- -
- 100%
- +
— Ну что, продолжим? — прошептала она, приподнимаясь на локтях и наклоняясь ко мне.
Я уже собирался ответить с намёком на согласие и долей игривой дерзости, — как вдруг…
Тело пронзила волна чужой энергии. Не удар, не боль — а ощущение, будто сама реальность треснула, и сквозь щель просочился иной мир.
Я замер, пальцы судорожно сжали край шёлкового покрывала. По спине пробежал ледяной озноб, волосы на затылке встали дыбом. Даже показалось, будто стены покоев едва заметно дрогнули, а кристаллы на стенах мигнули, будто от внезапного скачка напряжения.
— Что… — начала демоница, но я уже отстранился, резко сел и спустил ноги с кровати.
— Прости, милая, — бросил я, быстро подбирая разбросанную одежду. — Дела.
— Какие ещё дела? — её голос зазвучал раздражённо. — Ты же только что…
— Внезапные, — отрезал я, застёгивая пояс с оружием. — И важные.
Вот же приставучая!
Она фыркнула, откинулась назад и скрестила руки на груди, сверкнув когтями:
— Как всегда, в самый неподходящий момент…
— Зато честно, — я подмигнул ей, пытаясь сгладить ситуацию. — Вернусь — продолжим. Обещаю.
Чёрта с два я вернусь.
Не дожидаясь ответа, я вышел из покоев и быстрым шагом направился по коридору.
Коридоры замка были выложены чёрным мрамором с прожилками раскалённой лавы — она пульсировала в такт биению сердца самого Ада, отбрасывая багровые отблески на стены.
По бокам тянулись галереи с колоннами из базальта, украшенными барельефами древних битв: демоны с крыльями, похожими на паруса, разрывали на части крылатых существ, напоминавших драконов.
В нишах стояли статуи падших генералов — их глаза, инкрустированные рубинами, казалось, следили за каждым моим шагом.
Воздух здесь был тяжелее, чем в моих покоях, — пропитан магией договоров и клятв, скреплённых кровью. Каждый шаг отдавался эхом, словно сам замок напоминал: я — Князь шестого круга, и моя власть здесь абсолютна. По крайней мере, пока.
За поворотом я внезапно столкнулся с Каэроном.
Он шёл, словно это место принадлежало ему одному, — с привычной холодной сосредоточенностью, от которой у меня всегда зудело между лопаток.
Старший брат.
Три тысячи лет, а ведёт себя так, будто время над ним не властно.
И не властно, чёрт возьми.
— Решил вернуться? — спросил я, стараясь удержать голос ровным.
Где он был последние месяцы? Почему вернулся именно сейчас? И что, чёрт возьми, происходит с этой энергией?
— Как видишь, — бросил он безэмоционально и двинулся дальше по коридору, будто ничего не случилось.
Я шагнул следом.
Ненавижу, когда он так делает — появляется из ниоткуда, смотрит этим своим взглядом, будто я всё ещё мальчишка, играющий в политику.
— Ты почувствовал? Что-то странное… — начал было я, но он оборвал на полуслове.
— Да. И это странное сейчас где-то там.
— О чём ты? Что это, Каэрон? — я ускорил шаг, пытаясь поймать его взгляд.
Он лишь коротко бросил, не оборачиваясь:
— Девчонка, брат. Девчонка.
Я застыл на мгновение, не понимая, шутит он или серьёзно.
— Девчонка? Какая ещё, нахрен, девчонка? — рявкнул, догоняя его.
Каэрон наконец остановился и обернулся. Его глаза — стальные, серые, словно остывший пепел древних вулканов Ада, — смотрели на меня с тем самым снисходительным равнодушием, которое всегда бесило. В них не было ни раздражения, ни вызова — только бесконечное, почти ледяное спокойствие, будто он наблюдал за суетой мира со стороны, из какой-то недосягаемой высоты.
Этот взгляд я знал слишком хорошо. Он означал, что Каэрон уже всё решил для себя, что мои слова и эмоции для него — всего лишь шум, не стоящий внимания.
И хуже всего было то, что в глубине души я понимал: он не притворяется. Он действительно так думал.
— Ну так… Маленькая. С потрошителями.
