- -
- 100%
- +
– Что касается их, – задумчиво произнесла она. – то можешь поискать в доме. Думаю, они ещё там.
– А госпожа Гейт?
– Она уехала в Эрийтир ещё пару месяцев назад, – беспечно ответила Карольен. – Что ж, было приятно познакомиться… Тельса, верно?
Глаза Рене мгновенно округлились, и она уставилась на королеву с настоящей паникой, захлестнувшей её с головой. Женщина с минуту смотрела на неё с улыбкой, а потом вновь засмеялась:
– Шучу, шучу! Ты слишком много тревожишься, Рене, – она сделала акцент на имени. – Не могу отрицать, что это забавно. Впрочем, мне действительно пора. Ещё свидимся, – Карольен прошла мимо девушки и исчезла за ближайшей дверью, щёлкнув напоследок пальцами. Тьма окончательно развеялась.
Рене просидела на месте ещё какое-то время, тяжело дыша и пытаясь переварить полученную информацию. То, как много Бренне знала о ней, пугало её больше всего.
Наконец она поднялась на ноги, схватившись рукой за стену. Рене с трудом прошла несколько комнат в поисках признаков Аллистера и Аши, но ничего не обнаружила.
Затем раздался чей-то всхлип, и она резко повернулась на звук. Девушка зашла в соседнюю комнату и увидела Аши, лежавшую на полу и державшуюся за ушибленную ногу.
– А, это ты, – бросила она, заметив появление Рене.
– Не сломала? – поинтересовалась она, присев рядом. Рене лихорадочно пыталась вспомнить, как накладывать лечебные чары, внезапно исчезнувшие из памяти.
– Не знаю, – зло фыркнула Аши. – Просто болит. Куда ты пропала?
– Говорила с Карольен Бренне, – отмахнулась Рене и, заметив ошарашенный взгляд Аши, спросила: – Разве ты нет?
– Ты какую-то чушь несёшь, – покачала головой Аши, глядя на знакомую так, будто сомневалась в её психическом здоровье. – Карольен Бренне… какой бред…
– Но это правда! – недовольно воскликнула Рене, помогая ей подняться на ноги. К счастью, она ничего сломала. – Она говорила мне про договор с Иккейном, который ни в коем случае нельзя нарушать.
– Ты явно не в себе, – уверенно сказала Аши. – Где Ала носит? Должен же здесь быть хоть один здравомыслящий человек, кроме меня.
– Я здесь, – Аллистер неожиданно появился у них за спинами. Он выглядел абсолютно обычно, только чуть задумался. – Аши, ты в порядке?
– Где ты был, придурок?
– Куда ты пропал?
Аллистер даже растерялся от двойного наезда и попытался оправдаться:
– Я вышел прогуляться, а потом меня накрыла тьма. Похоже на тёмную магию, но… – на его лице пролегла тень. – не могу сказать наверняка.
– Ты встретил Карольен Бренне? – спросила Рене и услышала раздражённый вздох Аши.
– Да, встретил, – кивнул Аллистер. – Она говорила про договор с Иккейном.
– Почему я здесь одна не встретилась с Карольен Бренне? – пробормотала Аши в полной растерянности. – Не могу понять, вы серьёзно говорите или меня разыгрываете.
– Всё потом, – твёрдо сказал Аллистер. – Сначала нужно убраться отсюда.
Возражать никто не собирался, и они в спешке покинули дом, придерживая хромающую Аши.
– А сейчас обсудим детали, – произнесла она, как только путники оказались на достаточном расстоянии от проклятого дома. – Что ещё за договор?
– Она не говорила ничего конкретного, – пожала плечами Рене. – Думаю, об этом известно только узкому кругу лиц, возможно, только самим правителям. Теперь и нам, – она задумалась, в очередной раз вернувшись к сегодняшнему разговору. – Судя по всему, к императору Равену нам идти не стоит.
– Ещё чего, – хмыкнула Аши. – Не собираюсь я отказываться от своей миссии из-за какой-то дешёвой тёмной королевы.
– Она попыталась тебя убить сегодня вечером, – напомнила Рене.
– Чем только разозлила, – распалёно ответила Аши.
Рене только покачала головой, в который раз поразившись её уверенности и, вероятно, глупости.
Дальнейшая дорога была просто отвратительной. Приходилось часто подниматься и следить за тем, куда идёшь, чтобы не свалиться в яму. Когда стали попадаться редкие домики, стало чуть попроще. Аши узнавала у местных кратчайшие пути и возвращалась в ещё более приподнятом настроении.
