- -
- 100%
- +
Глава 11
Пересекли Атлантический океан, вошли в залив Святого Лаврентия, и вот около острова Антикости попали в ураган. Огромная волна накрыла судно, на
палубе два контейнера смяло в гармошку. Сорвало трактор и он, пробив фальш-
борт, улетел в море. Хорошо, что остальной груз был хорошо закреплен и его не сорвало. С приходом в Монреаль пришлось капитану писать множество объяснений о случившемся.
В те годы часть судов Мурманского Морского Пароходства работали на линии: порты Северной Европы–порты Восточной Канады. Самым посещаемым, мурманскими судами в Канаде был порт Монреаль. Мурманское Пароходство арендовало в монреальском порту несколько причалов и складов. Перевозили в основном генеральные грузы. Это сельхозтехника и оборудование в крупных ящиках и контейнерах. Нормальный рабочий день у канадцев в порту – восемь часов и пятидневная рабочая неделя. Мурманское Пароходство заключало договор с канадской стивидорной кампанией и оплачивало работу грузчиков. Иногда, когда надо было срочно погрузить или выгрузить судно, заказывалась сверхурочная работа – овертайм, но оплата работы грузчиков резко возрастала. Работы в овертайм старались заказывать как можно реже. Стоянка судна под грузовыми работами в порту Монреаль доходила до месяца.
Причалы, арендованные мурманчанами, находились далеко от города. Чтобы добраться до города, необходимо было сначала ехать на автобусе, затем, с этим же билетом, на метро. Увольнение экипажа в город разрешалось только в светлое время суток и только группами, не менее трех человек в группе, во главе со старшим группы, который назначался из комсостава. Несмотря на длинную стоянку, в город моряки могли сходить только пару раз. Обычно добирались до улицы Святого Лаврентия, на которой расположены магазинчики с дешевым товаром, имеющим спрос в СССР. На этом у многих моряков поход в город заканчивался. У женской части экипажа еще больше трудностей с походом в город. Штурманы, механики и электромеханики их в свою группу старались не брать. Зима в Канаде такая же, как и в Мурманске – снежная и холодная. Набегаются по магазинам моряки, а отдохнуть, погреться, выпить пива идут в Таверну. А по местным правилам, вход в Таверны женщинам – запрещен. И следят за этим не только работники Таверны, на и сами канадцы – посетители Таверны. Местные жители объясняют эту дискриминацию тем, что мужики не хотят, чтобы их жены мешали им проводить досуг с друзьями. Бывало, что выйдут в увольнение в группе с механиком, матросами судовые женщины, накупят в магазинах гипюровых кофточек и разной мелочи, находились, устали. Мужики – отдыхать в Таверну, а женщины остаются с пакетами на улице у входа. Поэтому, в основном, в увольнение женщины ходят с командирами, у которых побольше свободного времени, с помполитом, с судовым доктором. К тому же, потом старшему группы надо в рапорте указывать, что покупали члены группы. А как следить за женщиной, когда она покупает себе белье? Поэтому и Александр
Николаевич старался находить на судне всякую работу, когда в город собирались
женщины. Все эти правила поведения советских моряков, канадские портовые работники, конечно же, хорошо знали. При производстве грузовых работ и по креплению–раскреплению груза, экипаж судов всегда работал в хорошем, деловом контакте с канадцами, вовремя выполнял все их обоснованные требования. У судовых экипажей, постоянно заходивших в порт Монреаль, с местными работниками сложились хорошие, деловые отношения. Канадцы, иногда, в знак уважения, делали экипажам судов небольшие подарки. То автобус дадут на небольшую экскурсию по городу, то в гости пригласят. Более тесно с канадцами при грузовых работах контактировал второй – грузовой помощник капитана. Однажды приходит ко второму помощнику начальник грузового района порта и дает ему четыре билета на хоккейный матч. Играют команды НХЛ, какая-то ответственная игра. К этой игре у второго помощника интереса никакого нет, но появилась возможность вечером вырваться в город, прогуляться по вечернему Монреалю. Так как в город можно выходить только группой, то в группу он берет своих друзей: начальника радиостанции, второго радиста и судового врача. Запрашивает разрешение на увольнение у капитана. Вечером грузовых работ нет и поэтому капитан дает «добро». Затем надо запросить разрешение и получить паспорта у помполита. Здесь сложнее. Помполит сам не прочь сходить в город. И, опять же, как отпустить в город вечером группу. Хоккейный матч начинается в 21:00, окончится поздно, пока моряки доберутся до судна, будет уже ночь. К тому же все четверо уж больно независимые – что они там натворят без присмотра? Самому влезть в группу как-то неэтично, билетов только четыре, кого-то надо из группы убирать. Рядом стоит и слушает этот разговор моторист Александр Лыжин. Сорокалетний член партии и верный помощник помполита. Сразу рождается решение – вместо второго радиста пойдет моторист, он большой любитель хоккея. Начальник рации заявляет, что без второго радиста он на матч не пойдет. Второй помощник отдает билеты помполиту:
– Идите вы сами на матч, я тоже не пойду.
