По воле судьбы. Без права на спасение

– Скажу, как только ты начнёшь меня предупреждать, чем мне это обернётся!

–Времени у нас не было знаешь ли тебе побочные эффекты зелья перечислять, да и тебе, я думаю не интересно тогда было. – Волес снова насупился.

Канг, конечно, всё прекрасно понимал. И то, что выбора особо не было, и то, что с силой он чувствует себя гораздо лучше. Хотя в том, что других решений у парня не нашлось он не был уверен до конца и поэтому злился, но как-то вяло, сказывалось истощение организма, даже уставшее и бледное лицо не поменяло своего выражения в приступе вспыхнувшего на миг и тут же потухшего гнева.

–Побочные эффекты мне перечислять не надо, можно просто сказать: «Приятель, сейчас тебе будет очень хреново». Или что-нибудь в этом роде!

–И что тебе от этого полегчало бы? -скептически спросил Волес.

–Не знаю, -Грубо ответил ему Канг, а потом помолчав немного, добавил уже спокойно, – Спасибо.

Усталость всё-таки победила, и колдун быстро успокоился. Когда юноша повернулся к нему, Канг, ничего не дал ему сказать и быстро направился к северянину:

–Рюк, дружище, рад тебя видеть. Умираю с голоду, есть чего-нибудь сожрать?

– Да конечно, – ответил Рюк, – пойдёмте, моя стоянка не далеко, только меч найду.

И он скрылся в чаще, вернувшись, уже через пару минут, со своим оружием в руках. Канг, опёрся на плечо северянина, чувствовал он себя, не важно, ноги у него подкашивались. Волес подошёл к трупу девушки, и пнул её в бок:

–Здорового ты её, клянусь своей сумкой! Такое простому человеку давно не удавалась. – Он пристально посмотрел на Рюка. – Что ты принял?

–Яростную грацию выпил. – Немного смутился северянин.

–Ого! хороший выбор. – Улыбнулся юноша. За тем, на секунду, задумался, как будто его что-то смутило, и сказал. – Что-то быстро выдохся?

–Ну часов у меня не было. – Развёл руками великан и тут же сменил тему. – Да, страшная тварь, никогда таких не видел, только слышал, что сильные и быстрые.

– Долгая история, пойдём, надо спешить. Расскажу её по дороге.

Рюк взвалил Канга на плечо, и они углубились в заросли.

Место, на котором только что произошло кровавое побоище, опустело и затихло. Солнце уже успело немного подняться над джунглями, ярко осветив землю. На деревьях защебетали птицы, и только они увидели, что произошло, когда, тёплый утренний свет попал на двух мёртвых существ, в красных халатах. Их кожа на открытых участках тела начала тлеть и расползаться. А когда совсем прогорела, они вспыхнули. Яркие, огненные цветы ревущего пламени распустились на несколько секунд и тут же завяли, а бледнокожие существа превратились в две кучи серого пепла.

-Ты, мой северный друг, сегодня совершил легендарный поступок! Убил бессмертную асуру.

Они быстро шли, а Волес быстро говорил. Под ногами стелился папоротник. Вокруг росли высокие пальмы и баньяны, опутанные лианами и плющом. Солнце просвечивало сквозь зелёные листья, а в воздухе пахло прелой травой.

–Кого? – Перебил его Рюк.

–Асуру. Не перебивай. Они не просто так двоих стражников, выпили, ты их напугал. Днём они слабее чем ночью, хотели сил поднабраться.

– Не понимаю, почему они не напали сразу? Тогда бы я точно не сдюжил.

– Я же говорю, при дневном свете эти, по сути вампиры, уязвимее, не только слабее, но и соображают хуже, солнечный свет мешает им сосредоточиться. Они переоценили себя и не до оценили противника. И ничего удивительного, при такой-то силе, люди им не соперники. В общем, в тюрьме много чего интересного рассказывают.

Асуры появились в Синдарии лет сто назад. Тогда страной правил один царь и у него был один единственный сын, на которого он возлагал надежды, как на достойного наследника. Как-то раз на охоте, его сын был ранен неизвестным существом. По поводу существа все говорят, кто, во что горазд, один говорил, что это был король горгон, а другие, что это просто ядовитая змея, не известная науке. Есть ещё легенда о божественном вмешательстве, но она меня совсем не интересует. В общем, вылечить его никто не смог. Даже целители из храма Созидания только руками разводили. Болезнь неизлечимая. -Волес замолчал вспоминая. – в итоге, как-то он излечился, то ли сам выздоровел, то ли нашли лекарство для принца… Как его звали-то? – Он опять замолчал.

