Бульварное чтиво

Глава 17. Свет мой, зеркальце…

(Четверг, 20 марта)

Ночь выдалась согласно прогнозу: не помогли ни травяной чай с мёдом, ни капсула с мелатонином. В два я ещё не сплю, в пять я уже не сплю, к семи голова как раскалённый казан и даже ежеутренний кофейный ритуал не приносит ни удовольствия, ни пользы.

Бессонница вытрясла все силы и мысли, резерва хватает только на то, чтобы прилепить под глаза патчи, почистить зубы и расчесаться.

Если сегодня я произведу на гостью впечатление идиотки, то исключительно по уважительной причине. Впрочем, если по этой же причине Мария сочтёт правильным отменить нашу сделку, я ничуть не расстроюсь. Предложенная роль, несомненно, интригует, может быть даже льстит, только по моему глубокому убеждению, Золушку, всё-таки, поздно исполнять в почти тридцать восемь. А я свой дебют в эскорте рассматриваю именно так.

И где были мои мозги, когда я подписывалась на это?

Ладно, посмотрим, что день грядущий нам готовит. В конце концов, к игре нужно относиться как к игре, а это возможно только если не стремиться стать её победителем. Мария говорила, что от меня требуется быть собой, вот и пусть ест, что есть. Я в её игру не напрашивалась, так ведь?

Всё-таки, ближе к полудню нервозность нарастает и ползёт к пику потому, что рыжая опять не дала никакой конкретики. Размытые временные рамки, вероятно, любимый её приём, возможно уже даже — черта характера. "Буду ближе к полудню" — это когда? Тогда же, когда и "позвоню чуть позже"? Действительно, хочешь контролировать человека — начни с эмоциональных горок: заставь его ждать себя, доведи до полной потери симпатии к циферблату и потом дави на дверной звонок — пусть обосрётся!

Я, конечно, утрирую, но к тому самому моменту я уже изрядно на взводе, так что к двери я подрываюсь как подстреленная. Понимаю, как это глупо всё, по-детски, и прежде, чем повернуть замок, делаю глубокий, максимально плавный вдох...

— Привет дорогая. Симпатичный халатик.

Секунду я вижу перед собой карамель в шоколаде, кажется даже чувствую вкус, а через мгновение видение материализуется в Марию в коричневом твидовом костюме и бежевом пальто, накинутом на плечи. Как всё-таки рыжим идут эти осенние оттенки! До такой степени, что я на миг сожалею, что пренебрегла макияжем и приличной одеждой.

— Привет. Можешь не разуваться, — пропускаю гостью в квартиру, следом за ней заходят обе её ассистентки. Те самые, что были с нами в «Нирване», похожие друг на друга как творения одного хирурга, созданные им по образу и подобию молодой Анджелины Джоли. Одну, кажется, зовут Настей, а другую Викторией.

— Очень миленько у тебя, — Мария с интересом осматривает интерьер моей скромной гостиной, снимая пальто. — Могу сесть?

— А д-да, конечно… Может, кофе или чай?

— Не суетись, давай сразу к делу.

Я мысленно выдыхаю. Терпеть не могу гостей, кроме Алки, которая сама всегда себе делает кофе или чай и прекрасно знает, где у меня спрятаны печеньки.

Сажусь в кресло, Мария располагается на диване, девушки же остаются стоять чуть в сторонке. Джоли номер один аккуратно кладёт на журнальный столик футляр из полированного до глянцевого блеска дерева и с каким-то восточным почтением открывает замочек. Крышка бликует тёмно-бордовым, внутри, на такого же цвета бархатной подушке лежит Оно.

Признаюсь, я надеялась на встречу с ним так же, как сейчас боюсь взять его в руки. За последние пару дней я чего только не начиталась про всякие мистические зеркала, их глубокое эзотерическое и философское значение и символизм. И про то, какое влияние оказывает «Зеркало Иштар» на свою хранительницу. С трудом верится, что всё это относится к тёлке с Патриков. С другой стороны, может быть, именно поэтому она — «тёлка с Патриков»?

— Смелее, — мурлычет Мария. — Ты же этого хочешь?

— Я такое часто слышу от мужчин на первом свидании…

Не знаю, постигла ли Мария глубину моей иронии — она предельно серьёзна да и на лицах обеих Джоли ни тени эмоций. Похоже, они слишком большое значение придают моменту и мои реплики неуместны.

