Странники. Рубеж Каина

— А они использовали знания о твоих сильных и слабых сторонах против «Капром инк.»! — тут же взвился Жодфу.

— Замолчи, сын, — тяжело уронила Дайха. — Лемичи, насколько секретны планы по нашей эвакуации?

— Общая картина — только у меня. Всеми деталями занимались пять изолированных ячеек нашей службы безопасности. Профилактические утечки информации прошли под моим персональным контролем. Я считаю, что вам нечего бояться. А здесь, над Оазисом, вас будет встречать корпоративный флот. Все, кто решит нам противостоять, пожалеют о своём решении!

Лемичи стиснул вскинутый кулак, словно уже держал в руках вражеское сердце. Дайха на это лишь хмыкнула и разорвала связь. Она всегда пренебрегала прощаниями. Её примеру последовали остальные учредители, и господин Лемичи остался в комнате в полном одиночестве.

— Джованни, ты слышишь меня?

— Да, господин Лемичи. — Перед директором немедленно возникла голограмма ассистента.

— Докладывай, что вам удалось обнаружить за трое суток?

— Пока что обнадёживающих новостей немного. Странники используют нашу сканирующую технику и изучают Ветреные овраги. За последние сутки мы дважды наткнулись на экранированные подземные убежища. Это что-то вроде точек временной стоянки: анализы говорят, что там хранилась пища, вода, какие-то элементы персональной гигиены и одежда. Всё разложилось.

— И давно их там установили?

— Около трёх сотен лет назад, — качнул головой Джованни. — Судя по всему, они из имперского стаалита.

Господин Лемичи задумался. Сфера обитания корпораций дотянулась до этого сектора галактики меньше века назад, а экспансия всего человечества длилась чуть больше тысячелетия записанной истории. Война человечества против искусственных интеллектов без этического ядра оставила после себя огромные дыры в архивах. И теперь вот: в месте, где не должно быть следов цивилизации, стоят не самые старые постройки из особого металла, который обычно использовали как броню. Ещё и экранированные.

— Что-то, чего я не знаю из отчётов?

— Да, секунду. — Джованни включил дополнительное шифрование. — Я смог разобраться в некоторых графических кодах, которые не истлели. Это имперская инфраструктура. Возможно, брошенные лаборатории.

Это предположение Лемичи оставил без ответа. Оазис-427 достался «Капром инк.» на аукционе. Звёздная система была открыта давно, неплохо изучена, но никакого интереса у Научного корпуса не вызвала. Повышенный уровень радиации на спутнике Глаза был признаком богатых залежей ирума, но ещё долго его добыча не принесёт прибыль. Кому нужен капризный металл, когда есть послушная термоядерная реакция и бесконечный водород? А теперь выясняется, что когда-то Империя решила, что здесь можно вести исследования, но по итогу их не закончила. Лемичи знал, как это работает: максимально удалённый объект, запрятанный чуть глубже, чем самая далёкая дыра в галактике, на нём совершаются всевозможные действия, которые обычно называют преступлениями против морали, бесчеловечными опытами и дают им прочие нелестные определения. Финалом такой истории служила или бесперебойная работа объекта до принятия решения о его закрытии и заметании следов, или то, с чем столкнулись сейчас странники и Джованни. Брошенные постройки.

— Личный отчёт каждые двенадцать часов. Если встретите угрозы — Ахид главный. Никаких споров о полномочиях.

— Да, господин Лемичи.

— Тогда до связи.

Джованни отключился, а через несколько секунд от Ахида пришло сообщение: «Никаких споров!» Лемичи позволил себе лёгкую улыбку. Он и не сомневался, что Ахид прослушивает все разговоры Джованни.

