Голубые крылья – 2: Зов вовне
- -
- 100%
- +
– У эльфов нет законов, которые их связывают, только свое собственное видение мира. Она просто приняла то решение, которое посчитала нужным.
Он немного опустил голову. Было видно, что это воспоминание вызывает у него как грусть, так и некоторое смущение.
– Если я покажу тебе, куда направились эти огромные верзилы, ты ведь спасешь ее?
Судя по всему, эта загадочная эльфийка запала в душу несчастному человеку. Случай вмешательства и правда редкий, но даже представители такой расы бывают разными, и, вероятно, девушка просто сжалилась над попавшим в беду охотником.
– Ты ведь ее искал в лесу, правда?
Криз кивнул, стараясь не смотреть мне в лицо. Теперь понятно, что его поведение было прикрытием перед своим отрядом, и он не хотел, чтобы кто-нибудь знал его маленькую тайну.
– Как ее зовут?
– Коралл… ты ее сразу узнаешь, она не такая как другие…
– Сделаю все возможное, чтобы найти ее, не беспокойся.
Он кивнул, после чего взял копье, которым совсем недавно размахивал Имиир, и поманил за собой.
Остается лишь надеяться, что он и правда знает нужную дорогу.
Когда мы немного отдалились от города, навстречу мне выбежала Тамико верхом на Веспер. Еще одна особенность единорогов, которую я не упомянула, заключается в том, что они всегда знают о местоположении хозяина, и могут прискакать к нему в считанные мгновения независимо от разделяющего их расстояния. Так, я могу оставить свою подругу в абсолютно любом месте, и в нужный момент мгновенно призвать на помощь, а она без проблем отыщет меня в случае необходимости.
– Рэвери, мы немного изменили место сбора, все из-за Фиксора, он…
Тамико оборвалась посреди фразы, заметив рядом со мной Криза.
– Он покажет нам куда пошли эльфы, ему можно верить.
Эльфийка слезла с единорога.
– Ты уверена, что стоит брать с собой человека?
– Я хорошо разбираюсь в людях, не сомневайся.
– Ладно…
Криз немного нахмурился, но ничего не сказал. Его взгляд упал на единорога, после чего на лице появилось сначала восхищение, а потом, удивление.
– Ч-что это было?
– Кажется, она с тобой заговорила, – догадалась я. – Единороги общаются мысленно, не удивляйся.
Он сделал пару шагов назад, под звуки хихикающей Тамико, но быстро начал приходить в себя, осознавая происходящее. Я же повернулась к эльфийке и спросила:
– Так что там с Фиксором?
– Ой… да, конечно… ты же знаешь, он у нас неженка, вот и не выдержал грязи и пепла по всему лесу.
– Опять небось расчихался? – усмехнулась я.
Она кивнула. Фиксор – один из самых талантливых эльфийских колдунов, возможно, даже сильнейший в нашей группе. Его власть над тремя стихийными элементами, всеми, кроме огня, просто поражала своими масштабами. Мало кто в нашей колонии может сравнится с ним своими глубокими познаниями в магическом искусстве. К сожалению, в плату за такую виртуозность природа обделила его крепким эльфийским здоровьем и выносливостью, отчего за пределами родины ему то и дело нездоровилось. Бедняга порой совсем выбивался из сил даже передвигаясь верхом на своем единороге, которые скачут настолько плавно, что даже тряска почти не ощущается.
Стоит упомянуть и об оставшихся двоих членах нашей группы. Морати – почти полная противоположность Фиксору, не слишком сильна в своих элементах, да и в принципе известна нелюбовью к магическим искусствам, зато в скорости и ловкости одаренная настолько, что с ней не сравнятся даже самые прыткие звери, с которыми мне доводилось сталкиваться на протяжении всей жизни.