Берусь за рукоять зеркала. Сейчас, в свете дня оно кажется ещё более древним, будто со дня нашего знакомства прошла не неделя, а век.

— Что это за металл? Золото? — интересуюсь только, чтобы оттянуть момент встречи с отражением — а вдруг на этот раз магии не будет?

— Это электрум, сплав серебра и золота.

— Дорогое, наверное?

— Если бы я хотела впечатлить москвичку его материальной ценностью, я бы сказала, что за эти деньги можно купить красную «Теслу». Но в действительности у него нет цены. В том смысле, что само по себе — это просто недешёвый антиквариат. Бесценным его делает та, — она выделяет последнее слово, — которая видит в нем свой аватар.

— Аватар? Это как в фильме что ли?

Обе Джоли, наконец, подают признаки жизни, синхронно складывая пухлые губы в снисходительные улыбки.

— А. Всё понятно. Тут встроенный фейс-апп? Прикольный девайс.

Я кручу зеркало в поисках надкушенного яблока, но на рамке только нечёткие, сглаженные временем завитки древнего орнамента. Штучка явно не может быть разработкой «Apple» и вряд ли это отечественный продукт.

— Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи, — заклинаю полушёпотом, — я-ль на свете всех милее, всех румяней и белее…

Смотрю в овал. Желание продолжать паясничать тут же улетучивается. Из зеркала на меня смотрит Слава здорового человека. Слава моей мечты! Немного уставшая и румяная, как после горячей ночи, но полная жизненной энергии, излучающая ясное спокойствие, какое возможно только в комплекте со стабильной зарплатой минимум пять сотен "ка" в месяц.

Машинально касаюсь пальцами лица. По телу пузырьками расползается чувство, которое я бы сравнила с лёгким опьянением, но чистым и тонким, как самый дорогой порошок. Я видела уже сегодня своё отражение, утром, когда умывалась и чистила зубы и оно довольно отличалось от того, что я вижу сейчас. Едва борюсь с желанием сбегать в ванную, сравнить с оригиналом. Хотя… могу ли я довеять каким-то стекляшкам, если не верю глазам?

— Ну, и где у него тут меню настроек? Как поменять фильтр? — я ещё раз поворачиваю зеркало. Никаких кнопочек или разъемов.

— Рас-рас, приём, — бубню я в рукоять.

Обе Джоли хихикают, Мария улыбается тоже. Я рада, что им весело, но хочется более серьёзного, что ли, отношения.

— Обожаю это, — с той же нежной улыбкой произносит Мария, — каждый раз заранее угадываю какой будет реакция и каждый раз в точку. Скажи, ты вообще не веришь в чудеса?

— До появления дипфейка еще чуть-чуть верила.

— А теперь?

— Не знаю. Наверное ни во что. Верю, что всё можно объяснить с научной точки зрения. Как дождь. Он же фактически — чудо, вода с неба, божественное явление, если бы не физики, разобравшие этот феномен на атомы.

Мария плавно переводит командный взгляд на своих помощниц. Девчонки всё понимают без слов и беззвучно, покидают квартиру. Мне бы таких мОлодца, одинаковых с лица, тобы молча всё за меня делали и по глазам читали, когда надо свалить.

— То есть ты веришь не в чудо, а в то, что его можно объяснить? — уточняет Мария, когда мы остаемся наедине.

Пожимаю плечами:

— Наверное, так получается…

— Тогда, как бы ты объяснила это? — остреньким подбородком Мария указывает на зеркало у меня в руке.

— Я гуманитарий от мозга до копчика.

— Попробуй как гуманитарий. Как ты дождь объясняешь? Тоже ведь не как Архимед.

— Аристотель… — поправляю я.

— Не важно. Давай не как Аристотель, а как Слава Гагарина. Или какой у тебя творческий псевдоним?

