Месть ей к лицу

Глава 7.

Когда тебя лишают всего того, что ты любишь, остаётся только одно – мстить.

Сериал «Месть».

Кира.

Откинув телефон, я понеслась к Черкасову. Мне так хотелось с ним поделится. Я наконец-то сдвинулась с мёртвой точки!

- Я вспомнила! – забегаю к нему в кабинет. – Меня зовут Кира, — не могу поверить, что теперь знаю своё имя.

Казалось бы, такая мелочь – имя. Но как это ужасно важно! Это огромные успехи для меня. Я словно маленький ребёнок, который сделал первый шаг или произнёс своё первое слово. Это незабываемо.

- Молодец, Кира, — кивает Константин и я понимаю, что он знал.

Его мрачное лицо почему-то пугает меня. Его глаза наполнены грустью и даже печалью. Что он узнал в России?

Я могу спросить и уверена, он мне ответит. Но память возвращается ко мне, только если я сама работаю над этим. Тогда зачем останавливаться?

- Я пойду, — прижимаю телефон к себе.

Сегодня день Х и я наконец-то узнаю всё о себе. Может, совсем скоро вернусь домой, к папе.

Не успеваю дойти до своей палаты, как сознание снова начинает играть со мной, превращая в потерянную.

Льёт дождь, кажется, я даже чувствую запах сырой земли и древесины, стараюсь вдохнуть его полной грудью, но нос совсем не дышит, забит и совсем скоро становится понятно почему…

Городское центральное кладбище. Раскопанная могила, рядом с которой стоит памятник уже знакомой мне женщины. Я видела её со своим отцом.

«Исаева Ольга Матвеевна. Любимая жена и мать» — гласит надпись на памятнике. А совсем рядом стоит гроб, в котором лежит он – мой отец.

Не сразу понимаю, почему наблюдаю эту картину издалека, почему не стою рядом. А потом взгляд отрывается от скорби и цепляет машину скорой помощи, в которой я и нахожусь. Рядом со мной стоит чудесная девочка, та самая из сновидения.

- Мамочка, — вцепляется в мою руку, и сильно, насколько это возможно для маленькой девочки двух-трёх лет, сжимает. – С тобой всё хорошо будет? – испугано и даже не совсем понятно, но я почему-то понимаю.

- Да, Рапунцель, — тянусь к её лбу. – Мама просто скучает по дедушке.

Тело пробивает дрожью, от осознания, что у меня есть дочь. Прекрасная девочка. Безумно меня любившая, искренняя и чистая.

Моментально прихожу в себя и хоть ноги ещё и ватные и я с трудом их передвигаю, стараюсь максимально быстро оказаться в палате.

Как только оказываюсь внутри, даже не дохожу до кровати, сажусь прямо на пол, возле входа. Достаю телефон и в поиске ввожу: ИсаевКорпорейшен.

Первая же ссылка заставляет меня поёжиться.

«Владелец ИсаевКорпорейшен, Меркулова Кира Юрьевна погибла во время отпуска…»

Трясущимися руками нажимаю на страшные слова. Всё внутри замирает. Кажется, я даже перестаю дышать.

«Месяц назад, жену Меркулова Руслана Олеговича – Меркулову Киру, официально признали умершей. Специально нанятым людям удалось найти её изуродованное тело в водоёме Финляндии. Руслан Олегович сразу опознал обручальное кольцо жены. В компании объявлен траур. Сам Меркулов уже давно не покидает семейный коттедж…»

Дальше идёт куча разных предположений. А я раз за разом перечитываю. Достаю обручальное кольцо и не могу поверить, ведь на сайте точная его копия. Я – это точно Меркулова Кира, но тогда кого нашли мёртвым? Мне нужно срочно во всём разобраться.

Вбиваю в поисковике «Меркулов Руслан Олегович» в надежде найти контакты, чтобы связаться с ним и всё объяснить.

И когда я нахожу заветные цифры, палец замирает в воздухе в последний момент, меня словно пробивает током.