— Что ты сказал?! — Я рванул вперёд, схватил его за плечо, развернул к себе. — Ты кинул девчонку одну на растерзание потрошителям? — Голос дрожал от ярости. Ещё секунда, и из глаз, кажется, польётся лава.
Он даже не дрогнул. Лишь пожал плечами, словно речь шла о пустяке:
— У неё была катана.
Какая, к чёрту, катана?! Что вообще несёт этот кретин?
Девчонка.
Маленькая.
Против потрошителей.
С катаной.
В голове не укладывалось.
— Ты хоть понимаешь, что творишь? — прошипел я. — Ты появляешься после месяцев отсутствия, бросаешь какие-то загадки, а теперь ещё и говоришь, что оставил кого-то умирать?
— Я не говорил, что она умирает, — спокойно ответил Каэрон. — Она сражалась. И неплохо.
— Откуда ты знаешь?
— Видел.
— И не помог?
— А должен был? — он слегка приподнял бровь. — Ты всегда слишком много вмешиваешься, Майкл. Ад не нуждается в спасении каждую минуту. Иногда стоит просто наблюдать.
— Наблюдать, как кто-то погибает? — я сжал кулаки. — Вот почему ты никогда не остаёшься здесь надолго. Ты не понимаешь, что значит ответственность. Ты Князь не меньше меня, но ведёшь себя как бродяга!
— Возможно, — он улыбнулся уголком рта. — Но зато я свободен.
Я отпустил его плечо, сделал шаг назад, пытаясь осмыслить происходящее. Но времени на раздумья не было — энергия всё ещё пульсировала, звала, манила.
«Сам во всём разберусь», — решил я и, не дожидаясь ответа, рванул прочь из дворца.
Переместился на зов исходящей энергии — быстро, резко, сквозь пространство. Оказался на границе Огненных Пустошей, где воздух был пропитан пеплом и кровью.
И тогда я увидел.
Она стояла на вершине горы.
Крошечная фигурка на фоне багрового неба, с катаной в руках, окружённая тварями, от которых даже у меня по спине пробегал холодок.
Волосы растрёпаны, одежда в грязи и крови, но глаза… Глаза горели. Не страхом. Не отчаянием. А чем-то, что я не мог определить.
И в этот момент я понял — это не просто девчонка, — и то, что она здесь, не случайность.
Тьма
Сама не поняла, как оказалась на вершине этой проклятой горы.
Словно мир вдруг переменился — только что я сражалась, отбивалась, искала путь сквозь лабиринт скал и лавы, а теперь… стою на краю бездны.
Ветер рвёт волосы, свистит в ушах, а под ногами лишь пропасть, тёмная, бездонная, будто сама вечность разверзлась передо мной.
Высота… Головокружительная.
Если посмотреть вниз, кажется, будто земля растворяется в тумане, а небо давит сверху, заставляя колени подгибаться.
Я едва держалась на ногах, каждая мышца кричала от усталости, каждая капля силы иссякала, словно вода сквозь пальцы. А потом очередной удар, резкий, беспощадный, пришёлся точно в плечо. Я пошатнулась, попыталась удержаться, но земля ушла из-под ног.
Мир перевернулся.
Я летела вниз.
Ветер бил в лицо, волосы разметались, а внизу лишь размытая картина из камней и теней. Время растянулось, словно резина, и в этот миг пришло… смирение. Никаких мыслей. Никаких страхов. Только тихое, почти ласковое ожидание: «Сейчас всё закончится, я и так сгорела, и так мертва».
Я даже не пыталась сопротивляться, просто закрыла глаза, приготовившись к удару, к боли, к темноте.
Но вместо жёсткой земли, вместо ломающихся костей и последнего вздоха…
Тепло.
Глава 2. Спасение
«Я хотел лишь прочесть её мысли. А она прочла меня».
— Каэрон.
Тьма
Тепло.
Нежное, обволакивающее, словно меня подхватили невидимые руки.
Я почувствовала мягкое давление, будто кто-то бережно удержал меня в последний момент, не дал разбиться.
Медленно, с трудом я приоткрыла глаза и увидела человека. Но не того, что в первый раз.