Тут я, наконец, отвлекаюсь от разглядывания своего отражения в зеркале. Творческий псевдоним у меня, разумеется есть. Но как она узнала уже и об этом? В юности я писала стихи и рассказы и от имени своей альтер-эго отправляла их на всякие литературные конкурсы. Пару раз занимала даже какие-то места. Где-то в ящике стола валяется тетрадь с каракулями этой дамы. Её влиянием удобно прикрывать всю дичь, которою я творю после нескольких бокалов мартини. Выбор мужиков тоже, как будто, её рук дело — иначе я не могу объяснить, почему все мои отношения рифмуются как любовь-кровь-и вновь! Её именем можно оправдать все казусы в моей жизни, и она же постоянно подставляет мою задницу новым приключениям. Вот, то, что в народе называется "чёрт попутал", у меня именуется:

— Клава. Клава Космос.

— Какой шарман, — сияет Мария. — Клава Космос — это же примерно как Маша Фаберже!

— Да, думаю отлично будет смотреться на обложке рядом с названием «Страсть на грани развода на бабки».

— Согласна. Так как бы она объяснила то, что ты видишь в зеркале?

— Клава — такая Клава. Мне кажется, она бы как раз ничего объяснять не стала, а с восторгом приняла на веру самую сказочную версию. И ей зеркальце в ответ, ты прекрасна, речи нет… И так далее, короче…

— Понимаю. Тогда попробуй дать самую рациональную из всех сказочных, Слава.

— Ну, попробую, раз без этого нельзя. — Я снова изучаю отражение, смотрю как красиво двигаются губы, как блестят глаза, дотрагиваюсь пальцами до щеки. — За стеклом камера, внутри софт с фильтром, камера передаёт отретушированное изображение на скрин, как зеркало. Во многих смартфонах сейчас стоит такая фишка по умолчанию…

— А дальше? — не унимается Мария.

— Что дальше?

— Как ты объяснишь, что такую фишку ты замечаешь потом и в других зеркалах?

— Эм… — я мнусь. — Ну… м-м-м, наверное…

— Вот здесь рациональное должно уступить место магии.

Отражение в зеркале делается хмурым, что совсем его не портит.

— Слава, ты прекрасно объяснила принцип работы зеркала. Да, это, если тебе приятнее такой язык, приёмник световых волн. Физика, школьный курс, — Мария поднимает наманикюренный пальчик, — зеркальная поверхность взаимодействует с падающим на неё светом и отражает, вместо того чтобы поглощать или рассеивать его. Ну, а дальше отражение принимается тобой. Вернее, сначала твоими глазами, а потом мозгом. Так устроены все зеркала. Но это зеркало отличается от всех остальных тем, что принимает и отражает не только свет, а ещё то, что называют биоэнергетическими полями. Грубо говоря, в отражении ты видишь совокупность волн, которые излучаешь. И от того, на какой частоте вибрируют эти волны, зависит отражение, которое ты видишь.

— Это что-то из теории о позитивном мышлении?

— Непосредственно. Нейропластичность, квантовое поле, визуализация… Коучи осознанности продают курсы, йоги занимают всё больше информационного пространства, вытесняя модный бодибилдинг. Сейчас в Москве медитационных центов больше, чем спортзалов, заметила?

Я молча киваю, не отводя взгляда от зеркала, то приближая его к лицу, то отводя на сколько хватает руки.

— На Патриках в кого ни ткни — каждый владеет какой-нибудь особой техникой, аффирмацией, асаной, позволяющей ему без труда делать по паре лямов в месяц. И ведь делают. Не по паре и не лямов, конечно, но на лавандовый раф им хватает.

Мария замолкает, видимо, в ожидании когда я налюбуюсь собой и обращу на неё внимание. Вижу по глазам рыжей, что следующая информация должна быть гораздо важнее созерцания себя в зеркале.

— И спрос на высокие вибрации, — Мария выделяет фразу, изображая пальцами кавычки, — актуален потому что никто не может их измерить, как температуру, например, или давление. Есть какая-то биорезонансная диагностика, но это тоже, прежде всего, бизнес. Только эта штучка у тебя в руке даёт наглядное представление о том, что человек излучает. Саму его суть, так сказать.

Рука устала держать довольно увесистый прибор. Я аккуратно кладу зеркало в футляр и провожу влажной ладонью по шёлку халата.

— Звучит складно… Ещё бы знать, что всё-таки сработало — медитация в прошлом году или пара занятий йогой. Нормально так прокачала суть, вон как вибрирую? — взглядом указываю на футляр. — И что по этому поводу нам ответит Илон Маск?

