- -
- 100%
- +
– [Ах, так], – кертенка облегчённо выдохнула. – [Действительно отвратное. Что ж, касаемо Тантора… Вам нужно идти в ту сторону], – она махнула рукой, задав направление. – [Думаю, доберётесь за два-три дня.]
– [Отлично!] – обрадовалась Рёрхерт. – [Большое вам спасибо.] – она откланялась и вернулась к Аллистеру и Рене. – Не стойте же, пошли, – Рёрхерт пронеслась мимо, что-то бормоча себе под нос.
– Ты поняла, о чём они говорили? – весело поинтересовался парень на ходу. Он, казалось, не разобрал ни слова.
– Да, – кивнула Рене. – Та женщина назвала меня живой смертью.
– Как назвала? – не понял Аллистер.
Настала пора Рене удивиться. Она смерила парня озадаченным взглядом, пытаясь понять, серьёзно ли он говорит.
– Живой смертью, – повторила девушка по слогам.
– Я расслышал, – отмахнулся парень. – Но что это значит?
– Как ты можешь не знать? – поразилась Рене. – Так называют людей с белыми волосами.
– О-о, – вдруг лицо Аллистера озарилось пониманием. – Так это твой родной цвет?
– А ты думаешь, что кому-то захочется краситься в белый ради забавы? – спросила Рене, насупившись. Больше всего она сейчас хотела, чтобы он заткнулся.
– Не пойми неправильно, – виновато начал Аллистер. – Я просто никогда не встречал людей с таким цветом волос… И вовсе не хочу, чтобы ты неправильно истрактовала мои слова, но…
– Тогда тебе лучше помолчать, – оборвала его Рене и ускорила шаг, оставив Аллистера позади.
Вечером им пришлось вернуться в лес, чтобы сократить дорогу. Они разожгли костёр и уселись возле него, лениво наблюдая за тем, как Аллистер жарит на огне листья неизвестного происхождения, найденные где-то в чаще.
– Что за гадость? – спросила Рёрхерт, наморщив нос. – Пахнет отвратительно.
Запах был похож на сгнившую траву вперемешку с дымом.
– Это прокела, – ответил Аллистер, ничуть не смутившись. – Я нарвал её с одного из деревьев во время прошлого привала. В приготовленном виде она очень даже неплоха.
Рёрхерт только хмыкнула, никакого доверия к прокеле не проявив.
– Я знаю, чем мы должны заняться, – объявил Аллистер, пережёвывая листья прокелы с громким хрустом. – Рассказыванием страшных историй!
– Тебе, что, пять лет? – со смешком поинтересовалась Рёрхерт. – Это же детское развлечение.
– Прошу вас, – умоляюще застонал Аллистер, и в конце концов даже Рёрхерт пришлось согласиться.
– Ладно, но в таком случае… – она зловеще ухмыльнулась. – начну я. Сегодня вы не уснёте, потому что рассказ пойдёт о тёмной королеве Мёрхекса!
– Нет, не надо, – резко сказал Аллистер. – Я слышал её уже тысячу раз, нет ничего скучнее этой легенды.
– Просто признай, что боишься, – фыркнула Рёрхерт.
– Вы о Карольен Бренне? – спросила Рене с лёгким интересом. – Она же просто королева Мёрхекса, которой приписывают участие в кровавых распрях. Как и всем правителям. Что в этом может быть страшного?
– О, всё зависит от подачи истории, – просияла Рёрхерт, нетерпеливо потирая ладони. – В реальности всё гораздо интереснее, чем в школьных учебниках.
– Брось, Аши, – с нервной усмешкой произнёс Аллистер. – Это же просто сказки.