Морван, как и я, родился вне изумрудных лесов от странной парочки в лице эльфийки и дейра. Он рос со своим отцом и повидал немало трудностей, потому что жизнь среди этой расы полна жестокости и постоянного соперничества. Дейры – те же самые люди, но с некоторой разницей в чертах лица и внушительными духовными способностями. Пусть до уровня дефиксов или эльфов они не дотягивают из-за слабых возможностей физического тела, такой внутренней силы все равно хватает, чтобы провоцировать конфликты даже друг с другом. Ситуацию долгое время спасал лишь шаткий мир в Варлемийских городах, который, однажды, все же пошатнулся. Я хорошо это помню, потому что сама принимала участие в войне, притворяясь фальшивой героиней из пророчества, но, увы, с Морваном мы тогда не пересеклись, ведь после ранней смерти своего отца от одной из бунтующих групп он вовремя сбежал в изумрудные леса к матери, еще до того, как вражда между его сородичами достигла своего пика. Эльфы встретили полудейра холодно, и даже после моего пришествия к ним через пару лет с ним все еще отказывались близко общаться большинство представителей лесного народа, и понадобилось очень много времени, чтобы худо-бледно наладить отношения с тем, кто прошел через такие суровые испытания, оказавшие значительное влияние на характер.
Несмотря на это, я всегда видела в Морване тихого и замкнутого парня, который предпочитал держаться в стороне, а каждый, кто пытался узнать его поближе, первое время сталкивался с поразительным хладнокровием и безразличием. Все это сильно контрастировало с дружелюбными эльфами, а потому даже когда к Морвану привыкли, мало кто мог долго выдержать его угрюмую компанию. Сам же полуэльф, часто покидал леса, пусть и не так надолго, как какой-нибудь Собальт. По его словам, однажды он покинет это место навсегда. Сейчас же, после трагедии, он согласился нам помочь не столько ради своих друзей, сколько из-за желания вернуть долг тем, кто подарил ему дом и уют на такой длительный срок.
Вот такая необычная компания у нас и образовалась. Рендел старательно собирал небольшой отряд из весьма талантливых в своих областях, но, в то же время, очень разномастных и непохожих друг на друга личностей, которые могут в полной мере поладить друг с другом лишь под его твердой рукой. Пожалуй, только Тамико, его супруга, попала сюда как член его семьи.
Тем временем, мы пришли к окраине сгоревшего леса. Фиксор, раскрасневшийся от вредоносного окружения, сидел, облокотившись на дерево. Морванпредпочел прогулку, вдали от остальных, а Рендел, Морати и Собальт что-то громко обсуждали.
– Говорю вам, это было нападение! – Морати, как обычно, говорила громче всех, будто бы пытаясь объяснить малым детям очевидную вещь. – Собальт нашел один скелет, мы еще два, и у всех переломаны кости. Сколько еще тебе нужно доказательств, Рендел?
– Она права, – Собальт согласился с эльфийкой. – Кто-то навязывает нам войну, и мы не можем оставить наших братьев и сестер в беде.
Рендел нервно покусывал губу. Редко его можно увидеть таким, а это значит, что он осознает всю важность и ответственность своего будущего решения.
– Ладно, я соглашусь с вами, но… мы пока не знаем, с кем имеем дело. Нельзя собирать эльфов, пока не известно, кто наш противник.
– И что же ты предлагаешь? Нас всего семеро, не считая оленей и единорогов, мы не сможем помочь нашим друзьям, если они, убереги их благословленная природа, еще живы.
В этот момент мы подошли достаточно близко, чтобы нас заметили.
– О, а вот и Рэвери. Кто это с тобой?
– Криз, он из человеческого поселения неподалеку, и ему известно, куда могли сбежать эльфы из этой колонии.
Реакция ожидаема – присутствие человека лишь вызвало недовольные взгляды, но, к счастью, Рендел одним жестом руки пресек грядущие возмущения.
– Мы будем рады принять твою помощь, Криз.
Человек вышел вперед и задумчиво осмотрел нас всех, а потом, глубоко вздохнув, выпалил заготовленную речь:
– Возьмите меня с собой.
– Нет!
Рендел не успел даже открыть рот, чтобы озвучить свое решение, потому что я его опередила. В мою сторону повернулись удивленные лица всех присутствующих, кроме Морвана, которому не слишком интересна наша перепалка.
– Я… – мой голос слегка запнулся, но, собравшись, я уверенно продолжила. – Я не позволю себе повторить эту ошибку.
Не все поняли, о чем шла речь. Пусть мне и довелось прожить с эльфами невероятно долгое время, только Рендел и Тамико знали в подробностях о наиболее болезненных деталях моего прошлого. В этот момент мне вспомнилась Мия, которая была очень дорогим для меня человеком. Из-за этого я дала слабину, позволив почти беззащитной девушке отправится со мной в опасную дорогу, и пусть мы сумели пройти вместе через многие опасности, увидеть конец пути ей оказалось не суждено.