–Серадж. – буркнул Канг.

–Точно. Он излечился, но стал тем, кем стал. Я изучал этот вид в университете, интереснейшее явление, предположительно это мутация с последующей, уникальной перестройкой организма.

Рюк с опаской покосился на алхимика, но тот похоже не заметил этого и беззаботно продолжал говорить.

– Он первый такой. Остальных людей он сам делал себе подобными. Только людей. – Уточнил алхимик. Он находился в прекрасном расположении духа, а его приподнятое настроение всегда сопровождалось болтовнёй, кому-то не понятной, а некоторых откровенно раздражающей. – Пил их кровь и давал пить свою. Это как-то связывало их на телепатическом уровне. В общем обмен частицами жизненной энергии, флюидами, и мозговыми волнами, и прочим, посредством дистанционного психического воздействия, вызванного уникальным изменением протекания биоэнергетических процессов организма.

Рюк взглянул на юношу, как на неожиданно заговорившее дерево. На этот раз, алхимик заметил реакцию великана и тут же смутился, потупив глаза, но уже через несколько секунд заговорил снова.

– Если проще, то все остальные асуры преданы Сераджу до смерти. Сначала он сам их выбирал, а позже это уже делали генералы крови. Первые семь, кто был избран. У каждого генерала по семьдесят солдат, если верить слухам и такие числа не с проста. Нельзя превышать популяцию, потому, что, эту прорву надо кормить кровью, исключительно человеческой. Пусть не часто, но, если этого долго не делать, эти твари сорвутся от голода, и тогда, будут рвать на куски, всё что найдут.

–Где же они столько человеческой крови возьмут? – Рюк перебросил Канга на другое плечо, и тот крякнул.

–Как бы это не звучало, но проблем не возникло. Каким бы чудовищем не был с виду Серадж, он стал хорошим царём вопреки всем ожиданиям. Первым делом, со своим отрядом преданных асур, уничтожил всех влиятельных заговорщиков, решивших, что чудовищу не место на троне Синдарии. Он создал специальные тюрьмы, поместил туда своих врагов и доил их как коров, только вместо молока – кровь. Позже, очистил всю страну от разбойников на дорогах и в городах. Спустя какое-то время тюрьма превратилась в бизнес с покупкой доноров. Так нас называли при продаже. Ещё нищие потянулись на дармовые харчи, за свободу. Люди там могут дожить до старости.

Днём с асурой ещё можно тягаться, а вот ночью, тебе бы пришлось рубить эту кровососущую тварь на куски, из-за потрясающей способности к регенерации. Они не просто пьют кровь чтобы насытиться, не чувствовать голода и не потерять контроль над собой. К сожалению, исследовать живого или мёртвого асуру не представлялось возможности, поэтому, кое-что, остаётся не понятно, но они не стареют и не болеют, сильные и быстрые, способные к запредельной регенерации. И чем дольше пьют кровь, тем сильнее становятся со временем.

–Это пока вы сидели, с вас кровь выкачивали?

–Правильно говорить брали кровь. Да, у нас брали кровь, сколько раз не помню уже, я сбился со счёта…

Канг висел на плече Рюка, и вслушивался в разговор. Голова его гудела, в глазах двоилось и очень хотелось пить. При воспоминании о заборе крови подкатила тошнота. Тёмный колдун как во сне видел себя со стороны. Не большого размера помещение с маленькими окошками под потолком и белыми стенами. На стеллажах и подносах лежали: бинты, шприцы, грубые скальпели и зажимы. Вдоль стен стояли столы, здесь же в кровь добавляли антикоагулянты, добываемые из слюны летучих мышей вампиров, чтобы, не сворачивалась. Всё было как наяву, холод кушетки, давление ремня в районе живота и боль от входящей в вену иглы. Он лежал и чувствовал, как жизнь вытекает из него, устремившись по тонкому каучуковому шлангу. А за тем сознание померкло.

Очнулся он от восклицаний Волеса:

–Ого! Клянусь своей сумкой! Это же Геномарвари пятой модели! Где ты их раздобыл?!

– Их купил господин Эдриан.

– Тогда понятно. – Протянул юноша. – Таких не купишь, если ты не чертовски богатый благородный.

