Тень твоего света

Коул был одиночкой и не любил общения с соплеменниками. Если была возможность не общаться, он предпочитал этого не делать. Это не относилось к смертным, когда он был на задании и на охоте, но всегда было таковым в своём мире. К любому общению он относился как к рабочей обязанности, которую необходимо выполнять. При этом все всегда сами тянулись к нему, кто из-за определённой выгоды, кто-то из-за восхищения, а кто-то из-за его притягательной красоты. Кто-то просто его не понимал и недолюбливал. Очень многие шептались за его спиной, считая его высокомерным, непонятно откуда взявшимся, странным типом.

Ян всё время ошивался вокруг него, с самого начала вступления в Академию и отряд Тёмного легиона, с самого начала обучения он всегда был рядом. Иногда этот товарищ явно раздражал сурового тёмного своим шумным и чрезмерно весёлым нравом. Впрочем, на всех ввязках этот балагур был на его стороне, и постепенно Коул привык к его присутствию. Когда ему нужно было побыть одному, он просто грубо выпроваживал рыжего и оставался наедине с собой.

Коул не помнил, кто его родители и откуда он произошёл. Он ничего не помнил до момента, когда он дрожал от холода под дождём на одной из узких улочек главного тёмного города. Тёмные проходили мимо, никто не обращал внимания на маленького бездомного. Очень хотелось спать, но голод и холод не позволяли ему этого, не было даже сил, чтобы найти укрытие от дождя.

Очередной тёмный проходил мимо, седой с растрёпанными длинными волосами, одетый в мешковатую одежду, сам походивший на бродягу. Коул уже видел его спину, как тот остановился и, сдавая назад спиной, остановился напротив бродяжки, почти превратившегося в тень. Старик протянул ему тёплую, мягкую, сладкую булку. Мальчик взял её двумя руками, но не спешил есть. Запах сдобы дурманил, и она хоть немного согревала ладони. Ему хотелось запомнить лицо того, кто не прошёл мимо. Вдруг дед протянул ему руку: «Пойдём со мной, малый. На какое-то время я смогу приютить тебя. Возможно, ты даже будешь для меня полезен». Ребёнок недоверчиво смотрел на благодетеля. С чего бы ему вот так просто помогать? Но выбор был невелик: либо помереть от бессилия, либо довериться этому старому одноглазому демону. Коул робко протянул ему руку, и они вместе пошли по тёмным, узким улочкам.

Они всё дальше и дальше отдалялись от города. Впереди дорога проходила через небольшое поле и терялась в чёрном Мёртвом лесу. Запах гнили становился всё более отчётливым по мере приближения к лесу. Под ногами светились и шипели низшие существа, похожие на огромных червей и насекомых. Дед всю дорогу бурчал и отпихивал их посохом. Коул за всё время не проронил ни слова, только крепче сжимал руку старика. Хотелось убежать обратно, но скитание в одиночку не сулило ничего хорошего. Страшно было идти с незнакомцем вперёд и страшно было возвращаться. Не похоже, что дед задумал, что-то неладное. Коул решил, что в случае чего, он сможет постоять за себя и всегда сможет убежать обратно. Он будет бороться за свою жизнь любыми способами. Перспектива превратиться в тлеющую тень не могла никого привлекать, и он доверился случаю.

Дед был удивлён, что ребёнок не проронил ни слова, не проявил ни малейшей толики страха. Не каждый взрослый тёмный мог так отважно идти по эти местам. Старик потому и жил в глуши за Мёртвым лесом, потому что все старались избегать эту местность. Единственное, что выдавало волнение мальчика это то, как он крепко сжимал руку старого демона.

В тот вечер дед в своей хижине нагрел воды и позволил маленькому демонёнку отмыться в горячих заваренных травах, которые усиливали духов. Он выдал ему одежду. Конечно, она была грубой и сшита из ткани, похожей на мешковину, не была такой, как у благородных тёмных, но она была чистая и тёплая.

Старик поставил на стол миску с горячей похлёбкой и сел напротив. Ребёнок ел медленно, не поднимая глаз, видно было, что он очень стеснялся и был смущён.

— Как тебя зовут? Как ты оказался на улице? — поинтересовался старый демон.

