Её Крепость

Глава 1 – Визит Эа

Меня разбудил голос мамы. Она спорила с кем-то, но второй голос не было слышно. Я встала, чтобы посмотреть – может, она говорит по телефону? Кто-то позвонил из другой часовой зоны? Что-то случилось?

Заметив под дверью какое-то странное свечение, я осторожно выглянула в коридор. По стенам разливался яркий мерцающий свет, как будто в гостиной установили огромный секторный экран и тестировали его на какой-то очень светлой видеозаписи. Что это может быть такое яркое?

Мама стала говорить тише, как будто не хотела разбудить нас с папой, и мне никак не удавалось разобрать её слова. Подкравшись поближе, я поняла почему: она говорила на другом языке. Но на каком? Я никогда его раньше не слышала. Этот язык вообще не был похож на языки хищных Матиэр, к каким я привыкла.

Я хотела позвать маму, чтобы узнать, что происходит, как вдруг она упала прямо на моих глазах, а свечение начало перемещаться, словно в нашем доме был кто-то ещё. Я прижалась к стене, перепугавшись, и зажала себе рот, чтобы этот кто-то не услышал моё прерывистое дыхание. Я не слышала ни шагов, ни какого-либо другого движения, только далёкий статический шум, похожий на звук закоротившего провода. Кто бы там ни был, он не попытался ещё как-то навредить маме, но и помочь – тоже. Свечение начало удаляться, пока совсем не померкло. Мама!

Наученная горьким опытом игр, я осторожно подкралась к краю коридора и выглянула из-за угла. Никого не было. На улице бушевала гроза, и на всю комнату пахло озоном, хотя окна были закрыты. Что это было за свечение и как оно повредило маме?

– Па-а-п! – крикнула я, подбегая к ней. – Папа, иди сюда, пожалуйста!

Я опустилась на пол и уложила голову мамы на свои колени; нависла над ней, пытаясь ощутить дыхание. Никаких повреждений видно не было, и хотя дышала она очень слабо, её сердце билось ровно. Просто обморок? Такое случалось раньше?

– Что… О, Боги, Алииссе! – Папа упал на колени рядом со мной и торопливо ощупал шею мамы, заглянул ей в глаза. – Что случилось?

– Я не знаю! – С нотками паники в голосе отозвалась я. – Тут был свет, она разговаривала с кем-то, а потом, бах, и просто упала. Я не знаю…

– Какой ещё свет? Разговаривала? – Папа дотянулся до ящика и достал свой сканер. Я всё время забывала, что, помимо своей преподавательской работы, он неоднократно работал в качестве полевого медика в НСВА и имел квалификацию агента. Он знал, что делать, и это успокаивало меня.

– Я ничего толком не видела, – пробормотала я тише. – Мне показалось, тут был кто-то ещё, но это не мог быть никто, кроме Эа! Оно исчезло, не открывая окон и дверей, совершенно бесшумно.

– Эа… – вторил папа.

– Ну, что-нибудь на сканере?

– Она… спит… Все показатели в норме.

– Это как это спит? Ходила во сне?

– Нет, такого раньше не было…

– Если бы она спала, разве сейчас бы не слышала нас?

– Мне надо позвонить, – сказал папа и поднял маму на руки. – Иди в комнату, Эва. Ты сделала что смогла.

– Никуда я не пойду! – взбунтовалась я. Папа вздохнул, но ничего не ответил. Я последовала за ним в спальню.

Уложив маму на кровать, он взялся за коммуникатор. Я укрыла её одеялом и забралась на папину сторону. Мама выглядела совершенно нормально, как будто спала, даже не казалась бледной или уставшей. Что же могло произойти?

– Автоответчик… – пробормотал папа, потирая переносицу. – Здравствуйте, доктор Цаэр. Если вы больше не работаете в центре изучения патологий Эа, то пожалуйста перенаправьте меня к нужному специалисту…

Патологий Эа? В нашей гостиной был НАСТОЯЩИЙ ЭА? Посланник Богини?!

– Я знаю, вы не обязаны отвечать мне, но, похоже, у нас произошёл повторный контакт с Эа… И Алииссе сейчас спит… То есть все приборы показывают, что она спит, но… – Папа сосредоточенно сжал кулак и разжал его, так и не договорив фразу до конца. – Я перешлю контакты письмом. Пожалуйста, перезвоните мне, когда освободитесь.

Он сложил телефон и повернулся ко мне.

– Ты сказал патология Эа? То есть Эа – не мифы?

