Принц, ты попал! Твоя Золушка

Глава 12

Это никогда не работало. Еще в детстве я поняла, что если закрыть глаза и перестать видеть проблему, она не исчезает, даже повинуясь сильнейшему желанию, идущему из самого сердца. Правда, однажды, когда я думала, что лучше смерть, чем жизнь под одной крышей с отцом, пригревшим на груди змеюку, наш новый конюх украдкой вручил мне большое румяное яблоко и улыбнулся. Посоветовав мне не сдаваться без борьбы, он удалился так же внезапно, как и появился, а я впервые посмотрела на себя не как на жертву. Ведь в действительности у меня столько же прав на замок, как и у графини, и если кто и должен убраться прочь, так это она и ее дочери.

Воспоминания вернули мне самообладание, натренированное годами соседства с графиней Милтон. Открыв глаза, я спокойно встретила напряженный взгляд принца.

– Мне пора, Ваше Высочество, – поднявшись, я исполнила безупречный реверанс. – Еще раз спасибо, что исцелили мою ногу.

Кристиан медленно кивнул.

– Что-то мне подсказывает, – иронично ухмыляясь, произнес он. – Что наутро я не найду тебя во дворце. Не доверяешь моему слову? Или скрываешь что-то еще?

Что ж, раскусил. Но наследнику, похоже, не требовалось устное подтверждение.

– Видимо, день сегодня такой. Все от меня сбегают, – он запустил руку в светлую шевелюру и на один краткий миг стал выглядеть растерянным мальчишкой, отчего мое сердце пустилось отплясывать джигу.

И не стоило бы принимать замешательство Его Высочества на свой счет, но вряд ли на балу нашелся еще кто-то, кто позволил себе такую неслыханную дерзость, как побег посреди увлекательной беседы с принцем. Украдкой усмехнувшись, я виновато склонила голову. Еще немного, и мой обман будет раскрыт. И если Кристиан не узнает во мне свою незнакомку в алом, то точно поймет, что перед ним далеко не робкая служаночка. Но мне, если честно, надоело опасаться. Жизнь моя слишком бесперспективна и безрадостна, чтобы за нее так отчаянно держаться. И скорее всего, яд в моей крови дал о себе знать, вкупе с пережитым ужасом и сильнейшим эмоциональным потрясением. Слишком много свалилось на меня за день, иначе как еще объяснить то, что я уселась на траву и, чинно расправив юбку, повернулась к принцу.

– Пожалуй, задержусь еще недолго, – неслыханная дерзость с моей стороны, но Кристиан внезапно усмехнулся и совсем не по-королевски плюхнулся рядом, вытянулся во весь свой немаленький рост и, оперевшись на локти, уставился на небо. Ему бы мчаться ловить заговорщиков, а он на озере прохлаждается. Поразительная беспечность.

И с чего у него вдруг такое хорошее настроение?

– Позвольте вопрос, Ваше Высочество, – все же любопытство оказалось сильнее страха.

Кристиан посмотрел на меня и кивнул, не отрывая взгляда от моих глаз. И на какой-то миг снова стало страшно, что уж глаза-то он узнает, они хоть и были в обрамлении маски, но ничуть не изменились. Но принц, кажется, недостаточно хорошо рассмотрел меня во время танца. Да и вообще, может, я придаю слишком большое значение нашему легкому флирту, который и длился-то недолго.

– Почему Вы, зная, что на Вас готовилось покушение, сидите здесь вместо того, чтобы ловить заговорщиков?

– Я все же склоняюсь к мысли, что мое общество тебе неприятно, – не отводя внимательного взгляда, произнес он, и я совершенно натурально покраснела. Еще до того, как поняла, что ирония эта не дошла до его глаз, и лукавые искорки пропали из них окончательно.

– Простите, Ваше Высочество, – от души извинилась я.

После того, как фей-крестный появился в моей жизни, все изменилось. Это не было похоже на сказку – немного магии для бедной сиротки, и вот она уже принцесса. Нет. Его возможности ограничены как его способностями, так и законами магического мира. Он не мог избавить меня от графини Милтон и ее дочерей, зато мог значительно облегчить мне мою миссию – сделать все, чтобы им жизнь тоже медом не казалась. Он не мог сделать меня писаной красавицей, чтобы я могла удачно выйти замуж, не имея приданого, зато очень много времени тратил, занимаясь со мной как точными науками, так и гуманитарными. Мой крестный был из тех мужчин в нашем королевстве, кто в первую очередь ценил в человеке интеллект и воспитание. Он считал, что красивая, но глупая женщина – это скорее аксессуар, и истинной спутницей жизни она вряд ли сможет быть.