– Она права, – вмешался Рендел, избавляя меня от озвучивания подробностей после столь резкого отказа. – Мы не можем тебя взять, это слишком опасно.
– Но это мое решение и… у меня есть причины! – стоял на своем Криз.
– Если ты пойдешь с нами, то обратно уже не вернешься, – с грустью в голосе добавила Тамико.
– Неважно, что там будет, мне не страшно! К тому же, я прекрасно ориентируюсь по следам, со мной вам будет легче понять, куда ушли эльфы!
– Я знаю, что тебе не страшно, Криз… страшно мне.
Он посмотрел на меня с непониманием. Ему неведомы те чувства, через которые пришлось пройти мне. Потеря близкого человека, оказавшегося в эпицентре опасности, в который он пришел вместе со мной… с моего согласия. Ну уж нет, одно дело эльфы, они сильны и сражаются за свой родной дом, значащий для них слишком много… но человек, который во имя чувств пытается противостоять чему-то слишком могущественному… это не может закончится красивым финалом. По крайней мере, не в этом случае.
– Хватит, – в этот раз влезла уже Морати. – Как бы там ни было, я тоже против. Люди в отряде будут нам обузой.
Рендел согласно кивнул.
– Тогда что мне мешает просто не помогать вам? – возмутился Криз.
– Ты поможешь, потому что чувствуешь себя обязанным «ей». Если развернешься и уйдешь – будешь жалеть об этом всю жизнь.
Я окончательно его добила, заставив смириться с действительно правильным решением. Он понимал, что все мои слова – чистая правда, и он пойдет на все, чтобы вернуть долг прекрасной эльфийке по имени Коралл, которая когда-то его спасла. Некоторое время он стоял в раздумьях, заставляя себя окончательно принять свою участь, и мы не стали его слишком торопить. Только Морати нервно постукивала пальцами по деревцу, у которого молчаливо сидел Фиксор, слушающий наш диалог со стороны.
– В той стороне есть небольшая равнина, они бежали по ней в сторону горной цепи, вы ее не пропустите. Только там мне удалось найти следы, и, скорее всего, от них уже мало что осталось.
Он указал рукой направление и отвернулся. Я положила руку ему на плечо, в то время как Веспер подошла с другой стороны и преклонила колено в знак признательности. Вероятно, моя подруга что-то ему сказала, потому как Криз немного успокоился.
– Спасибо.
– Найди эту эльфийку, Рэвери, и не позволь попасть в беду, как она не позволила этого мне.
– Приложу все свои усилия, не сомневайся.
Я махнула рукой остальным. Фиксор, с загадочной улыбкой на лице, встал и оттряхнул длинную льняную мантию, нижние кончики которой касались травы, а потому успели покрыться черным пеплом пока он ходил по лесу.
– Неплохо, Рэвери, неплохо, я всегда знал, что ты на многое способна и без своих талантов.
– Ты преувеличиваешь, ничего особенного не было.
Он не стал спорить, но довольная улыбка так и не сошла с его лица.
– Пойду притащу Морвана, хватит ему расслабляться, – бросила Морати и побежала за полуэльфом, который, в ходе своей прогулки, уже успел отдалиться на приличное расстояние.
Расставшись с Кризом, мы двинулись вперед, искренне надеясь, что наши товарищи все же смогли где-то укрыться от опасности и обязательно нас дождутся.
Воспоминания: сущность исцеления
– Ты очень сильна для человека, видно, что о тебе говорили правду.
Стоит признать, меня до сих пор поражает умение Рендела сохранять безразличное лицо, говоря при этом о чем-то с восхищением.
– Было бы чем гордится, – вяло ответила я, хоть и слегка покраснела от такой похвалы.
– Ты там давай не прибедняйся.
Тамико сидела рядом со мной, облокотив голову на покрытую мхом кору дерева. Видно, что занятия у Рендела кажутся ей немного скучными. Более того, я долгое время чувствовала себя очень неудобно, ведь о моих талантах уже наслышана большая часть эльфийского народа, и сидящая рядом подруга, обладающая не самыми лучшими показателями, могла бы просто мне завидовать. К счастью, подобные опасения – не более чем последствия жизни среди людей. Эльфы же -дружелюбные в любой ситуации, а потому комментарий Тамико воспринимался исключительно как товарищеская шутка.