***

Вонг потёр лицо. Да, его кожа была синтетической, её чувствительность отключалась мысленной командой, но за эти несколько суток он использовал уже второй комплект регенераторов и стимуляторов. Сеть подземных сооружений глубокого заложения, всё ещё изучаемая дронами, словно решила свести с ума тех, кто её потревожил. Странники, боевики корпорации, автоматические системы — она поглощала всех, чтобы оставить без результатов. Никто ничего не находил. Личные записи? Пластбумага исчезла, словно произошло срабатывание какого-то протокола защиты. Твердотельные информационные хранилища всех форматов от кристаллов до квантовых юнитов памяти девственно пусты, лишены даже информационной оболочки.

Прелат Странников находился в таком очевидном возбуждении, что это было заметно через непрозрачный шлем. Те два объекта, что были доступны исследователям, он едва ли не облизал, благо бункеры выдержали испытание временем и ходить по ним в скафандрах не требовалось. Портативные атмосферные генераторы за несколько часов вернули жизнь в подземные коридоры.

Помогло ли это? Работать стало комфортнее, но проще не стало. Даже личные вещи, которые обычно приносили на рабочие места все люди, отсутствовали.

Вонг поджал губы и окинул комнату, в которой находился, новым взглядом:

— А может быть такое, что вас построили, но не успели воспользоваться?

— Чего только на свете не встречается, юнец. — Ахид ввалился в комнату и запер за собой дверь. — Но новую звезду на небе ты не открыл. Любому мало-мальски опытному человеку это очевидно. И то, о чём ты так громко молчишь, мне ясно с первого взгляда. Странники, уверенно нашедшие имперский заброс, да?

Вонг бесстрастно посмотрел на Ахида:

— Можешь добавить что-то по делу?

— А то ж! Арктурианские цыпочки — выбор настоящего мужика, а эти ваши синтетические куклы — так, замена кулаку. Неадекватная, хочу заметить! — Ахид рассмеялся и сел напротив Вонга.

В движениях солдата концентрировалось столько силы и власти, что Вонг против воли отшатнулся.

— Юнец. — фыркнул Ахид. — Скажи мне, Вонг, неужели ты не чувствуешь, как здесь всё смердит чужой болью? Я уверен, что если мы найдём хотя бы одну целую видеозапись, то на ней персонал стройными колоннами будет уходить в неизвестность.

— Ты что-то знаешь?!

— Да нет… — Ахид отмахнулся от внимательного взгляда Вонга. — Но сценарий не хуже других. Имперцы не бросают свои инсталляции — это общеизвестный факт. Рачительные до скупости. Тут важно другое: наше шапито с гордым званием корпорации, возможно, зачищают именно потому, что мы работаем в этой системе. Когда по нам отбомбятся термоядерными зарядами, пара-тройка лишних воронок погоды не сделают. Хотя это могут быть лишь домыслы старого наёмника.

Если бы у Вонга осталась кровь, она бы заледенела. Какой бы фантастической ни была эта идея, отбрасывать её не стоило.

— Ты доложил господину Лемичи?

— Да, со стариком я поделился.

— Тогда нам нужно заняться своей задачей. Чем быстрее странники найдут искомое, тем…

— …хуже. — Ахид посмотрел в глаза Вонгу: — Пока по планете топчется прелат Ордена, где-то в округе болтается ковчег крейсерского класса, к гадалке не ходи. А это тысячи тонн ракетных шахт и лазерных орудий. Так что молись… в кого ты там веришь, чтобы они рыли до упора, в смысле — до ядра планеты.

Внезапное сообщение отвлекло Вонга от беседы. Он несколько секунд поизучал приложенную схему и тяжело вздохнул:

— Они нашли сервисный тоннель.

— Ещё бы они не нашли, — ухмыльнулся Ахид. — Пойдём взглянем.

Странники скучковались перед вскрытыми панелями облицовки, за которыми Вонг мог видеть короткий коридор и какие-то механизмы.

— Господа, что у вас здесь? — спросил Вонг.

К нему повернулся конфессор Сатр. Вонг почти сразу каталогизировал странников по особенностям моторики и отметкам на скафандрах, но не был уверен, что узнает хоть кого-нибудь в обычной одежде: за эти несколько суток они не вылезали из брони и даже спали в ней. На самом деле жители Пустоты оказались на удивление компетентными бурильщиками, археологами и исследователями. Да, большую часть оборудования выделила корпорация, но странники управлялись с ним очень умело, а их собственные дроны словно создавались для работы под землёй.