– Итак, сказ про тёмную королеву Мёрхекса, – начала Рёрхерт, не обратив внимания на недовольное бормотание Аллистера. – Никому не известно, как она появилась, где росла и к чему стремится, но её ужасающее величие неоспоримо. Карольен Бренне правит Мёрхексом с незапамятных времён и будет править ещё целую вечность. Она мудра, опасна и практически всесильна. Каждый раз, когда кто-то приходил на её территорию, то возвращался с позором…
Аллистер поёжился, словно от холода, и обхватил себя руками за плечи.
– Я не думаю, что это правда, – покачала головой Рене. – У Мёрхекса сравнительно небольшая армия, да и магический потенциал не так высок. Конечно, он часто одерживал победы в войнах, но это дела давно минувших дней, разве не так?
– Ты основываешь свои знания на официальной информации, – усмехнулась Рёрхерт. – А что скажешь о кровавом дожде, моментально разбившем эрийтирскую армию во время мёрхано-эрийтирской войны? Это из-за него образовалась Истощённая зона.
– Ни один маг на подобное не способен, – отмахнулась Рене. – Историки постоянно спорят о создании Истощённой зоны, но далеко не факт, что это дело рук Карольен Бренне.
– Ха! Как хочешь, можешь не верить в это, Троттельфсен, – с загадочной ухмылкой продолжила Рёрхерт. – Молись, чтобы не настал день, когда ты проверишь её способности на собственной шкуре… – она вдруг зловеще расхохоталась, подвинувшись ближе к огню.
Рене отстранилась, напряжённо глядя на знакомую.
– В любом случае нет доказательств, которые бы это подтверждали, – поспешно сказал Аллистер. – Вот я собираюсь рассказать про оборотня-грифона…
Рёрхерт недовольно застонала, откинув голову на спинку дивана.
К концу его рассказа ведьмы дремали, слушая одним ухом, что, однако, запал Аллистера вовсе не убавило.
Вечером следующего дня Рене сидела на диване и делала пометки в блокноте, когда в чаще леса раздался негромкий шум. Она настороженно вынырнула из записей и, сощурившись, посмотрела вглубь зарослей.
– Вы слышали? – спросила Рёрхерт, пригнувшись и оторвавшись от поедания сушёных фруктов.
– Может, показалось? – предположил Аллистер, но всё равно нахмурился.
– Ага, коллективные галлюцинации, – хмыкнула Рёрхерт. – Какой бред ещё выдумаешь?
Шум стал чуть громче, и Рене поднялась, отряхнув руки. Листва деревьев зашуршала, и послышался гневный рёв.
– О, – Аллистер мгновенно побледнел. – Кажется, я знаю, кто это.
– Чувствую, нам это не понравится, – мрачно заметила Рёрхерт, сжав кулаки.
Ближайшие кустарники раздвинулись, и на свет показался огромный облезлый медведь в несколько раз больше человека. Рене замерла на месте, стараясь не дышать. Она начала вспоминать, что о таких случаях писалось в учебнике по выживанию в дикой среде. Побег точно был бы проигрышной идеей, как и нападение.
Но похоже, Аллистер в школе не учился и этого не знал, потому что взмахнул рукой и отправил в медведя огненный шар, лишь слегка промахнувшись.
– Ты дурак? – гневно зашипела на него Рёрхерт, но было уже поздно. Медведь окончательно рассвирепел и бросился в атаку.
Оскалившись, он двинулся на Аллистера, на лице которого явственно читалась паника. Рене махнула рукой, разрезав воздух, и выпустила в медведя ещё один огненный шар. Она всё равно не смогла бы сделать хуже.
В этот раз шерсть чуть подпалилась, но не более. Медведь мотнул головой в сторону Рене, но свою основную цель не оставил. Он поднялся на дыбы и замахнулся на Аллистера большой лапой с острыми когтями. Парень резко выставил перед собой руки, воздвигнув непрочный каменный щит. Лапа медведя обрушилась на него, оставив в камне глубокий след.
– Аллистер! – Рене направила ладонь вперёд, пытаясь прицелиться.