Около двух часов спустя они заметили деревянный указатель на Тантор, и Рене наконец смогла облегчённо выдохнуть. Построение домов в столице Севелии не сильно отличалось от Доминера, за исключением цветов, которые приобрели пастельные оттенки. Иногда попадались дома округлых или даже треугольных форм. Во дворах стояли позолоченные кормушки для птиц, а в садах распускались кустарники с розовыми и красными цветами. В большинстве домов свет уже погас.
– Думаю, что в такое время император Равен уже спокойно спит у себя дома, а не работает в Золотом дворце, – заметила Рене, глядя в чистое ночное небо.
– Потрясающе, – вздохнула Аши. – Тогда найдём отель и отправимся во дворец завтра утром.
– Проблема заключается в том, что сейчас все отели уже закрылись, – сказала Рене. – И не откроются до утра.
– Для Аллистера это не проблема, – фыркнула Аши. – Привык, должно быть, ночевать под мостом.
Аллистер, выглядевший до глубины души оскорблённым, уже открыл рот, чтобы возразить.
– Всё, успокойтесь! – прервала их Рене с мрачным предчувствием. – Есть у меня одна идея.
Глава 5. Тантор
Путники вышли к неприметному на вид дому с ухоженным садом. На удивление, внутри ещё горел свет, несмотря на позднее время. Они прошли через приоткрытую хлипкую калитку по каменистой дорожке и остановились на пороге.
Рене уставилась на длинную трещину на двери и замерла, на секунду даже перестав дышать. Она не была здесь очень-очень давно и никогда не собиралась возвращаться.
– И куда мы пришли? – спросила Аши не самым довольным голосом. Она маячила позади и заглядывала через плечо, пытаясь разглядеть лицо Рене.
Девушка не ответила и молча постучала в дверь. Ей хотелось, чтобы никто не открыл, чтобы они сейчас развернулись и ушли спать под мостом, но в следующую же секунду в доме раздались торопливые шаги. Затем Рене услышала скрежет замочной скважины, и дверь распахнулась, ослепив непрошенных гостей светом лампы.
На пороге появилась немолодая женщина с карими глазами и цветным полотенцем в руках. Белые волосы были забраны в неаккуратный пучок, из которого выбивались редкие пряди. Женщина уставилась на Рене и выронила из рук полотенце, прижав ладони ко рту.
– Привет, мам, – робко махнула рукой девушка и услышала, как Аллистер за её спиной ойкнул.
– О, Боги, – выдохнула женщина, в шоке пялясь на дочь. – Рене…
Она отошла в сторону, не в силах ничего сказать, и пропустила путников в дом.
В гостиной было тепло и сухо благодаря поленьям, потрескивавшим в камине. На полу лежал мягкий ковёр, на котором виднелось пятнышко сока, очень хорошо Рене знакомое. Она остановилась возле стены, словно не зная, разрешено ли ей вообще здесь находиться.
Рене неловко кашлянула и поспешно представила:
– Это Аллистер и Аши, – она старалась не смотреть на мать, усиленно разглядывая обстановку в доме вместо этого. Аллистер доброжелательно улыбнулся и глубоко поклонился, чем вызвал недоумение женщины и Аши. – А это… моя мама, Джун Гриндхейм.
– Мы счастливы возможности познакомиться с вами, госпожа Гриндхейм, – почтительно произнёс Аллистер и получил слабый удар локтем в бок от Аши, стоявшей рядом.
– Да, конечно, – кивнула госпожа Гриндхейм, рассеянно скользнув взглядом по нему. Затем она настороженно уставилась на Рене. – Что вообще происходит?
– Я объясню, – девушка многозначительно посмотрела на Аши.
Та сразу поняла намёк и, схватив Аллистера за руку, уволокла на улицу со словами: – Надо бы подышать свежим воздухом.
– Мы только им и дышим последнюю неделю, – донёсся его недовольный голос, быстро оборвавшийся.
После их ухода в доме повисла неловкая тишина, которую никто не собирался нарушать в ближайшее время. Рене избегала смотреть на госпожу Гриндхейм, но и рассматривать комнату ей уже надоело. Она и так видела её слишком часто раньше.
– Итак? – спросила госпожа Гриндхейм, скрестив руки на груди.
– Послушай, – вздохнула Рене. – Я не собираюсь углубляться в подробности. Мы просто переночуем и сразу же уйдём…
– Нет, подожди, – госпожа Гриндхейм собиралась схватить дочь за локоть, но вовремя остановилась, заметив её взгляд. – Ты должна объяснить! Считаешь нормальным заявляться внезапно посреди ночи после того, как я в течение стольких лет получала только пару коротких писем в год?