– А как вы объясните завтра начальнику грузового района, почему не пошли?
– Так и объясню, что без особого надзора выход в город вечером даже командирам запрещен.
В разговор вмешался второй радист:
– Да, я могу не ходить, плохо себя чувствую. Наверно простыл, голова болит и тело все ломит, пусть идет Лыжин.
Вышли из проходной. До города добираться далеко. Решили взять такси. Оплата за проезд делится на всех. Лыжин не согласен, он и денег с собой не взял. Ладно. Доехали до стадиона. Начальник рации предлагает:
– Ребята, на кой черт нам этот хоккей сдался? Играют незнакомые команды, давайте билеты сдадим и на вырученные деньги можем сходить в Таверну со стриптизом или на дискотеку. Посмотрим, как канадцы вечерами развлекаются.
Все «за», кроме моториста. Как он потом помполиту доложит, где были? Запутается с объяснениями. Решили оставить Лыжина одного на хоккейном матче. Сами прогуляются по Монреалю, а потом зайдут за ним. Тот чуть не плачет:
– А если вы не придете, потеряетесь, как я буду до судна добираться? Языка я не знаю, денег с собой не взял.
Кое-как его успокоили, пообещали, что не оставят одного. Потом на судне придется объясняться, где моториста потеряли.
Матч проходил на закрытом хоккейном стадионе «Форум» в центральной части города. Прошли все вчетвером на стадион, посадили на место моториста и без него пошли в город. Пару часов побродили по центру Монреаля. Зашли в бар, выпили по кружке пива. Время пролетело быстро, надо идти в «Форум» за мотористом. Прошли на стадион по своим билетам – на выходе они не отбираются. Посмотрели окончание матча и, довольные вечерней прогулкой, отправились на судно. На следующий день вечером, играют доктор с помполи-том в шахматы, и тот все пытается разузнать, как они провели предыдущий вечер:
– Александр Николаевич, ведь вы же говорили, что не особо любите хоккей,
да и второй помощник с начальником рации тоже. Как же вы всю игру на стади-оне отсидели, не скучно было?
«Неужели моторист все ему рассказал», – сразу возникла мысль у доктора.
– Да нет, не скучно. Очень уж игра была интересная, играли настоящие про-фессионалы. Такой хоккей с огромным удовольствием смотрится.
Помполит это с улыбкой выслушал и ничего не сказал. Такие были в то время порядки на советском торговом флоте.
В Канаде много украинцев и русских, в основном это попавшие туда после Отечественной войны и их потомки. Многие интересуются, как живется сейчас на
их бывшей родине. Несколько раз приходил на судно молодой парень, он уже
родился в Канаде, а его родители попали туда после освобождения из немецкого
плена американцами. Джордж или по-нашему Жора много интересного порассказывал о жизни в Канаде, да моряки и сами все видят. Показал морякам знаменитый центр католичества Северной Америки – Собор Святого Иосифа. Увидели, как истинные верующие поднимаются в храм по широкой лестнице на
коленях.
Еще повезло доктору, что капитан был большой любитель пеших прогулок. Одному капитану гулять скучно и он всегда приглашал прогуляться за кампанию доктора. Вот в Монреале доктору и повезло увидеть много городских достопримечательностей. Побывали даже на знаменитой выставке «Экспо».