Канг встал на всё ещё трясущиеся ноги, и посмотрел на тройку крупных, мускулистых, при этом изящных, запряжённых коней тёмно-коричневой масти. Взгляд, не в меру осмысленный, на крупе выжжено клеймо с номером модификации. Генномодифицированные лошади могли легко вынести длительную, быструю скачку, долгое время не нуждались в воде и пище, а также имели кое-какие способности к быстрой регенерации организма. Кроме того, привязывались к хозяину и вставали на его защиту в бою. Рюк достал дорожную одежду, и отдал её товарищам. Кангу протянул воды в бурдюке. А когда тот переоделся, дал кусок вяленого мяса и пару спелых бананов. Потёртые штаны из хорошей кожи, поношенные куртки на местный покрой и даже сапоги пришлись в пору и вся троица, не мешкая двинулась на восток.

***

Первый успешный побег за всю историю тюрьмы обернулся для коменданта наихудшим образом. Сидя на кровати, Дхавал стоически выслушивал рапорт в пол уха и размышлял о тщетности человеческих попыток строить планы на иллюзорное будущее, и сетовал на злодейку судьбу, часто прокручивая в голове вопросы: за что? И какого чёрта? Уже не молодой комендант, несмотря на возраст и сильно поседевшие усы, изо всех сил старался поддерживать дисциплину в расположении тюрьмы. Только новые рекруты, не знали важности стратегического объекта и могли начать чудить, но это всегда длилось не долго. Начальник охраны, что докладывал о происшествии служил здесь уже давно, но сейчас Дхавалу казалось, что он недисциплинированный новобранец неизвестно как продержавшийся на этом месте столько лет.

–Трупы уже заносят на территорию. – Докладывал начальник охраны Апу.

–Так, давай по порядку. Ты говоришь, что они жгли сухой конский навоз в камере, и что-то варили. С помощью какой-то дряни они смогли ослабить прутья решётки, а потом выбить. Я пока всё правильно говорю? –Спокойным, хрипловатым голосом спросил комендант.

–Так точно. – Апу нервничал, и сейчас, хотел бы находиться как можно дальше от коменданта. Всё это так и читалось на его лице.

–Давай дальше. Они смогли сварить зелье, чтобы ускакать отсюда как кузнечики. А отряд погони порублен в куски. И всё это за пятьдесят восемь дней до моей добровольной и одобренной отставки?! – Он сильно повысил голос и резко встал с кровати. Апу отшатнулся и неуверенным голосом сказал:

–Т-так точно.

Комендант посмотрел ему в глаза. Начальник охраны избегал встречаться с ним взглядом. Дхавал подумал немного, а за тем приступил к своему любимому занятию и начал отдавать распоряжения:

– Поверка уже была? Вы выяснили, кто сбежал?

– Так точно… то –есть, никак нет.

–Это надо узнать и быстро. Что с асурами?

–Пепел.

–Твою мать. – Дхавал выругался в полголоса. – Соберите дрова для погребального костра. Надо похоронить мёртвых. – Он посмотрел на капитана: – Свободен.

Начальник охраны пулей вылетел из спальни Дхавала.

Комендант был уже почти одет. Он не спеша натянул высокие чёрные сапоги и намотал матерчатый пояс поверх длиннополого мундира песочного цвета. Начал было наматывать на лысую голову тюрбан, но быстро бросил это занятие. Руки его тряслись, он постоянно путался в витках, а голова пульсировала болью в висках. Он сильно нервничал, но не хотел в этом признаваться даже самому себе.

«Подумать только, до долгожданной отставки оставались считанные дни. Ещё пара месяцев, до увольнения. Куда лучше, чем торчать в этой дыре! А в место этого теперь что? Трибунал и в лучшем случае лишение всех званий и привилегий, а затем казнь?»

Про худший вариант он даже думать не хотел. В этом случае, ему грозило стать постоянным обитателем такой же тюрьмы.

«И ведь ладно если бы эти двое просто сбежали. Сбежали и ладно, Шива с ними.»

Он всегда поминал богов, когда злился.

«Но нет, им надо было поубивать дюжину стражников, и что совсем немыслимо, убить двух асур!»

Эта информация никак не укладывалась в разболевшейся голове. Не хотелось бы попасть под горячую руку генерала крови, если тот решит докопаться до истинны. В Синдарии асуры умирали не чаще, чем… в общем, крайне редко и чем это могло обернуться для него, он не знал, но по привычке готовился к самому худшему.