— Ты о чём?

— Как это отражение потом ещё несколько часов гуляет по другим зеркалам?

— Илон Маск никогда этого не скажет. Это уже за пределами его понимания, а значит не существует.

— Почему?

— Потому что он — мужчина. Мужской ум так устроен, что склонен считать необъяснимое несуществующим, ну или какой-то там симуляцией... Видимо, поэтому в науке одни учёные мужи, а на кострах сжигали в основном женщин. Ты — такое же зеркало, дорогая, только из другого материала и в другой оправе.

Чувствую, как дёргается вверх правая бровь. Как-то мы постепенно отдаляемся от физики в эзотерику — область для меня ещё более туманную, несмотря на регулярные попытки ютуба обогатить меня всякой такой информацией. Слышала я где-то уже про то, что всё есть отражение, все люди — зеркала в зеркалах, что излучаешь, то и получаешь и так далее... Никогда до конца не понимала, как это может быть, а теперь, кажется, наконец, дошло.

— То есть, хочешь сказать — я отражаю своё отражение из твоего волшебного зеркала и поэтому в других зеркалах я вижу то же самое?

— Совершенно верно, — кивает Мария.

— А почему всего несколько часов?

— Знаешь, есть такой механический фонарик? Там надо какое-то время нажимать на ручку с педалькой, чтобы лампочка заработала, и чем активнее нажимаешь, тем ярче и дольше светит фонарик. Лампочка гаснет постепенно после того, как прекращаешь давить педальку.

— Да, знаю, у папы был такой, давал поиграть.

— Ну вот, представь, что два зеркала отражают сами себя миллиард раз в секунду, со скоростью света создавая бесконечное число копий. Этот процесс выделяет такое количество энергии, что её хватает на несколько часов автономной работы. Свет такой силы, что всё, на что он падает, становится этим светом. Потом яркость его постепенно снижается. Часть света поглощают зеркала, часть рассеивается. Особенность этого зеркала в том, что оно отражает не только свет, а как бы это точнее сказать… частоту вибрации.

Честно говоря, все это с трудом укладывается в голове. Я, Слава Гагарина, женщина из плоти и крови, знаю себя почти 38 лет, каждую свою трещинку, так сказать. Плотность физического тела не вызывает у меня никаких сомнений, как и то, что давно было пора заняться его состоянием: сходить на тренировку, хотя бы, или на массаж, сделать пилинг. Возможно, даже пора было уколоть в лоб ботокс… А тут волны какие-то, свет. Я реально не понимаю, как всего лишь один взгляд на себя в старое зеркало может отменить все претензии к своему отражению? Даже на несколько часов. Каким бы не был этот свет или, черт его побери, пучок энергии, не может же он менять тело на клеточном уровне? В чём тут подвох?

— А ты… — я неожиданно сглатываю, — ты меня тоже такой видишь?

— Ты имеешь в виду, видят ли тебя окружающие такой же, как в зеркале?

Я киваю. Глупый, наверное, вопрос, но очень оправданный в данном случае. Мария вздыхает с лёгкой обречённостью, скорее всего она постоянно слышит подобное и я не оказалась исключением.

— Слава, а меня ты какой видишь?

— Э… ну, — закатываю глаза и изображаю лицом "инста11-фифу", хотя сейчас, когда она задала этот вопрос, я понимаю, что она давно и совсем не такая. В воображении помимо моей воли возникают слайды, на которых Мария в строгом костюме в Майбахе; Мария на обложке журнала; на светском рауте; на красной дорожке в Каннах; на пляже под зонтиком на фоне яхт. И последним кадром мелькает абсолютно голая Мария верхом на горячем брюнете…

— То, что ты видишь, если хорошо вдуматься в процесс, это всего лишь волны, которые отражаются. Попадают в глаз, а там колбочки, палочки преобразуют эти волны в импульсы, дальше всё это по нервным окончаниям в мозг. А мозг, дорогая, всё это обрабатывает и интерпретирует, согласно прошлому опыту и эмоциональной оценке. Мозг, понимаешь?

— Ты как-то влияешь на моё восприятие?

— Это не так работает, — Мария качает головой. — Ты спрашивала, чем моё искусство отличается от того, чем оно кажется? Вот этим.

Она взглядом указывает на зеркало.