«В этом мире не всегда всё, так как кажется» — эхом звучит в моей голове.

Меня не просто так не ищут! И уж точно это неслучайность, что я оказалась мертва. Так, пусть пока так и остаётся. Мне нужно восстановится, разобраться кто друг, а кто враг, кому можно верить, а кого нужно обходить стороной. А после я обязательно вернусь к своей девочке, что так меня ждёт и никто, совсем никто, не сможет мне помешать. Меня невозможно будет остановить. Если для достижения моей цели нужно будет пойти по головам, то я без лишних раздумий это сделаю.

Больше никакой жалости!

Глава 8.

Ударившему вас по правой щеке стоит подставить и левую. Если, конечно, нет возможности первым спустить курок...

Андрей Белянин

«Казак в раю»

Кира.

Я листаю наше семейные фото, которых в интернете предостаточно. На каждой останавливаюсь, рассматриваю дочь, которая так крепко прижимается ко мне, радостно улыбается. Девочка просто излучает любовь. Так почему я не вспомнила её сразу? Что же я за мать такая, что смогла забыть свою Рапунцель?

Без внимания не остаётся и супруг, что так поспешно признал меня мёртвой. Интересно, это его задумка или же нелепая случайность, что сыграла ему на руку? Когда в твоей голове дыра, а лицо больше похоже на отбивную, тяжело делать выводы.

Я очень стараюсь быть рациональной и рассудительной, не рубить сплеча, но что это за девушка, что не начинает надумывать самого худшего?

Натыкаюсь на фото с большим количеством людей. Я в элегантном красном платье, которое облегает моё тело, подчёркивая всё самое лучшее, стою в центре, на руках у меня принцесса, которая нежно сцепила свои ручки у меня на шеи…

На автомате закрываю глаза и впервые сама вызываю воспоминания. Картинка не выглядит смутной, не мелькает от одного сюжета к другому, а просто разворачивает воспоминание, словно разматываешь клубок с идеальной волшебной ниткой – дёрнул и клубочек побежал показывать тебе дорогу.

Это мой день рождения, последний, потому что… я умерла.

Мой муж устроил грандиозную вечеринку, хотя весь день делал вид, что не помнит про дату и ему вообще всё равно. Пришло много гостей, в том числе богатых и влиятельных. Многие из них, в качестве подарка заключи со мной, как с держателем основных акций «ИсаевКорпорейшен» крупные сделки, которые открывали практически все двери в очень большой бизнес. Видимо, после моей смерти многие сделки были расторгнуты, из-за этого акции и падают, а может, это дело чьих-то рук.

Но главным подарком было совсем не это. Ксюша нарисовала чудесную семейную картину. Да, именно картину. У неё к этому талант. Я отчётливо помню, как она могла часами сидеть за своим творчеством, что совсем несвойственно ребёнку её возраста. Многие знакомые рекомендовали показать её врачу, а лучше совсем лишить данного хобби, хотя бы на время.

Но я твёрдо была уверена, что это ей нужно. Возможно, она станет великой художницей.

В груди невыносимо больно зажгло. Тоска. Боль. Безысходность.

Как она без меня? Сколько всего я пропущу, пока буду возвращать своё лицо? Останутся ли наши отношения такими же тёплыми?

От вопросов в голове на душе становилось только хуже. Сама не заметила, как по щекам потекли слёзы. Быстро смахиваю их. Я больше не имею права быть слабой! У меня нет такой роскоши!

В кругу всех приглашённых замечаю девушку, что стоит полевую сторону от меня. Примерно моя одногодка, чем-то даже похожа на меня, но будто более раскрепощена. Яркий макияж, уверенный, слегка кокетливый взгляд.

Она мне кажется очень знакомой, но чем ближе я подбираюсь к воспоминаниям о ней, тем сильнее моё сознание покрывается туманом, словно защищая меня, оберегая.

Блокирую экран телефона, убираю его на тумбу и откидываюсь на подушку. Чем больше я пытаюсь узнать о незнакомке, тем сильнее начинает гудеть голова, но — чёрт! Как же сладок запретный плод.