– Я думала, мы обсудили всё в прошлый раз.
– Тебе тогда было четырнадцать! – воскликнула госпожа Гриндхейм. – Это не тот возраст, в котором ты могла принять здравое решение.
– Но я его приняла, – Рене нахмурилась и сделала несколько шагов в сторону. – Я очень устала и иду спать. Разговор продолжим завтра, спасибо за ночлег.
Госпожа Гриндхейм ничего не сказала и проводила дочь тоскливым взглядом, полностью погрузившись в свои раздумья. Сейчас, стоя в одиночестве посреди ярко освещённой комнаты, она казалась особенно печальной.
Рене прошла по узенькому коридору, знакомому ей с детства, повернула за стену, много лет назад ободранную кошкой, и, скрипнув старой дверью, вышла на веранду, с которой открывался вид на аккуратные овощные грядки. Здесь можно было дышать полной грудью, не боясь духоты комнат. Раньше, ещё будучи совсем девчонкой, она часто сбегала сюда из-за своих глупых детских проблем.
Сейчас на веранде, облокотившись на шаткие перила, стоял Аллистер. Он задумчиво смотрел на звёздное небо, подперев рукой голову. Рене сделала несколько шагов, сообщив таким образом о своём появлении, и встала рядом, не сказав ни слова.
Несколько минут они так и стояли в тишине бок о бок.
– Проводить тебя? – предложила Рене, нарушив молчание. – Можешь лечь в гостиной на диване.
– Я постою здесь ещё немного, – тихо сказал Аллистер и прикрыл глаза, вслушиваясь в трели сверчков на крыше. Затем он медленно, будто с опаской, спросил: – Ты в порядке?
– Завтра нас здесь уже не будет, – ответила Рене, проигнорировав вопрос.
Аллистер взглянул на неё со странным нечитаемым выражением лица.
– Знаешь, – он чуть склонил голову и практически зашептал: – она выглядит не такой уж плохой. Я, конечно, не знаю всей ситуации, но, возможно, стоило бы дать ей шанс?
– Не помню, чтобы я тебя спрашивала.
Аллистер приподнял руки в защитном жесте.
– Как скажешь, – слабо улыбнулся он. – Никаких советов, я уяснил.
Рене хмыкнула и полностью переключила своё внимание на светлячков, кружившихся возле неё в странном подобии танца. Они то собирались вместе в круг, то разлетались каждый в свою сторону.
– А где Аши? – вдруг вспомнила девушка, только сейчас заметив, что красная макушка уже давно не появлялась в поле зрения.
– Она нашла какое-то кресло по дороге и сразу же задремала, – объяснил Аллистер, слегка смутившись. – И попросила до десяти утра её не будить, – он задумался. – Скорее даже пригрозила физической расправой, если разбудим.
Рене не стала уточнять, чем конкретно угрожала Аши. Она зевнула и вернулась в дом, внезапно ощутив приятное тепло. Аллистер последовал за ней с некоторой неохотой.
– Ложись здесь, – Рене приоткрыла дверь в ближайшую к веранде комнату.
– Это гостевая комната?
– Нет, – Рене отвела взгляд в сторону. – Это кабинет моего папы.
– А он не будет возражать?
– Он давно здесь не живёт, не волнуйся, – ответила Рене, пропустив Аллистера внутрь. Она кивнула на прощание и бесшумно добралась по коридору до своей старой комнаты.
В доме стояла абсолютная тишина, поскольку либо все давно спали, либо старались не шуметь. Рене не стала проверять Аши, надеясь на благоразумие, здравый смысл и прочее, что её знакомой совсем не было свойственно.
Девушка легла на кровать, слишком маленькую для нынешнего роста, прогибающуюся при малейшем движении, и постаралась сосредоточиться на своих мыслях. Размышлениям заметно мешал огромный паук, зависший под потолком на паутине. Рене вздохнула и прикрыла глаза.
В голове вновь возник жутковатый и неестественный образ Карольен Бренне, кажущийся уж слишком реальным для воспоминания. Она улыбалась и сверкала ярко-жёлтыми глазами, будто пытаясь пробраться в самую душу, а худые бледные руки тянулись прямо к ней.
Рене задремала с неприятным чувством, осевшим где-то глубоко внутри.