– Не расслабляйся, с элементом света твои огромные запасы энергии вряд ли сильно помогут, потому как его течение и применение сильно отличается от какой-нибудь воды, к которой ты так привыкла.
После этих слов, Рендел одним резким ударом руки обломил небольшую ветвь стоящего рядом дерева, а после, приложив ладонь к месту перелома, испустил небольшой поток света, который прямо на наших глазах полностью срастил отпавший кусок со стволом. Тамико не сильно этому удивилась, потому как видела нечто подобное далеко не в первый раз, но вот мне это показалось чем-то невероятным, и уж явно более полезным, чем обращение в лед всего, что мне неугодно.
– Элемент света, чаще всего, используют именно с этой целью. Направляя его на живые организмы, ты провоцируешь невероятную по своей силе регенерацию. Происходит это из-за того, что частицы энергии мигом адаптируются к раненому организму и становятся его частью.
– Заметно, ветка уж явно сама не прирастет к дереву, – усмехнулась я.
Рендел еще несколько секунд смотрел на меня, словно бы давая возможность высказать что-то еще. В очередной раз убеждаюсь в том, что колкости по отношению к наставнику совершенно неуместны.
– Извини, продолжай.
– Используя элемент света, ты не просто расходуешь энергию, текущую по твоему телу, но и испытываешь крайне сильную физическую нагрузку. Будешь неосторожной – истощишь себя в считанные мгновения, а в худшем случае усугубишь ситуацию настолько, что потеряешь сознание. Если хочешь этого избежать – старательно контролируй течение своих потоков и не расходуй много энергии сразу, иначе и не заметишь, как отключишься.
– То есть, мне просто нужно расходовать свои силы понемногу?
– Нет, это всего лишь первое правило, которое необходимо запомнить. Тебе ведь уже наверняка известно, как проходит процесс наполнения тела энергией?
В моей памяти хорошо сохранились знания о том, как контролируются потоки, и все благодаря моему первому учителю Гелиасу, представителю народа дефиксов. Мы не виделись уже очень давно, но воспоминания о нем до сих пор вызывают теплоту на душе, ведь он первый, кто раскрыл мне всю правду о сокрытых внутри таинственных возможностях.
– Вся энергия сосредоточена в духовном теле, которое имеется у каждого живого существа. Связаться с ним и вычерпать энергию можно лишь при помощи правильной и глубокой концентрации сознания. Собранные таким образом силы преобразуются в потоки, которые в свою очередь протекают уже по физическому телу. Перед тем, как использовать энергию, ее нужно преобразовать в нужный элемент и определенным образом направить, чтобы добиться нужного результата.
– Все верно, – одобрительно кивнул Рендел.
Я вспомнила, возможно, единственный раз, когда использовала элемент света. Неосознанно мною была предпринята попытка вылечить молодого парня, страдающего крайне странной и редкой болезнью. Ремо не мог выходить на солнце из-за уязвимости к его лучам, и в тот самый день он нарушил запрет, что обернулось для него ужасными последствиями. Тогда я еще не знала, какими силами обладаю, и, вероятно, неосознанно пустила в ход элемент света, который смог полностью вылечить бедолагу от недуга. С того момента Ремо мог ходить по улице, не опасаясь воздействия небесного светила. Как мне удалось этого добиться, даже не умея управлять потоками? Непонятно до сих пор, но, по словам Гелиаса, будучи обладателем сильного духовного тела, вполне можно выпустить энергию, и даже обратить ее в один из элементов простой силой воли. Случай редкий, но тогда моя неопытность все же довела меня до потери сознания, благо, более страшных последствий не наблюдалось. Этой историей я поделилась с Ренделом и Тамико.
– Да, исцелять болезни тоже можно, но на это способны немногие, ведь они, в отличие от ран, кроются глубоко внутри. Удивительно что в твоем случае никто не пострадал.
– Наверное, мне просто везет, – ответила я, порадовавшись в душе, что случайно не убила больного. – А какие еще есть правила?