Эрик не мог заставить принца влюбиться в меня, но создал для этого все условия. У меня были необходимые знания, чтобы вести беседу на любую тему. Была легенда, способная разжечь любопытство наследника, избалованного женским обществом. И яркая обертка для привлечения внимания. И нам еще предстоит долго разбираться: почему, имея на руках все козыри, я потерпела столь сокрушительное поражение, еще и вляпавшись по самые уши.

Те несколько лет, что мы провели бок о бок, я считала крестного своим даже не другом, а ближайшим родственником. Он был посвящен во все мои секреты и переживания, знал все мои планы и возможности. Я доверяла ему абсолютно, без всяких оговорок, и по-своему очень сильно любила. Но иногда бывали моменты, когда я боялась. Нет, Эрик ни разу не поднял на меня руку, за исключением последней порки, но там у нас обоих других вариантов не было. Но он умел уничтожать взглядом. Во время обучения бывали моменты, когда мне что-то не давалось. Или я слишком явно нарывалась на недовольство мачехи. И тогда фей-крестный долго смотрел на меня, и в его серых глазах отчетливо сверкали льдинки. А потом качал головой и говорил, какая же я идиотка. После такого он обычно уходил, полностью разочарованный в моих умственных способностях, да и в своих тоже, потому как имел неосторожность связаться со мной.

И вот сейчас я так явно представила этот холодный взгляд и разочарование в глазах крестного, что невольно зябко поежилась.

Идиотка Элис. Нельзя так разговаривать с принцем. Ни нищей служанке, ни дворянке. Тем более дворянке.

К счастью, принц продолжал любоваться звездным небом и не видел моих душевных терзаний. Я молчала, не решаясь прервать установившуюся тишину, Его Высочество тоже не спешил общаться. Но это не казалось мне неловким. Взяв себя в руки и немного успокоившись, я уставилась на воду. На темной глади отражались звезды. Моя матушка верила, что люди, вопреки распространенной теории, после смерти не попадают на небеса. Она говорила, что когда человек рождается, на небе загорается звезда, которая указывает ему жизненный путь, освещает и оберегает, и гаснет со смертью своего подопечного. Однажды, взяв меня с собой на позднюю прогулку по саду, она показала мне крошечную сверкающую точку среди миллиарда точно таких же, и сказала, что она и есть мой покровитель. Красивая теория, но после ее смерти я множество раз всматривалась в усыпанное бисеринками звезд небо и искала ту самую, мою, путеводную, и не находила. И то ли моя жизнь оборвалась с кончиной матушки, то ли моя звезда спустилась с небес на землю и явилась мне в образе крестного. Я больше склонялась ко второму варианту.

Тишина у озера воцарилась столь абсолютная, что я вздрогнула, когда принц едва слышно вздохнул.

– С тобой уютно молчать, – не поворачиваясь, озвучил он мои собственные мысли. Я хмыкнула, соглашаясь. Хотя мне кажется, что наследник не из тех, кому в принципе бывает неловко.

– Что еще ты можешь рассказать о покушении? – на этот раз голос его прозвучал серьезно. – Может, слышала какие-то имена? Даты?

Я не колебалась, решив на этот раз быть честной до конца.

– Я кое-что слышала, Ваше Высочество. Разговаривали двое, и я уверена, что смогу опознать голоса, если снова их услышу. Один из них неравнодушен к вашей матушке, Ее Величеству королеве Мередит. А второго служанка ласково называла Олли.

– Оливер Стайн, – с каким-то мрачным удовлетворением произнес принц. – А второй, готов поклясться, дядюшка Гай.

Я судорожно вздохнула. Несколько лет назад я имела удовольствие быть представленной кузену короля, и герцог показался мне убитым горем вдовцом, бросившим все душевные силы на служение королевству. Предателем он никак не выглядел. Хотя это было давно, а время и власть, как известно, меняют людей.

– Вот ты где! – я поспешно подскочила, услышав новый голос, и присела в глубоком реверансе, опустив голову и толком не видя, кто же нарушил наше уединение.

– Говоришь так, будто и правда искал, – принц развернулся к вновь пришедшему и одним плавным движением поднялся.

