Голубые крылья – 2: Зов вовне

– Постойте!

– Ты что творишь? Беги отсюда! – бросил один из них, пробежав мимо.

В панике, они просто не хотели как-либо реагировать на меня, ведь я не похожа ни на свою, ни на врага. Может, стоит схватить одного из них и насильно узнать, что мне нужно?

«Не забывай о правилах…» – проскочила в голове мысль.

К сожалению, временной прыжок действительно имеет ряд особенностей, которые нужно учитывать. Мало того, что перед его использованием нужно четко представлять ситуацию и цель, а все мои действия никак не повлияют на настоящее и будут попросту стерты отовсюду, кроме моей головы, так еще и само перемещение связывает меня определенными ограничениями.

Во-первых, я не могу восполнять энергию. Не знаю, с чем это связано, но, вполне возможно, что я как-то отделяюсь от духовного тела на момент прыжка, а потому со мной лишь те запасы потоков, что уже имелись в физическом теле перед использованием этой способности.

Во-вторых, моя энергия медленно убывает, вероятно, чтобы поддерживать действие способности, потому как если она закончится полностью, я вернусь назад преждевременно. По этой же причине любое использование моей сверхъестественной силы причиняет мне боль, ведь сознание уже само по себе концентрируется на удержании меня в прошлом.

В-третьих, при всем желании, нельзя использовать одну временную способность во время другой, а потому не получится разделить реальность при помощи цикла временных разрывов.

В-четвертых, если мое физическое тело уничтожат, или слишком сильно изранят, то это также вынудит меня вернутся в настоящее.

Наконец, последнее правило – я не могу слишком сильно отдаляться от точки прибытия. Попытка далеко убежать столкнет меня с таинственным черным туманом, плотным и абсолютно непроницаемым.

Это все знания, что я смогла собрать за несколько использований временного прыжка, и от них придется отталкиваться, придумывая план. Очевидно, лучше использовать свои физические умения, избегая любых магических. Ловким движением я остановила следующего беглеца, прижав его к разломившемуся дереву поблизости. Он попытался оказать сопротивление, и его рука уже засветилась от готовившейся вырваться наружу энергии, а потому, говорить пришлось быстро и громко:

– Стой! Я тебе не враг!

– С ума сошла?

– Я должна узнать… что у вас там случилось?

– Напали на нас, совсем ослепла что ли?

– Куда вы бежите?

Он посмотрел на меня с непониманием, а потом с подозрением. Внезапно, проворный эльф выдернул руку и отскочил назад, а после воспользовался элементом земли, чтобы связать меня корнями ближайшего дерева. Среагировав, я отскочила в сторону, но споткнулась, зацепившись за горелое бревно. Парень вновь занес руки, выдергивая перед собой приличный кусок почвы, угрожающе нависающий прямо надо мной.

За его спиной из пламени выбегали другие эльфы, а потому, если я буду защищаться, то точно проиграю. К счастью, мне хорошо известна эта раса. Они не нападают на беззащитных, которые ничем им не угрожают, а потому, если буду бездействовать, высока вероятность избежать опасности.

Это сработало. Эльф отбросил кусок в сторону и, убедившись, что я ничего ему не сделаю, собирался бежать дальше.

– Я из северной колонии эльфов! Меня послал Рендел!

Он остановился и вновь обернулся.

– Ч-что?

– Послушай, мне нужно знать куда вы бежите, чтобы потом вас найти!

В этот момент его пробегавшие товарищи заметили что-то неладное и остановились, приготовившись к атаке, но удивленный эльф остудил их и протянул мне руку.

– Я знаю Рендела, бежим с нами, скорее!

Мой взгляд упал на горящие деревья. Сейчас у меня всего три варианта действий, и каждый из них чреват своими неприятными последствиями.

Можно согласиться и побежать вместе с эльфами, рассчитывая на толику их доверия. Если риск оправдается, мне удастся выведать их планы, а также узнать что-нибудь о тех, кто напал на лес. Увы, здесь мне мешает пятое правило – я не могу слишком отдаляться от точки прибытия.