— Грузовой лифт, — ответил Сатр.

Он посторонился, позволяя Вонгу рассмотреть просторный зал с грузовыми кранами, манипуляторами и огромным квадратным отверстием в полу. Массивные направляющие соединяли его углы с высоким потолком. Очевидно, что лифт мог подниматься на поверхность, но при первичной разведке лифтовую шахту не нашли.

— И где он? — хмуро спросил Ахид, проходя внутрь.

— На глубине ста метров у нас под ногами. — Сатр вошёл следом, и Вонгу пришлось последовать за ними. — А ещё вот… — Странник указал на направляющие в глубине шахты.

Вонг присмотрелся, его импланты поменяли режим восприятия, отсортировали помехи.

— Кто-то убедился, что лифт гарантированно не вернётся на поверхность, — заключил Ахид.

Вонг промолчал. Перекрученные взрывами металлические балки не требовали комментариев.

— Любой грузовой дрон способен поднять из этой дыры человека в скафандре, — авторитетно заявил Ахид. — Глупость какая-то, а не меры предосторожности. Если только… дрон не может поднять что-то определённое и лифт — безоговорочная необходимость. Гранаты вниз уже кидали?

— Что? — одновременно спросили Сатр и Вонг, но ничего сделать не успели.

Из широкой ладони солдата выпали два шарика ударных гранат и канули в темноту шахты. Через секунды пара ярких вспышек осветила отполированный камень стен и скрытые излучатели лазерной решётки.

— Вона как… местечко-то живое. И с выдумкой.

— Триста лет работы? — недоверчиво спросил Вонг.

— Изотопные батареи на ируме, — ответил Сатр. — Правда, я не слышал, чтобы их делали такой ёмкости. Может быть, здесь сохранилась энергетическая инфраструктура? Реакторам, конечно, требуется обслуживание, но при минимальной рабочей нагрузке, нескольких роботах и хранилище с изотопами — почему бы и нет?

— Я надеюсь, что корпорации так же, как и нам, интересно спуститься вниз. — Конфессор Валдан вместе с телохранителями словно возник из пустоты. Как минимум сенсоры Вонга не смогли его обнаружить, пока не стало поздно.

— Сейчас, когда появилась угроза жизни и здоровью персонала корпорации и её гостей, командование с нашей стороны переходит Ахиду Итнесу. — Вонг кивнул на солдата. — Он наиболее компетентен в этой ситуации.

— Когда штафирки начинают признавать правду, мне всегда становится страшно, — хмыкнул Ахид и бросил ленивый взгляд на Валдана: — Я вам так скажу, святейшество, у нас здесь не оружейное производство. Несколько управляемых зарядов мы, безусловно, найдём, но, если тут какая-то эшелонированная оборона, проще пробуриться рядом, натурально. Мы геологи-экологи, а не военная корпорация.

— Да-да, а боевые импланты у вас только для форса, — покивал Валдан. — Я тебе так скажу, боец: если кишка, или что там у тебя вместо неё, не тонка, то давай об заклад побьёмся? Там, в шахте, не больше трёх слоев защиты, и если ты с ними справишься, то честь тебе и хвала в деле Пути. Если нет, то будешь внимательнее меня слушать.

— А если слоёв больше? — ухмыльнулся Ахид и развернулся к Валдану всем телом.

— То остальные слои снимут мои братья и сёстры и, Пророк свидетель, сделают это быстрее, чем твои подчинённые! — хлопнул ладонями Валдан.

Вонг наблюдал за происходящим молча. Он уже не пытался рассмотреть скрытое тенью лицо Валдана и теперь разбирался со своими ощущениями. Конфессор-наставник очень сильно напоминал господина Лемичи. От него исходили волны власти, его распоряжения выполнялись безоговорочно, странники постоянно бросали на него взгляды.