Где рождается свет

Глава 1.

Бесконечно длинный белый коридор тянулся далеко, насколько хватало взгляда, и терялся в пятне ослепляющего света. Диана стремительно шла вперед. Ее единственным желанием было выбраться отсюда, дойти до заветной двери, за которой ждала свобода. Но конец этого проклятого коридора, подобно горизонту, убегал от нее с той же скоростью, с какой Диана стремилась к нему. Иногда она переходила на бег.

Шаги утопали в окружающей белизне, и она слышала только оглушительный стук собственного заходящегося сердца. Диана вытянула перед собой руки и с ужасом поняла, что они ей не принадлежат. Лишь раз она видела эти худые, обтянутые кожей пальцы с длинными заостренными ногтями. Эти руки ей никогда не забыть. Она опустила взгляд: длинное белое платье струилось по телу, которого Диана не чувствовала. Воздух вдруг стал настолько плотным, что за него можно было ухватиться. Пространство заполнилось зловещим шепотом. Он звучал вокруг и внутри нее одновременно, яростно твердил:

– Жизнь не даруется просто так. От меня еще никто не уходил.

***

Диана проснулась с коротким вскриком. Волосы слиплись от холодного пота, сердце грохотало, отдавая в ушах каждым ударом, словно кто-то в груди бил в набат. Часы показывали без четверти пять. Через щель между тяжелыми, темными занавесками было видно, как занимается рассвет. Черт, она же просила не задергивать шторы так плотно! Диана бросила взгляд на спящего рядом Макса, тихо встала с кровати и на дрожащих ногах спустилась в гостиную.

Кажется, бар – это лучшее приобретение последних лет. Денег на хороший алкоголь Диана не жалела. Она достала початую бутылку виски, щедро налила в стакан и осушила его залпом. Горло слегка обожгло, комната на мгновение поплыла перед глазами. Диана встряхнула головой, прогоняя наваждение, и снова наполнила стакан. На этот раз не так много. Она взглянула на все еще сумеречное, но уже светлеющее небо и подошла к столу. Кажется, где-то здесь была вчерашняя почта. Можно убить время, разгадывая кроссворд. Диана неловко потянула газету. Похоже, в янтарно-желтом напитке растворилась вся ее грация, и Диана уродливым движением смахнула со стола ажурную железную корзинку. Та с приглушенным звоном упала на ковер.

– Вот черт! – зашипела Диана.

– Ты же помнишь, что они появляются в дверях? – Макс зашел в гостиную, на ходу завязывая плюшевый халат.

– Сейчас там только ты, – усмехнулась она в ответ.

Губы Максимилиана дернулись в чуть заметной улыбке. Он посмотрел на жену, на открытую бутылку виски и коротко спросил:

– Снова?

Диана лишь кивнула и вновь поднесла бокал к губам.

– Не надо, – Макс мягко опустил ее руку, не позволив выпить. – Этим ты точно не сделаешь лучше.

– Я больше не могу. Этот сон сводит меня с ума! Макс, я должна выяснить, в чем дело!

– Мы выясним, родная. Я обещаю.

– Как? Как выясним?! Мы не знаем ничего об этой чертовой легенде! Марга умерла! Мы не можем увидеть йошо или русалок, не можем приказать чертям, не знаем никого из слуг этой старой карги! Мы ничего не можем!

Голос Дианы стал непривычно высоким, истеричным.

– Ди…

– Прекрати меня так называть! Я уже не двадцатилетняя девочка! – Бокал со звоном разбился о стену, оставив на обоях темное мокрое пятно.

Макс вздохнул и обнял всхлипывающую жену.

– Хочешь, я прямо сейчас куплю билеты на самолет? Полетим к Амину. Тебе не помешает отпуск. К тому же хорошо, когда есть еще одна голова. – Он открыл ящик высокого комода, выудил из пачки две таблетки и протянул жене.

– Выпей снотворное и попробуй отдохнуть. Не забывай, что это хоть и страшный, но все-таки сон. Мы справимся.

Диана вытерла глаза и отрицательно покачала головой.

– Нет. Сегодня совещание с акционерами. Я не могу уехать. И Амин нам не поможет. Он был всего лишь мальчишкой.

Она выпрямилась и сбросила с плеча руку Макса. Краем глаза Диана видела, как он болезненно поморщился. Где-то в глубине души совесть царапнула лезвием в попытке пристыдить, но Диана лишь отмахнулась от неприятного чувства. Стараясь не смотреть на мужа, она взяла бутылку и отпила из горлышка. Затем развернулась и пошла прочь из гостиной.