Возможно, стоит отказаться от предложения и просто рвануть в лес, чтобы самолично разузнать, кто за всем этим стоит… Но так я рискую не получить самую важную информацию о планах беглецов из колонии и их пункте назначения.

Либо же выбрать третий, самый опасный путь – попытаться успеть все сразу, но подвергнуть себя серьезному риску. Я могу выяснить путь побега сейчас, и отправится в лес. Вот только даже если эльфы расскажут мне хоть что-то, то бежать в сторону врага с важной информацией у них на глазах будет слишком уж подозрительно.

Вряд ли мне дадут время на еще одну попытку, а потому, придется уложиться в один заход.

– Я всего лишь иллюзия и не могу пойти с вами, – сказала я, протягивая руку эльфу и поднимаясь с земли. – Вы ведь будете искать Демиаса, не так ли?

Долгий опыт общения с представителями различных рас научил меня некоторым интересным приемам. Так, сейчас мне вспомнился любимый ход Виза, моего бывшего советника – чтобы вытянуть нужный ему ответ, он просто пытался угадать его через вопрос, и, тем самым, либо попадал в точку, вызывая удивление, либо провоцировал собеседника опровергнуть неправильную версию. Забавно, но это действительно неплохо работало.

– Демиас… оставил нам послание, – эльфы изумленно переглянулись между собой. – Свое местоположение. Мы тогда не поняли зачем, но, видимо, он что-то хотел…

– И где же он?

Но они не торопились отвечать. В стороне леса тем временем что-то взорвалось, отчего некоторые из присутствующих были вынуждены пригнуться, уклоняясь от летящих кусков древесины.

– Если ты и правда из изумрудных лесов… – эльф посмотрел на небо, а потом на горную цепь, куда бежали паникующие лесные жители. – Иди в сторону гор, а потом ступай по пути между солнцем и луной, тогда сумеешь найти драконьи земли.

– Ч-чего?

Но эльфы не ответили, ринувшись в противоположное от их дома направление, оставив меня в одиночестве. Вероятно, это какое-то скрытое послание, которое могут понять только свои, и, остается надеяться, что Рендел и остальные смогут разобраться.

Поднявшись, я рванула в ветвистые дебри, игнорируя несущихся навстречу жителей. Некоторые из них были ранены, а кто-то прямо на ходу использовал элемент света, чтобы привести в чувство товарищей. Справа упало большое дерево, и только превосходная реакция и своевременный прыжок спасли меня от удара. Судя по вскрикам, кому-то повезло меньше.

«Ты никого здесь не спасешь, если кто-то умер, он не вернется к жизни, что бы я тут ни сделала.»

Игнорируя голоса, молящие о помощи, я продолжала двигаться вглубь леса до тех пор, пока до ушей не донеслись звуки битвы. Несколько эльфов остались здесь, чтобы принять бой, и, тем самым, дать остальным шанс на побег. Против них выступали существа, по описанию напоминающие то, о чем говорил Криз: серая, словно камень, кожа, высокие и мощные тела, заостренные прямые волосы, а также выразительные черные глаза с желтоватыми белками. Неужели, и правда еще одна могущественная раса? Вполне возможно, что мне о ней уже известно, но я ни разу их не видела. Могут ли они быть опаснее дейр, эльфов и дефиксов, с которыми уже приходилось сталкиваться?

Некоторое время они перекидывались друг с другом магическими снарядами, причем было видно, что эльфы больше защищались, нежели атаковали. В какой-то момент один серокожий вышел вперед, прямо на открытый и опасный участок местности. Естественно, эльфы сразу же запустили в него разномастные сгустки энергии: осколки острого льда, покрытые грязью камни, и даже необычные темноватые субстанции. В ответ на все это, существо лишь выставило перед собой ладонь с пальцами, напоминающими щупальца, из которой тут же вышел бурный поток черного цвета, быстро принявший форму твердого куба. Словно щит, он принял на себя все эльфийские атаки, укрывая собой хозяина.