Дхавал сильно хлопнув дверью вышел из спальни в свой кабинет, большой и светлый, с фигурными, куполообразными окнами и высоким потолком. На деревянном потёртом полу стоял массивный стол, заваленный бумагой и книгами, рядом деревянное красивое кресло с резными узорами. Вдоль одной из стен тянулись шкафы, заполненные книгами и пронумерованными архивными свитками, которые попадали в тюрьму в довесок к заключённым. В центе помещения на полу, лежала тигриная шкура, а над дверным проёмом, ведущим в коридор висел зелёный флаг Синдарии с трёхглавой золотой змеёй, раскрывшей все три пасти.

Комендант подошёл к окну и выглянул на улицу. Оно выходило на ворота, рядом с которыми располагался плац. Заключённые уже собирали дрова на костёр. На плацу лежали тела, накрытые тканью сильно пропитанной кровью. Дхавал, выпучив глаза смотрел на то, что осталось от стражников, не веря в увиденное, а в голове крутился только один вопрос: кто мог сотворить такое с дюжиной опытных бойцов? Работающие заключённые постоянно и неоднозначно косились на мертвецов. Комендант поспешил вниз к Апу, который наблюдал за процессом работ вместе с охраной.

–Апу! Заключённых необходимо вернуть в камеры. – Он говорил шёпотом, и звучал предельно серьёзно.

–Почему, комендант?

–Парень, ты свои «почему» в задницу себе засунь. – Дхавал говорил ласково, но от этого голоса у Апу пробежал холодок по спине. – Но на этот раз, я всё-таки тебе объясню. Дюжины стражников мы сегодня лишились, а ещё двух кровососов. А если по-другому, то серьёзной сдерживающей силы мы лишились. Думаю, многие решат попытать счастье, пока есть шанс. Ты знаешь, кто здесь сидит!?

Апу хотел что-то ответить, но его перебил подбежавший охранник. Он отдал честь и отчеканил на одном дыхании:

–Бежавшими были заключённые под номером семьдесят пять и семьдесят шесть. – начальник охраны посмотрел на солдата, непонимающе. Дхавал сказал:

–Надо проверять в записях.

–Я опросил всех в соседних камерах. – Сказал докладчик. – их сосед рассказал, что это были алхимик и тёмный колдун. Дхавал сурово посмотрел на капитана:

–Чтоб тебя Шива драл! -От крика в висках начало ломить сильнее: -Марш исполнять приказ, заключённых в камеры! –Апу и его подчинённого как ветром сдуло.

Дхавал вернулся в кабинет, достал из шкафа бутылку с вином и глиняную кружку, налил половину и выпил залпом, в надежде унять головную боль. В голове худо-бедно, начали выстраиваться предположения дальнейшего развития событий:

«Асуры мертвы, а значит, царь Серадж об этом знает, а значит и все асуры вообще. Шива с ними, сами разберутся».

Комендант налил себе ещё вина, взял лист бумаги, подвинул чернильницу и принялся писать рапорт.

Должен был прибыть генерал Амрит, погибшие асуры являлись его подопечными. Дхавал сегодня был трижды удивлён. Во-первых, проклятым побегом. Во-вторых, приезда генерала крови он ждал не раньше, чем на рассвете (на улице сегодня весь день пекло солнце). А в-третьих, приехал не Амрит, а Рухул, другой генерал крови.

Погребальные костры давно уже догорели. Когда багровое солнце перевалило за горизонт на половину, охранник подал сигнал. В открытые ворота въехал генерал Рухул.

Он был одет, так же, как и другие асуры, только его халат и тюрбан были белыми. За спиной покоилась глефа на коротком древке. Белая, гладкая маска с прорезями для глаз, закрывала лицо полностью. Генерал сидел на большом вороном жеребце. Он спешился, и подошел к коменданту, который стоял по струнке. Рядом так же находился Апу и несколько стражников. Голова Дхавала так и не прошла до конца, и сейчас вновь начала пульсировать нарастающей болью. Но он раньше был солдатом, и военных привычек не забывал:

–Рад приветствовать Вас генерал Рухул в расположении тюрьмы Крави. Разрешите доложить? – он сразу решил перейти в наступление.

–Не вижу причин для радости, комендант. – Из-под маски послышался глуховатый, шипящий голос. Из прорезей для глаз на Дхавала смотрели две ярко-красных точки. –Я хочу знать, где прах моих братьев.

Комендант посмотрел на Апу. Тот побледнел:

–Оставили его там. – Он еле дышал.

–Собрать отряд и…

–Не спешите, комендант. –Перебил Рухул. –Я тоже пойду и мне нужен провожатый. Сколько было заключённых, и кто они?

