Странники Одиннадцати Пространств. Нет худа без добра

– Один хрен моржовый, да! – отвечает Накет.

На далёкой холодной планете тучное существо с густыми вибриссами проваливается под лёд.

– В общем, не суть важно, какое «образование» получил этот урод, но дальше – хуже, – продолжает Яарвокс. – Он угнал корабль Стефана и прилетел на Шельнок, а оттуда проник в шельнокскую колонию на Зыуме. Там Баер всякими подкупами, лизоблюдством и заказными убийствами выбил себе место в правительстве, потом «дослужился» и до премьер-министра. Ещё занятная деталька: пока Баер плёл интриги, чтобы добраться до премьерского кресла, он устроил себе и личную жизнь – конечно же, браком по расчёту. Там, по-моему, опять без какого-то убийства не обошлось… а, точно, вспомнил: первого мужа своей жены он отравил. Потом на этот злополучный Зыум нападают орхги, наш новоиспечённый премьер-министр колонию сдаёт. Перерезали там орхги, тем не менее, всех. Сам Баер выжил только потому, что на глазах у Хргрт’Экты убил всю свою семью. Да, от этого брака по расчёту у него и дети были, но для него они ничего не значили. О том, что творил Баер под боком у орхгского Императора, не мне тебе рассказывать. В конце концов, он-то тебя и похитил, помнишь? Ну а последнее, что мы об этой твари знаем, так это то, что она убила своего союзника только для того, чтобы выбить побольше денег. Все это видели. Ну что, Витс, не дрянь ли Баер, причём самая последняя?

Витс неопределённо пожимает плечами в ответ. Ему всё ещё тяжело собрать воедино все разрозненные и тревожные мысли, которые забивают ему голову. Яарвокс машет на Витса рукой и бросает взгляд в сторону всё ещё продолжающейся битвы между двумперцами и орхгами.

– Ой, трындец нашим новым соратникам, – с горечью заключает Семиларен.

Суперподжигатель был далеко не только у Баера. На самом деле, этим страшным оружием были вооружены все до единой паукрабихи и все до единого йорзе. Но до последних деминут своё драгоценное новёхонькое оружие они берегли. Когда же двумперцы решают, наконец, суперподжигателями воспользоваться, у отчаянных орхгских бойцов не остаётся никаких шансов. Все орхги, которые искренне хотели помочь мятежникам, погибают в огненных муках, и от них остаётся лишь не заметный на общем сером фоне пепел.

– Теперь нам больше никто не помешает, слава Создателю, – ухмыляется один йорзе, убрав оружие.

– Но вот эти гады очень живучие, – сомневается одна паукрабиха, указывая на мятежников. – Может, замотать их в паутину?

– Хорошая идея! – отзывается ещё целая компания паукрабих.

– Не тратьте вы на них паутину! – обращается к паукрабихам тот же йорзе. – Не волнуйтесь, им отсюда деваться некуда. Рано или поздно они сдохнут. Летим.

Двумперские корабли покидают двухсолнечное небо горячей планеты. Уже действительно горячей. Температура воздуха – около сорока водяных градусов,12 если верить приборам Бастера и Джекса – которые, впрочем, так и норовят почему-то отключиться.

– Припекает уже как-то, – замечает Веншамея и хватается за голову.

Тут же на её тёмно-синие волосы опускается рубашка Накета.

– Ты чего? – смущённо улыбается Веншамея, обратив глаза на поджарое тело бедантиевца. – Сам сгоришь ведь!

– Не-а, – усмехается Накет. – Я ж с Бедантии, у нас там так всегда!

В этот же миг на пепельно-серую землю бессильно падает Тецклай.

– Я всё… – шепчет он. – Оставьте меня. Такую жару я не выдержу.

– Тц-тц, а ведь солнца только-только поднимаются, – цыкает Сэн.

– Друзья, я мигом сделаю нам всем убежище! – вызывается Силмак, подпрыгивает, как мышкующая лисица, и вбуравливается в землю.

Через пару деминут нос шнырявки высовывается из весьма глубокой норы.

– Добро пожаловать! – отряхнувшись, объявляет Силмак.

Те мятежники, которые держатся на ногах, влезают в нору сами. Стива и Тецклая друзьям приходится внутрь затаскивать. Если с хриввалэйтном никаких сложностей не возникает, то Стив оказывается неожиданно… тяжёлым.