– Я устал от этой бессмысленной битвы. Вы – ничтожества, и ваше время прошло, – выкрикнул громкий и грубоватый голос из-за препятствия.

Спустя несколько мгновений послышался мощный удар, и черный куб на огромной скорости полетел прямо на эльфов. Одних отбросило, других раздавило, а кого-то с силой впечатало в дерево. Существо снова направило руку в сторону странного объекта, после чего он мигом рассыпался в пыль, которая, в свою очередь, растворилась в воздухе. Один из эльфов с трудом приподнялся и попытался оказать сопротивление, но здоровенный мужчина просто схватил его за запястье, и с мерзким хрустом сломал кость, под крики бедолаги.

– Это было легче, чем я думал, – обратилось существо к своим подопечным, которые вышли из-за укрытий. – И это те самые эльфы, которых приравнивают к нам по силе? Просто смешно…

Его товарищи поддержали своего сородича либо одобряющими возгласами, либо хихиканьем.

– К-кто вы такие? Что вам от нас надо? – из последних сил спросил раненый эльф.

Серокожий улыбнулся и слегка пригнулся, накрывая своей тенью поверженного лесного жителя.

– Меня зовут Бельмор. Я, как и мои собраться мооры, несем волю могучего Арфиосса, чтобы очистить этот мир от грязи вроде вас.

– М-мы… мы же ничего вам не сделали…

– О, ты так в этом уверен? – улыбка на лице Бельмора сменилась на гнев, а его огромная нога наступила на голову эльфа, прижимая его к земле. – Вы незаслуженно получили слишком много, то, что вам не принадлежит. Но мы исправим эту несправедливость, и совсем скоро от вас и проклятых лемитов не останется даже воспоминаний.

Эльф закричал от боли, и уже через несколько мгновений голова несчастного просто раскололась от тяжелой ступни, напоминающей прочный камень.

– Добейте остальных.

Нападающие разошлись в разные стороны, подходя к побежденным эльфам. Одних погружали в пламя, других добивали необычным оружием, напоминающем копье, но вместо острого кремня там красовался блестящий и очень тонкий наконечник, легко пробивающий плоть насквозь. От некоторых не осталось даже костей, в то время как остальные уже начали покрываться пеплом сгоревших деревьев.

Мооры и лемиты… мне знакомы эти две расы, но лишь поверхностно. Их действительно по силе приравнивают к эльфам, но в этом противостоянии наблюдается куда большее превосходство.

Я поднялась и медленно пошла кним. Несмотря на хладнокровное выражение лица, внутри меня кипела ярость и желание прямо сейчас пустить в ход всю свою мощь.

Мооры удивленно развернулись в мою сторону, и, наверное, даже не сразу поняли, что перед ними не эльф. Я подняла руку и ткнула пальцем в того, кто назвался Бельмором. Думаю, он главный в этом сборище, но, если верить его речи, есть кто-то куда более опасный.

– Ты… мерзкое чудовище, я обязательно найду тебя и убью, – сказала я, сжимая зубы.

На его лице вновь появилась улыбка, а некоторые из присутствующих даже рассмеялись.

– Это же не эльф, верно?

– Да, не шибко похожа на длинноухих…

– На лемита или дефикса тоже не смахивает.

– Может, дейр?

Бельмор махнул рукой в сторону своих подопечных, и из его пальцев вышла тонкая струя дыма. Все замолчали.

– Кто ты такая? – спросил он.

– Тебе это ничего не даст, потому что нашей встречи как таковой не существует. Все происходящее останется лишь в моем подсознании.

– Ха, не понимаю, что ты несешь, но знай, что мы до сих пор тебя не убили исключительно из любопытства к такой смелости и наглости.

Он смотрел мне прямо в глаза, а я запоминала его черты во всех деталях, чтобы точно узнать среди других представителей этой расы, когда встречу их в реальности.

– Кто такой Арфиосс?

Меня уже окружили, и даже с расстояния в несколько метров хорошо чувствовались колебания в воздухе вокруг этих существ. Угроза исходила от каждого моора, она четко ощущалась подсознательно и оказывала сильное давление. Не имей я бессмертия, легко могла бы потерять сознание от одной ауры устрашения.