Проснулась она поздним утром, когда за окном уже вовсю светило солнце. Рене села на кровати, почёсывая голову и пытаясь прийти в себя после сна, потом поднялась и послонялась из стороны в сторону, но настроение подобное действие не подняло.
Выходить наружу не хотелось. Будь воля Рене, она бы вообще заколотилась досками изнутри и весь день просидела бы взаперти за какой-нибудь пыльной книгой.
С таким тяжёлым вздохом, что казалось весь дом сотрясся, она вышла из комнаты, плотно затворив дверь. Рене добралась до гостиной, даже не умывшись, и сразу наткнулась на занятную сцену.
Аши, облокотившись на стену, стояла в проходе с чашкой свежесваренного кофе, Аллистер и госпожа Гриндхейм сидели за низеньким круглым столом перед полупустыми тарелками.
– Всё-таки, – продолжил разговор парень. – я считаю, в Брейдсборе выращивают самый лучший кофе. Я, конечно, не ругаю севельский, но стоит вам хоть раз попробовать кофе в Брейдсборе… Другой пить будет просто невозможно, зуб даю!
– Не знаю насчёт кофе, – протянула госпожа Гриндхейм с опаской. – но Брейдсбор – очень неблагополучная и опасная страна, на каждом шагу обокрасть могут.
Аллистер собирался что-то ответить, но затем его взгляд упал на Рене, неловко мнущуюся на пороге, и он весело замахал рукой:
– Рене, доброе утро! Как тебе спалось?
– Нормально, – кивнула Рене и прошла мимо Аши к чайнику. Она чувствовала, что мать смотрит прямо на неё, но ничего не сказала и молча налила себе воды в большую кружку.
– Я вообще считаю, что кофе везде одинаковый, – скучающе произнесла Аши и широко зевнула.
Отставив чашку в сторону, она покосилась на Рене, будто говоря, как её достал этот бессмысленный разговор.
– Во сколько открывается Золотой дворец? – спросила Аши, поглядывая на овальные часы на стене, украшенные клыками. – Думаю, нам стоит выдвигаться, если не хотим стоять в очередях.
– Вы собираетесь в Золотой дворец? – удивилась госпожа Гриндхейм, и на её безразличном лице вдруг появились признаки жизни. – Великолепное здание, поистине шедевр архитектурной мысли… Ах, какие там сады!
– Мы пойдём, пожалуй, – поспешно произнесла Рене и махнула рукой Аллистеру на выход. Тот ещё не доел салат и такой спешке не обрадовался.
– Эмили там подавала документы на поступление в университет, – продолжила госпожа Гриндхейм, и её глаза странно заблестели.
– Прошу, не начинай, – неловко сказала Рене, сделав вид, что проверяет сумку. – Аллистер, пошли уже.
Его лицо озарилось любопытством, и он, на ходу дожёвывая кусок кабачка, прошёл к двери. Аши подтолкнула его к выходу, но этого оказалось недостаточно.
– Благодарим вас за столь радушный приём, – высокопарно произнёс Аллистер и откланялся. – Мы высоко ценим добро, которое вы нам подарили и…
– Всего хорошего, – подытожила Аши и силой выпихнула Аллистера на улицу.
– Да прибудут с вами Святые! – воскликнула госпожа Гриндхейм, поднявшись из-за стола.
– Думаю, что сейчас они не в настроении, – мрачно ответила Рене и захлопнула дверь.
Какое-то время они шли по улице в молчании, пока Аллистер не открыл рот.
– Вот даже не начинай, – предупреждающе начала Рене, но опоздала.
– Что за Эмили?
– А тебе, видимо, до всего всегда есть дело, не так ли? – раздражённо хмыкнула Рене. – Это моя сестра. Погибла четыре года назад. И сделай одно одолжение – не задавай больше лишних вопросов.
Она, засунув руки в карманы, ускорила шаг и оставила Аши в одиночку разбираться с Аллистером.
Раньше Рене любила Тантор. Это был аккуратный красивый город, поражающий туристов своей роскошью в центре и стройностью на окраинах. Весной он полностью преображался, весь покрываясь всевозможными цветами (Рене проклинала это время года из-за своей аллергии), и достигал пика своей красоты. Однако сейчас, проходя по изящным улочкам и рассматривая золотые фонари, она не ощущала ничего, кроме раздражения.
Спустя четверть часа путники добрались до самого центра и остановились перед громадным сооружением, настолько сияющим, что было невозможно смотреть на него и не щуриться. Весь дворец переливался гигантскими золотыми плитами, отполированными до блеска. Его украшали пять высоких башен с диковинными узорами и орнаментами на самом верху. На каждой из них можно было разглядеть стражников в причудливых золотых шлемах и с оружием в руках.