– Чёрт бы тебя подрал с твоим самопожертвованием! – ворчит Карл, с трудом передвигая тело терраформа.

Наконец, и Стив оказывается глубоко под землёй, в стороне от палящих лучей двух солнц.

А вот кое-кто из тех, кто на ногах, не торопится заходить в убежище. Это Витс. Он останавливается перед входом в нору, со стыдом и страхом оглядывает друзей и отворачивается.

– Витс, давай, тут прохладнее! – подбадривает человека Райтлет.

– У меня и так на душе холод, – мрачно отвечает Витс.

– Витс, зачем добавлять к душевной боли ещё и физическую? – спрашивает Леод, вновь глядя на Витса довольно-таки испытующим взглядом. – Что и кому ты хочешь этим доказать?

– Я просто… я не должен быть рядом с вами! Вы должны меня отвергнуть!

– За что?!

– Я же убийца! Да, я не хотел, но… нельзя было… ни в коем случае…

– Ха! Да я тоже убийца! – весело восклицает Райтлет. – По крайней мере, был им не так давно!

– А я до сих пор убийца! – усмехается Семиларен. – Накет свидетель, у меня руки в крови! Или как там это у паукрабов называется?

– Гемолимфа, – беззвучно произносит Айзел.

– Ну, значит, в этой ге-мо-лим-фе руки, вот! И ничего, сижу тут, никто меня не гонит! Давай, хорош выпендриваться, дуй сюда!

– Это, как его, – вступает Юрксла, – а меня ты, как бы, это самое, сегодня, ну, спас, вот. Я тебе тут, того, местечко, как его, нашёл. Ну, вот, иди сюда, значит.

Лёгкая улыбка проскальзывает по лицу Витса. Может, он не такой уж мерзавец? Утешаясь этой мимолётной мыслью, человек, наконец, залезает в спасительную нору.

– Ну, народ, как выживать-то будем? – обращается ко всем Герн. – Всё с кораблём пропало – и еда, и вода, и инструменты…

– Э, погоди, инструменты в карманах ещё есть! – перебивает Яарвокс.

– Перво-наперво – вода! – заявляет Силмак. – Найдём воду, а всё остальное приложится. Всё будет хорошо, друзья, я в этом уверен. Накет, одевайся, пошли.

Накет вновь надевает рубашку, шарит по карманам брюк и, не найдя там того, чего искал, спрашивает Силмака:

– Есть чем морду замотать? Похоже, всё в каюте оставил.

– Сейчас найду…

Силмак копается в карманах своего балахона и находит длинный белый шарф, которым Накет покрывает голову и закрывает лицо. Силмак же защищён от зноя и пыли собственными густыми усами.

Перед тем, как выйти вместе с Силмаком на поверхность, Накет касается плеча Веншамеи и ласково говорит ей:

– Я обязательно добуду для тебя воды.

– Ну, вода не только мне нужна, – улыбается Веншамея. – Нам она нужна всем.

– Нет уж, ты получишь её первой!

Веншамея скромно опускает голову. Накет и Силмак выходят и удаляются от норы. Уже довольно-таки издалека до оставшихся в норе друзей доносится звонкий голос Накета. Очевидно, он откликается на какую-то колкость Силмака:

– Ага, конечно! Топай, топай кверху жопой!

Яарвокс в ответ на это насмешливо хмыкает.

– Чего хмыкаешь? – сердито спрашивает Веншамея.

– А что, нельзя? Ох ты божечки, простите, Ваше Королевское Величество, постараюсь дышать потише! – саркастично отвечает Яарвокс.

– Не надо юлить, я знаю, о чём ты думаешь! Наши с Накетом отношения тебя не касаются, понял?

– Да при чём здесь ваши отношения?!

– А при том! Я же всё вижу! Не лезь к нам, понял?

– Друзья, не ссорьтесь, – пытается понизить градус перепалки Леод, но его голос тонет в крике:

– Да я вообще хоть слово сказал? Чего ты ко мне прицепилась?

– Хватит! Я всё прекрасно вижу! Просто запомни раз и навсегда, что тебе ничего не светит! Так что даже не смотри в нашу сторону! И нечего хмыкать!

