да живы они! – удержал меня муж, – Живы. Но потрепали их хорошо, так что мне пришлось отлучиться от тебя и помочь им.
Лассер не видел, что происходило на пристани, но наг был весьма красноречив, так что мой ректор просто пересказал мне то, что ему поведали участники сражения.
– Ауриэн принял промежуточную форму и бросился на ундина. Кстати, он уверен, что тот непрост, что он у них главный. Они упали под мостки, на берег. Там долго сражались. Когти и шипы врага не брали драконью чешую, но ундин пользовался гипнозом, так что пару ударов наш алый пропустил, прежде чем понял, в чём дело. Но вот потом, – протянул Ласс. Я требовала продолжения, он сдался, но после долгого, сладкого поцелуя, – Ундин понял, что противник ему не по зубам, прошипел что-то о мести и скользнул в воду, мгновенно перешёл в свой второй облик и был таков. Словно получив сигнал от своего предводителя, в воду нырнули и оставшиеся двое. Наг клянется, что ещё бы пара минут, и он из них сделал бы фарш.
В дверь постучали. Мы с мужем переглянулись, гадая, кто это такой вежливый. Крикнули оба, что гости могут войти. Два золотых огня метнулись в комнату. Я ахнула, когда оба присели у моих ног. Грифона смотрела на меня с такой тревогой, даже руку протянула, чтобы коснуться и увериться, что я жива. Её брат… я избегала взгляда чёрных глаз, сколько могла.
– Вы живы! – впервые я слышу голос девушки. Киора имела не только примечательную внешность, но и доброе сердце. Я улыбнулась ей и пожала протянутую мне ладонь.
– Да. Спасибо моему супругу – целителю. Как же ты вовремя пришёл, Ласси! – закрыла глаза, сдерживая слёзы, – Вы…
– Мы беспокоились за вас, Хранительница, – грифон уже встал, нашёл стул, сел. Растерянно глядя на брата, грифона тоже встала, кивок на второй стул. Села. Мы наблюдали за тем, как Каор молчаливо приказывает сестре, что делать, и я мрачнела с каждым его взглядом. Он поймал мой укор, гордо выпрямился и упрямо сжал губы.
– С Эризель всё в полном порядке. Ундин взял у неё много сил, чтобы усилить своё влияние на её разум, но я уже восстановил её ауру, – я сделала попытку сесть, но голова пошла кругом, так что Лассеру пришлось снова вернуть меня себе на колени. Закрыла глаза, пережидая карусель.
– Не похоже, – спокойно заметил грифон, – Значит, мы не сможем вылететь немедленно?
– Брат! – о! Протест? Первый, похоже, потому что шок на лице грифона был неподдельным. Но милая, златовласая принцесса встретила этот укор с твёрдостью и внутренней силой. По правде, она готова была уже сдаться, но поймала мой ободряющий взгляд и гордо выпрямилась, – Ты же видишь, как она слаба!