Измена. Ты. Моя. Жена

Глава 7. Ева

На пустом столе стоит одинокая бутылка вина.

Откуда она тут взялась? Я ведь точно помню, что ничего не было, когда я разбирала пакеты.

Бросаю вопросительный взгляд на дверь.

Видимо я не закрыла после тетушки, и даже не услышала, как кто-то входил.

Может она сама и возвращалась?

Она ведь сетовала, что у нее нет никакого снотворного или хотя бы успокоительного. Вот видимо и придумала мне «лекарство».

Уж по одному ее взгляду было понятно, что она видела, что мне сейчас нелегко. Видимо потому и нянчится со мной. Вот теперь еще и вина принесла.

Но какое уж там вино…

Я же даже в честь своего дня рождения весь день яблочный сок пила. Так что этот вариант «успокоительного» не для меня.

Но за старание спасибо, добрая тетушка.

Однако подойдя ближе к столу, понимаю, что поспешила с выводами.

Тут записка: «с днем рождения». А тетушке я про день рождения ничего не говорила. Только Рите.

Вот видимо она так поздравить меня решила. Должно быть стучала, но я из-за воды и собственных мыслей не услышала.

Да только посмотревшись к бутылке понимаю, что это слишком дорогой подарок для случайной знакомой.

Марк немного увлекается винами, и научил меня минимально в них разбираться, поэтому…

Блин. Зажмуриваюсь, пытаясь выгнать из своей головы мужа. Я его на каждом шагу теперь вспоминать собираюсь что ли?

В общем, я точно знаю эту марку. И это вино явно коллекционное. А значит цена за бутылку — космическая.

Ну и с учетом того, что сама я без подарка, да еще и как незваный гость на свадьбе у ребят оказалась, то мне совсем неловко от такого ценного дара. Уж не говоря, о том, что я его и пить то не могу.

В общем вернуть надо.

А-то некрасиво.

Мелькает мысль разобраться с этим утром. Но я ведь хотела сбежать пока молодые отсыпаться будут.

Поэтому придется идти сейчас, пока им не очень до меня, и можно будет просто поблагодарить их, вернуть бутылку и вернуться в домик.

Нехотя стягиваю с себя халат. И одеваюсь в ту одежду, что наковыряла из пакета.

Джинсы садятся как влитые. Кофта к телу очень приятная и даже оказывается неожиданно теплее, чем я представляла.

Вспоминаю, что видела в пакете еще какую-то жилетку — то, что надо для прохладной весенней ночи.

Откапываю ее, и разворачиваю, чтобы надеть. Но замираю. Бирка висит.

Странные они все же.

Первым встречным раздают новые вещи. Не дешевые к тому же.

Хотя я и сама люблю благотворительностью заниматься. Но это ж для тех, кто действительно нуждается. А не вот так какой-то случайной гостье базы.

Ну если подумать, я сейчас и правда нуждающаяся. Ведь у меня за душой ни гроша. Все, что у меня есть — принадлежит моему мужу. А мне от него ничего не нужно. Пусть для его новой жены остается.

Она ведь мужика моего захотела донашивать. Вот пусть и вещи заодно таскает. Сука.

Смешно. В детстве ведь наоборот было. Я всегда за ней все донашивала. Не только одежду, но и телефоны с велосипедами.

Выходит у меня по жизни ничего своего и не было. Все принадлежало либо родителям, либо Лизе, либо Марку.

А я бесполезная. Несамостоятельная. И все что могу — быть прилежной домохозяйкой. Как родители приучили, такая я Марку и досталась.

Нет, конечно у меня даже образование имеется. Но кому оно нужно без опыта работы?

Работодатель спросит: а чем вы занимались после университета, что опыта не набрали?

А я что отвечу?

Грела мужу постель? И еду? И рубашки?

Глупая. Никчемная. Курица.

Напялив на себя чужую жилетку и прихватив бутылку, выхожу из домика и бреду по тропинке к сцене, в надежде где-то там, среди не утихающей вечеринки, быстро найти ребят и вернуться обратно в свое одиночество.

Как бы к нему теперь еще привыкнуть? Я ведь толком и одна никогда не оставалась. Он всегда со мной был…

Теперь-то и понятно почему он устал от меня.