– Арфиосс – сильнейший из нас, и только он способен привести этот мир к истинному порядку.

Из руки Бельмора вышло нечто очень длинное и тонкое. Полагаю, это снова элемент воплощения, способный создавать материальныепредметы из энергии. Острая штуковина тут же была схвачена сильной рукой и запущена в мою сторону, словно копье. Пробивная сила оказалась настолько мощной, что оружиепронзиломою грудь насквозь, но, вместо боли, меня охватило уже знакомое ощущение холода, разливающегося от отверстия в теле до кончиков пальцев.

– Я найду тебя, Бельмор, – на последнем выдохе говорила я, захлебываясь в собственной крови и наблюдая за ухмыляющимся лицом нового врага. – И тебя, и твоего Арфиосса. Вы… в-все… п-поплатитесь…

Свет от затухающих костров сменила пелена темного тумана, а кратковременный паралич сначала обездвижил меня, но потом вновь сменился легкой прохладой.

Тело упало на мягкую траву, прямо перед сидящими на промокшей траве эльфами.

– Рэвери, наконец-то, – первым послышался голос Фиксора.

– Р-рендел, у нас большие проблемы…

Я постепенно приходила в себя. Пусть раны после временного прыжка полностью исчезли, но мозг еще не оправился от болевых ощущений.

– Что ты видела?

Глаза полностью открылись. Шестеро эльфов, включая полукровку Морвана, смотрели на меня, в ожидании вердикта.

– Это были мооры… и они хотят уничтожить нас всех.

Я сидела на краю отвесной скалы и осматривала огромные поля, уходящие за горизонт. Огромный пожар спалил большую часть округи даже за пределом эьфийских земель, оставив за собой выжженное пятно, навсегда пометившее некогда цветущие земли своим черным клеймом.

Мой организм не нуждался в отдыхе, в отличие от моих друзей. Я в принципе не зависела от каких-либо естественных потребностей, будь то голод, жажда или усталость. Чего уж там, даже будучи смертельно раненым, мое тело продолжит существовать, и ни отсутствие дыхания, ни остановившееся сердце никаким образом не прервет мою жизнь. Несмотря на все это, мучительные ощущения нехватки чего-либо, или даже сильная боль вовсе не покидали меня, заставляя проходить через поистине ужасные мучения. Да, я никогда не потеряю сознание от длительного отсутствия сна, мое внимание не ослабится, но каждое движение будет сопровождаться болью и тяжестью, будто бы я тащу на себе огромный камень.

Однако, если к мукам своей плоти я уже давно привыкла, то вот про моральные переживания такого не скажешь. Мне не хотелось спать, не хотелось набираться сил, потому что мою голову не отпускали пугающие и очень навязчивые мысли о том, какая страшная судьба может вновь настичь моих близких.

«Я знаю, о чем ты думаешь, Рэвери.»

Веспер тихо подкралась ко мне сзади. От моей подруги и правда вряд ли что-то скроется, а потому, я не стала притворяться.

– Мне страшно… страшно за своих друзей. Мы находимся на пороге очередной войны, смысл которой я еще не поняла, но если кто-то из них погибнет…

«Каждая жизнь рано или поздно обрывается. Кто-то приходит, кто-то уходит, и ты никак не повлияешь на этот процесс, моя дорогая. Все когда-нибудь заканчивается.»

– Я так надеялась, что просто смогу прожить свою жизнь спокойно в кругу тех, кто не скончается на моих глазах по моей вине.

«Ты слишком рассчитываешь на ту жизнь, которую хочешь получить, а потому разочаровываешься. Это то, что продолжает отличать тебя от эльфов – вера, граничащая со страхом, известное человеческое пристрастие, отсюда и непринятие того, что происходит на самом деле.»

– Да, наверное, ты права. Но я все равно не желаю подвергать остальных опасности.

– Хочешь сбежать и справится со всем в одиночку?