Его лицо было размыто из-за головокружения, но я разглядела главное: спокойное выражение, почти безмятежное, тёмные волосы, слегка растрёпанные ветром, глаза — глубокие, как ночное небо, но лишённые всякого тепла, холодные и пронзительные, словно два осколка льда.
Он держал меня на руках легко, будто я ничего не весила. Его ладонь лежала на моей спине, другая поддерживала под колени. И от него шло это тепло — не просто физическое, а какое-то… живое. Как будто сама жизнь просочилась сквозь его кожу и коснулась меня.
Я хотела что-то сказать, спросить, кто он, как оказался здесь, почему спас меня, но слова застряли в горле. Я только смотрела на него, пытаясь осознать, что это не сон, не галлюцинация, не последний проблеск сознания перед смертью.
А он… Он просто смотрел в ответ. И в этом взгляде было что-то, от чего внутри что-то дрогнуло.
Предчувствие.
Соперник
Я сделал пару шагов до намеченной цели, сосредоточившись на пульсирующей энергии, что вела меня сквозь скалы и тьму. Поднимаю глаза вверх — и в этот миг мир словно замирает. В небе, на фоне багровых облаков, мелькает силуэт. Я едва успеваю осознать, что происходит, когда инстинктивно выставляю руки вперёд. Мгновение — и она падает прямо в мои объятия.
Девушка.
Чертовски. Красивая. Девушка.
Её длинные пепельные волосы разметались по плечам, одежда изорвана, но в глазах — ни капли страха. Только тишина, только вопрос, застывший в глубине ледяных зрачков. На долю секунды я теряюсь, впитывая её образ: хрупкость и одновременно несгибаемую волю.
Но тут же вспоминаю: за нами — они. Потрошители. Твари, которые не остановятся, пока не разорвут добычу на части. Они замирают при виде меня, принюхиваются, скалятся, обнажая жёлтые клыки. Один из них делает шаг вперёд, другой шипит, выпуская клубы едкого дыма из ноздрей.
Я медленно поворачиваюсь к ним, всё ещё держа девушку на руках. Внутри закипает ярость — горячая, первобытная.
— Пошли вон отсюда! — рычу я, и мой голос отдаётся гулом в горах, словно раскат грома.
В этот момент моя магия вырывается наружу. Глаза вспыхивают алым светом — не просто отблеском окружающего мира, а внутренним пламенем власти. Из ладоней исходит волна тёмной энергии, густой и осязаемой, как дым, но обжигающей, как расплавленная сера.
Потрошители отступают на шаг. Их глаза, пылающие голодом, теперь отражают замешательство. Они чуют мою сущность — не просто демона, а Князя, чья власть закреплена кровью и древними договорами.
Я чувствую, как сама земля под ногами отзывается на мою волю: трещины в скалах пульсируют ярче, лава в реках вскипает, усиливая мою ауру.
— Убирайтесь! — повторяю я громче, и на этот раз в голосе звучит приказ, подкреплённый магией. — Это мои земли. Мой круг. И я не позволю вам осквернять их!
Моя аура разрастается — тёмный купол силы, окутывающий подножие горы.
Один из чудовищ пытается броситься вперёд, но едва пересекает невидимую границу моей ауры — вскрикивает от боли. Его шкура дымится, когти чернеют и крошатся.
Остальные отступают, шипя и рыча, но уже не угрожающе, а испуганно. Они чувствуют, что столкнулись не с обычной добычей, а с силой, способной их уничтожить.
Твари разворачиваются и, прижимаясь к земле, бросаются прочь. Они исчезают в расщелинах гор, растворяются в клубах дыма и тени, словно их никогда и не было.
Я перевожу дыхание, чувствуя, как магия утихает, а глаза снова приобретают обычный цвет. Перевожу взгляд на девушку — она всё ещё в моих объятиях, смотрит на меня широко раскрытыми глазами. В них читается не страх передо мной, а скорее… понимание.
Не раздумывая, перемещаю нас к входу во дворец. Пространство рвётся, как тонкая ткань, и вот уже под ногами мраморные ступени, а впереди — тяжёлые двери, украшенные древними рунами.