Я не интересная. Бесполезная. Не очень то красивая, по сравнению с той же яркой Лизой. И слишком… открытая что ли. Любила его всей душой. Откровенно и бесхитростно. Вот ему наверно это и надоело. Слишком навязчивая выходит. Потому что считала его целым миром.

Который в миг рухнул.

Вот бы мне сейчас таблетку какую-то.

От любви. От боли. Выпил и забыл как его звали. И больше никогда не вспоминаешь…

— Ева, ты пришла! — слышу голос Риты сквозь грохот музыки, еще прежде, чем нахожу ее глазами. — Умница какая! А-то мы уже хотели сами за тобой идти!

Оборачиваюсь на голос. Невеста пробивается ко мне сквозь толпу:

— Пойдем за стол! У нас еды — гора! Будем праздновать твой день рождения за компанию! — щебечет она восторженно.

— Ритусь, да я и так объелась уже, — пытаюсь вежливо отказаться. — Спасибо! Я ненадолго вышла, только вот подарок вернуть и…

— Да какой подарок, солнце! — она уже тянет меня к столу, очевидно толком не расслышав что я говорю. — Ничего не нужно! Главное, что ты пришла! А там глядишь и Марк присоединится!

Она едва ли не силком усаживает меня за стол рядом с собой, и принимается тут же накладывать мне всяких деликатесов в тарелку.

А я вдруг замечаю один очень странный факт…

Глава 8. Ева

Эта еда совершенно отличается от той, что мне принесла тетушка с проходной.

Всякие тарталетки, канапе и прочие закуски. Но никакого горячего. В том числе и свеже пожаренных медальонов. Чисто фуршетный стол.

И салата с зеленью и помидорами тоже нигде не видно — если подумать, то вполне логично. Ведь помидоры стекут и зелень быстро завянет. Что совсем неэстетично для «долгого» стола. Я и сама такое не готовлю для мероприятий.

Странно…

— А мясного ничего нет? — срывается вопрос прежде, чем я успеваю понять, что с моей стороны это звучит как-то нагло.

Но Рита только смеется:

— Видать у тебя тоже пацан будет? Мяса требует, прям как мой. Я вот сейчас тоже бы не отказалась, — она садится рядом со мной. — Но я по глупости на базу только фуршет заказала. А ресторан с горячим был на ужин, сразу после росписи. Думала, что еще один полноценный ужин будет перебор — послушала на свою голову неопытного организатора. И уже успела пожалеть об этом. Гости голодные ходят.

— Да все нормально, Рит, — успокаиваю я тревожную невесту, чувствуя свою вину, что ляпнула не подумав. — Стол ломится от еды. Так что вовсе твои гости не голодные.

— Зато ты голодная! — отрезает она. — А если хочется мяса — нельзя ребенку отказывать.

Хочу было сказать, что я вовсе не голодная и успела поужинать, но она вдруг загорается:

— О! А давай я для нас закажу стейки из местного ресторана, м? — она даже сглатывает шумно, видимо настолько ей эта идея нравится. — Помнишь мы раньше ели? Медальоны из говядины там были просто потрясающие! И готовят их моментально. Ну-ка, сейчас я быстро найду кого отправить… — она вскакивает и убегает в толпу.

А я даже не пытаюсь ее остановить.

Во-первых потому что ей этот медальон явно необходим, раз сынок требует.

А во-вторых… то мясо, которое я только что съела у себя в номере, было явно не с ее стола.

Вопрос: откуда тетушка его взяла?

Ответ очевиден: все из того же ресторана. Но с чего бы вдруг?

С чего вдруг ей так тратиться? Да еще и врать, что ее угостили молодые, когда у них совсем другая еда на столах?

Неужели я показалась ей настолько жалкой, что она решила позаботиться обо мне?

Ну нет же…

Тот пакет еды, что она принесла, потянет на половину ее зарплаты.

Какое-то неприятное подозрение скребет изнутри.

Может ли быть это Марк?

Да ну!

Он был изрядно пьян, чтобы поехать следом за мной. Да и не до меня ему должно быть. Там ведь новая жена уже на подходе! Чего ему за мной бегать?

Но может позвонил на базу?