– Как ни странно, с такими удивительными лечащими возможностями, свет является одним из самых разрушительных и опасных элементов.
Я посмотрела на наставника с некоторым недоумением. Разве такое возможно, что две противоположные возможности существуют в рамках одной силы?
– Видишь ли, свет имеет одно необычное свойство – он обращает в себе подобную всю энергию, что с ним контактирует, и неважно, является ли она чистой, или уже преобразованной в другую силу.
К сожалению, это объяснение лишь усилило кипение в моей голове.
– Он хочет сказать, что свет будет обращать другую энергию и элементы в точно такой же свет, – попыталась объяснить Тамико.
– То есть, если он коснется, например, моего льда, он превратится в совершенно другую силу? – спросила я.
– Не совсем. Лед – уже конечное стихийное преобразование, но вот если свет затронет его в момент высвобождения из руки, то да, он изменит свою сущность.
– Тогда в чем же заключается разрушительная особенность?
– Если свет будет контактировать с таким же светом, в том числе и обращенным из другой энергии, он начинает излучать мощное обжигающее тепло, которое может нанести серьезный вред…
– Это как ромашка, – Тамико вновь прервала Рендела. – Мы добавляем ее к нашим питательным плодам. Она необходима нам как здоровая пища, но если дать ей волю, она разрастется по всему лесу и заполонит все свободное пространство.
– И тогда это уже будет не полезная добавка, а сорняк, – закончил ее мысль Рендел. – Так же и со светом, нельзя позволять ему накапливаться в больших количествах, особенно внутри твоего тела, иначе попросту испепелишь себя.
– Или, того хуже, спровоцируешь световой взрыв.
После этих слов Тамико немного покраснела и хихикнула. Видимо, ей доводилось лично ознакомится со столь неприятным явлением.
– То есть, – я пыталась подвести итоги. – Этот элемент нужно концентрировать в небольших количествах и использовать как можно быстрее, так?
– Правильно. Чем меньше, тем безопасней.
Я кивнула. В каком-то смысле, меня постигло очередное разочарование. Даже у духовной силы с такими, казалось бы, приятными и полезными свойствами есть своя жуткая сторона.
Рендел согнул руки в локте и приподнял ладони таким образом, чтобы они были на уровне плеч. Слева образовался маленький шарик света, в то время как справа появилось нечто, напоминающее бурлящий грязевой фонтанчик. Второе – явно элемент земли, только еще на стадии энергии и не преобразованный в глину, камень или дерево. Эльф совместил содержимое обоих рук, в результате чего элементы смешались и образовали вибрирующий водоворот, который постепенно принимал сначала оранжевый, а потом и желтый цвет.
– Так, свет полностью поглотил землю и превратил ее в себе подобную энергию, – прокомментировал Рендел и тут же развеял шарик, просто выпустив его из руки в воздух.
– Он просто испарился? – удивилась я, наблюдая за быстро угасающей сферой.
– Именно. Неспособный контактировать с другой энергией или живым организмом, свет быстро рассеивается без какого-либо эффекта.
Сказав это, Рендел слегка оперся на ближайшее дерево, пытаясь отдышаться. Даже такой небольшой срок использования этого опасного элемента создавал сильную нагрузку. Тамико встала и заботливо погладила его по голове.
– Главное, Рэвери, не торопись, начинай с малого. А ты отдохни, глупенький мой, – ласково пожурила она моего наставника.
– Разумеется…
Мой взгляд вновь опустился к собственным рукам. Сколько еще загадок кроется в этой силе? Одно неверное действие, маленькая ошибка, и результат из благоприятного резко меняется на пагубный. Не удивлюсь, если в этом мире постоянно кто-то гибнет из-за простой неосторожности в обращении с такой опасной энергией…
А ведь свет – лишь один из четырнадцати элементов. И пусть родными мне приходятся лишь четыре, другие всегда можно встретить и в чужих руках…
Нет, по этому поводу не стоит волноваться, ведь я, отныне, навсегда останусь в мирных изумрудных лесах и более мне не придется использовать свой дар против кого-то. Во всяком случае, надеюсь на это.
– Не бойся ты так, – Тамико, явно развеселившаяся от вида моего немного испуганного лица, по-дружески ткнула локтем в мое плечо. – Если уж даже я смогла этому выучится, то у тебя и подавно не будет проблем.