– Да, – рассеянно ответил папа.

– Просто «да»?

– Алииссе – благословлённая. И не говори мне, что мы этого тебе не рассказывали, потому что…

– Подожди, подожди, я помню что-то такое. Но ведь это просто титул, который маме дали в храме?

– Эва… Это долгая история…

– Ты упомянул «повторный» – мама раньше уже встречала Эа?

– Да, когда была маленькой.

– Она рассказывала тебе, как это было?

– Алииссе говорила, что она разговаривала с Эа, и он казался ей добрым… Ничего конкретного.

– Как думаешь, это тот же самый Вестник?

– Я не знаю…

– Может, утром она проснётся? При первой же встрече с Эа ничего не случилось?

Папа вытащил из кармана сканер и ещё раз проверил состояние мамы. Я с ожиданием смотрела на него.

– Ничего не изменилось, – сказал он.

– Подождём до утра?

– Или до звонка доктора Цаэр.

      Я кивнула, устраиваясь рядом с мамой.

– Ты тоже постарайся уснуть, – сказала я.

Папа кивнул и прилёг на другой край кровати, так что если мама проснётся, мы этого не пропустим. Я слышала, как он зашептал молитву. Под этот шёпот я и уснула.

Глава 2 – Больница

Мама не проснулась. Когда я открыла глаза, она лежала в той же позе, что и накануне ночью. Папы в спальне не было. Я нашла его в кабинете, где он обзванивал своих коллег и знакомых. Доктор Цаэр, похоже, так и не перезвонил за это время.

– Доброе утро, дорогая. – Несмотря на всю сложность ситуации, папе удалось сохранить мягкость в голосе. – Завтрак на столе. Поешь пожалуйста, а потом мне будет нужна твоя помощь.

– Хорошо, пап, – отозвалась я, ожидая, что он скажет что-нибудь ещё, но ему ответил голос в трубке, и папа переключился на собеседника.

Я побрела на кухню. Там меня ждали холодные оладьи и мамин любимый багровый какао. Папа так и не спал этой ночью? Я почувствовала вину за то, что мне самой удалось уснуть, но это чувство быстро прошло – у кого-то же должен сохраниться трезвый рассудок. Я смогу присмотреть за мамой, когда папа устанет или отключится, смогу присмотреть и за ним тоже.

Разогрев завтрак в микроволновке, я торопливо съела его и вымыла за собой тарелку. После отправилась в кабинет, чтобы сообщить папе, что его первое задание выполнено, и я готова к следующему.

Я застала его сидящим за столом и спутывающим пальцами волосы. Он смотрел прямо перед собой и не обращал ни на что внимания.

– Пап?

Его взгляд сфокусировался на мне.

– Да, Эва?

– Ты говорил, тебе нужна будет моя помощь.

– Ах да. – Папа встрепенулся. – Собери, пожалуйста, мамины вещи для больницы. Пижаму там, расчёску, сменное бельё, тапочки… – Он замолчал, будто размышляя, понадобятся ли маме тапочки.

– Мы едем в больницу? Всё так серьёзно?

– Я не знаю… – пробормотал папа. – Я записал Алииссе на полную диагностику.

– Хорошо. Твои вещи тоже собрать?

– А? Нет, дорогая, я сам.

Я никогда ещё не видела папу таким рассеянным. Хотя, возможно, его состояние было вызвано отсутствием сна. Вряд ли он сможет полноценно собрать свои вещи сам.

Пускай это и была всего лишь поездка в больницу, я не знала, на сколько всё может затянуться, так что взяла с собой помимо коммуникатора ещё сменную одежду и футляр для своих линз дополненной реальности, с которыми была так же неразлучна, как с коммуникатором. После стала собирать вещи родителей.

Когда прибыла машина скорой помощи, на которой мы собирались ехать в больницу, я уже собрала вещи для всех троих и приготовила сумки у входа. Папа даже не вспомнил о том, что сказал мне, что справится сам. А я не стала докучать ему ненужными вопросами. Накинула куртку на его плечи и открыла входную дверь. Папа вынес маму, обёрнутую в длинное пальто, на подъездную дорожку и уложил на носилки, приготовленные работниками медпомощи. Я взяла сумки, заперла дверь на все замки и включила сигнализацию.

Уже в машине фельдшер просканировал мамино состояние и озадаченно посмотрел на нас.

– Что такое? – спросила я.

– Пациентка просто спит. Довольно крепко. Вы уверены, что нужно везти её в больницу?