– И зачем строить такое? – прошипела Аши, прикрыв глаза ладонью. – На него же не взглянуть, совершенно непрактично.
– Думаю, его и не строили с расчётом на практичность, – предположила Рене, щурясь. Золотой дворец расплывался блестящими пятнами в глазах.
Они остановились возле высокого входа, представляющего собой сверкающие колонны, устремлённые вверх. Их украшали вылепленные еловые ветви, созданные из чистого золота. Путь внутрь преграждали стражники с блестящими копьями в руках. Они держались расслабленно, словно вообще не находили в своей работе ничего серьёзного.
– Назовите цель посещения, – произнёс один из них на севельском, заметив иностранцев.
– Дипломатические переговоры, – ответила Аши с жутким акцентом и, достав из внутреннего кармана мантии сложенный пергамент, протянула его стражнику. Если присмотреться, то на нём можно было разглядеть синюю печать. – От имени мецана Иккейна.
Стражник с тщательностью осмотрел текст и, удостоверившись в подлинности, отдал обратно и отступил в сторону.
– Добро пожаловать в Золотой дворец, – произнёс он и коротко поклонился.
Путники прошли внутрь, с лёгкой растерянностью рассматривая богатое убранство. Всё выглядело чуть менее блестящим, чем снаружи, но обивка из золотых листов никуда не делась. С потолка свисали роскошные круглые лампы с кристаллами, а стены украшали разнообразные однотонные гравюры.
– Аши, твой севельский просто потрясающий, – прошептал Аллистер, когда они оказались подальше от входа. – Я серьёзно, мне никогда не давались другие языки.
– Я давно не практиковалась, – отмахнулась Аши, залившись краской.
– Севельскому учат в Высшей Гретанской Академии, – объяснила Рене. – Это же самый популярный язык в мире наравне с эрийтирским, неужели ты никогда не пытался его выучить?
– Я учил брейдсборский в детстве.
– Брейдсборский? – удивилась Рене, но больше ничего сказать не успела. Рядом с ней раздался радостный писк.
– Ущипните меня, – прошептала Аши с круглыми от восторга глазами. – Я же сплю, верно? Только взгляните туда… Это же она, да?! – она восторженно кивнула в сторону молодой девушки, стоявшей под круглой аркой. – Воительница Ландберг…?
Госпожа, на которую указала Аши, больше походила на космическую богиню, настолько прекрасную, что даже речь отнималась при одном её виде. Волосы, завивающиеся до плеч, по цвету напоминали розоватый ранний восход, который Рене наблюдала на небе последнюю неделю. Девушка была одета в строгую серебристую броню с неизвестной символикой в виде скалистой горы, выгравированной под сердцем. За спиной поблескивала рукоятка меча.
– Она, что, какая-то знаменитость? – растерянно спросила Рене, с опаской глядя на воодушевлённую Аши. Та же в ответ уставилась на неё, словно на душевнобольную.
– Как ты можешь её не знать? – прошипела Аши. – Она происходит из известнейшего древнего рода воителей Гретании! О, сколько легенд сложено об их подвигах.
– Нет, я, конечно, слышала о Ландбергах, но…
– Извините, а можно, пожалуйста, автограф? – пока они трепались, Аллистер уже начал действовать и завёл разговор. Его глаза весело сверкали, будто в предвкушении чего-то интересного. – Большой поклонник ваших приключений, знаете ли.
Ландберг приветливо улыбнулась и легко рассмеялась смехом, больше похожим на звон колокольчиков в траве.
– Конечно, – кивнула она с усмешкой. Гретанский Аллистера явно её не смущал.
– Отлично, у меня как раз где-то был пергамент, – он залез в своей мешочек под пристальным и мрачным взглядом Аши, которую эта картина совсем не радовала. Аллистер вытащил клочок бумаги и перо с чуть засохшими чернилами. – Вот, прошу. Заранее огромное спасибо!
Ландберг приняла перо и лёгким росчерком расписалась на пергаменте, оставив свою подпись с изящным завитком.
– А ты автограф брать не будешь? – не без ехидства поинтересовалась Рене.
– Ещё чего, – фыркнула Аши, закатив глаза. – У нас есть и более важные дела, – она подошла к воительнице и отпихнула довольного Аллистера в сторону. – Добрый день, не подскажите, где мы можем найти императора Равена? У нас к нему срочное дело от Гретанского правительства.