Это был голос Рендела. Его приход мало меня удивил, с таким проницательным эльфом надолго уединиться и подумать над своими проблемами не выйдет.

– Я… не знаю. Вряд ли у меня получится преуспеть в одиночку против целой толпы разъяренных мооров… но вот если бы мне удалось найти этого Демиаса…

– Ты ведь даже не знаешь, как его найти, – усмехнулся Рендел и присел между мной и стоящей рядом Веспер. – Твоя подруга нашептала мне кое-что.

– Веспер!

«Прости, но я считаю, что так будет лучше.»

Она права, но мне все равно немного обидно.

– Рэвери, помнишь совет, который я тебе давал много лет назад, когда только стал твоим наставником?

Совет? Я наморщила лоб, пытаясь вспомнить, что же он имеет ввиду. Честно говоря, Рендел говорил мне много чего умного, и вспомнить что-то конкретное за почти сто семьдесят лет весьма непросто даже с моей идеальной памятью.

– Кажется, ты говорил, что нужно думать наперед, – я все-таки вытянула нужный фрагмент из своей головы. – Я поняла, что ты хочешь, но мне это не особо помогает.

– И все-таки, попробуй задуматься. Если ты не справишься, а шансов у тебя, будем честными, почти нет, то все эльфы, оставшиеся в своих лесах, будут обречены. Рэвери, мы должны действовать, и не важно, кто из нас выживет, а кто умрет.

Он положил руку мне на плечо и впился в меня взглядом. Я знала, что его не удовлетворит мое молчание. Рендела интересует лишь согласие с моей стороны, признание правоты нашего лидера.

– И все-таки, я бы не хотел умирать.

Собальт подкрался сзади в самый разгар нашей беседы, избавив меня от необходимости отвечать.

– Не буду врать, мне хочется прожить долгую жизнь, и смерть в бою меня не удовлетворит, – продолжал он. – Я даже всерьез задумывался над тем, чтобы просто сбежать куда подальше, забыть про все и бродить по миру, словно отшельник.

– И почему же передумал? – спросил Рендел, не сильно удивляясь таким словам.

– Любопытство. Я хочу узнать больше о Великих, о Демиасе, и о том какова роль этих могучих существ в истории мироздания. Знания – вот чему была посвящена моя жизнь, и ради них вполне можно и умереть.

Он не перестает меня удивлять. Мне всегда казалось, что знания необходимы для того, чтобы выжить, адаптироваться к суровым условиям жизни и обеспечить себе комфорт, но какой от них смысл после смерти? Наверное, мне никогда не понять Собальта и его взгляды.

– Ты ведь пришел не просто чтобы рассказать нам о своих пристрастиях?

Собальт кивнул и подошел поближе, но говорить не торопился, видимо, потому что собирался с мыслями. Перед тем, как двинуться в сторону горной цепи, у нас было недолгое обсуждение дальнейшего плана, которое зашло в тупик из-за странной загадки беглеца про путь между солнцем и луной. Что же касается нашего противника, то раса мооров уже нам известна, пусть и сугубо в рамках древней истории.

Была одна Великая, которая частично разделяла взгляды Демиаса. Викарта тоже стремилась изменить мир к лучшему, а потому осталась в хороших отношениях с хозяином драконов. И все же, она предпочла иные методы, и, вместо того чтобы объединяться с природой, попросту решила покровительствовать сильным расам. Викарта пыталась собрать вокруг себя сильнейших представителей эльфов, лемитов, мооров и дефиксов, передать им знания и научить правильному использованию силы, чтобы через свое учение построить совершенное общество.

К сожалению, ее амбиции не принесли нужный результат в полной мере. Эльфы уже выбрали Демиаса в качества своего покровителя, и их мало интересовало мировоззрение Викарты, в то время как большая часть дефиксов презирала культуру других рас и не желала с ними уживаться. Только те, кто увидели в Великой источник силы и власти, приняли решение остаться, и значимой частью такого единения стали как раз лемиты и мооры. Так говорится в истории, но ее продолжение, как и причина конфликта между этими двумя расами, остается под покровом тайны. Непонятно также каким образом в этом всем оказался замешан Демиас, который, как и большинство его сородичей, предпочитает оставаться в тени, лишь изредка общаясь с подопечными.