Сходили и в Собор Святого Иосифа. Здесь уже посмотрели и церковную службу. Людей в Соборе много, видно, что не только истинно верующие здесь находятся, но и много туристов. У японцев, китайцев и других жителей юго-восточной Азии
наверняка другая вера – не католическая, но ходят они по залам, свечки ставят, потихоньку за пределами Собора фотографируют.
Закончили выгрузку в Монреале, отремонтировали фальшборт и следующий порт – выгрузка оставшегося груза в Торонто, который находится на одном из Великих Американских Озер, на озере Онтарио.
Глава 12
В Монреале предъявили судно инспекторам Cивей – Администрации контролирующей судоходство по системе этих Озер. Это движение по рекам, каналам, шлюзам, которые соединяют эти Озера и по самим Великим Американским Озерам. Проверяются все судовые системы и устройства, судовые навигационные приборы, аварийное снабжение и пр. и пр. Обязательно наличие на борту двух рабочих радаров (в других портах можно обойтись одним). Из кладовок достают специально предназначенные для Сивея швартовы, это стальные оцинкованные троса без смазки и без малейших повреждений, в других портах эти швартовы не используются, их берегут именно для Сивея, но скоро и их там принимать не будут. Все остальные государства обеспечили свои суда синтетическими канатами. В конце каждого швартова огон (петля) для крепления троса на причале и в пяти метрах от основного огона маленький огон для крепления бросательного конца, за который этот швартов выбирают с причала. Причем береговые матросы не тянут бросательный конец руками, а выбирают его небольшим шпилем, который находится около каждого причального битенга – тумбы. Сами бросательные концы должны быть изготовлены по всем правилам. Если он этим правилам не соответствует, то береговые матросы просто его обрезают, и швартовы не принимают. И почти на всех причальных стенках Сивейских шлюзов висят эти обрезанные бросательные концы в назидание нерадивым матросам. Проверяется система высадки матросов на причалы подходного к шлюзу канала. Надводный борт у морского судна большой и, естественно, высота причалов тоже высокая. Подходит судно к шлюзу, а он занят другим судном и для ожидания шлюзования необходимо вставать к стенке причала подходного канала. На этих причалах береговых работников нет, и для швартовки на причал высаживается судовой матрос. Для этого специально вооружается носовая грузовая стрела. К концу этой стрелы через блок подвешивается «беседка», в нее садится матрос –«десантник», судно малым ходом подходит к причалу, стрела с борта судна специальными оттяжками вываливается за борт и матрос –«десантник» выскакивает на берег принимать судовые швартовы.
Все проверено, судно признано годным для этого плавания, выдан серти-фикат, разрешающий движение по Сивею. Начало этого перехода всегда вызывает большой интерес экипажа. Это красивая природа и новые виды за бортом. На берегах шикарные виллы, около многих из них бассейны, и на берегу перед виллами причалы с яхтами и небольшими гидросамолетами. Проводить судно по Сивею помогают американские и канадские лоцманы, которые сменяют друг друга. У каждого свой участок. Поднялся на мостик очередной лоцман – американец. Проходит судно в одном месте недалеко от берега. На берегу около коттеджа с бассейном и причалом с яхтой стоит группа людей и приветливо машут судну. Лоцман объясняет:
– Это мой дом и мои родственники с друзьями. – И просит:
– Можно, я им посигналю судовым тифоном.
– Да, конечно, сигнальте.
Лоцман начинает сигналить, потом выходит на мостик и машет родным
обеими руками. На шлюпочной палубе стоят свободные от вахт моряки. Просят
капитана:
– Спросите. Зачем у них перед домами бассейны, ведь живут они на берегу
реки?
– Вода в реке может быть грязной, а в бассейн она поступает очищенной, -
просто поясняет лоцман.
Все члены экипажа знают, что сброс с судна за борт любого мусора, хоз-отходов, фекальных и нефтесодержащих вод с судов запрещен и строго контролируется. Стоки с береговых предприятий проходят серьезную очистку. И общее мнение моряков:
– Зажрались капиталисты. Мы же в Волге и в Дону купаемся, и ничего
страшного не происходит. А, вот то, что у лоцмана дом хороший, так он, наверное, зарплату гораздо больше нашей получает, хотя работает не больше наших лоцманов.