На моем лице застыла улыбка, а в глубине души теплилось радостное ощущение того, что эта веселая эльфийка не подозревает истинных причин моего бессмысленного беспокойства.
2.Нарушенный баланс
– Рэвери, ты уверена? Это может быть опасно, – нахмурился Фиксор.
Я осматривала еле заметные следы массового побега, которые, спустя столько времени, выражались в изредка поломанных ветках и паре маленьких кусочках ткани, повисших на кустах.
– Мне уже доводилось использовать временной прыжок… несколько раз. Это безопасно, если со мной что-то случится, я просто вернусь назад.
– Не спорь, Фиксор, ей лучше знать, – добавил Морван, который, повернувшись к нам спиной, смотрел в сторону далекой горной цепи.
Эльф лишь пожал плечами, но продолжал поглядывать на меня с опаской, впрочем, как и большинство членов нашей группы. Их можно понять, ведь элемент времени им мало знаком, а все то, что неведомо мудрым представителям этого народа, вызывает у них чувство тревоги.
Все же, сила времени настолько редкая, что почти никогда не встречается, а если кому-то и посчастливилось ее получить, шансы найти учителя просто ничтожны. У дефиксов и вовсе время считалось запретной силой, и они к ней не притрагивались даже если кому-то повезло с ней уродиться. Причины такой боязни мне так и не удалось узнать, потому как я, по каким-то причинам, ни разу не испытывала проблемных последствий от этого элемента.
А вот что мне удалось выяснить, так это то, что прошлое изменить невозможно. Попасть в него вполне реально, если выполнить все условия, однако, что бы я там ни сделала, как бы не повлияла на ситуацию, по моему возвращению все вернется на свои места, будто никакого путешествия во времени и не было. Единственная польза от этой способности – сбор информации. Мне необходимо узнать, что произошло в ту ночь, почему на эльфов напали, и, если повезет, выяснить, куда они держали путь.
А также понять, есть ли хоть малейший шанс, что жители сгоревшей колонии еще живы.
– Сколько это продлится? – спросила Морати.
– Примерно столько же, сколько я буду находится в прошлом.
– Это долгий срок, мы итак потеряли слишком много времени. Может, просто пойдем в сторону этих гор?
– Нет, – Твердо сказал Рендел. – Мы не знаем точно, куда они двинулись, а если выдвинемся сейчас, Рэвери уже не сможет заглянуть в прошлое?
– Почему это?
– Потому что перемещение во времени отправит меня в ту же точку, где я нахожусь.
Морати нахмурилась, а потом махнула рукой.
– Хорошо, но давай не задерживайся.
– Да, Рэвери, мы надеемся на тебя, но, все же, чем быстрее, тем лучше.
Я согласно кивнула, хоть и понимала, что длительность моего отсутствия слишком слабо зависит от меня. Неизвестно, что там было в самом деле, а узнать нужно много…
Мои веки закрыли глаза, а разум полностью сконцентрировался на всей информации, что мы собрали, в попытках воссоздать наиболее полную картину происходящего. Горящий лес, бегущие из него эльфы, а также некие высокие и сильные существа с серой кожей, наводящие хаос.
«Я должна отправиться в тот ужасный день, и найти ответы на свои вопросы» – вся мои мысли только о цели, ничего лишнего, и даже голоса моих друзей поблизости начали приглушаться…
А потом они и вовсе утихли, но вместо них появилось что-то другое.
Крики, а также звуки пламени и разламывающихся деревьев.
Пусть я и представляла происходящее в голове, но, как оказалось, в реальности картина куда страшнее. Честно говоря, после стольких лет жизни в процветающих лесах видеть такое особенно непривычно, словно меня забросило в кошмарный сон. Высокие деревья, которые служили защитой, и за счет своей таинственной силы не пускали внутрь чужаков, прямо на моих глазах горели черным пламенем, поднимая наверх огромные клубы дыма, заслонявшие целое небо. Это была ночь, и некоторые из жителей эльфийской колонии уже с криками выбегали наружу.
Собравшись, я побежала навстречу, пытаясь остановить первых беглецов, покинувших пределы родной земли. Они довольно молоды, вероятно, жители леса в первую очередь спасают своих детей.