– Не искал, – признался, судя по всему, хороший приятель Его Высочества. – Поисковый импульс сделал это за меня. Кое-что произошло во дворце. Мы нашли…

Я физически почувствовала на себе его недовольный взгляд. Подняв голову, я увидела перед собой еще одного боевого мага, в холодных серых глазах которого затаилась угроза. Я застыла, догадываясь, что они нашли во дворце. Вернее, кого, и если я прямо сейчас не испарюсь из королевской резиденции, потом может быть уже поздно. Нутром чую, что от этого мага с его внимательным цепким взглядом стоит держаться подальше. Если он меня в чем-то заподозрит, всю душу вытрясет в поисках истины, на снисхождение не стоит и надеяться.

Его Высочество замешкался всего на мгновение. Стряхнув со штанов невидимые травинки, он пригладил волосы и, не прощаясь, направился прочь.

– С каких пор ты тратишь время на прислугу? – маг даже не пытался говорить тише, и готова поклясться, он еще прочитает наследнику лекцию о порочащих связях. Ответа принца Кристиана я не слышала, но, может, оно и к лучшему? Меньше разочарований. Я усмехнулась. Большинство дворян редкостные снобы, для которых само слово «мезальянс» звучит как худший из приговоров. Однако таким, как я это порой бывает на руку.

Подхватив с травы мятый фартук и разбитые башмаки, я углубилась в заросли дикой вишни, чтобы в случае чего меня не так просто было обнаружить. До рассвета еще несколько часов, и этого времени мне вполне хватит, чтобы придумать, как быть дальше.

Глава 13

На рассвете дворцовые ворота гостеприимно распахнулись, и я, кое-как расправив безнадежно измятый фартук, проскользнула мимо стражи. Судя по оценивающим с долей сочувствия взглядам, меня приняли за провинившуюся служанку, вылетевшую с работы. Чуть припухшее от слез лицо добавляло достоверности их версии событий. К счастью, никто не решил со мной заговорить или по другой причине задержать. А в роще я с облегчением обнаружила своего фея-крестного. Он лежал под раскидистым валларом, закинув руки за голову и, казалось бы, спал. Если бы я так хорошо не знала Эрика, то решила бы, что он действительно просто проезжал мимо и прилег отдохнуть. В нескольких шагах от него мирно паслась Звездочка, кобылка из конюшни моего отца. Поводья были небрежно перекинуты через низкую ветку, но смирная лошадка и не думала пытаться бежать.

Я даже не старалась вести себя тихо. Наоборот, не дойдя до отдыхающего крестного нескольких шагов, атаковала его вопросами, начав с самого наболевшего.

– Что пошло не так?

Один серый глаз приоткрылся, и я убедилась в собственной правоте – фей и не думал спать.

– Все, – емко ответил он.

Я помотала головой и вздохнула. Бессонная ночка дала о себе знать, и глаза начали слипаться. Сев на траву в шаге от Эрика, я вкратце и без утайки поведала ему о своих злоключениях, время от времени уточняя особо заинтересовавшие крестного детали. В конце повествования перевела дух и приготовилась выслушать вердикт. Фей к тому времени стряхнул с себя остатки сонливости и сидел хмурый и сосредоточенный.

– Да-а, – резюмировал он. – Попала.

Ну, это я и без него поняла. Запустив пятерню в свою и без того взъерошенную шевелюру (видимо, чтобы лучше думалось), крестный ненадолго ушел в себя. Вскочив, я нетерпеливо топталась рядом, наблюдая, как он все больше мрачнеет.

– Значит, так, – принял решение он. – Сейчас возвращаемся домой. Я сотворил морок, и если даже графиня заглядывала на твой чердак, она увидела только то, как ты спишь. Но это вряд ли. Твои родственницы изрядно набрались на балу, и по возвращении едва ворочали языками. Уверен, они до сих пор в отключке. Разбитая туфля – это, конечно, неопровержимое доказательство твоей причастности, но никто никогда не докажет, что это именно ты была в алом платье. Если принц до сих пор не узнал тебя, то это уже вряд ли изменится. С убийством служанки все гораздо хуже, и остается лишь тихо сидеть в замке, надеясь, что принц или его друг, которые могут тебя опознать, не заглянут на огонек. Можно было бы подправить твою внешность магией, но если Артаур возьмется за поиски, морок не будет ему помехой. Скорее наоборот – привлечет внимание.

Я кивнула, соглашаясь с ним. Сейчас главная проблема – незаметно пробраться в замок, а там уже влезть на свой чердак и успешно притвориться трупом. После такой порки, думаю, графиня не будет ждать от меня особой прыти. Она, скорее всего, меня уже заочно похоронила и только и ждет, когда ее ожидания станут реальностью.