В одном месте на берегу видно какое- то предприятие, около него большая
гора каменного угля и вокруг зеленая трава. Конечно – же, возникает законный
вопрос. А, как это удается, чтобы и уголь черный и трава вокруг зеленая? Или он чем- то накрыт невидимым издалека, или водой постоянно поливается? Но картина замечательная.
Оформили приход судна в порт и судовой агент «радует» капитана:
– В порту Торонто пятидневная рабочая неделя и восьмичасовой рабочий.
день. Сейчас уже конец рабочего дня и погрузки не будет, а завтра в Канаде праздник и в порту выходной день, т.е. порт не работает.
Как обычно, накрыла буфетчица стол в каюте капитана. Сидят, обсуждают с агентом вопросы, связанные со стоянкой судна в порту и зашел разговор о
Ниагарском водопаде. Капитан спрашивает:
– Я слышал от своих коллег, что они иногда из Торонто ездят на экскурсию на
Ниагарский водопад. Не подскажете, как бы и моему экипажу заказать экскурсию
на водопад.
– Хорошо я позвоню в Клуб Моряков, думаю, они смогут организовать для вас
такую экскурсию.
На следующее утро к трапу подъехал микроавтобус. Поднимается на борт посетитель. Вахтенный матрос вызывает вахтенного помощника капитана.
Прибывший на борт представляется:
– Я, представитель Клуба Моряков в этом порту. Мы приглашаем ваших моряков на экскурсию на Ниагарский водопад. И объясняет, что эту экскурсию Клуб организовывает бесплатно. Доложили капитану. Капитан вызывает помполита:
– Виктор Алексеевич, рейс длинный, экипаж устал, пусть желающие съездят на экскурсию под вашим руководством, немного развеются. Полагаю, ничего страшного не случится.
– Но Александр Степанович, ведь все эти Морские Клубы находятся под руководством религиозных общин. И этот, наверняка, содержит какое-нибудь общество «Летящий Ангел» или «Полет Ангела», никак не разберусь, как они правильно называются. Как бы чего не случилось.
– А, что может случиться? За несколько часов к религии наших моряков не приобщить.
На автобусе поехали на водопад под руководством первого помощника капитана почти половина экипажа. Морякам не столько интересен сам водопад, как возможность сменить привычную обстановку. Сам водопад производит сильное впечатление. Река Ниагара перед самим водопадом разделяется на две
части островком и одна часть водопада получается Американская, а вторая Канадская. Вода с грохотом летит с обрыва, переливаясь разноцветной радугой.
Куда падает из –за брызг не видно. Говорят, американцы и канадцы даже спорят, чей водопад красивее. После водопада побродили моряки по старинному форту,
воздвигнутому еще французами, когда была война между Севером и Югом
Америки. Сооружение тоже весьма внушительное. Время экскурсии прошло быстро, надо возвращаться на судно. Перед посадкой в автобус работник Клуба вручил каждому моряку небольшой подарок. В маленьком сверточке были: маленькое полотенце, размером с носовой платок, кусок мыла, зубная щетка, тюбик зубной пасты и маленькая книжечка – что-то о жизни Иисуса Христа. Но в автобусе никто эти свертки не рассматривал, как-то неудобно. Подвез автобус моряков к трапу судна. Поблагодарили работника Клуба за чудесную поездку и сразу разошлись по каютам.
Сидит доктор в каюте, рассматривает клубный подарок. Туалетные принад-лежности пригодятся, а религиозную книжечку можно оставить как экзотический сувенир. Но с другой стороны, с ними на экскурсии был и помполит. Как бы, какую пакость потом не сделал, уж больно вредный тип, от него любую гадость ожидать можно. Берет эту книжицу и идет к помполиту. Стучится в каюту, заходит. И действительно – сидит помполит за столом, трясущимися руками книжечки перебирает, лицо в красных пятнах.
– Виктор Алексеевич, вот подсказали мне товарищи, что надо вам книжечку из «подарочка» отдать. Возвращаю. А вот зачем, не понимаю. Что в этих книгах такого крамольного?