Хотя… он бы даже вряд ли догадался искать меня здесь. В таком-то состоянии.

Так что оставь свои фантазии, идиотка! Он больше не придет.

Потому что я сама его больше видеть не хочу! Никогда.

Не успеваю прийти к какому-то логичному варианту, кто бы мог подкармливать меня едой из ресторана, когда Рита снова усаживается рядом:

— Ну все, я заказала! Скоро принесут. А ты пока перекуси хоть что-то, — она заботливо подвигает ко мне тарелку.

— Да я если честно не очень-то голодная, — признаюсь запоздало. — Я уже поужинала. И вообще ненадолго вышла. Хотела вот вино тебе вернуть. Мне приятно, но это слишком дорогой подарок, Рит. Я не могу его принять.

— В смысле, принять? — она выглядит растерянной.

— Ну это же ты мне принесла в номер… или… — осекаюсь, по ее лицу понимая, что она не понимает, о чем речь. — Тогда кто…

— Уж не знаю, подруга, — она глядит на меня удивленно. — У меня если честно тоже для тебя подарок есть. Но он дома. Я храню его еще с тех пор, когда мы тут встречались по выходным. Все жалела, что мы номерами не обменялись тогда. Поэтому как раз сейчас собиралась идти за вами, чтобы позвать праздновать и свадьбу, и твой день рождения, и заодно телефон наконец у тебя взять, чтобы потом в Москве состыковаться и подарок тебе вручить. А вот от кого вино?.. — она задумчиво смотрит на бутылку.

— Девчонки, вы чего тут скучаете? — вдруг подсаживается к нам какой-то вспотевший запыхавшийся мужик. — Ритусь, а где наш жених? Вам бы с ним речь для гостей толкнуть, пока никто разбредаться спать не начал.

— Ой, Ева, знакомься, это наш ведущий! — спохватывается Рита. — Анатолий, а у нас тут еще одна гостья появилась. Так вышло, что мы давно дружим, но потерялись немножко. А теперь вот встретились.

— А вот с ней-то мы как раз знакомы, — не очень приятно ухмыляется Анатолий, откровенно разглядывая меня. — Не так ли, Зайцева? — он вдруг называет мою девичью фамилию, от которой я давно успела отвыкнуть.

Замираю, изучая ведущего. И до меня наконец доходит…

Глава 9. Ева

Еще не кольцо секунд с сомнением разглядываю мужчину перед собой, а затем выдавливаю:

— Толик? Журавлев? — удивляюсь я, вдруг признав в свадебном ведущем своего бывшего одноклассника.

— Он самый, — кивает он. — Сколько лет прошло с выпуска, а ты совсем не изменилась.

— А ты… — несколько секунд пытаюсь воспроизвести в памяти тощего мальчика, никак не стыкующегося у меня с этим боровом. — Очень изменился.

— Ну так… — ухмыляется, — жизнью потрепало. Ну рассказывай, — фамильярно требует. — Как живешь? Где? В Москве? А замуж вышла? Детишки есть? — засыпает меня вопросами.

— Эм, — тяну я, вовсе не желая сейчас откровенничать с бывшим одноклассником. — В Москве, да, — отвечаю только на один из вопросов, полностью игнорируя остальные. — А ты как? — больше из вежливости интересуюсь, надеясь так отвлечь его от собственной персоны.

— Да я-то отлично, — отмахивается. — Работаю сам на себя. Жизнь как праздник, как видишь. Кручусь потихоньку. Осталось только спутницу жизни найти, и вообще все в ажуре будет. Я-то со своей развелся. И теперь в активном поиске. Так что… — он недвусмысленно бровями подергивает.

А меня передергивает от одной мысли, что он не шутит. Уж так неприкрыто подбивает клинья, что даже Рита замечает:

— Ой, Анатолий, неловко вас отвлекать, но может вы поищете моего мужа, а? Нам же вроде нужно речь гостям сказать, — напоминает она своему навязчивому ведущему.

— Да-да, конечно! Сейчас же найду! — спохватывается Толик, встает из-за стола и подмигивает мне. — Позже пообщаемся, Евусь. Не теряйся.

Надеюсь нет. Но конечно вслух этого сказать не позволяет воспитание, поэтому я только вежливо киваю в ответ.