Я могу найти её Всемирной паутине и всё узнать, но я доверяю своему покалеченному телу и изуродованной душе. Если им нужно время, я с радостью им его дам.

Глава 9.

Месть может изменить человека, превратить в того, кем он быть не может.

Фильм «Пила».

Кира.

Каждый новый день был похож на предыдущий. За исключением моих воспоминаний. Если ещё месяц назад мне не терпелось всё вспомнить, то сейчас я умоляю о передышке.

Нескончаемым потоком воспоминания врывались в моё сознание. Им было плевать, день сейчас или глубокая ночь. Это не точная картинка, а фрагмент какого-то события, который не всегда имеет хоть какой-то вес.

Например, последнее воспоминание: как я выбираю робот-пылесос. Бесполезный мусор в моей голове. И подобного хлама возвращается много, но о главном мой мозг просто отказывается вспоминать. Я знаю, что есть что-то важное, но не могу зацепиться за это.

Почти каждый день я мониторю дела компании, которая мне досталась от отца.

Да, я вспомнила и это. Это нужные и важные воспоминания, но сколько в них боли. Смерть мамы, которая так рано и несправедливо ушла, боль и муки отца, его тоска по женщине, что он любил больше жизни, его опасения за меня и его больное сердце, которое в итоге и добила его.

Когда картинка восстановилась полностью, моё сердечко дало слабину. Это больно, переживать снова то, что так усердно лечило время. Меня словно резали тупым ножом по только что зажившей ране.

Но душа болела не только о прошлом, но и о будущем – Ксюша. Моя любимая девочка. Переживать разлуку с ней тяжелей всего. Не было и дня, чтобы я не порывалась позвонить Руслану и всё рассказать. Закричать: — Я жива! И я безумно скучаю.

Но всё моё тело бастовало против этой идеи. Я чувствую, что упускаю что-то важное.

Этот месяц показался мне адом. Потому что воспоминания возвращались и разрывали моё сердце и душу на части.

Я переживала море радости.

Первые слёзы радости выступили на моих глазах, когда я вспомнила момент рождения дочурки: после нескольких часов мучений, к моей груди приложили маленькое кричащее тельце, такое красное и сморщенное, но самое любимое и красивое. Я вспомнила, как кормила грудью. Помню, как кричала от безысходности, когда она почти не спала, а я не знала, чем помочь. Я вспомнила первые шаги Ксюши, первое слово – «папа», потому что я без умолку повторяла его, чтобы порадовать Руслана.

Вспомнила, как Руслан сделал мне предложение. Это было чертовски необычно, романтично и глупо.

Мы отправились на рыбалку, в какую-то очень глухую деревушку. Туда нас позвал мой папа, чтобы поближе познакомиться с Русланом. Мужчины активно соревновались в количестве пойманной рыбы, оставив меня на берегу, да я и не была против. Помню, что не очень люблю такой вид развлечений. Не знаю, как так вышло, но Рус умудрился загнать себе в руку самый крупный крючок, который проткнул ладонь. Поэтому папе пришлось нестись по убитой дороге на своём любимом автомобиле, чтобы отвезти Руслана в больницу.

Я помню, как сильно за него переживала. Всё время спрашивала, не больно ли ему, и сидела дула на рану, пытаясь облегчить боль. Ему было очень больно, но он мужественно делал вид, что это не так.

В больнице ему достали крючок, обработали рану, и пришлось даже швы наложить. Пока я ждала Руслана в коридоре, он каким-то образом из этого крючка сделал кольцо и упал на колено прям посередине больничного коридора, на глазах всего персонала и моего отца.

Я без раздумий сказала «да». Тот крючок было первым кольцом, что нас связало, но последним стало это обручальное, что позволило признать меня мёртвой.

Кручу ювелирку и думаю об обратной стороне воспоминаний – боли и разочаровании. Мои родители погибли, моя дочь далеко и даже не знает, что я жива, а я не знаю, можно ли верить своему мужу и какие ещё сюрпризы прячет моя память? Что она припрятала напоследок? Смогу ли я с этим жить или это изменит меня раз и навсегда??