–Двое, алхимик и тёмный колдун.

–Вы взяли след?

–Собаки потеряли его в прелой траве. Двигались они на восток. –Доложил комендант.

–Мне нужен провожатый до места убийства. Ещё чтобы он собрал прах и оставил его у вас до поступления дальнейших приказов. -Дхавал повернулся к начальнику охраны:

–Выполняйте.

Апу, с нотками обречённости в голосе выдавил уставное: «Так точно» и пошёл собираться в поездку, став при этом ещё бледнее. Генерал Рухул развернулся и не спеша направился к своему коню. Комендант немного расслабился. Асура, не поворачиваясь к Дхавалу, прошипел:

–Не думайте, что легко отделались, комендант, думаю генерал Амрит захочет обсудить с вами случившееся. -Он вскочил в седло и выехал за ворота, в темноту, ожидая своего провожатого.

Голова у коменданта Дхавала взорвалась сильным приступом боли и его вывернуло себе под ноги.

Когда генерал и его провожатый подъехали к вырубке, совсем стемнело. Они спешились и привязали лошадей, начальник охраны зажёг факел.

Апу шёл впереди и лопатками чувствовал на себе взгляд асуры. Ему казалось, что тот пристально смотрит на него, как голодный хищник смотрит на жертву. А вот шагов генерала он не слышал вообще, лишь чувствовал присутствие, чего-то жуткого, чудовищного и голодного. Ему представилось, что это Яма, бог смерти, незримый, и такой ощутимый, ведёт его в загробный мир. Факел в руке провожатого заметно подрагивал и свет тускло отражался на листьях и стволах деревьев. Тени играли и плясали вокруг спутников, Апу про себя начал читать мантру.

Вскоре, они пришли к месту схватки. Рухул медленно пошёл по кругу, он иногда принюхивался и жадно втягивал носом воздух. Начальник охраны воткнул в землю факел и руками начал собирать прах в небольшие глиняные кувшины. Это неудобно было делать руками, и часть праха ему удалось собрать только вместе с землёй, он начал трястись, сам не понимая от чего, то ли от ночной прохлады, то ли от страха, пробирающего до самых костей, его мысли метались, как перепуганные зайцы. Когда Апу закончил работу, и поднял голову, генерала нигде не было. Его охватил внезапный приступ паники. Он развернулся и увидел Рухула перед собой. Начальник охраны вскрикнул от неожиданности и отпрыгнул назад, споткнулся, чудом не упал и не выронил кувшины с прахом.

–Отведите мою лошадь в вашу конюшню, и позаботьтесь о прахе моих братьев.

Апу чудилось, что там, под маской, ужасное существо, некогда бывшее человеком, улыбается обнажив клыки. Он, в который уже раз сегодня отчеканил: «Так точно», схватил факел свободной рукой и поспешил исполнить приказ. А генерал крови с завидной прытью побежал на восток, скрывшись в темноте джунглей.

***

Они скакали почти весь день, с самого рассвета. А сейчас солнце за спиной, уже коснулось горизонта.

Путь троих всадников лежал через залитые солнечным светом, луга. Ветер гулял по зелёному ковру, шевелил стебли высокой травы, и превращал её в волнующееся море. Потом они углубились в лес, двигались по заброшенной лесной дороге, что проходила, мимо старых, каменных развален, неизвестного им строения, сильно заросшего лианами. Груды, обтёсанного камня, поросли мхом, и прятались от человеческих глаз, а барельефы, с изображениями мифических существ на сохранившихся участках стен, грозно нависали над путниками. И только теперь, преодолев, каштановую рощу, последнее препятствие на своём пути, всадники наконец-то увидели цель столь длительных, и потому мучительных скачек. Большой город, Маджит, раскинулся на холмистой местности, представ перед взором путников, пока ещё не чёткими очертаниями куполов и башен в свете красного зарева.

Волес и Канг, весь, долгий путь, держались позади, своего северного провожатого по южным странам. Они не привыкли к длительным скачкам, а потому, в очередной раз жутко страдали, и были обрадованы, когда Рюк сбавил темп. Да и лошади, хоть и были не в меру выносливыми, как и люди нуждались в отдыхе. Северянин чувствовал себя прекрасно, даже во время быстрой скачки он успевал наслаждаться красивыми синдарийскими пейзажами. Диковинные цветы, вечно зелёные большие деревья, леса и долины поразили Рюка до глубины души. Он прибыл сюда вместе со своим покровителем несколько дней назад и ему очень понравилось это место. После увиденной красоты, прекрасного пения красивых птиц, и ощущения приятного и тёплого, южного ветра, его далёкая родина, казалась ему уродливым близнецом этого солнечного края.