Но ей не хватило времени, лапа медведя соскользнула прямо на руку Аллистера, вонзив внутрь когти. Тот, поморщившись, резко отступил в сторону, но запнулся о камень и упал. Рене удалось выстрелить во второй раз и попасть медведю в голову, подпалив ухо. Он покачнулся, сильнее заревел и отошёл назад.
– Да помоги же ты! – крикнула Рене в сторону Рёрхерт, которая впала в ступор и не шевелилась.
Девушка вздрогнула и, наконец тоже заняв боевую позицию, начала обстреливать медведя. Нужно было сосредоточиться, но сейчас это казалось почти невозможным. Рене глубоко вздохнула и попыталась направить всю свою энергию в магию, отчаянно пожелав создать что-то, способное отогнать медведя подальше. На кончиках пальцев защипало, и вперёд вырвался ослепляющий огненный поток. Послышался яростный рёв, заставивший Рене отшатнуться. Когда свет потух, ей удалось увидеть только качающиеся ветки деревьев, за которыми скрылся медведь.
Тяжело дыша, она оглядела поляну. Аллистер сидел на земле, держась за раненую руку с несчастным видом. Похоже, он больше страдал из-за перевёрнутых и испачканных диванов, чем из-за собственной раны.
– Богов ради, Ал, запомни, что на медведя нельзя нападать, – раздражённо заметила Рёрхерт, но сейчас её лицо излучало скорее облегчение, чем ярость. – В следующий раз мы дадим ему откусить тебе руку.
– Соглашусь, – кивнула Рене и подошла к Аллистеру, внимательно рассматривая его руку. – Это явно будет меньшей потерей.
Она провела ладонью по ранению, и то медленно затянулось, оставив после себя только небольшой шрам.
– Вы как знаете, – начала Рёрхерт, на ходу собирая вещи. – а я не собираюсь здесь оставаться. Ещё и с риском быть съеденной медведем.
– И что ты предлагаешь? – спросила Рене. – До Тантора ещё день пути, у нас просто нет других вариантов.
– Я знаю отель в нескольких часах отсюда, – задумчиво протянула Рёрхерт. – Не самый лучший, но это лучше, чем ещё одна ночь под открытым небом и очередной завтрак пекренкой.
– У них включены завтраки? – оживилась Рене.
– Насколько я помню.
– Тогда я за. Больше кашеобразных завтраков я не выдержу.
– Имейте совесть, – недовольно пробурчал Аллистер, но пойти против мнения большинства не сумел. Усталые и помятые они выдвинулись в путь.
Дорога оказалось достаточно простой, но Рене была вымотана использованием магии и бессонной ночью. Ноги отказывались идти, а голова была забита какой-то ерундой. Девушка даже попыталась завязать разговор, чтобы взбодриться.
– Что за отель, к которому мы идём? – поинтересовалась она.
– «Севельский ворон», – ответила Рёрхерт, не обратив внимания на смешок Аллистера. – Его содержит знакомая моей матери.
– Разве ты из Севелии?
– Нет, – она помрачнела. – Я из Вермена.
– Как же ты оказалась в Гретании? – полюбопытствовал Аллистер.
– Не твоего ума дело, – буркнула Рёрхерт и ускорила шаг, невзирая на тяжёлый рюкзак.
Рене многозначительно переглянулась с Аллистером, но ничего не сказала, не найдя подходящих слов.
К тому моменту, когда в глуши леса показался трёхэтажный освещённый домик, они уже валилась с ног от усталости.
– Что ж, мы пришли, – оптимистично сообщила Рёрхерт, отряхнув с обуви налипшую на неё грязь.
– Выглядит не очень, – заметил Аллистер.
– Можешь остаться в лесу, если не нравится, – злобно взглянула на него Рёрхерт. – Невелика потеря.
Пусть Рене и промолчала, но в глубине души была с ним согласна. Краска на доме давно облезла, и пара дощечек намеревались отвалиться. Над входом висела вывеска «вельский орон».