– Я просто хочу удостовериться, что всё в порядке, – холодно ответил папа. Мужчина кивнул, не смея спорить.

«Если бы она просто спала, то уже бы проснулась, – подумала я. – Мама никогда не спала настолько крепко».

Пока мы ехали, папа быстро набирал сообщения и почти непрерывно жевал нижнюю губу. Его волнение было практически осязаемым. Казалось, я погружаюсь в это состояние вместе с ним. И хотя мне удавалось сохранять внешнее спокойствие, я вся дрожала. Папа что-то недоговаривает мне? Что-то о прошлом мамы, об Эа и деталях её благословения? И кто такой этот доктор Цаэр?

***

Во время процедуры диагностики я исследовала медицинские плакаты на стенах в коридоре. Папа настоял на том, чтобы присутствовать при сканировании на правах «опекуна недееспособного пациента». И поскольку разбудить маму так и не удалось, врач согласился. Если бы не согласился, папа бы придумал что-нибудь ещё. Он всегда придумывал. Даже в таком состоянии. Надеюсь, он поспит хоть немного после процедуры.

Папа вышел в коридор, смотря в пустоту поверх моей головы. Я не знала, что мне думать. Если бы всё было хорошо, он выглядел бы иначе? Или недосып и нервы уже взяли своё?

– Присмотри пожалуйста за этим, – рассеянно сказал он, вручая мне небольшой белый пакетик. Я заглянула внутрь: на дне лежали мамины серёжки и штанга из прокола в пупке.

– Ну что? – спросила я.

– Всё в порядке…

– Что значит «в порядке»?

– Мама просто спит…

– Пап, я не маленькая, чтобы мне так говорить! Скажи мне, что они нашли?

– В том то и дело, ничего они не нашли! – Папа повысил голос, и я поняла, что это правда.

– И что мы будем делать?

– Её подключат к датчикам состояния и системе жизнеобеспечения, будут наблюдать за изменениями.

– Ну, хоть что-то.

– Нам предоставили «семейную» палату. Пойдём, Алииссе уже должны были привезти туда.

Я кивнула, подняла со скамейки сумки и убрала в одну из них пакетик с мамиными серёжками. Папа снова звонил кому-то. Похоже, безрезультатно осаждал телефон доктора Цаэр. Если тот в отпуске, дело плохо.

Комнату, в которую нас «поселили», сложно было назвать больничной палатой: сливовые, белые и золотистые оттенки в интерьере, живые цветы в горшках на подоконнике, собственный санузел, два мягких дивана и узкий рабочий стол, на котором можно было разместить переносной компьютер и комфортно работать за ним. Единственное, что напоминало о больнице – это регулируемая кровать и куча проводов с датчиками, которыми была окутана спящая мама. Медсестра как раз заканчивала настраивать их, когда мы вошли в палату.

– Господин Этитт, не волнуйтесь, мы поставим вашу жену на ноги, – улыбнулась женщина.

– Спасибо, – на автомате ответил папа. Мне показалось, он даже не понял, что она сказала.

– Оба дивана раскладываются, так что вы можете спать прямо здесь. Автомат с энергоблоками и водой есть на каждом этаже, а внизу, недалеко от холла, есть столовая.

– Благодарю, – улыбнулась я, и женщина оставила нас.

Папа сел на стул возле мамы, а я расположилась на диване у окна, сложив все сумки на его край. Я не могла ничего сделать, и это с одной стороны беспокоило меня, а с другой – мы сделали всё, что могли. Теперь остаётся только ждать. Рано или поздно врачи же должны будут что-нибудь найти!

– Может поспишь? – предложила я.

– Я не могу, – сказал папа.

– А ты попробуй. Обещаю, разбужу тебя, если что-то изменится.

Он поколебался, но затем всё-таки произнёс:

– Спасибо, Эва.

Взяв маму за руку, папа шепнул ей что-то на ухо, а затем, поцеловал в лоб. Совсем как когда-то меня, укладывая спать. Интересно, мама может слышать нас? Понимает, что с ней что-то происходит? Или находится в настоящем забытьи?

– Обязательно разбуди меня, если датчики покажут что-то странное, – сказал папа, ложась на диван у двери, – или если я не услышу звонок телефона, или если доктор зайдёт.

– В любой ситуации, так точно, – подтвердила я.

Папа кивнул и наконец позволил себе расслабиться, а я, чтобы хоть чем-то занять себя, взялась делать уроки. Я не любила это занятие, но сидеть и переживать из-за мамы в полной тишине было ещё хуже.