Еще мне сейчас Журавлева не хватало. Он ко мне и в школе заинтересованность проявлял. Но тогда у него еще не было столько неприкрытой наглости. Теперь же, он так пялится, будто почувствовал себя героем моего романа.

Нет уж, увольте! У меня сейчас по планам развод и гордое одиночество! Всяко лучше, чем вот такие ухажеры. Не до них мне. Ребенком заниматься планирую.

— Это что было? — смеется Ритка, как только Толик отходит на безопасное расстояние. — Он тебя склеить пытался?

— Значит мне не показалось? — усмехаюсь я невесело.

— Да это очевидно. Думала он тебя сожрет взглядом. И это «осталось только спутницу жизни найти», «в активном поиске», — она забавно копирует его манеру разговора, и мы обе прыскаем от смеха.

— Удачи в поисках! — смеюсь я, на секунду даже забывшись от всех проблем.

— Думаю, что он просто слегка переборщил с допингом для храбрости, — она недвусмысленно касается своей шеи. — Потому что пока был трезвый казался волне адекватным.

— Алкоголь не оправдание, — резко серьезно я, снова утопая в собственной боли. — Ему ведь никто не заливал.

Даже не знаю в чью сторону этот упрек. Толику ли? Да мне плевать на него абсолютно.

А вот Марк…

Могло ли все быть иначе, если бы он сегодня не переборщил? Или это помогло бы ему только лучше скрывать их связь с Лизой?

Тогда хорошо, что он напился! Меньше всего в жизни я бы хотела быть слепой оленихой с ветвистыми рогами, когда близкие люди вот так предают за спиной! Лучше знать и послать их к черту!

— Чего призадумались, красавицы? — Дима вдруг нависает над женой и целует ее в макушку.

— Да ведущий у нас забавный, — Рита отмахивается, не вдаваясь в подробности. — Он кстати искал тебя, чтобы мы речь гостям сказали.

— Ну пусть еще немного поищет, — он садится на стул рядом с Ритой и притягивает ее к себе. — Успеется. Я заказал вам с Евой медальоны, как ты просила. Так что сначала поешь, — он целует ее в плечо, — а потом пойдем речи толкать. Что тебе налить попить? Может чай твой любимый заказать?

— Ничего не нужно, Дим, — пытается угомонить мужа Рита. — Просто посиди со мной.

Но Дима уже находит пару чистых бокалов и наливает нам сок.

А я смотрю на него такого влюбленного и гадаю, почему же они расставались? Неужели он тоже предал ее? Как Марк меня. Со стороны ведь они выглядят такими счастливыми и любящими. Должно быть как и мы?

Тогда не удивительно, если и причины для расставаний у нас одни. Но как же она смогла простить?

А может я надумала, и пытаюсь проецировать свою драму на чужие отношения?

Хватит, Ев. Еще не хватало тут рыдать при всех из-за собственных мыслей.

— Ух ты, — вдруг привлекает наше с Ритой внимание Дима. — А откуда у нас на столе такая диковинка взялась?

Он с интересом разглядывает бутылку, которую я притащила «вернуть», да теперь не знаю кому.

Признаться, с этим Журавлевым успела забыть зачем вообще пришла.

Блин, точно… Журавлев.

А не он ли к мне этот презент в номер подсунул? Если подумать, он вполне мог видеть меня со сцены, еще когда я шла к домику. И про мой день рождения он в теории тоже знает, потому что мы много лет в одном классе учились. Компашка у нас была дружная, и я сама многие даты до сих пор помню…

Да и раз уж он в таком активном поиске, то вполне мог бы сделать такой широкий жест, отправить мне в номер бутылку вина, да и еду заказать.

— Да вот, Еве кто-то в номер принес, — рассказывает за меня Рита. — Может комплимент от базы в честь дня рождения? — предполагает она.

— Да нет, малыш, — Дима качает головой, вместе с нами изучая бутылку. — Зная, что это за вино, могу сказать, что это скорее домик должен идти к такой бутылочке в качестве комплимента. А никак не наоборот.

— Такое дорогое? — хмурюсь я.

— А Марк тебе не сказал? — усмехается Дима. — Он так-то получше моего в этих вопросах разбирается.