Рёрхерт подошла к двери и уверенно постучала. Некоторое время они стояли в тишине и, когда Аллистер уже открыл рот, чтобы что-то сказать, в глубине дома послышались негромкие шаги. Дверь распахнулась, и на пороге показалась тёмная фигура женщины в капюшоне, наполовину скрывавшем бледное лицо.
– [Добрый вечер, госпожа Гейт], – поздоровалась Рёрхерт на севельском, прокашлявшись. – [Нам бы переночевать.]
Ведьма молчала некоторое время, повернув голову в сторону девушки.
– [Проходите], – еле слышно сказала она, отступив в сторону.
Рене неуверенно покосилась на Рёрхерт, но та выглядела абсолютно довольной и поспешила зайти в дом. Внутри всё было также скудно, как и снаружи. Сплошные грязные стены с потрёпанной мебелью встречали гостей, однако Рене жила в условиях и похуже, а потому после тяжёлого дня могла и потерпеть дырку на ковре.
– [Так, нам три номера, сколько это будет стоить?] – Рёрхерт выжидающе уставилась на госпожу Гейт, уже выудив кошелёк из глубин мантии.
– [Пять дриалов с каждого], – прошелестела госпожа Гейт. – [Но у меня только одна свободная комната, поэтому кому-то придётся пожить с той очаровательной леди из Гранделлы].
Лицо Рёрхерт в тот же момент исказилось, она нахмурила брови и сморщила нос.
– Ладно, – прошипела она, забрав со стойки два ключа и повернувшись к Рене и Аллистеру.
– Что, выбираешь, кто из нас тебя меньше раздражает? – хмыкнула Рене, скрестив руки на груди.
– Выбрала уже, – недовольно ответила Рёрхерт и, громко застучав ботинками по полу, прошла в коридор. – Идём, Троттельфсен!
– Я почти польщена.
– Не твоя заслуга, – фыркнула Рёрхерт. – Просто любой будет лучше, чем Ал, – после этих слов последовал недовольный возглас Аллистера. – Ничего личного, но я не хочу в сотый раз выслушивать анекдот про грифона в баре.
С этим Рене не могла спорить.
Глава 4. Тьма наступает
Рёрхерт с неприятным скрипом открыла пыльную дверь потрескавшимся ключом. Убранство комнаты оказалось весьма скудным. Лампа мерцала тусклым желтоватым светом, на самом верху находилось небольшое деревянное окно, возле стены стояла маленькая кровать, а напротив неё раскладной диван.
– Отвратительно, – Рёрхерт презрительно поджала нос. – Чур я на кровати, – быстро сказала она, кинув на кровать свой рюкзак.
Рене слишком устала, чтобы препираться, поэтому села на диван и принялась разглядывать прогнившие дощечки на полу. Глаза стали сами по себе закрываться, она легла, накрывшись пледом, и заснула. Ей снились быстро мигающие фонари и стаи воронов, которые летели прямо в лицо.
Затем Рене проснулась. В окно просачивался бледный лунный свет, освещавший пол тонкой полосой. От невыносимой духоты у неё на лбу выступили крошечные капельки пота. Тяжело вздохнув, она встала с дивана и вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Всё равно через пару часов нужно было вставать, а Рене никогда не умела быстро засыпать.
Она прошлась по тесному коридору, несколько раз остановившись возле двери Аллистера и удивившись тому, как хорошо слышится его сопение во сне. Рене встала возле картины, одиноко висящей на стене. С неё своими чёрными бусинками-глазами смотрел лохматый ворон, будто пытающийся заглянуть в самую душу. При взгляде на него девушка ощущала странное напряжение. Она развернулась и пошла вперёд, вслушиваясь в стук своих глухих шагов.