— Ты — инструмент. Зеркало — медиатор. Можно определенным образом настраивать этот инструмент, чтобы он выдавал то, что тебе нужно в зависимости от обстоятельств, цели или личного предпочтения. А дальше принцип действия зеркала ты уже знаешь. Искусство в том, чтобы чётко знать что и когда исполнять. Древняя, как мир женская мудрость в умении быть волной: обтекать, обволакивать, принимать и отдавать. Зеркало лишь запускает процесс.

— А, кажется поняла!

Меня внезапно осеняет, я едва сдерживаю руку, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Как я сразу не догадалась! Демо! Демо-версия. Она же сама так называла чудесный эффект отражения. Что ж, надо отдать рыжей должное — продавать она умеет. Шикарная презентация. Есть только одно большое «но» — я принципиально не покупаю никаких курсов. Да и денег лишних у меня никогда нет. Хотя… стоп! Есть. Есть ведь десять тысяч долларов и три шутки евро, на которые у меня неделю выделяется слюна. Неужели сучка всё расчитала? Сейчас впарит мне этот девайс со своим «искусством», я сяду на него, как на иглу, а потом, когда деньги закончатся, не то что квартиру — маму родную продам за дозу…

— И сколько стоит месячная подписка? — осторожно интересуюсь.

Мария улыбается, демонстрируя идеальные зубы, но в глазах её мелькает что-то типа: «ты ж моя дурочка, иди обниму».

— Ты подписана, — серьёзно отвечает рыжая и улыбка мгновенно тает. — Стоимость — договор, который мы заключили в "Нирване". В нём все условия, перечитай внимательно, хотя мы всё обсудили с тобой. У нас месяц до приезда мессира Александра. С завтрашнего дня. Будет лучше, если ты прямо сейчас соберёшь всё самое необходимое и сразу сегодня поедем на Бронную.

— Зачем?

— Дорогая! — рыжая поднимает бровки. — Ты договор читала? Во время подготовки ты должна жить в особняке. Это экономит моё время и твои ресурсы. Вещей по минимуму, документы. Остальное тебе не нужно. У тебя будет другой гардероб, другая косметика и другая жизнь.

Глава 18. Fake it till you make it

(Четверг 20 марта, вечер)

Логика — странный предмет: она, как бы, есть, но её сразу нет.

Не знаю, может, у меня одной так, но как только я начинаю искать в ней опору, тут же всё превращается в оправдание.

Вот, например, я почти без колебаний согласилась на условия Марии. С собой у меня небольшой чемодан, там белье, документы, зубная щётка, зарядки и ноут. Всё остальное, как сказала рыжая, мне в ближайшие тридцать дней не понадобится. Мне обещан гардероб, косметика и полный пансион в особняке на Бронной. Эта оптимизация расходов и экономия времени кажутся логичными, а самое главное, если уж быть с собой максимально честной — такой «олинклюзив» оправдывает мероприятие больше, чем все остальные доводы.

Не то, чтобы я сознательно шла на сделку с совестью ради люкса, но надо признать — когда тебя готовы обуть, одеть и вкусно кормить — сомнения почему-то сильно теряют в весе. И даже сигналы жопы становятся почти неощутимы.

Но говорят, из всех клюнувших на бесплатный сыр, выживает тот, кто внимательно читал инструкции к мышеловке. Особенно мелкий шрифт. Когда Мария «напомнила» про договор, я не нашла смелости признаться, что толком и не смотрела его. Я вообще, надо сказать, не совсем серьёзно относилась к тёлке с Патриков и к тому, что она говорит. Для меня что Блиновская, что Фаберже — одного поля ягоды. Ну, пробежалась я по первым страницам глазами, кое-что ухватила. Подписала, потому, что было неудобно тянуть время. И теперь выяснять какие там «условия проживания», значит открыто показать себя безответственной дурой, которая подписывает бумаги, даже не вникнув в их суть. Так что у меня не было выбора. Либо сделать вид, что я всё контролирую, либо признать, что никакого контроля у меня уже нет.

Есть интерес. Не скрою ситуация, мягко говоря, будоражит. Тягой к исс

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

2

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

3

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

4

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

5

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

6

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

7

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

8

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

9

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

10

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

11

Instagram принадлежит компании Meta Platforms Inc., деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.