Личность же загадочного Арфиосса остается неизвестной. Возможно, это лидер мооров, или один из неизвестных эльфам Великих. Выяснить это мы сможем, встретившись с Демиасом.

– Рендел, – заговорил наконец Собальт. – Я думаю, Демиас мертв.

Мне сначала показалось, что я плохо расслышала. Рендел, скорее всего, прошел через аналогичное ощущение.

– Что ты сейчас сказал?

– Демиас, скорее всего, мертв.

– Почему ты так решил? – я удивленно смотрела на его задумчивое лицо.

– Просто тщательно обдумал все произошедшее. Сначала эльфийские леса теряют свою силу, потом эти мооры спокойно позволяют себе изничтожать все подряд, и, подумайте только, наш Великий, который заботился о всех своих творениях тысячелетиями, никак не реагирует. Ответ только один – его больше нет.

– Собальт, это слишком поспешный вывод…

– Помните про путь между солнцем и луной?

Мы немного удивились столь внезапно смененной теме, но все же кивнули.

– Никто из нас сразу не догадался, а значит, это не совсем скрытое послание, предназначенное лишь для ушей эльфов, а именно загадка.

– Не понимаю…

– Рэвери, ты ведь неглупая, попробуй подумать.

Я опустила взгляд вниз. Мне кажется, Собальт, как обычно, переоценивает меня. Неужели может существовать путь между солнцем и луной, если они появляются в совершенно разное время? В голову как раз приходит закат, когда одно небесное тело уходит, а другое готовится выйти ему на смену, но даже там они не пересекаются…

Лунный серп висел чуть правее от меня. Эльфы считают, что небесные тела – тоже часть природы, ведь именно они привносят в наш мир свет и тепло. Частичка гармонии, пусть и невероятно далекая, но очень важная, без которой не сможет выжить ни одно существо. Чтобы почтить влияние этих светил, мы периодически устраиваем праздники в их честь. В полдень восхваляем солнце, а в полночь, соответственно, луну. Эх, если бы тот лесной житель упомянул лишь одно тело, я бы еще могла предположить, что нужно идти в его сторону в нужное время…

– Подожди, он ведь сказал, между солнцем и луной? – меня, кажется, внезапно осенило. – Так может, нам нужно пойти по направлению между солнцем в полдень, и луной в полночь?

– Правильно, молодец! – похвалил меня Собальт.

Мы посмотрели на небо. Неужели, нужное направление могло так удачно совпасть с текущим положением светил?

– Если вы правы, то, когда взойдет солнце, мы сможем рассчитать направление, – задумчиво сказал Рендел.

Черноволосый эльф покачал головой.

– Я уже знаю, куда нужно идти, – его рука показала в сторону гор.

– Они что, в горах?

– Да нет же, – Собальт закатил глаза. – Я показываю не горы, а направление. Нужно их обойти и двигаться дальше. А еще, подобный путь доказывает, что хранитель с большой вероятностью уже мертв.

– Почему это? – поинтересовался Рендел.

– Уже точно можно сказать, что сгоревшая эльфийская колония ближе к Демиасу, чем наш родной изумрудный лес. Вам не кажется странным, что беда коснулась именно тех священных земель, что ближе к нему?

Я поняла его мысль. Если мооры наводят хаос рядом с Великим, охраняющим природу, то это как раз еще один веский повод задуматься – с хозяином драконов что-то случилось. Теория Собальта состоит в том, что его убили, после чего сила хранителя перестала передаваться в эльфийские леса, чем мооры и воспользовались, чтобы на них напасть. Вот только легенды гласят о невероятном могуществе Великих, а у Демиаса есть еще и слуги в лице драконов… Так кто же мог одолеть такого сильного противника? Кому могли досадить такие мирные создания как эльфы? В голову приходит только один вариант – другой Великий.