Останавливаюсь, понимая, что всё ещё держу её на руках. Слишком близко. Слишком… правильно. Я должен дать ей возможность идти самой, но меньше всего сейчас мне хочется её выпускать.
В голове мелькает безумная мысль: запереть её где-нибудь, спрятать от всего круга, уберечь…
Всё, Майкл! Успокой свои мысли.
Во дворце полно легкодоступных демониц, а она… Она иная. Не похожа ни на кого. Я вижу её впервые, не знаю, кто она, откуда, почему её энергия так странно резонирует с моей. Но что-то в ней есть, что-то, от чего кровь бежит быстрее.
— Извини, — наконец произношу я, осторожно опуская её на землю. — В столице нечасто бывают гости.
Она машинально пятится назад, будто боится, что я снова схвачу её. В глазах настороженность, но не паника.
— Дальше ты можешь идти сама, — говорю, поднимая руку и указывая на массивные двери. — Туда. Тебе не о чем волноваться. Здесь нет этих тварей, и ты будешь в полной безопасности.
Мы пересекаем прихожую — просторное помещение с высокими сводами, где эхо наших шагов отдаётся глухим стуком.
Она вертит головой, пытаясь осознать, где оказалась. Взгляд скользит по старинным гобеленам, по статуям древних демонов, по мерцающим кристаллам, что освещают зал холодным светом.
Я останавливаюсь, наблюдаю за ней. В девушке нет суетливости, нет растерянности, лишь тихое любопытство и какая-то странная уверенность, будто она привыкла к невероятному.
В этот момент ко мне подлетают слуги — демоны в чёрных ливреях. Один снимает мой пиджак, другой склоняется в почтительном поклоне. Девушка оборачивается, следит за их движениями, и в её взгляде мелькает удивление.
Или мне это только кажется?
— Накройте ужин в столовой немедленно, — приказываю, не отрывая от неё глаз. — Я хочу видеть самые изысканные блюда на столе.
Слуги исчезают так же быстро, как появились. А она всё ещё стоит, слегка приподняв бровь, будто готова к любому повороту.
Тьма
Всё происходило как в тумане, будто мир вокруг был нарисован акварелью, а реальность то и дело расплывалась, теряя чёткие контуры.
«Что вообще происходит? Что это за место?» — мысли метались, натыкаясь на стену непонимания.
Я невольно вздрогнула, когда его пальцы коснулись моей руки. Прикосновения… Они никогда ничем хорошим не заканчивались. Всегда несли с собой чужие воспоминания, чужие боли, чужие судьбы. Ну и, конечно, смерть. Но сейчас — тишина. Никаких картинок, никаких голосов в голове. Только тепло его ладони и странный, почти пугающий покой.
Кто ты, чёрт возьми? И прекрати так на меня смотреть!
— Идём! — его голос прозвучал холодно, жёстко, будто лезвие, рассекающее воздух. В нём была власть, та, что не терпит возражений.
Внутри шевельнулось упрямое желание противиться. Но я молча последовала за ним.
Мы шли по бесконечным коридорам дворца, лабиринту из мрамора, золота и теней. Но золото здесь было тёмным, почти чёрным, с прожилками багрового огня, а мрамор отливал не белизной, а синевой замёрзшей крови.
Воздух был густым и тяжёлым, пропитанным запахом серы, благовоний и чего-то ещё — древней, первобытной силы. Он давил на грудь, заставлял дышать чаще, будто пытаясь проникнуть внутрь, завладеть разумом.
Поворот, ещё поворот, лестница, галерея… Дворец казался огромным, словно целый город, спрятанный под одной крышей. Высокие своды, украшенные резьбой в виде переплетающихся змей и крыльев, нависали над головой, вызывая ощущение, что вот-вот рухнут. Сквозь витражи пробивался багровый свет. Он падал на пол кровавыми пятнами, словно пролитая кровь.
Наконец мы достигли входа в столовую.
Помещение поражало масштабом и гнетущей роскошью. Огромный зал с высоким сводчатым потолком. По периметру стен шли массивные колонны из чёрного мрамора с прожилками алого камня, напоминающего застывшую кровь. Между колоннами висели гобелены с изображением древних битв — существа в доспехах сражались с крылатыми созданиями.