– Ненавижу, когда ты так говоришь, – обиженно бросила она через плечо. – Это не просто сон. Но ты слишком труслив, чтобы признать очевидное.

***

После душа Диана почувствовала себя немного лучше. Дурной сон уступил место предстоящим задачам. Не дожидаясь начала рабочего дня, она решила отправиться в офис. Долгие сборы никогда не были ее слабой стороной, поэтому уже через пятнадцать минут из зеркала придирчиво смотрела строгая женщина с холодным, усталым взглядом. В уголках глаз спряталась сеточка мелких морщин – как бы ни старались косметологи, время берет свое. Светлые волосы лежали в аккуратном каре. Прозрачная помада с вишневым оттенком, немного румян, тушь – и вид намного свежее. Темно-синий брючный костюм идеально сидел по фигуре.

Когда она успела превратиться в холодное изваяние? Всего несколько лет назад они с Максом ездили в отпуск на лазурное побережье, умирали от любви и нежности друг к другу и строили планы. Тогда из зеркала на нее смотрела Мия. Она одевалась в удобные джинсы и легкие длинные юбки, а на голове всегда носила высокий небрежный хвост. Куда делась та целеустремленная и веселая девочка? Похоже, ее убило время. Диана не могла вспомнить, когда в последний раз говорила со своим отражением. Их беседы осталось далеко позади. Но в какой момент прошел рубеж между прошлой и настоящей жизнью? Как она могла пропустить, не заметить границу между «до» и «после»?

Она украдкой вздохнула, взяла с полки молочного цвета сумку, обула удобные туфли-лодочки в цвет и направилась к выходу.

– Может, не стоит садиться за руль после виски? – Макс снова неслышно появился в дверях.

«Нужно убрать эти проклятые ковры!» – подумала Диана и молча вышла из дома, на ходу нажимая «сигналку».

***

Диана любила работать. Наверное, в последние годы даже больше, чем что-либо еще. Любила находиться в офисе и решать множество задач. Желательно одновременно. Хотя ее положение уже давно не обязывало вести дела самостоятельно, она продолжала это делать, передав помощникам и персоналу только рутинные задачи. Ей нравилось, что в любой момент она точно знала, что происходит в компании, кто чем занимается и чего ожидать от любой из возникающих ситуаций. Пусть такое положение вещей и не очень нравилось сотрудникам. Компания давно стала ее крепостью, стеной, которой можно было отгородиться от мира.

Поэтому когда в шесть тридцать охранник увидел подъезжающую машину босса, он и бровью не повел.

– Миссис Лореш, доброе утро. В офисе еще никого нет, но я могу принести вам кофе, если желаете, – мужчина вытянулся в струнку.

– Спасибо, не нужно. Я воспользуюсь кофемашиной.

Диана поднялась на третий этаж, зашла в просторный кабинет и с облегчением вздохнула. Плечи мгновенно расслабились, будто кто-то отпустил туго натянутую леску. Она небрежно бросила сумочку на тумбу, расстегнула пиджак и упала на бордовый диван.

Первые люди появятся в офисе не раньше чем через час. Диана расслабилась и прикрыла глаза.

– Миссис Лореш? Вы в порядке?

Настороженный голос ассистентки заставил Диану вздрогнуть.

– Лидия? Который час?

– Восемь десять, миссис Лореш.

Черт, она отключилась.

– Спасибо, все хорошо. Принеси мне кофе, покрепче. Хотя нет. Давай сразу в переговорную. И скажи технику, чтобы проверил проектор.

Ассистентка кивнула и быстро ретировалась из кабинета.

Диана подошла к зеркалу, привычным движением поправила прическу и разгладила пиджак.

В переговорной Диана еще раз проверила свои записи, ответы на любые вероятные вопросы и презентацию. Через пятнадцать минут инвесторы будут на месте. Лидия разложила распечатки для каждого участника совещания. Идеально.

Приглушенная вибрация мобильного телефона заставила переключить внимание.

– Макс, что случилось? Акционеры на пороге.

– Я покупаю билеты в Европу. Вылет ночью в три сорок пять, – голос Макса звучал тихо, но уверенно.

– Какого черта? Я говорила, что сейчас не время, – прошипела Диана.

– Сильвия умерла.

– Сильвия? – Диана замолчала и попыталась собрать картинку из разбитых осколков. – Жена Амина? Как это случилось?