– Мда-а, – протянул Эрик, продолжая вытаптывать траву под валларом. – Готов поспорить, он будет искать.

Я вспомнила цепкий, проницательный взгляд синих глаз наследника, и почти не усомнилась в том, что даже найдет. Рано или поздно. В наших силах лишь сделать так, чтобы это было поздно.

До чего-то додумавшись, мой крестный легко запрыгнул на лошадку и протянул мне руки.

– Я накину полог отвода глаз. Нас увидят, но не узнают.

– Почему не сделать нас невидимыми? – я устроилась на Звездочке и повернулась к фею.

– Хочешь, чтобы какой-нибудь встречный извозчик попытался проехать сквозь нас? – криво усмехнулся он.

Об этом я не подумала. Как всегда. Стиснув зубы, злясь на себя за глупость, я отвернулась, и до замка мы ехали в какой-то мрачной, гнетущей тишине. Может, Кристиан и кривил душой, когда говорил про уютное молчание, и мне, в отличие от него, было чего опасаться, но это все же лучше, чем явное молчаливое неодобрение, сосредоточенное на моем затылке. Как бы дыру не прожег. И за что, спрашивается? Как будто хоть что-то от меня зависело. Я в полночь с бала сбежала, как было велено? Честно попыталась. А то, что не получилось… Виновник уже за это поплатился, но от этого совсем не легче.

Будто прочитав мои мысли, Эрик вздохнул.

– Оба хороши, – признал он. – Уверен, если как следует выспаться, все случившееся покажется не такой катастрофой.

Тут я с ним полностью согласна. К тому же спать хочется до такой степени, что уже, кажется, начались галлюцинации, иначе как объяснить крошку-сильфа, приземлившегося между конскими ушами и отчаянно машущего руками, подавая какие-то сигналы.

– Эрик, – одними губами позвала я. – Ты тоже это видишь?

– Вижу, – так же тихо ответил фей. – И даже, кажется, знаю, что ему нужно.

Малютка тем временем, похоже, подумал, что мы его не слышим, и, вспорхнув с головы лошадки, перелетел ко мне на плечо. Крошечные ножки ощутимо вдавились в меня, и я дернулась, пытаясь стряхнуть это мелкое чудовище. Сильф возмущенно запищал, и я уже собралась отправить его в полет щелчком, но Эрик подставил наглому коротышке ладонь, и тот, презрительно фыркнув мне в ухо, царственно ступил на моего крестного. Ну и манеры. Я представляю, насколько сильфы, избалованные эльфами, привыкли, что к ним относятся, как к забавным малышам, и снисходительно терпят все их выходки. Я, к счастью, эльфом не являюсь, и мелкий народец не вызывает во мне ни капли умиления. Вообще странно, что сильф показался перед нами. Насколько я помню, они боятся людей и стараются держаться подальше, поэтому в человеческом королевстве они считаются больше сказкой, чем реальностью.

– И что ему нужно? – я примерно поняла сильфову пантомиму, но хотелось удостовериться.

– Наша помощь, – подтвердил мою догадку Эрик. – Его подруга попала в беду, и одному ему не справиться.

Я больше ничего не спрашивала. Мой крестный, следуя указаниям брата своего меньшего, направил лошадку вглубь леса. Это, судя по всему, была самая дремучая и непролазная его часть, потому что там не нашлось даже тропинки. Но бурелом каким-то образом просто расступался за миг до того, как Звездочка делала шаг, и, не придумав ничего лучше, я просто списала это на магию. Как известно, сильфы ценятся своей пыльцой. Чуть-чуть стряхнул у такого малыша с крыльев, и любая магия уже не требует сложных заклинаний и серьезной энергопотери, достаточно просто сильно захотеть.

Я не уловила момент, когда деревья просто закончились, и мы оказались на небольшой уютной поляне, густо заросшей цветами. Яркие лепестки блестели каплями росы, и в самом воздухе висела дождевая взвесь, переливаясь всеми цветами радуги. Я застыла, восхищаясь неописуемой красотой этого места. Как будто миллиарды крошечных бриллиантов сияли тут и там, создавая ощущение чего-то настолько оторванного от реальности, что захотелось украдкой себя ущипнуть. От созерцания меня оторвал тонкий жалобный писк, донесшийся откуда-то с середины поляны. Неужели здесь могло произойти что-то плохое? В этом потрясающем месте?

Эрик, не мешкая, с эльфийской грацией соскользнул с лошади. Я, чисто по-человечески спрыгнув, устремилась за ним. И не скажу, что меня вело беспокойство и желание помочь малышу. Просто один из моих сильнейших пороков – любопытство. Ничего не могу с собой поделать. Как знать, не будь я такой любопытной, могла бы избежать массы проблем.