— О-он… еще не приехал, — отвожу взгляд, смущаясь от того, что снова вынуждена врать хорошим людям.

— Да как же? — удивляется Дима. — Я ведь его буквально только что видел…

Глава 10. Ева

— В смысле? — я невольно принимаюсь озираться по сторонам. — Где?

— Да прямо возле сцены, — Дима вглядывается в толпу. — Меня просто другие гости отвлекли, и я не успел его поймать, чтобы поздороваться. Думал рядом с вами его и найду. Но он видимо не дошел еще.

— Видимо, — эхом отзываюсь я, подрагивающей рукой нахожу на столе бокал с любезно налитым мне соком, и пью, стараясь не выдать нервозность.

Значит все же нашел меня?

Да как он посмел?!

Сидел бы и дальше со своей… сукой.

— Ев, у вас все нормально? — очень уж прозорливо замечает Рита.

— Да, конечно, все прекрасно, Ритуль! — отмахиваюсь поспешно, не желая портить настроение молодоженам.

— Тогда почему Марк не подошел? — озабочено вглядывается в мое лицо.

Я хочу снова выть. Повиснуть у нее на плече, как у единственного человека, кто мог бы меня сейчас выслушать и поддержать, и дать волю чувствам. Но не могу позволить себе такой роскоши. У ребят праздник ведь.

— Ну так он видимо как раз ищет меня, — нахожусь с тем, что ответить. — Я ведь телефон на даче забыла. И в номере меня не оказалось. Вот он и бродит по базе. Так что пойду, — поднимаюсь со стула. — Тоже поищу его.

— Так медальоны же, — напоминает Рита. — Может поешь, а Дима пока найдет Марка…

— Я ж тебе уже сказала, что я поужинала, — улыбаюсь через силу. — Лучше наоборот пойду растрясу немного перед сном. А ты давай, поешь тоже. У тебя сегодня важный день и силы за двоих нужны, — подмигиваю ей заговорщически и спешу сбежать, пока она меня опять не подловила. И так ощущение, что подозревает что-то.

Для начала просто ныряю в толпу гостей, веселящихся на танцполе, в надежде спрятаться здесь не только от молодоженов, но и от Марка, если он решил втихаря наблюдать за мной.

Это ж надо… придумал тоже! Следит за мной значит? Будто право на это имеет.

И выходит, все это… еда, вино — от него?

Теперь начинаю понимать, что и одежда, которую принесла тетушка с проходной вовсе не дочке ее принадлежит. Мерзавец! Где он только достал все эти шмотки так быстро, да еще и в такое время?

Хотя плевать я хотела. Я ни о чем таком не просила! Лучше бы в покое меня оставил!

И ведь пьяный был. Как у него вообще хватило ума найти меня здесь? Не просто найти, а организовать все это и при этом не показываться мне на глаза!

Хотя, чего удивительного, он ведь привык держать все под контролем. А тут я вдруг посмела взбунтоваться и сбежать, да еще и на его машине. Не порядок. Гад, видимо даже протрезвел от моей выходки у ворот. Не ожидал, что его послушная жена сможет его провести и уехать? То ли еще будет, дорогой!

Если не захотел отпускать меня по-хорошему, тогда поговорим иначе!

Оставаясь в толпе осторожно осматриваюсь. Я ростом мелковата, поэтому дальше ближайших танцующих ни черта не видать. Но я надеюсь, что значит и ему меня сейчас тоже не видно. Тогда можно надеяться, что у меня есть время подумать, как теперь быть дальше.

Для начала надо выкурить этого мерзавца из укрытия. Еще не хватало, чтобы он продолжал следить за мной втихаря, будто ситуация все еще под его контролем.

Нет уж! Я больше не позволю себя контролировать! А от этой слежки и вовсе чувствую себя каким-то подопытным кроликом.

Что, интересно стало, каково мне?! После того, что устроил, подонок?

Должно быть надеялся, что я тут плачу-убиваюсь!

А я… даже горжусь тем, что этот гад мог увидеть, наблюдая за мной. Общаюсь с Ритой и Димой, с Журавлевым, — будто мне плевать на него.

Будто я не думаю о нем.