– Она болела уже год. Мы были такими паршивыми друзьями, что даже не знали этого. Пропустить похороны будет непростительно.

– Но…

– Да что с тобой?! – перебил Макс. – Ты можешь думать о чем-то, кроме компании? Это же Амин! Наш Амин! Ты забыла, через что мы вместе прошли?

В трубке повисла тишина. Сквозь туманную дымку Диана видела, как Лидия приветствует акционеров и отвлекает их, пока продолжается этот нелепый, неправильный телефонный разговор.

– В общем, как пожелаешь, – услышала она подавленный голос мужа. – Твой билет оставлю на столике у двери, рядом с ключницей. Я полечу в любом случае.

Диана сбросила звонок, поправила костюм и с широкой улыбкой вышла к акционерам.

Глава 2.

Макс небрежно бросил в чемодан несколько пар штанов, ворох рубашек и сел на кровать. Из груди вырвался тяжелый вздох. Как он посмотрит в глаза Амину? Что ему скажет? И какие слова найдет для малышки Марги? Как вообще могло случиться, что ни он, ни Диана не знали о том, что происходит в жизни их единственного близкого друга?

Макс достал телефон, нашел последнее совместное фото и посмотрел на дату. Четыре года назад. Подумать только! Будто из прошлой жизни. Удивительно, но за все годы своего «человеческого» существования, он так и не привык к течению времени. Теперь только зеркало да ухудшающееся зрение напоминали, что у него больше нет вечности в запасе.

Сильвия смеялась с фотографии, как всегда сияя белозубой улыбкой. Каштановые волосы волнами струились по плечам. Амин приобнял жену за плечи. Ну и нелепая бородка у него тогда была! И как только Сильвия не заставила его сбрить этот дурацкий кустарник на лице? Малышка Марга удивленно смотрела в сторону – кажется, их рыжий пес тогда что-то учудил. И он с Дианой. Еще той, милой Дианой, которую он так хорошо понимал. Макс бросил телефон на кровать, снял очки и потер глаза. Сейчас не время поддаваться сантиментам. Он нужен Амину.

А что, если не нужен? Вдруг Амин ничего ему не говорил из-за его прошлого? Может, он ненавидит его? Нет, сейчас Макс сам себя накручивает. Если бы хоть что-то из этого было правдой, Амин бы не позвонил ему сегодня, чтобы рассказать о случившемся. Макс машинально коснулся овального шрама на щеке. «Поцелуй Смерти», как окрестила его Диана. Воспоминания заставили тело содрогнуться. Наверное, он уже никогда не избавится от ощущения Ее вечного тихого присутствия.

Максимилиан встрепенулся. Время шло, а к поездке еще ничего не готово. Он встал и суетливо зашагал от одного шкафа к другому, попутно собирая то, что может понадобиться в Европе. Чтобы сосредоточиться, Макс шепотом проговаривал, что взял: футболки – раз, черный костюм – два, носки и белье – три, туфли – четыре, толстовка в самолет – пять…. Но мысли не слушались и продолжали разбегаться. Он то возвращался к разговору с Дианой, то жалел малышку Маргу, то пытался придумать речь для Амина.

Спустя полчаса бестолковых сборов Макс бессильно сел на пол и опустил руки. В черную бездну отчаяния летела его жизнь, и все, что он помнил о ней хорошего. Но самым страшным было то, что его главный смысл – Диана – неумолимо отдалялся, и как бы Макс ни старался, не мог ее удержать.

Ди была права, Максимилиан видел, что происходит, начиная от ее внешних перемен и заканчивая ночными кошмарами, но признавать этого не хотел. Скорее даже не мог. Слишком больно. Никто из них двадцать лет назад не мог предположить, чем обернется говорящая вода. Они надеялись, что просто будут счастливы. Так глупо и даже слепо доверившись какой-то легенде. Хотя был ли у них выбор?

И они были счастливы. Все шло прекрасно. Ди исполнила свою мечту. Макс помогал ей поставить компанию на ноги, потом занимался всем понемногу в поисках интересного дела, начинал и продавал мелкие бизнесы. У них было всё, чего они могли желать. Ничто не угрожало их счастью до того случая. А вдруг это был не случай? Что, если это Ее рук дело? Уж Максу ли не знать, на что способна Смерть ради своих целей.