***

Я листала комиксы в своей новостной ленте, чтобы скоротать время, как вдруг папа резко вдохнул просыпаясь, так громко, что я вздрогнула. Он судорожно достал из кармана телефон и не глядя нажал на «ответить».

«Алло».

«Здравствуйте, господин Этитт?» – Я удивилась тому, что могла отчётливо слышать голос звонившего. – «Вы оставили мне двенадцать сообщений на автоответчике. Я не слушал их, решил сразу позвонить. Что случилось?»

Папа резко открыл глаза и перехватил трубку другой рукой.

«Доктор Цаэр?»

Я заблокировала свой коммуникатор и подалась вперёд, чтобы лучше слышать.

«Да, что-то с Алииссе?»

«Да, понимаете, у нас случился повторный контакт с Эа».

«У вас? Подождите, вы хотите сказать, вы тоже контактировали с Вестником?»

Папа посмотрел на меня. Я покачала головой.

«Нет, но я подумал, вы можете помочь…»

«Алииссе жива?»

«О, Боги, да!»

«Вышлите мне на почту адрес, я приеду осмотреть её».

«Я уже выслал», – ответил папа, потирая свободной рукой глаз.

«Отлично. Можете позвать Алииссе к телефону?»

«Понимаете, она спит».

«Не могли бы вы разбудить её? Я не могу тратить время на корректировку часовой зоны».

«Простите, но в этом и проблема. Мы не можем разбудить её после контакта с Эа».

«Состояние стабильное? Вы показывали её врачу?»

«Стабильнее некуда. Мы сейчас в больнице».

«Отлично. Пришлите мне результаты диагностики. Я ознакомлюсь с ними в дороге».

«Спасибо», – сказал папа.

«Это вам спасибо, что проинформировали меня о повторном контакте», – произнёс мужчина и отключился.

– Ещё бы ты ответил вовремя, – пробормотал папа телефону, а затем посмотрел на меня. – Сколько я проспал, дорогая?

– Пару часов, – ответила я.

– Я смог заинтересовать этого Лютеана. Теперь он точно приедет.

– Ты не веришь мне, что это был Эа?

– Я боюсь того, что это действительно был Эа. Что он сделал с твоей мамой? Что, если он отнял свой дар, или, что ещё хуже, забрал её душу?

– Ты правда веришь в это?

– Я Астерианин, Эва. И после всего увиденного мне сложно сомневаться в своей вере.

Я вспомнила яркий свет, разливающийся по всей гостиной и коридору, запах озона, просачивающийся, сквозь закрытые окна. А что, если ничего не просачивалось? Если это действительно был Эа, то именно такой запах он бы за собой и оставил.

Эти мысли вызывали дискомфорт… и страх. Что-то глубокое, далеко уходящее к первобытным предкам. Эа существовали всегда. Они видели рождение Интерго и Лютеан, смотрели, как развивается каждая планета. Они были равны богам.

Глава 3 – Менталисты

Первой приехала тётушка Ратола. Её светло-карамельные волосы, точно такие же, как у папы, с проблесками седины, заставляли её выглядеть старше. Почему она перестала красить их в шоколадный цвет?

Тётушка обняла папу и поманила меня рукой: «Ну чего ты там встала?» Я шагнула к ним, и папа обхватил меня за плечи, а Ратола плотнее прижала нас к себе: «Всё будет хорошо, мы найдём решение».

Рядом с сестрой папа чувствовал себя спокойнее – ну или мог лучше держать себя в руках, чтобы не показывать ей своей слабости. Тётушка привезла травяной чай, который вырастила и высушила на своей ферме сама, и заботливо приготовила его для нас. Меня от этого сладковатого варева клонило в сон, так что я даже не заметила, как уснула во время просмотра сериала на мягком диване.

Открыв глаза, я обнаружила в палате медсестру. Она сняла все датчики с мамы и следила за тем, как работает горизонтальный стерилизатор, встроенный в больничную койку.

– Спите, спите, это стандартная процедура.

Я кивнула ей и прошла в туалет. Ни папы, ни Ратолы в палате не было. Наверное, тётушка убедила его выйти из больницы и поесть или подышать свежим воздухом на площадке на крыше.

Когда я вернулась, медсестра уже закончила прикреплять датчики и, мягко мне улыбнувшись, покинула комнату. Я села возле мамы. Она не выглядела болезненной и даже бледной не казалась. Её рука была тёплой и мягкой, длинные ногти оставались белыми и ровными, такими же, как на ужине в последний вечер перед тем, как всё случилось.