Ткань гобеленов шевелилась, будто от невидимого ветра, а фигуры на них иногда меняли позы.
Стол уже был накрыт. Но только на одного человека. Я едва успела удивиться, как шагнула за угол и… наткнулась на него.
— Ты! — мы выкрикнули это одновременно. Тот самый парень, которого я пыталась защитить от тех чудовищ, стоял передо мной, ухмыляясь, словно всё это было чьей-то злой шуткой.
— Извини, — он отступил в сторону, позволяя мне войти. — Проходи.
Что здесь, чёрт возьми, происходит?
В центре стоял длинный стол из тёмного дерева, инкрустированный серебряными узорами, напоминающими руны проклятий. Чёрная бархатная скатерть с вышивкой в виде замысловатых символов ложилась тяжёлыми складками.
На столе — серебряные приборы с гравировкой, изображающей сцены мучений, хрустальные бокалы, отливающие багровым в свете магических светильников.
Стены украшали зеркала в рамах из кованого железа, но в них не отражалось ничего, кроме тумана и смутных силуэтов. Под ногами лежал ковёр из шкур неизвестных существ с длинными серебристыми волосами — он был мягким, но при каждом шаге казалось, будто под ним шевелится что-то живое.
Пахло ладаном, миррой и чем-то сладковатым, почти гнилостным. Где-то вдалеке слышался низкий гул — то ли голос самого дворца, то ли стоны душ, запертых в его стенах.
Второй, мой спаситель, жестом указал на стул в центре стола. Я села. Они расположились напротив.
Мой взгляд упал на стол. На нём была еда… На удивление обычная, человеческая еда. Салаты, мясо, хлеб, горячие напитки.
В загробном мире есть еда?
Я была настолько голодна, что, не обращая внимания на присутствующих, принялась поглощать пищу. Или голод мне лишь казался?
Лишь спустя несколько минут я подняла глаза и поняла: они смотрели, не отрываясь, как будто изучали, пытались прочесть каждую мысль, каждое движение.
— Спасибо, всё очень вкусно, — выдавила я, чувствуя, как горло сжимается от напряжения.
Хотя я не могла понять, действительно ли мне понравилась еда. Кажется, я схожу с ума.
— Возьми ещё десерт! — внезапно произнёс первый брюнет.
Передо мной материализовался чизкейк с фисташкой — нелепый, чужеродный в этом мрачном дворце.
— Десерт? — я подняла на него недоумённый взгляд.
— Твой любимый, разве нет? — он улыбнулся, но в этой улыбке не было прежней уверенности.
Вот гад!
В тот же миг я ощутила это — лёгкое покалывание в висках, будто невидимая игла пытается проникнуть в сознание. По спине пробежал холодок, волоски на затылке встали дыбом.
На долю секунды в его взгляде мелькнуло удивление, почти восхищение, а затем он резко встал, хлопнул дверью и исчез.
— Не обращай внимания на моего брата, — наконец подал голос мой спаситель.
— Он что, только что копался в моей голове? — я не скрывала раздражения. — Кто вы вообще такие? И что это, чёрт возьми, за место?
— А напомни ещё раз, кто ты? — он расплылся в улыбке. Что означал этот жест? Игривость? Насмешка? Проверка? — А, точно, ты не говорила.
— А сам-то! — вырвалось у меня, и на его лице снова возникла такая ухмылка, будто он знал что-то, чего не знала я.
— Майкл. А это мой брат Каэрон, — наконец признался он.
— Валери. Так и что это за место?
По его взгляду я поняла, что ответов не получу.
— Ты устала. Поговорим об этом завтра. Можешь выбрать любую комнату наверху и отдыхать, — его тон не допускал возражений.
Он просто поднялся и ушёл, оставив меня одну среди хрусталя и серебра.
Ну и кто так делает?
— Ладно. Задерживаться здесь я всё равно не собираюсь.
Я вышла из столовой и увидела впереди лестницу. Поднялась по ней и двинулась по длинному коридору. Глаза сами искали убежище — место, где можно спрятаться от этих двоих, от их взглядов, от вопросов, на которые нет ответов.
