- -
- 100%
- +
— Двигайся, ничтожество! Шевели ногами! — бросил он.
— Ай!
Резкий укол в лодыжку заставил меня дёрнуться, как от удара током. Резко распахнул полы балахона и схватил извивающееся насекомое, которое уже целилось своим отравленным шипом. Моя ладонь с хрустом сомкнулась, кроша хитиновый панцирь. Судорожное копошение мгновенно стихло. Разжав пальцы, я обнаружил на ладони не останки насекомого, а скомканный, неопрятный комочек-монету, сочившуюся призрачным туманом. Я швырнул эту «монету» в приближающихся скорпионов, где она была мгновенно разорванная в клочья своими же собратьями.
Их передовые отряды уже настигали нас, резво перебирая лапами и подпрыгивая в желании поскорей добраться до нас. Они путались в складках балахона, возбуждённо пищали и капали едкой слюной с резким, отталкивающим запахом испорченных рыбных потрохов.
С громким хлопком рядом с нами в стене вспыхнула старая лампада, в углублении стены. Отпрыгнув и сбросив с себя наседавших насекомых, мы бросились бежать вдоль стены, оглядываясь и следя за тем, как позади нарастает волна преследователей.
Будто в откровенной насмешке, по мере нашего движения, в стене вспыхивали одна за другой лампады — кто-то невидимый явно следил за нами, заботливо подсвечивая наш путь.
Гора монет, продолжая двигаться и изменять форму, медленно оседала, словно кусок масла, плавящийся на раскалённой сковороде. Она расползалась по полу, поглощая всё больше пространства и превращаясь в сплошное море. Глубокий провал в центре смотрелся глазом, внимательно наблюдавшим за нами.
Тем не менее нам нужно было торопиться. Нога, истерзанная укусами скорпионов, начала неметь и заплетаться. Проигрывая в скорости, скорпионы старались окружить нас. Их слаженными действиями словно руководил невидимый дирижёр. Начав сбиваться в группы, они цеплялись друг с другом и формируя крупные шары, ощетинившиеся клешнями. Они, как шары в боулинге, стремительно неслись на нас.
Я попытался отбить такой шар ногой в сторону, и охнул от резкой боли — в месте удара от моей стопы оторвались куски плоти и кожи, поглощённые шаром. Моей плоти! Показалась белая кость, которая тут же закрасилась хлынувшей кровью.
Оставляя за собой кровавый след, я сумел сделать ещё несколько шагов, прежде чем невыносимая боль в ноге заставила меня рухнуть. Прямо перед глазами я увидел ещё одну решётку, закрывавшую тёмный зев следующего прохода.
Перед моим глазом, в такт пульсирующей боли, замелькали артефакты – полупрозрачные прямоугольные окна, точно как в моём старом ноутбуке. Их красный цвет вопил об опасности, но они появлялись и исчезали так стремительно, что я не успевал даже уловить их смысл.
Именно тогда меня накрыла полная апатия. Если бы не ожившая рука, мне пришлось бы совсем плохо. Сжатая в железный кулак рука врезалась в центр очередного шара. Шар мгновенно остановился и распался на груду безжизненных, тусклых монет, словно из них ушла вся их злая прежняя энергетика.
Ангел, вскрикнув, на ходу, прямо в воздухе, начал лихорадочно чертить руками. Его пальцы налились жгучим светом, оставляя за собой постепенно затухающие следы.
— Прочь отребье! А ты… Живи. Слышишь, тряпка?
— Да пошёл ты… — только и смог прохрипеть я.
Губы побелели и едва шевелились.
Однако сил хватило послать в небытие ещё несколько шаров.
Прорвав ткань туники, на спине, белым облаком взметнулось крыло, а над головой вспыхнул свет — нимб. Полнимба — полукольцо, которое стремительно вращалось. Губы зашептали певучие слоги. Язык извивался и вибрировал, связки с трудом рождали сложные звуки. Не один раз звуки обрывались, достигнув предела своих возможностей. Ангелу раз за разом приходилось, начинал заклинание сначала. И когда я уже разуверился, что он сможет, волна умиротворяющего света пробежала по перьям. От кончика крыла отделилось длинное и жёсткое перо. Оно закружилось вокруг нас, как спутник вокруг планеты. И с каждым оборотом, рядом с кружащим пером рождалось его призрачная копия. Кружась вокруг нас, перья, касаясь скорпионов, отбрасывали их далеко назад. Круг перьев ширился и становился плотней.
За стеной из перьев бесновалась золотая волна. Раз, за разом пробуя щит на прочность.
Сияние нимба, тёплой волной омывало меня, дав кратковременную передышку от боли. Как заворожённый я рассматривал шары, которые, сталкиваясь с защитой, рассыпа́лись, чтобы быть поглощёнными и заново родится.
Стремясь отодвинуть от нас опасность, перья расширяли охраняемый им круг. Но чем шире становился этот круг, тем бледнее выглядел Ангел. Из его сжатого рта донёсся звук, который был наполовину стоном, наполовину хрипом. Рука судорожно дёргалась, цепляясь за всё вокруг, будто искала хоть какую-то опору.
— Как же мало сил у меня осталось. Ты ослабляешь меня.
Его шёпот был почти не слышен, подобен вздоху.
Чувствуя в теле предательскую дрожь, я схватился за решётку и прилип рукой, как мошка к паутине. Но это меня даже порадовало – теперь захват требовал меньших усилий. Тянущее чувство я списал на своё воображение. Прохлада решётки медленно расползалась по телу, окончательно забирая боль.
Между тем ранее хаотичное движение скорпионов стало меняться. Словно получив неслышимую нами команду, они бросились в разные стороны, уже не пытаясь нас атаковать. В лихорадочной суете они переползали друг через друга, торопясь занять своё место. Из их тесно сомкнутых панцирей, жёстко сцепившихся друг с другом, прямо на полу зала стала складываться фигура, состоящая из линий, геометрических символов, окружностей. И эти фигуры, не меняя строгие формы, двигались и кружились по своим орбитам. Фигура жирнела и наливалась силой. Интенсивный, зеленоватый свет становился настолько ослепительным, что заставлял невольно отводить взгляд.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.