В любом случае Максимилиан изо всех сил держался за надежду. Даже если кроме него уже никто не верил в лучшее. Он устало посмотрел на раскрытый чемодан, забросил туда зубную щетку и закрыл его. В конце концов, какая разница, сколько вещей он возьмет с собой? Разве в этом суть поездки?

Последний взгляд на часы. Обе стрелки подходили к цифре десять. Диана еще не появлялась. Неужели она бросит Амина в такой момент? До самолета еще прорва времени. Даже с учетом пробок Макс доберется в аэропорт минимум часа за три-четыре до посадки. Но ждать не было сил. Надоело прислушиваться к каждой проезжающей машине: вдруг Ди приехала? Бесконечное количество раз смотреть на экран телефона: вдруг он пропустил сообщение от нее? Снова и снова прокручивать в голове утренний разговор: вдруг был слишком резок?

Макс вызвал Uber, спустился вниз и поставил чемодан к выходу. Бросил взгляд на пустую гостиную. Пятно от виски на обоях до сих пор не высохло. За дверью послышался скрип тормозов. Макс удостоверился, что билет Ди лежит на столике, и вышел прочь.

***

Аэропорт не изменял себе. Наверное, это самое постоянное место на планете. Люди суетились и проходили туда-сюда, словно неутомимый конвейер развозил их круглые сутки. Здесь живо всегда. В любое время суток и время года. Макс устроился со стаканом крепкого кофе в углу на металлическом стуле. Время тянулось болезненно медленно. Можно сходить размять ноги, поглазеть на сувениры, убить время, но шевелиться не было никакого желания. Максимилиан принялся рассматривать пассажиров напротив.

Много лет назад они с Дианой в ожидании рейса заметили интересную вещь – люди в аэропорту делятся на две категории: счастливые и несчастные. Полумер не существовало. Одни в радостном предвкушении ожидали свой рейс, другие с усталыми лицами мечтали оказаться где-то в другом месте. У них даже была своя игра, чтобы убить время: они придумывали, куда летит тот или иной пассажир. Верхом мастерства было точно угадать рейс.

Однажды рядом с ними сел высокий, с неестественно длинными ногами, мужчина в коричневом костюме-тройке. Ди была уверена, что он летит в командировку в Лондон. Макс уверял, что его цель намного ближе и не так скучна. Ди впервые вошла в такой азарт, что поставила деньги на спор. Проблема в том, что рейс до Лондона отправлялся позже. Каково же было удивление несчастного мужчины, когда Диана подошла к нему и потребовала доложить, куда тот летит и с какой целью.

– На свадьбу к брату в Санто-Доминго, – бедняга так оторопел, что даже не сообразил спросить, кто она такая.

– Что?! – Ди была в ярости. – Какой идиот летает в Доминикану в костюме-тройке? Ты вообще в курсе, что существуют шорты?

В итоге Ди оставила несчастного путешественника, заявив, что он должен ей десять долларов. Макс сгибался пополам от смеха, глядя, с каким недоумением хлопал глазами этот бедолага. Он был выше головы на две, не меньше, но выглядел, будто провинившийся школьник. А Диана ворчала потом до самого вылета.

Сейчас Макс улыбался этим воспоминаниям и в тоже время ощущал горячую волну боли от того, что жены нет рядом. Иногда ему казалось, что сколько бы он ни гнался за Дианой, догнать не сможет. Сначала он был готов на все, чтобы спасти ее от Смерти, но всегда чувствовал себя виноватым. Потом пытался ей во всем соответствовать, но всегда ощущал себя никчемным. И сейчас ему остается только всеми силами стараться сохранить их союз.

«Если она приедет, значит, еще не все потеряно», – подумал он вдруг, и мысль эта показалась ему живительно правильной, будто иного и быть не могло.

Макс откинул голову назад и прикрыл глаза. Пора отдаться воле судьбы. Невозможно всегда плыть против течения.

– В бизнес-зале было бы намного удобнее. И кофе там лучше.

Макс радостно встрепенулся при звуке любимого голоса. Диана стояла перед ним, сжимая в руке ручку дорожной сумки.

– Я боялся, что ты не придешь. – Легкий гул в ушах перекрывал гомон аэропорта.

– Я не могла. Это ведь наш Амин. Мы нужны ему.

Диана села рядом. Макс протянул ей кофе и взял за руку.

«Я буду бороться. До последнего вздоха, как обещал», – подумал он, а вслух сказал:

– Спорим, вон те две блондинки летят на девичник?

Губы Дианы тронула улыбка.

Глава 3.