Глава 10.

Она преодолела все, что должно было ее уничтожить.

Руми.

Кира.

День за днём, неделя за неделею, я медленно сходила с ума. Воспоминания каждый день атаковали меня, но я чувствую, что упускаю что-то очень важное.

Раз за разом мониторю информацию о компании, о муже, и это причиняет ещё большую боль.

Я смотрю на свои фотографии, на которых я чудесна, и сердце предательски сжимается, а слёзы так и порываются выступить на глаза, но я пообещала себе больше не плакать. Я выжила, значит, это не просто так, на моём пути встретился Константин Ильич, и это можно воспринимать как знак свыше, но для меня это лишь судьба – у меня большое предназначение, просто я ещё о нём не знаю.

- Здравствуйте, Кира, — входит в мою палату Константин. – Завтра у нас плановая операция, пора уже определится.

Мужчина приступает к осмотру результатов от предыдущей операции.

- Очень хорошо, — кивает. – Я бы сказал, идеально!

Черкасов сказал, что может восстановить мою внешность с практически незаметными изменениями, но я не уверена… Она мне больше не родная, словно смотрю на чужого человека, на знакомого, но чужого. А чувство, что меня предали, всё сильнее разгорается внутри.

Вроде бы чего сложного, сказать: «Да, делайте, как было»? Но, кажется, я не верю даже себе.

С аварии прошло уже пять месяцев, вдали от дома и близких людей, я всё больше запираюсь в себе. Желанные воспоминания причиняют столько боли, что до сих пор не понимаю, как с этим справляется моё раненое сердце. Раз за разом просыпаюсь в поту, потому что снится одни и тот же сон: я тону. Захлёбываюсь, иду ко дну, вижу, как глубинная тьма поглощает меня, чувствую ледяную воду, а потом просыпаюсь. И так каждую ночь.

Вначале моё пробуждение сопровождалось криками, которые я не контролировала. А потом все чувства притупились, и я больше не реагировала так остро, как раньше, но вот тело меня предавало.

- Ну, так что решаем Кир, — разогнал мои мысли Константин.

- Можно, я ещё немного подумаю? – поднимаю на него глаза. – Через час определюсь, честно, — обещаю больше себе, чем ему.

- Хорошо, — кивает Черкасов. – Но ты помни, что второй шанс даётся не каждому.

- Помню, — улыбаюсь в ответ.

Мне действительно дали второй шанс. Непонятно, это злая шутка природы или настоящее чудо. Но я буду полной дурой, если не использую этот шанс по полной.

Моё тело полностью восстановилось, и от моей смерти осталось лишь уродливое лицо, которое совсем скоро исправят, и небольшой шрам на спине.

Сейчас не боюсь своего отражения в зеркале – это я! Да, не идеальная, да, с тусклыми глазами, пусть израненная в душе, также сильно, как снаружи, но это я! И теперь я уверена, что это всё можно исправить, просто нужно больше времени. А время - мой главный враг, ведь я так сильно хочу домой, к дочери. Моя девочка не должна переживать того, что чувствую сейчас я: боль вперемешку с пустотой.

Врач покидает мою палату, которая, по сути, служит мне единственным жильём. Мне потребовалось немало времени, чтобы отвлечься от себя и своих проблем и понять, что Константин вместе со мной живёт в больнице, в прямом смысле этого слова!

Сколько бы ни было у меня денег на Родине, мне не расплатится с ним за всё, что он сделал для меня. Нет такой валюты, в которой платят за жизнь.

Каждый день я мониторю новости о семье Меркуловых, и сегодня не исключение.

- Акции, акции, — бормочу вслух, но еле слышно. – Падают, падают, — листаю вниз, пока случайно не обновляю сайт. – Меркулов Руслан Олегович объявил о помолвке с Тарасовой Дианой.

Глава 11.