Внезапно из столовой донёсся тихий, почти неслышимый гул, заставивший Рене посмотреть в ту сторону. Повеяло холодом, который пробрал до костей. Нахмурившись, Рене подошла к двери и слегка приоткрыла её. Она открылась с неприятным скрипом. За столом сидела госпожа Гейт с накинутым на голову плащом и перебирала в руках горсть цветных перьев.
Рене неловко прокашлялась:
– Доброе утро.
Говорить подобное, когда за окном стояла кромешная тьма, было весьма странно. Женщина чуть повернула голову в её сторону и кивнула. Рене сглотнула и села на самый дальний стул, поскольку посчитала, что повернуть назад будет невежливо.
– Давно вы открыли этот отель? – поинтересовалась она спустя мгновение. Говорила девушка с трудом, давно не практиковавшись в севельском.
– Так давно, что и не вспомню, – ответила госпожа Гейт, помолчав с минуту.
Вновь повисла тишина, и Рене пожалела, что не осталась у себя в номере. Чтобы отвлечься, она взглянула в окно. Странно, но ей показалось, что луна была розоватой, а не белой как обычно. В попытке прогнать неприятные мысли Рене помотала головой из стороны в сторону.
– Что-то не так, дорогая? – спросила хозяйка отеля, и её голос показался очень далёким.
– Нет, всё нормально, мне просто показалось, что… – Рене посмотрела на свою собеседницу и замерла.
Она осталась в комнате в полном одиночестве.
Вдруг к горлу подкатил огромный ком. Рене с бешено бьющимся сердцем подскочила со стула и вернулась в коридор. Она подошла к комнате Аллистера и несколько раз взволнованно постучала. Парень не отворил, и Рене, толкнув дверь плечом, в одно мгновение распахнула её.
В комнате никого не было.
Рене не сдержала поражённого вздоха. Всё вокруг внезапно начало казаться ей подозрительным и искусственным. Колени затряслись, словно от холода. С гнетущим чувством внутри она рванула по коридору прямо к их номеру.
Распахнув дверь в комнату, Рене увидела Рёрхерт, спящую на кровати. Она ухватила девушку за плечо и потрясла.
– Рёрхерт, просыпайся, – быстро зашептала Рене с лёгкой паникой в голосе. – Прошу, вставай!
– Ты издеваешься, что ли? – зашипела Рёрхерт. – Посмотри на время, – она уже собиралась перевернуться на другой бок, но Рене с силой дёрнула её за рукав.
– Здесь что-то не так, – проговорила она, запинаясь на словах. – Хозяйка этого отеля исчезла за считанные секунды, будто испарилась… И Аллистер куда-то пропал.
– Ты сейчас серьёзно? – фыркнула Рёрхерт, протирая глаза. – Он наверняка просто пошёл в туалет, – она помолчала, усердно стараясь не зевать. – Ладно, можем сходить проверить! Иначе ты от меня не отстанешь, придурошная.
Они вышли в коридор, оставив дверь полуоткрытой. Рене прошлась по скрипучим доскам на полу, настороженно оглядываясь по сторонам.
– Что ж, Троттельфсен, – хмыкнула Рёрхерт, хотя и в её голосе чувствовалось напряжение. – Здесь никого нет.
– Мы должны узнать, куда пропал Аллистер.
– Да здесь наверняка ошивается, – Рёрхерт кивнула на облезлую дверь, ведущую в туалет. – Конечно, если есть первую попавшуюся дрянь с деревьев…
Рене проигнорировала её слова и громко забарабанила по двери.
– Ты думаешь тебе ответят? – хмыкнула Рёрхерт, когда в коридоре вновь повисла тишина.
Рене толкнула дверь рукой, но внутри никого не оказалось.
– Было бы очень неудобно, если бы здесь кто-то был, – Рёрхерт облокотилась на стену, хмуро косясь на Рене.
– И где, по-твоему, Аллистер?
– Да он может быть где угодно! Вышел на улицу покурить, скажем.
– Не в этом дело, – упрямо покачала головой Рене. – У меня предчувствие плохое, словно что-то произойдёт.