– Проснись пожалуйста, – проронила я, держа её за руку. – Ты нужна нам, мам. Если ты можешь слышать меня, подай мне знак. Может быть, мы что-то можем сделать для тебя?

Но мама никак не отреагировала на мои слова. Возможно, даже если она и слышит происходящее, то не может никак показать этого. Я достала свои наушники из кармана, и проверив громкость, вложила их в мамины уши. Когда я наблюдала за подобными действиями людей в фильмах, они мне казались странными, и даже глупыми, но сейчас, когда это моя мама не выходит из сна, мне хотелось сделать хоть что-то. Может быть, услышав свою любимую песню, она найдёт тропинку к реальности и сможет проснуться? Даже если небольшая надежда на это была, мне хотелось попробовать. Я включила мамин личный плейлист избранного и снова взяла её за руку.

Папа вернулся в сопровождении одного из врачей. Я встала, не зная, как объяснить свою попытку пробудить маму. Но папа лишь улыбнулся, увидев наушники, а затем перевёл своё внимание на монитор, который включил мужчина. Доктор быстро и уверенно нажимал на сенсорные кнопки, выводя статистику со всех датчиков.

– Посмотрите на активность мозга здесь. Видите что-нибудь? – поинтересовался он.

Я смотрела на картинки и не видела на них ничего, кроме разноцветного мозга.

– Ей снится сон, – ответил папа.

– Да! – оживлённо произнёс врач, а затем ткнул на следующую картинку. – А вот тут, видите?

– Долгая фаза сна?

– Нет, не совсем, это всё ещё быстрый сон, но он будто менее яркий или приборы другого уровня.

– И-и? – протянул папа.

– Я думаю, ваша жена замыкается.

– Замыкается, как менталист?! – Папа был шокирован.

– У неё точно раньше…

– Точно, – перебил папа. – Её сканировали при переселении. И мозговой потенциал… Его недостаточно для ментализма.

– А если..? – пробормотала я, и оба мужчины посмотрели на меня, будто не ожидая, что я всё ещё здесь. – Что, если Эа пробудил ментализм?

– Ваша жена – благословлённая? – вмешался врач.

– Да, у неё был контакт с Эа в детстве, но что было вчера, мы точно не знаем…

– Пап, но я видела свет!

– Давайте поступим так, – сказал доктор. – Я вызову сенсора, чтобы он попытался исправить замыкание, как с менталистом. От этого хуже точно не станет. Сенсоры часто сталкиваются с такими случаями.

– Хорошо, – ответил папа. – Я свяжусь со своими знакомыми Квао-Тир.

– Пойдёмте со мной, нужно подписать кое-какие бумаги.

– Эва, останься с мамой, – приказал папа, ткнув в мою сторону пальцем.

– Хорошо.

Как будто я собиралась куда-то уходить.

***

Сенсор просидел возле мамы, держа пальцы на её лбу и висках не меньше десяти минут. Его лицо было так напряжено, что я уже даже подумала, что он нашёл источник проблемы, и теперь искоренял его, но спустя некоторое время мужчина медленно выдохнул, закрывая глаза.

– Простите, я не могу, – сказал он и поднялся. – Вы точно уверены, что ваша жена – менталист? Я вообще не слышу её.

– Это было лишь предположение, – устало ответил папа. – Простите, что вам пришлось потратить на это силы.

– Вы правильно поступаете, что пробуете все варианты, – ободряюще проговорил Лютеан. – И я хотел бы вам помочь, если бы это было в моих силах.

– Спасибо вам.

Мужчина поклонился и, попрощавшись, вышел. Доктор, предположивший, что мама замыкается, стоял, озадаченно сложив руки, и смотрел на неё, окутанную датчиками.

– Простите, – сказал он. Но затем подумав ещё минуту, произнёс: – Вы говорили, у вас есть знакомые среди Квао-Тир?

– Дети того менталиста сказали мне, что он недавно умер, и я просто не смог произнести ничего, кроме соболезнований. К тому же, среди них, возможно, нет нужных специалистов. Сами знаете, как опасно может быть неумение. Это ведь не ментальная схватка или чтение мыслей.

Мужчина задумчиво закивал, потирая тонкими пальцами свою щеку.

– Попробую спросить у Энэ, знает ли он кого-нибудь достаточно сильного, чтобы посмотреть.

– Спасибо, – приклоняя голову, сказал папа.