Ты видела тогда в моих глазах печаль

Ты делала больней и тебе не было жаль

Его люблю ты знала как, а я осознала вдруг

Что мой самый страшный враг — лучшая подруга.

Люся Чеботина — ЛУЧШАЯ ПОДРУГА

Кира.

Телефон падает на пол, потому что мои руки не могут его удержать. Всё тело в одночасье становится ватным. Приступ тошноты подкатывает к горлу, голова кружится, а воздуха катастрофически не хватает – я задыхаюсь.

В глазах резко темнеет, но вместе ожидаемого облегчения, свободы, отключки, я получаю удар под дых, заставляющий Меркулову Киру, сделать последний в своей жизни выдох.

Мой муж подходит со спины, скользит руками по плечам и останавливает их на талии, прижимая к себе. Я не слышу, что он говорит, но чувствую его касания горячими губами по моей шеи и как мурашки овладевают телом.

Я разворачиваюсь к нему, между нами ничтожно мизерное расстояние, мы практически вжаты друг в друга. Мои губы шевелятся, я что-то говорю, но не могу услышать, словно в вакууме.

Мужчина утыкается своим лбом в мой, и я это ощущаю как наяву, чувствую тепло его тела, нежное прикосновение его губ, мужской родной вкус и запах.

– Я такой дурак. Но обещаю завтра исправиться, — вдруг резко мужской голос разрезает тишину, а потом властный поцелуй, заставляет раствориться в воспоминание до последней капли.

Резкая смена картинки вводит в заблуждение.

Я на палубе корабля, тёмные тучи нависают, оповещая о чём-то ужасном. Громовые раскаты создают особую музыку, под которую точно стоит ожидать чего-то необычного и страшного. Словно из ниоткуда появляется моя тень, точнее, прошлой меня, а рядом вырисовывается силуэт другой девушки. Той самой, на которой женится мой муж.

Я хочу подбежать, чтобы всё выяснить, но не могу пошевелиться. Хочу закричать, но не получается издать ни звука. Всё, что мне остаётся, это просто наблюдать.

Прошлая я наслаждаюсь компанией Дианы, чувствую себя комфортно, уверенно, и это стало роковой ошибкой. Точно резкой смене погоды, девушка, что была так близка моему сердцу, скидывает меня за борт.

Я вижу в своих глазах страх и переживаю его снова и снова. Он поглощает мою душу. Ухмылка на её лице заставила меня очнутся, но она навсегда застыла в моей памяти.

Когда я сделала вдох, всё стало понятно: теперь я другой человек. Меркулова Кира, действительно умерла в той трагедии.

Закрываю глаза руками, пытаясь остановить поток хлынувших воспоминаний. Воспоминание о моём убийстве – это пробка, что держала всё под контролем, и, как только её выдернули, всё безумным, сумасшедшим потоком хлынуло в мою голову, которая трещала по швам.

Я закричала, что было сил, чтобы хоть немного унять дурдом, творящийся в моей черепушке. Кричала, пока голос не охрип, а сил совсем не осталось. Сегодня я в последний раз нарушила данное себе обещание не плакать.

Я всё вспомнила! Всё до последнего похода в магазин, только от этого совсем ни легче, а с точностью наоборот. Мне очень больно. Меня предали, и я не знаю, что с этим делать…

Хватаю телефон, что валяется на полу, снова и снова перечитываю надпись, словно та изменит свой смысл.

Мой муж женится на моей лучшей подруге, которая пыталась меня убить.

Абсурдность этой ситуации даже представить себе невозможно. Но почему-то именно сейчас я принимаю для себя решение – испортить им жизнь любой ценой.

Говорит ли во мне сейчас злость и обида? Однозначно да. Но и завтра ничего не изменится, они больше никогда не замолчат, теперь месть — моя главная цель. Я заберу у них всё! Даже если придётся — жизнь!

- Кира, что случилось? – испуганно забегает ко мне Константин.

Поднимаю на него глаза, что ещё не высохли от слёз, моя челюсть напряжена, а руки до боли сжимают телефон.