Раздвинув толстые стебли, мой крестный наклонился над пострадавшей. Стало понятно, почему волшебная пыльца была малоэффективна для помощи. Подруга сильфа намертво застряла ножкой в трещине в коре поваленного дерева. Сам ствол терялся в цветах, крона же была далеко за пределами поляны. Малышка отчаянно заголосила, увидев нас, но ее друг быстро ее успокоил. Видимо, сообщил, что мы пришли помочь. Хотя я своего согласия на это не давала. Да и от Эрика ничего подобного не слышала. Может, он поехал просто посмотреть. Но, взглянув на крестного, я поняла, что он не остался равнодушным. Лицо осталось непроницаемым, но в глубине глаз отразилось беспокойство. И это мой циничный и в чем-то даже жестокий фей?

Осторожно приблизившись, Эрик со всех сторон осмотрел дерево, потрогал, попробовал оторвать толстую кору, и, в конце концов, вытащил свой складной нож. Я не вмешивалась, чувствуя, что вряд ли смогу чем-то помочь. Да и зачем лезть под руку? Сильфы и так на грани нервного срыва. А они хоть и маленькие, но злить их себе дороже. Превратят в лягушку, и сиди потом, квакай, бойся аистов. Я усмехнулась, представив сидящих на листе кувшинки своих сводных сестричек. Этим двоим даже колдовство не нужно, и без него страшные.

– Готово, – фей сложил ножик и убрал его в карман. Сильфы кружились вокруг него, преисполненные благодарности. За своими размышлениями я и не заметила, как он аккуратно срезал кусок коры и освободил крылатую малютку. Похоже, можно двигаться дальше. Я пожелала сильфам всего наилучшего, не уверенная, что они меня поймут, и направилась к Звездочке. Эрику было неловко, и я дипломатично отвернулась. В глубине души мы оба знаем, что на самом деле под толстой скорлупой у него горячее чувствительное сердце, но условия, в которых мы оказались, не предполагают мягкости. Время сейчас такое, сильные без угрызений совести жрут слабых. У моей мачехи не возникло ни тени сомнений, когда она просила своего приятеля устранить соперницу своих дочерей. И ей не важны были ни методы, ни последствия для исполнителя. Главное – результат.

Когда мы покинули поляну, и, пробравшись через бурелом, выбрались на тракт, я прислонилась спиной к сидящему позади Эрику, почувствовав приступ головокружения. Рот наполнился горечью, а кожу на затылке стянуло от внезапного озноба.

– Дома поспишь, – фей бесцеремонно отпихнул меня от себя, и я покачнулась, едва не свалившись с лошади. Заметив это, он придержал меня за плечи.

– Могильник, – помертвевшими губами прошептала я. Тьма великая, как я могла забыть?! Как могла не сообщить фею-крестному самого главного? Не сказать, что мне срочно нужно противоядие.

– Что ты там бормочешь? – не понял Эрик.

– Могильник, – повторила я, стараясь говорить громче. От страха горло сдавило спазмом, голос охрип, но, на мое счастье, крестный наконец-то понял. Прижав меня к себе, он нещадно пнул лошадиные бока, и к замку мы понеслись уже хорошим галопом.

Глава 14

Кажется, просыпаться с больной головой скоро станет традицией. В висках пульсировало, и я уже решила, что открывать глаза и тем более вставать вовсе не обязательно, когда кто-то грубо схватил меня за плечо и как следует встряхнул. Мне достаточно было мгновения, чтобы понять, что это не Эрик. А для всех остальных я – выпоротая и умирающая от боли, что, в общем-то, недалеко от истины. Замычав, я дернула плечом, стряхивая с себя чужую руку.

– Бедняжка, – послышался голос Марты, нашей кухарки. – Спасибо Темному, жива. Думали, на этот раз точно не переживешь. На вот, деточка, я тебе покушать принесла.

Интересно, та сцена перед моим отъездом на бал совсем не отложилась в ее голове?

Нехотя развернувшись, я смогла в полной мере оценить любовь прислуги. Жареные ребрышки с графского стола, не иначе. И как только умудрились стащить? Обычно мне доставалась холодная каша с редкими кусочками мяса и овощей. Судя по всему, вдали от графини Милтон обитатели замка не боятся проявлять свои истинные чувства, но удивительным образом забывают об этом. Значит, можно не изображать из себя умирающего лебедя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.