– Мы постараемся сделать всё возможное, – заверил его доктор и вышел, чтобы догнать того сенсора – Энэ.

Папа посмотрел на меня. Его глаза влажно блестели, но он не позволял себе заплакать. Я обняла его, успокаивающе гладя по спине.

– Доктор Цаэр ещё не приехал. Он найдёт решение, я уверена.

– Да, дорогая. – Папа судорожно вдохнул, пытаясь успокоиться, и отпустил меня. Вдруг его глаза округлились и загорелись. Он вспомнил что-то важное: – Микадера!

– Кто? – Это имя мне ничего не говорило.

– Менталистка, которую знала твоя мама. Я думаю, если я объясню ей ситуацию, она не откажется нам помочь. Она Атэ, ей не может быть безразлична благословлённая!

Я закивала, соглашаясь.

– У тебя есть её номер?

– Я не знаком с ней, но думаю мне не откажут в Доме Бога.

Папа взял мой компьютер, который я ему подала, и стал набирать: Аномия, Виогит, Храм Астерии, Сад Астерии. Искать Микадеру нам даже не пришлось – её фотография красовалась на главной странице: «Поздравляем новую настоятельницу Сада Астерии… Микадера Атэ Лютеа благодарит всех Атэ Храма за то, что избрали именно её…» На фотографии улыбалась очень красивая Лютеа Аномия. Мама знала её? Мне не верилось даже в возможность такого. Менталистка, Атэ, Лютеа Аномия, живущая в Столице Галактики. Это то же самое, что знать лично Раюля или кинозвезду! Но, конечно, Микадера не была настолько известна. Я сомневалась, что за священнослужительницей бегали фанаты или папарацци.

Лютеанка ответила на звонок и включила видео, требуя от нас того же. Она смотрела с экрана так пронзительно, что мне показалось, что эта Атэ читает мысли даже сквозь космическое пространство, разделяющее нас. Её глаза были пугающими. Женщина молчала, но в её взгляде промелькнуло узнавание.

– Что-то случилось с Алисой? – спросила она, нарушив молчание. – Расскажи мне.

Краем глаза я заметила, как папа побледнел. Похоже, он чувствовал то же самое, что и я. Микадера знала его. Возможно, через воспоминания мамы, но знала. А кто я, легко можно было догадаться. Я похожа на обоих родителей.

– Понимаете, около недели назад она снова встретилась с Эа… – Папа говорил похожие фразы, мне казалось, уже полсотни раз. Пока обзванивал своих знакомых, пока надиктовывал сообщения на автоответчик доктора Цаэр, объяснял что-то докторам в больнице…

В глазах Лютеанки загорелся интерес, и она перебила его:

– Вышлите мне координаты. – Звучало это как приказ, а не просьба. – Я приеду первым же рейсом. Она ведь жива? Вы бы мне не звонили, если бы она не выжила.

– Да, – потупился папа.

Женщина кивнула и отключилась. Наверное, пошла собирать вещи и отдавать распоряжения своим подчинённым. Теперь я понимала, почему она возглавила храм в таком молодом возрасте, ещё даже до первой седины. В ней ощущалась сила, власть и высокий мозговой потенциал. Все остальные Атэ в храме, я была уверена, уважали её.

– А я боялся, что мне придётся что-то долго объяснять ей и упрашивать.

– Она знает тебя.

– Я тоже это заметил. Может быть, видела меня, когда я посещал храм? Сад Астерии находится ближе всего к Центру Переселенцев, и я бывал там, пока работал в «улье».

– Или прочитала в мыслях мамы, – озвучила свою догадку я.

– Не исключено, – смущённо пробормотал папа. – Надеюсь, она поможет.

***

Атэ Лютеа действительно приехала первым рейсом. Так же быстро, как и Ратола, хотя жила намного дальше, на Аномии. Возможно, её даже подвезли на скоростном космическом корабле, а не на простом транспортнике. Микадера прислала короткое сообщение о том, что она прибудет в больницу через несколько минут, и мы с папой, оставив Ратолу в палате, поторопились встретить её.

Менталистка ничего не спрашивала и не говорила, без каких-либо ограничений используя свой дар. Это, скорее всего, было запрещено законом, но никто не посмел бы сказать ей об этом. Мы с папой поприветствовали Атэ у главного входа, но этого не требовалось. Коротко кивнув нам, женщина уверенно направилась к одному из лифтов. Она и без нас знала, куда идти. Или, возможно, знала потому, что прочитала нас.