Глухомор, большой северный край, где родился и вырос Рюк, где мало тепла и солнца. Место суровое, с такими же суровыми людьми. Говорят, не место красит человека, а человек место. Что касается Глухомора, и его жителей, то можно сказать, что они прекрасно дополняют друг друга. Люди приспособились к суровым условиям жизни, и благодаря этому являлись одними из лучших воинов, и охотников на континенте. Постоянные войны, и борьба за выживание, закалили людей. Ярлы, не имея общего лидера, вели кровопролитные междоусобные войны, оттачивали искусство войны, и преклонялись перед ней, как перед божеством. Те воины, которые, снискали славы на полях сражений, и милость ярла которому они служили, допускались к тайнам друидов, и их секретам. В храмах, они проходили сложные и длительные обряды посвящения в тайны и сущность войны. Таких называли берсеркеры. Они устраивали настоящую резню, на поле боя, обращали в бегство врагов, и ввергли в ужас своих союзников, не чувствовали боли, усталости и страха. Охваченные жаждой крови, они не различали своих и чужих, а когда безумие прекращалось, слуги войны не могли вспомнить своих деяний. Рюк был таким воином, когда-то. Как и другие берсеркеры, он не помнил, тех ужасных вещей, которые творил, в приступе кровавого безумия. Он не помнил, что сотворил, за что он был изгнан, из родного и неприветливого края. Северный воин долго скитался по миру и не знал, что делать со своей жизнью. Суровый, угрюмый, и не разговорчивый, как и его Родина.

Всадники постепенно приближались к городу и уже могли разглядеть стражников на стенах с красивыми фигурными зубцами. Храмовые башни с богатой, изысканной резьбой и барельефами, гордо возвышались над остальными строениями. Люди и лошади, очень устали и даже разговорчивый Волес, всегда любивший поболтать на самые разнообразные темы ехал молча. Они успели попасть в город перед самым закрытием ворот. Когда троица минула куполообразную арку, солнце почти скрылось за горизонтом, а на быстро темнеющем небе уже появились первые звёзды.

Мощёная дорога вела под уклон, петляя между жёлтыми, построенными из известняка двухэтажными домами с плоскими крышами. Сегодня синдарийцы отмечают какой-то праздник, название которого Рюк никак не мог припомнить. По причине этого радостного события большинство жителей сейчас находятся в храмах, а улицы пустуют. Лошади побежали лёгкой рысцой, подгоняемые своими седоками. Все поскорее стремились к блаженному и долгожданному отдыху.

У Канга совсем не осталось сил, он ехал с опущенной головой и не обращал внимание на происходящее вокруг. Его лошадь просто брела за остальными, и быстро отстала. Волес заметил это, и перехватил поводья. Они поехали медленнее, что бы Канг не свалился. Алхимик чувствовал себя не в пример лучше колдуна и с интересом рассматривал местную архитектуру. Они въехали в другую часть города. Им начали попадаться маленькие скверики под большими раскидистыми каштанами, красивые, высокие дома из светлого камня. Со сводчатыми лоджиями и резными бортиками они взирали на одиноко бредущую троицу.

Днём, Рюку казалось здесь слишком людно. Смуглокожие горожане заполняли улицы, площади, базары и уже за пару дней готовились к празднику: наряжали городские улицы цветочными гирляндами, женщины выставляли на подоконники вазы с разноцветными орхидеями, и красный гибискус в глиняных разрисованных горшках, а босоногая ребятня бегала от дома к дому, разрисовывая стены кармином, хной и другими цветными порошками. Город имел свою интересную историю, как и вся Синдария, благодаря своему географическому положению.

По всей южной границе страны простираются необъятные по своей территории ядовитые джунгли. Так их называли потому, что там обитало огромное количество, самых опасных и редких тварей, если не во всём мире, то на материке – точно. Болотные гидры, горгоны, ядовитые виверны, василиски и многие другие. Это, не считая всяких насекомых, змей и лягушек, а также множество редких и смертоносно-ядовитых растений. Синдария много лет использовала джунгли, как кладовку дорогих и полезных ресурсов, пока не встретила тех, кому это пришлось не по нраву. Как оказалось, аборигены были против такого положения вещей. Никому не нравится, когда кто-то использует его дом в качестве кладовой, приходит и забирает всё, что вздумается.