– Да, как вы не понимаете, это же провокация. Они подсунули нам вражес-кую религиозную литературу. Хотят наших моряков вовлечь в свою религиозную общину. Мы же советские люди – атеисты.
– Да, я не понимаю, как можно взрослого человека сбить с пути истинного
при помощи одной маленькой брошюрки. Это просто ерунду вы говорите.
– Это не я так говорю, это линия нашей Партии, и мы должны бороться с
любыми вражескими происками. И объясните мне, почему вы так долго не несли
мне эту брошюру? Вы последний, из всех побывавших в Клубе, принесли.
– Да, я, вообще, хотел ее выбросить за борт. И как бы вы это проверили?
– А, это проверили бы другие люди в первом же советском порту.
На следующий день вечером опять подъехал к трапу автобус из Клуба
Моряков с приглашением моряков в Клуб на отдых. Но желающих съездить на этот раз не оказалось. Объяснили визитеру, что одни члены экипажа днем нагулялись в городе и сейчас отдыхают, а другие не могут – вахта, работа.
Глава 13
Закончили выгрузку в Торонто и отошли от причала. По указанию Паро-ходства встали на якорь на рейде в ожидании рейсового задания. Экипаж зачищает трюма, готовится к погрузке. Доктор занимается своей обычной работой. И вот при проверке медицинского инструмента сильно уколол палец на левой руке. Обработал рану, как обычно, но на следующий день палец распух, началось воспаление. Ночью не мог из-за боли уснуть. Что делать? Надо опухоль вскрывать, пока не началось заражение. В помощь себе взял второго радиста. Вскрыл нарыв под местным наркозом, прочистил рану, боль сразу же утихла. У радиста, глядя на работу врача, вдруг неестественно резко побледнело лицо, на лбу выступили капли пота. «Сейчас он потеряет сознание и придется с ним еще возиться» – думает доктор. Пришлось прервать обработку своей раны и приводить в чувство радиста.
– Ну, ты Александр Николаевич, ничего себе, сам себя оперируешь. – Только
и смог тот произнести, когда немного пришел в себя.
Получили рейсовое задание – грузить часть кукурузы в Детройте на СССР и потом догружаться опять кукурузой в Бе-Комо /Канада/. В Детройте загрузили груз за несколько часов, увольнения в город даже не оформляли. Спокойно прошли опять шлюза и каналы Сивея. Порт Бе-Комо находится в устье реки Святого Лаврентия, в месте впадения ее в одноименный залив. Залив Святого Лаврентия непосредственно является заливом Атлантического океана, т.е. погода зимой часто штормовая и волны достигают значительной высоты. Это моряки сами на себе испытали, как раз недалеко от этого порта, когда шли в Монреаль, попали в ураган и с судна волной смыло трактор, оторвало часть фальшборта и смяло два контейнера. Поэтому моряки, когда увидели в городе памятник плывущим на каноэ индейцам, которые ранее населяли эти места, то не могли поверить, что это могло быть в действительности. Уж больно хиленьким казалось это суденышко для плавания в этих водах. Но, вероятно, и люди тогда были особенные, да и время для плавания выбирали в соответствии с временами года.
Глава 14
Догрузились в Бе-Комо кукурузой, и уже на переходе получили изменение
назначения груза. Груз следует на Кубу. Переход длительный и решил доктор
использовать это время с пользой для экипажа. Давно он собирался организовать
на судне кислородные и углекислотные ванны для профилактики и лечения раз-
личных заболеваний экипажа. Рейс продолжается несколько месяцев и это уже начинает сказываться на здоровье моряков. С механиками подвели шланги с кис-лородом и углекислым газом к судовому госпиталю. Оборудовал всем необхо-димым для проведения процедур и начал Александр Николаевич прием сначала больных, а потом и всех желающих. Помимо этих процедур, на палубе опять построили бассейн с морской водой. В тропиках в хорошую погоду организовал на крышках трюмов игру в волейбол. Правда, мяч был привязан на длинно бросательном конце, чтобы не улетел в океан, но это только придавало игре дополнительный азарт. Кислородные ванны понравились всему экипажу, от желающих отбоя нет. Вскоре кислород в баллоне закончился. На судне есть, конечно, баллоны с кислородом в заведовании второго механика, но они, в случае необходимости, предназначены для возможных сварочных работ. Выпросить их у механика невозможно, уж очень он зажимистый, как говорится, у него зимой снега не выпросишь. Так мотористы, без его ведома, потихоньку подменили использованный баллон на полный. Потом этот механик удивлялся и ругал береговые Мурманские службы, которые, как он считал, подсунули ему порожний кислородный баллон. Но лечение экипажа кислородными ваннами на некоторое время продолжилось.