– Его кабинет находится выше, – мягко сказала Ландберг. – Но боюсь, сегодня вы с ним не встретитесь. Господин Равен в отъезде и вернётся только через три дня.
Рене практически физически ощутила, как что-то разбилось. Должно быть, это было терпение Аши.
– Как это в отъезде?! – с зарождающимся возмущением в голосе воскликнула она.
– У него внеплановая встреча с императрицей Северного Весцала, – объяснила Ландберг, не потеряв улыбки, в которую, однако, прокралось что-то напряжённое. – Могу порекомендовать вам несколько хороших отелей в Танторе.
– Спасибо, но откажемся, – сквозь зубы процедила Аши, едва сдерживая гнев. – Мы пойдём. Всего доброго.
– Брось, подождём несколько дней, ничего страшного, – беспечно уговаривал её Аллистер.
Рене с извинением покосилась на воительницу Ландберг.
– Прошу прощения за них.
– Не волнуйтесь, госпожа, – спокойно ответила она. – Я привыкла к подобной реакции.
Рене откашлялась:
– В таком случае хорошего дня.
– И вам. Насладитесь видами Тантора, пока есть такая возможность.
Она отчётливо чувствовала на себе взгляд воительницы даже тогда, когда поспешила пойти за Аши и Аллистером, успевших отойти на приличное расстояние.
Они покинули Золотой дворец в не самом лучшем расположении духа. Отойдя достаточно далеко, Аши со всей силы пнула мусорный бак с гневным восклицанием на неизвестном Рене языке.
– В отъезде! – прорычала она, ухватившись за ушибленную ногу. – Просто потрясающе! Богов ради, почему именно сейчас он в отъезде?
– Задержимся на пару дней, не помрёшь, – раздражённо сказала Рене, хотя в глубине души у неё что-то неприятно ёкнуло. – Пошлите искать отель.
– Ах да, насчёт этого, – начал Аллистер, и его тон девушке сразу не понравился. – Кажется, нам придётся вернуться к тебе домой, Рене. Я забыл там диван.
– Зачем ты вообще его доставал? – фыркнула Аши, пока Рене молчала с каменным лицом.
– Кровать была жёсткой, – пожал плечами Аллистер.
– Выглядишь нищим, а в душе ты тот ещё аристократ, – усмехнулась Аши. – Похоже, возвращаемся. А, Рене?
Рене кивнула, ничего не сказав.
Дорога назад показалась ей тоскливой и лишённой цвета. Даже птицы, весело щебечущие в деревьях, не улучшили ситуацию. Шли они медленно, потому что Аллистер останавливался каждые несколько минут, чтобы погладить бродячего кота или осмотреть необычный цветок на подоконнике.
Вернувшись к дому, Рене простояла на пороге неприлично долго. Аши даже пихнула её локтем в живот, побудив к действию. Она тихо постучала.
Дверь распахнулась, и Джун Гриндхейм, вышедшая на крыльцо, показалась ей ещё более удивлённой, чем в первый раз.
– Аллистер забыл свой диван, – пояснила Рене в ответ на озадаченный взгляд матери и мгновенно ощутила собственную глупость. Нужно было заставить его самостоятельно зайти домой.
Госпожа Гриндхейм слабо кивнула и пропустила путников в гостиную. Аллистер сразу же отправился в отцовскую комнату за диваном. Эти несколько минут его отсутствия оказались самыми неловкими в жизни Рене.
– Куда вы сейчас собираетесь? – шёпотом спросила госпожа Гриндхейм у парня, когда он вернулся, догадавшись, что дочь её вопрос не обрадует.
– Подыскать отель, – отозвался Аллистер. – Наша миссия слегка затягивается из-за отъезда императора.
– Зачем же вам тратить деньги на отель? – удивлённо воскликнула госпожа Гриндхейм. – Оставайтесь здесь!
– Нет, мы уже уходим, – поспешно сказала Рене и ухватилась за дверную ручку, но выйти не успела, так как её остановила рука Аши, намертво вцепившаяся в мантию.
– Мы с удовольствием примем приглашение, – выпалила она и улыбнулась с такой доброжелательностью, какую никто никогда не видел на её лице. Затем девушка притянула Рене к себе вплотную и быстро зашептала: – Может у тебя и есть горы денег, но некоторые зарабатывают их своим тяжёлым трудом, поэтому я не собираюсь тратиться на отель, когда нам предлагают бесплатное жильё.