– Матушка, позвольте, я вам помогу.

Статная девушка с тугой черной косой шустро подобрала длинную юбку, подбежала к седой женщине и забрала у нее из рук ведро с водой.

– Спасибо, Агнесса, я бы и сама могла, – попыталась та возразить, но девушка упрямо потянула ведро к себе.

Не вступая в споры, Агнесса занесла ведро в дом и поставила на привычное место. Она окинула жилище взглядом и поморщилась. В углах клубками скрутилась грязь и паутина, слой пыли покрывал полки с многочисленной утварью. Вскоре зашла и хозяйка дома.

– Матушка, так не годится, – с легким упреком проговорила девушка и уперла руки в бока. – Как можно жить в такой пыли?

– Прости, Агнесса. Не хотела, чтобы ты это увидела. Вот как раз собиралась за уборку приниматься. Как вы на ярмарку уехали, так у меня и денечка свободного не было. Весь город за снадобьями приходил. Кому от бессонницы настой, кому травы на чай, кому для похлебки специи. Только и делала, что травы собирала да готовила. Даже чистоту навести не успевала.

Женщина суетливо переставляла глиняные горшки на столе в одном ей известном порядке, пока рассказывала. Агнесса с улыбкой наблюдала. Сколько себя помнила, она всегда приходила в этот дом наравне с родным. Донна Берта, так звали хозяйку, была ей названной матерью. Хотя ни одна из них не могла бы ответить, почему так случилось. У матушки никогда не было семьи, и Агнессу она принимала как родную дочь. Учила собирать травы, отличать хорошие соцветия от пустых, готовить из них специи, правильно сушить.

– Матушка, ничуть не сомневаюсь, что у вас очень много дел, поэтому сама приведу дом в порядок. – Агнесса ласково забрала горшок из рук донны Берты. – А вы продолжайте свою работу. Травы сами себя не пересушат.

Когда с уборкой было покончено, дом практически блестел. Агнесса придирчиво осмотрела результат своей работы и удовлетворенно кивнула. Матушка раскладывала высушенные цветки по тканевым мешочкам и тихонько напевала какую-то приятную мелодию.

В дверь постучали. Не дожидаясь ответа, в дом вошел крепкий розовощекий парень. Светлые волосы его были припорошены мукой, а от одежды исходил аппетитный аромат свежей выпечки.

– Донна1 Берта, я принес горячий хлеб! Не хотите ли… – зычным голосом начал гость.

– Донна Берта прекрасно слышит, нет нужды так кричать, – перебила его Агнесса. – А еще не помешало бы дождаться, пока хозяйка позволит войти, вместо того, чтоб заваливаться в дом, как невежа!

Пристыженный парень еще больше покрылся румянцем.

– Приветствую, монна2. Простите, – пробормотал он, безуспешно пытаясь скрыть смущение.

– Да будет вам, – добродушно рассмеялась донна Берта. – Николаус, чем порадуете сегодня?

– Все, что любите, донна. И белого, и брецель принес, и штоллен даже есть маменькин, по семейному рецепту, – парень изо всех сил старался не смотреть на Агнессу.

– Штоллен? Дорогой Николаус, неужто я Рождество пропустила, пока матушке помогала?

– Нет, монна. Отец хотел изготовить, чтобы продукты не перевелись.

Донна Берта попросила занести ей булку хлеба и рулет с маковыми семенами. Николаус уже собирался выскочить из дома, как Агнесса легко коснулась его руки.

– Дорогой Николаус, коли уж по маменькиному рецепту, не угостите ли вашим вкуснейшим штолленом? Больно он у вас ароматный, – она томно выдохнула и погладила крепкое плечо парня.

Тот окончательно раскраснелся и, ни слова не говоря, выскочил из дома как ошпаренный. Агнесса лишь рассмеялась вслед. Матушка укоризненно покачала головой, впрочем, плохо скрывая улыбку, взяла золотой и вышла вслед за пекарем. Вернулась в дом она уже с корзинкой, от которой исходил умопомрачительный аромат горячего хлеба.

– Садитесь, матушка, я уже нам трав заварила, – Агнесса поставила на стол широкие коричневые кружки.

– Милая, разве можно так с парнем? Он же влюблен в тебя, как дитя. Глаз не смеет поднять, а ты так жестоко с ним.

– Ну что вы, матушка! Я же в шутку. Как можно удержаться, когда он так робок, что это даже мило.