Коридор казался бесконечным. Свет магических кристаллов, вмонтированных в стены, мерцал, создавая уродливые тени. Где-то вдалеке слышались шаги слуг, приглушённые голоса, скрип дверей.
Я шла, прислушиваясь к этим звукам, пытаясь понять, что скрывается за стенами этого дворца.
Глаза сами вцепились в красивую дверь из чёрного дерева. Я толкнула её.
Внутри было пусто, чисто, убрано. Ни личных вещей, ни следов присутствия хозяина. Только кровать справа с тёмным бархатным покрывалом, левее у окна шкаф из того же чёрного дерева, что и дверь, и огромное панорамное окно с тяжёлыми бархатными шторами цвета запекшейся крови.
«Она будет моей», — решила я, не раздумывая.
На стене висело зеркало в простой железной раме — в нём я увидела своё отражение: растрёпанные пепельные волосы, измученное лицо, штаны и рубаха в грязи и крови.
Силы закончились. Я даже не стала разглядывать подробнее обстановку, просто упала на кровать и провалилась в сон, как в тёмную бездну, где не было ни вопросов, ни ответов, ни чужих мыслей в моей голове.
Брат
Я совсем не удивлён тому, что ей удалось выжить после встречи с потрошителями. Не без помощи брата, конечно, но всё же.
Садясь за стол, я всё ещё пытался унять странное волнение, сжимающее грудь. Мы с братом хотели получше понять, кто она и откуда. Но если Майкл, судя по его взглядам, пытался разгадать её изгибы тела, её пластичность, то меня… Меня волновало нечто иное.
Что со мной происходит? Почему её присутствие будит во мне чувства, которым я не могу дать названия? Почему каждый её взгляд, каждое движение заставляют сердце биться чаще? А то, как на неё смотрел Майкл, выбивало из колеи ещё сильнее. В какой-то момент я едва сдержался, чтобы не вскочить и не выколоть ему глаза.
Неужели всё дело в том, что она живая? И именно это так привлекало меня и Майкла?
Не выдержав, я покопался в её мыслях. Осторожно, почти невесомо, лишь чтобы уловить отголоски, понять, кто она. И тут я увидел фрагменты: огонь, книги, шёпот заклинаний.
Ведьма.
Не из этого мира. Человек с силой, которая здесь никогда не существовала.
Нужно было действовать осторожнее. Начать с малого. Например, узнать, какой десерт она любит. И когда чизкейк с фисташкой появился перед ней, я уловил в её взгляде понимание.
Она знала.
Знала, что я копался в её голове. От этого стало не по себе, будто я нарушил негласный договор, переступил черту.
Пришлось приложить максимум усилий, чтобы оставить её наедине с братом. Мне нужно было время. Время, чтобы привести мысли в порядок, чтобы понять, почему эта девушка так на меня действует.
Она невероятно красива. Её волосы с белоснежным отливом доходили до самой поясницы, если не ниже. А глаза… Голубые, холодные глаза, будто два застывших кубика льда. Её кожа была бледной, но я был уверен, если прикоснуться к ней, то она будет пылать.
Чтобы хоть немного отвлечься, я прошёл через лабиринты коридоров, остановившись у стены, украшенной мозаикой из чёрных и алых камней. Нажал на один из них — руна на поверхности камня вспыхнула, активируя проход.
Пространство вокруг исказилось, задрожало, как поверхность раскалённой лавы. Воздух наполнился запахом серы и чего-то сладкого, почти приторного. Я сделал шаг вперёд — и оказался в другом месте.
Перемещение заняло мгновение, но ощущения были яркими: на секунду тело потеряло вес, потом резко потяжелело, а в ушах зазвенело от перепада магического давления. Когда зрение прояснилось, я оказался посреди хаоса, который и назывался «пабом шестого круга».
Паб шестого круга — одно из немногих мест в Аду, где демоны могут ненадолго забыть о своей природе. Здесь стираются границы иерархии, и даже Князья могут оказаться всего лишь одним из танцующих силуэтов.
Он существует на стыке шестого и седьмого кругов. Это пространство, созданное древними демонами, подпитываемое энергией страстей, желаний и пороков. Говорят, что его основал сам Дьявол, когда устал от вечных интриг и захотел места, где можно просто… чувствовать.