– Ах, предчувствие, – закатила глаза Рёрхерт. – Тогда это, конечно, меняет дело, – в ответ она получила недовольный взгляд. – Хорошо, пройдёмся по коридору, и ты убедишься, что всё в порядке, а потом я наконец пойду досыпать, – девушка зевнула и побрела вперёд, не особо следя за дорогой. Рене не осталось ничего другого, кроме как последовать за ней.
В тишине раздавался лишь стук ботинок о каменный пол и нервное дыхание девушек (которое Рёрхерт старательно пыталась скрыть). Рене, нервно сглотнув, бросила взгляд на холодную стену с мёртвыми пауками, висевшими на ней. Рёрхерт, оставившая верхнюю мантию в комнате, обхватила себя руками в попытке согреться.
– Всё ещё нормально, Рёрхерт? – шёпотом спросила Рене с долей самодовольства.
– Вероятно, где-то открылось окно, – предположила она без особой уверенности.
– Мне это не нравится.
– Тебе вообще ничего не нравится, давай честно.
Внезапно за их спинами раздался какой-то шум. Рёрхерт вздрогнула и резко обернулась, но теперь там ничего нельзя было разглядеть. Некоторое время они стояли молча, вглядываясь в темноту и стараясь не дышать.
– Пойдём, – настойчиво сказала Рене, дёрнув девушку за локоть.
– С ума сошла? – в ужасе спросила Рёрхерт, сделав шаг назад. – Нужно выбираться отсюда.
– Аллистер наверняка там, – напомнила Рене. – Нам нужно его найти…
– Пусть сам находится, – отмахнулась Рёрхерт. – Я не собираюсь лезть в этот жуткий коридор, в котором хоть глаз выколи. И ещё этот странный шум.
– Но…
Рене не успела ничего сказать, потому что светлая часть коридора медленно начала покрываться тёмной пеленой, пожирающей всё на своём пути.
– Твоя взяла, – признала она, отступив назад.
Рёрхерт не ответила, лишь молча продолжила пялиться на двигающуюся темноту, а в следующую секунду побежала прочь. Рене бы могла упрекнуть её в трусости и слабости, но и сама побежала нога в ногу с ней, пытаясь ускользнуть от пугающих звуков за спиной, которые становились всё громче и громче.
– Вниз! – громко вскрикнула Рёрхерт, и только тогда Рене заметила, что они бегут прямо к лестнице.
Она проскользнула несколько ступенек, а затем, оступившись, полетела вниз, руками стараясь ухватиться за какой-нибудь выступ. Рене свалилась на пол, сильно стукнувшись головой, но сразу же поднялась и возобновила бег. Тьма не отступала, и приходилось бежать ещё быстрее прежнего.
А потом Рёрхерт вдруг запнулась о торчавшую из пола доску и рухнула вниз. Ей не хватило времени, и тёмная полоса поглотила девушку так быстро, что она даже не успела что-то крикнуть.
– Аши! – воскликнула Рене на ходу, замедлив шаг и подумав уже остановиться. Но какой в этом смысл? Аши уже не помочь, а темнота просто настигнет и её.
Набрав побольше воздуха в грудь, она ускорила бег.
Темнота догоняла. Рене тяжело дышала, с трудом избегая резких тупиков и обрывов. Ей казалось, что если она остановится хоть на секунду, то навечно затеряется во тьме.
Свернув за очередной угол, Рене обнаружила приоткрытую дверь, из которой доносился знакомый тихий гул. Времени сообразить план получше не было, и она, распахнув её, быстро проскочила внутрь и полетела вниз в свободном падении, ничего перед собой не видя.
В комнате была абсолютная темнота и тишина. Все мысли и чувства в момент отключились, осталась только тупая боль в голове.