- Киры больше нет, — твёрдо. – Я приняла решение.

Глава 12.

Она носила шрамы, как свой лучший наряд. Потрясающее платье из адского пламени.

Дэниел Сэйнт

Кира.

Теперь я знаю всё! Пути назад нет!

Раз за разом прокручиваю пословицу, что так сильно любила повторять мама: - «Лучше горькая правда, чем сладкая ложь».

Только сейчас я осознаю большой смысл, скрытый в этих простых словах.

Когда тебя придают все, кому ты беспрекословно верил, то вера в человечество умирает, выжигая всё хорошее что в тебе осталось. Именно поэтому больше не существует Меркуловой Киры, теперь я – Руднева Мирослава.

Мирослава – славящая мир, но я выбрала войну, месть, что сожжёт всё на своём пути, истребит любого, кто станет на пути к справедливости.

Следующие несколько месяцев я не мониторила свою прошлую жизнь, а раз за разом продумывала, какая будет новая. Гнев внутри меня давал мне сил идти дальше, заставлял бороться.

Операция за операцией, анализы за анализами и так по кругу. Я больше не жила в больнице. Меня приютил к себе Константин. Я не могу описать словами насколько я благодарна этому человеку. Он дал мне второй шанс, подарил новую жизнь и имя. А это значит, что совсем скоро я смогу вернутся домой и вернуть, всё то, что по праву принадлежит мне!

- Не передумала? – уплетаю ужин, что я недавно приготовила спрашивает Константин.

- Нет, - твёрдо. – Вы сами говорили, что второй шанс даётся не всем, - улыбаюсь, наливая свежевыжатый апельсиновый сок, что так сильно любит Черкасов. – И его нужно использовать по полной.

- Я, конечно, имел в виду не совсем это, - делает глоток. – Но дело твоё, - кивает. – Просто, - выдыхает. – Девочка, будь осторожнее.

- Спасибо, - улыбаюсь и подкладываю добавки.

- Ох, и округлюсь я с тобой, - усмехается. – Но как же вкусно, - продолжает наслаждаться едой.

В последнее время готовка стала моим успокоением. Я готовлю каждый раз, как мои мысли уносят в бездну, как ненависть заполняет меня до предела. Поэтому еды в нашем доме слишком много для двоих.

Моё лицо уже не выглядит так ужасно, но до полного восстановление ещё нужно много времени и несколько операций, но я всё вынесу, потому что у меня есть цель.

Каждый день я порываюсь узнать, что нового у моего любимого мужа и лучшей подруги, но я буквально заставляю себя не брать в руки телефон. Я просто не выдержу, я всё узнаю, но не сейчас.

Я не знаю, что именно буду делать, какую месть подготовлю для этой парочки, но уверена они будут страдать. Им будет гораздо больнее чем мне.

С момента трагедии уже прошло одиннадцать месяцев. Сегодня была последняя операция и совсем скоро я смогу насладится своим новым лицом. А как только моё лицо не будет приковывать косые взгляды, я вернусь домой.

За время что мне пришлось валятся в больнице, находится в уютной квартирке Константина, я прочитала множество литературы, подтянула некие навыки, но ничего из этого не унимало мою тоску по маленькой принцессе, по моей дочурке. Она единственное, что греет мне душу, что разгоняет беспросветную тьму в моей душе. И она то, без чего я не могу жить. Поэтому я верну её любой ценой.

Глава 13.

Если вы соблюдаете все правила, вы упускаете все самое интересное.

Кэтрин Хепберн

Мирослава.

Самолёт заходит на посадку, и моё сердце пропускает несколько ударов, а потом ускоряется как бешеное.

Сколько раз я прокручивала в голове этот момент, когда вернусь на Родину, сколько раз я представляла, как посмотрю предателям в глаза, но сейчас страх и жуткая паника окутывают меня. Я боюсь, что дам слабину, что у меня ничего не получится, но больше всего меня пугает то, что за два месяца я так и не придумала, как буду мстить и как мне вернуть дочь.