– Слушай, ты не переживай, я третьим к вам не полезу…

– Вот и нечего! Мы с Накетом…

– А вот кто вы, кстати? Просто любопытно!

Веншамея запинается, но вскоре парирует:

– А это неважно! И не твоё вообще дело, козёл бородатый!

– Да я просто спросил…

– Просто! Знаем мы это ваше «просто»!

– Да отстань ты уже от меня, истеричка!

– На себя посмотри, хамло!

– Так, быстро замолкли, оба! – неожиданно резко встревает Джекс, встав между Яарвоксом и Веншамеей. – Хватит вести себя как дикари! Оставьте свои варварские разборки как-нибудь на потом!

Убедившись, что ссора не возобновляется, Джекс разворачивается и собирается вернуться на своё место.

– Ой, нашёлся самый цивилизованный, – бормочет Веншамея и сквозь зубы добавляет: – Зазнайка фордокс-приманский.

Органический бирюзовый глаз Джекса впивается в бывшую королеву Теэклавеллы так, что она начинает мечтать о том, чтобы оказаться на поверхности раскалённой планеты и сгореть там заживо. Вопросительно поднятая бровь ещё сильнее обжигает Веншамею, и она поспешно извиняется:

– Прости, сдуру ляпнула… ты бы лучше… просканировал, что ли, это место и сказал, где мы!

– Мой просвет перестал работать, – печально констатирует Джекс. – И вообще вся электроника барахлит. Коннектары тоже не действуют. Двумперцы, похоже, тут всё заглушили. Они так часто на необитаемых планетах делают, да, мерзавцы. У Бастера тоже всё… Бастер, тебе, может, отключиться пока стоит? У тебя там аж интерфейс дёргается, я же вижу!

Робот долго не отвечает. Наконец, он коротко произносит:

– Логично, – и, произвольно отключившись, падает.

– Так, в отключке уже трое, – комментирует Семиларен. – Однако, тенденция!

– Бастер будет в порядке, – уверяет Джекс. – Вот насчёт Стива и Тецклая я так не уверен… как они, Карл?

Карл, который всё это время водил микромедом то по телу Стива, то по телу Тецклая, поднимает глаза и вздыхает:

– Так себе. У Тецклая тепловой шок, а Стив просто на волоске держится. Он словно уходит из-под микромеда. Не знаю, как ещё это можно описать. Жизнь еле-еле держится, всё на минимуме. Только одно сердце из пяти бьётся, лёгкие вообще не двигаются.

– Эм, терраформы умеют, гм, сознательно контролировать, э-э-э, вегетативные процессы, – вступает Айзел.

– Да, но в норме они никогда настолько не понижают жизнедеятельность. Стив, чёрт тебя дёрнул прыгать! Кто тебя просил собой жертвовать, кто?

– Я вот о чём беспокоюсь, – тихо говорит Леод. – А что, если наши разведчики вернутся без воды?

Самые страшные и тяжёлые мысли о мучительной гибели тут же приходят всем в мозги. Карл это чувствует и успокаивает друзей:

– Воды много во мне. Часть её мне придётся отдать Стиву и Тецклаю, поскольку она может ускорить их восстановление, но остальным я поделюсь с вами. Не стесняйтесь, берите. Я готов отдать всю воду.

– Ты же можешь превратиться в капсулу, – тревожится Млем. – Твоя человеческая часть погибнет.

– Ну и пусть. Я не раз через это проходил. Я могу вступить в симбиоз с кем угодно из вас, друзья. Или же вновь стану одиноким протоплазмиком. Как захотите.

С этими словами Карл выпускает из пальцев щупальца и поливает Стива вместе с Тецклаем небольшим количеством воды.

– Нет, я не могу! – смеётся Джекс. – Стива за самопожертвование упрекаешь, а сам готов до капсулы досушиться?

– Джекс, не пойти бы ли тебе куда-нибудь далеко и надолго?

– Уже в пути! Магнитик привезти на память?

Карл в ответ только посмеивается и продолжает поливать Стива и Тецклая живительной влагой из собственного тела. Однако в мыслях своих он переходит на отчаянный идиш, ругаясь, выражая тревогу, досаду и даже страх. Страх перед смертью – не своей, а чьей угодно ещё…

Примечания