– Ты бы лучше присмотрелась к парню. Сколько в девах ходить будешь? Неприлично уже в твои лета, – упрекнула донна Берта.

– Нет, не могу так. Лучше одной всю жизнь, чем с нелюбимым. Вы же одна всю жизнь прожили и детей не нажили. Жалеете?

– Нет, не жалею, Агнесса. Судьба милостива, всегда дает нам то, что нужно. Вот мне тебя дала. Чего более хотеть?

– И ко мне будет милостива, матушка. Всему свой срок, – девушка потупила глаза и принялась ломать рулет, но проницательного взгляда донны Берты ей избежать не удалось.

– Что за мысли копошатся в этой прелестной головке? – ласково спросила женщина. Она настойчиво взяла Агнессу за локоть и заставила посмотреть в глаза. – Ты же знаешь, что можешь мне довериться?

Агнесса села на стул, глубоко вдохнула и быстро проговорила:

– Порою я чувствую себя так, будто не из этого мира.

– А из какого же? – глупо хихикнула донна Берта и подняла кружку. – Судьбой нам только один мир и дан.

– Да, матушка, я знаю. Но… не бывало у вас такого, что тела своего не чувствуете? Или, – Агнесса замешкалась и понизила голос, – будто душа витает где-то. Словно ее от тела отделили? Или будто вы сейчас на самом деле не здесь, не на этом самом стуле сидите, а где-то в другом месте? А тут только ваша часть, затерянная без времени и места.

– Ой, милочка, – всплеснула руками женщина, едва не опрокинув чай. – Ты мысли эти гони от себя. Нехорошие они. Я-то, дело ясное, тебя не выдам, но ты не говори никому больше, не откровенничай. Не ровен час, Хранители нагрянут. Не гневи Судьбу.

– Да, матушка. Ваша правда. Глупости это все, вы в голову не берите, – Агнесса натянуто улыбнулась, отпила из кружки и поторопилась сменить тему: – Матушка, а на ярмарке-то какая красота была! Торговцы отовсюду прибыли! Шерсть добротную с гор привезли. Уж я и вам, и маменьке, и себе платки прикупила. В холода хороши будут. А шелка! Ах, какие там были шелка! Вовек налюбоваться невозможно. Особенно один таким был восхитительным, будто из пены морской соткан. Нежен, как летний ветерок.

– И откуда же такое чудо привезли? – восхитилась женщина, глаза ее загорелись.

– Торговка сказала, что с другого конца мира приехала. Цирен…Зорен… Цзяорен! Точно! Так и назвалась. Сказала, что она из цзяорен. А мне, матушка, так стыдно стало за невежество свое, что я и не спросила даже, где это. Глупая я, да?

Донна Берта добродушно улыбнулась и погладила руку Агнессы.

– Ты самая умная и хорошая девушка из всех, что я знаю. Если бы у меня был сын, я бы желала ему такой жены.

– Ой, матушка! Как хорошо, что вы не жена пекаря!

Женщины залились задорным смехом.

Глава 4.

Самолет начал плавное снижение. Диана достала из сумочки пару мятных леденцов и протянула один Максу.

– Почему ты всегда берешь мятные? – спросил он.

– Не знаю. Привычка. Тебе не нравятся?

Макс отрицательно помотал головой.

– Больше не буду, – пожала плечами Диана. – Сказал бы раньше.

Она проверила режим на телефоне, закрыла глаза и откинула голову назад. Все время полета из мыслей не выходило последнее совещание компании. Она прокрутила его в памяти не меньше сотни раз, пытаясь понять, что на нее нашло. Акционеры вполне прозрачно намекнули, что хотят поставить на ее место кого-то нового. «Со свежими идеями», – как выразился лысый пузан, будучи сам давно не первой свежести. Но вместо того, чтобы бороться за компанию, за свое детище, работу многих лет жизни, Диана просто отступила. В ушах стоял собственный голос: «Я передаю управление компанией». Какого черта? Кто дернул ее за язык? Как будто говорила не она, а кто-то другой в ее теле. Будто ею управляли, словно марионеткой. Как же это бесило!

Диана не сомневалась в безумстве поступка, о котором непременно пожалеет, но успокаивала себя тем, что такое стечение обстоятельств ей на руку. В конце концов, невозможно разобраться со своей жизнью, если торчать в офисе круглые сутки.

Самолет приземлился. В иллюминатор Диана увидела мелкую морось и поморщилась: настроение и без того оставляло желать лучшего. Макс достал с верхней полки вещи.