Пришли на рейд кубинского порта Сантьяго-де-Куба. На рейде скопилось много судов в ожидании постановки к причалу под выгрузку. Из Канады выхо-дили температура воздуха было минус двадцать с лишним градусов, а здесь жарища плюс тридцать с лишним. Да еще солнце накаляет судовые стальные конструкции, на открытую палубу босиком не вступишь – ноги обожжешь. Но на судне много разных работ, решили по – кубински изменить режим работы. Рабочий день начинался с четырех утра до обеда, потом отдыхали до полдника, а там дорабатывали до ужина. Стоянка на рейде затягивалась, но кубинцы органи-зовали доставку экипажей на отдых на берег рейдовым катером. Суда на рейде стояли в основном советские. Александр Николаевич перезнакомился с докторами других судов. Начали организовывать футбольные и волейбольные матчи. Наконец поставили к причалу под выгрузку. Тут уже появилась возможность подольше побывать на берегу, моряки уже не зависели от расписания работы рейдового катера. Первым делом, конечно, походы на пляж. Искупаться, побродить по песочку, да и можно понырять с маской, поискать раковины, кораллы. Пошел Александр Николаевич с группой моряков на пляж. Взяли ласты, маски и ружье для подводной охоты. Нашли небольшой заливчик в стороне от пляжа и начали поиски раковин. Одел доктор маску, ласты, взял ружье и в море. Плавал он неплохо, заплыл почти на средину этого заливчика. Начал нырять. Вода чистая, видимость хорошая. Вокруг рыбки разные плавают разноцветные, водоросли. Во время очередного ныряния, среди водорослей вдруг видит какое-то движение, и мимо него проносится торпедой барракуда. Размеры точно не определить, к тому же у страха глаза велики, но ему показалось – не менее полутора метров. Охотничий азарт у него сразу пропал. Вынырнул, выплюнул дыхательную трубку и без оглядки полным ходом поплыл к мелководью, а там бегом по колониям морских ежей, по колючкам к берегу. Потом, уже, когда отдышался и пришел в себя, выслушал советы бывалых, как вести себя в такой ситуации. Но советы хороши, когда ты находишься в нормальной обстановке и есть время проанализировать ситуацию. К тому же ранее во время стоянки в другом кубинском порту, Александру Николаевичу приходилось делать операцию моряку с рядом стоящего советского судна. Тот решил искупаться с причала рядом с судном. И как только он начал спускаться с причала и его ноги очутились в воде, на него напала барракуда и сильно поранила ногу. Врач на том судне был по специальности терапевт и был вынужден обратиться за помощью к врачам соседних советских судов.
Александр Николаевич на его счастье как раз по специальности хирург. Он и оказал необходимую медицинскую помощь. И раны зашил, и сделал даже пересадку кожи с бедра пострадавшего на его ступню. Так что доктор видел, какую опасность представляют эти барракуды. А голову барракуды он позднее выменял у кубинца за пару флаконов одеколона «Шипр». Почему-то именно этот одеколон кубинцам особенно нравился. Набрали моряки на сувениры и раковины, и кораллы. Часть добыли сами в море, а часть наменяли у местных жителей. Второй помощник капитана со своей группой пошел купаться, но пошли не на городской пляж, а в сторонке нашли небольшой заливчик. Хотели сами набрать в море кораллов, раковин. Около заливчика стоят несколько жилых домика, и около одного из них собака грызет рыбью голову. Присмотрелись, а это же голова барракуды. Отогнал штурман собаку и на его окрики из домика вышел паренек. Просит его моряк отдать ему башку барракуды.
– Да, забирай, – отвечает. Язык общения, конечно, не испанский, а в основном