– Здравствуй, дорогуша, – раздался весёлый знакомый голос. – Признаться, я не на тебя ставила, но раз уж так вышло…
Рене резко распахнула глаза и поморщилась от внезапно вспыхнувшего света. Перед ней стояла хозяйка отеля, лицо которой по-прежнему скрывал капюшон.
– Вы кто вообще такая? – спросила девушка в панике и сразу же закашлялась. Она вся была в пыли и паутине, налипшей на неё во время падения.
– Ах, верно, – спохватилась женщина, прислонив руку к груди. – Разумеется, необходимо представиться. Ты и начни.
Рене нервно сглотнула и попыталась подняться, но ослабевшие колени совсем не держали тело.
– Можешь остаться сидеть, Рене, – миролюбиво сказала незнакомка.
– Зачем мне представляться, если вы уже знаете моё имя?
– Таков этикет, – хмыкнула она. – Имена имеют большую силу, знаешь ли.
– Ладно, – без особого восторга произнесла Рене. – Моё имя Рене Троттельфсен.
– Вот и чудесно! – обрадовалась женщина. – Тогда и я представлюсь.
Чёрный капюшон растаял в воздухе и обратился в пыль. Теперь Рене могла хорошо разглядеть рыжие кудрявые волосы, спадающие на плечи, пепельно-бледную кожу и жёлтый огненный взгляд, который с неким любопытством впился в неё.
– Вы… вы же… – торопливо выговорила Рене, втянув в себя воздух. От понимания того, кто стоит перед ней, стало только хуже.
– Карольен Бренне, – спокойно кивнула женщина, но уголки её губ приподнялись. – Ты абсолютно права, это действительно я.
Тёмная королева была одета в готическую длинную мантию, кажущуюся абсолютно новой, будто без единой царапины и пылинки. Голову украшала тонкая диадема с отличительным знаком Мёрхекса – перевёрнутым треугольником в круге.
От неё исходила магическая энергия, жутко холодная, прежде Рене незнакомая и словно потусторонняя, пусть женщина и выглядела человеком. Она никогда раньше не испытывала подобного страха, доходившего до самых глубин души.
– Что случилось с Аши и Аллистером? – вдруг выпалила Рене, позабыв о том, что хотела остаться в живых, а для этого нужно было сидеть и помалкивать.
– Аши и Аллистером… – королева усмехнулась, окончательно развеселившись. – Посмотрим. Вы ведь посланники мецана Иккейна?
Рене недоумённо уставилась на Карольен Бренне, на время отодвинув мысль о страхе.
– Вроде того.
– Вот это мне и не нравится, – Карольен склонила голову набок, сверкнув золотыми глазами. – У нас с ним договор заключён, Рене. И мне совершенно не нравится, что он его так открыто нарушает, совсем этого не стесняясь.
– Что за договор? – спросила Рене и тут же прикусила язык.
– Не твоё дело. Впрочем, военное сотрудничество с другими странами определённо входят в список того, что по договору запрещено делать, – ответила Карольен, и на её идеальном бледном лице проступили тонкие морщины. – Когда вернётесь, то напомните ему, чем чревато нарушение правил. И скажите, что это последнее предупреждение для его страны, и в следующий раз я перейду к действиям, – она мило улыбнулась. – Я уверена, что пока этого никому не хочется.
– Почему бы вам лично ему не сказать об этом? – поинтересовалась Рене, внезапно осмелев. Карольен пугала, но сейчас девушка не чувствовала от неё смертельной угрозы.
– В Цитадели ко мне относятся весьма враждебно. Не хотелось бы вызвать очередной политический кризис своим появлением.
– О, ясно, – понимающе кивнула Рене и осторожно поинтересовалась: – Так, вы не собираетесь убивать меня?
Карольен расхохоталась.
– Убивать? – переспросила она с весёлой ноткой в голосе. – Нет конечно, дорогуша! Не представляю, зачем бы мне это сейчас понадобилось. Однако всякое может произойти в будущем, – загадочно протянула Карольен.
– А что насчёт Аллистера и Аши?