— Я не знаю, — тихо ответил мальчик.

— Ты не знаешь, как тебя зовут? — удивился Дед.

— Нет, — последовал короткий ответ.

— М-да… как же ты попал в такую передрягу? Придётся нам придумать тебе имя. Ты не против?

— Нет.

— Какое же имя нам тебе придумать? Дейв, Коул, Грей? Может тебе нравится какое-то?

— Нет. Мне всё равно, — ответы мальчика были короткими и чёткими.

— С тобой каши не сваришь. Нужно, чтобы тебе нравилось твоё имя, — буркнул дед.

— Мне всё равно. Пусть будет Коул, — всё так же обрывисто выдал ребёнок.

— Хорошо. Коул так Коул. Хорошее имя, кстати. Я знал одного демона с таким именем пару тысяч лет назад. Он был благороден и очень суров. Что-то в тебе есть похожее на него. Может, когда-нибудь ты вырастешь и станешь таким же, как он.

Коул ничего не ответил. Следующие полгода они прожили вместе. Спаситель Коула брал его с собой за дикими травами, на охоту и на рыбалку. Мальчишка с особой лёгкостью и ловкостью доставал редкие растения в самых труднодоступных местах, добывал различную дичь, помогал по хозяйству. Вечерами они сидели прямо на полу перед камином, и дед рассказывал ему про другие миры, про разных диковинных существ, про героев из специального отряда Тёмного легиона. Демонёнок с горящими глазами впитывал всю информацию. Он был любознательным и очень смышлёным, хоть и неразговорчивым.

Однажды ранним утром, дед разбудил Коула.

— Я решил отдать тебя в школу, в Академию подготовки легионеров. Поверь, сынок, так будет лучше. Собирайся, я отведу тебя. Нельзя, чтобы ты пропадал здесь со мной, практически на краю вселенной. Это будет неправильно по отношению к тебе. Но сразу говорю, это будет нелегко.

Коул ничего не отвечал, молча собирался. Старику оставалось только догадываться, о чём думает этот ребёнок в данный момент. Они снова отправились в долгий путь. Шёл первый снег, было промозгло, холодно и неуютно. И как обычно, маленький тёмный молчал, а старик ворчал всю дорогу: «Надеюсь, ты не успел привязаться ко мне. Ты же знаешь, нам тёмным эти привязанности ни к чему. Ты талантливый малый, думаю, тебя ждёт большое будущее. Нехорошо губить твои способности здесь, в глуши, на краю Вселенной. И запомни — никогда ни к кому не привязывайся, никогда. Это сделает тебя слабым».

Вдруг демонёнок остановился и спросил деда, глядя прямо ему в глаза, сверлящим взглядом.

— Можно, спрошу? Зачем ты меня спас? — вопрос был неожиданным.

— Конечно, из корыстных целей. Смотри, сколько мы с тобой заготовили трав, всяких нужных вещей для магии и всякой снеди на зиму. Один я бы никогда столько не сделал. Я использовал тебя как добытчика. Понял? — слукавил дед.

— Раньше ты тоже, кого-то спасал или нанимал? — поинтересовался Коул.

— Нет. Поэтому сам заготавливал совсем немного и часто проживал зиму почти впроголодь. Ничего личного. Пойдём скорее, — дед схватил его за руку и поспешил, только бы избежать чёрного, тяжёлого взгляда ребёнка, проникающего в самые потаённые уголки души.

Они шли весь день и к вечеру пришли к вратам огромнейшего дворцового комплекса. Его мрачные шпили уносились ввысь, создавалось ощущение, что ты всего лишь букашка, а сам готический дворец грозно смотрит на тебя, как будто изучая сверху.

— Куда? — спросил один из стражников.

— Мы пришли на отбор в школу легионеров, — сказал дед.

— Вы? Интересно, кто из вас? Ты — дряхлый старик или этот щуплый малец? — засмеялся страж.

— Вы его недооцениваете. Однажды вы ещё услышите о нём, — затупился старик.

— Разве что о его смерти… Он и отбор-то не пройдёт. Вывезут в яму для теней после первого же испытания, — стражники громко засмеялись.

— Да что ты себе позволяешь?!!! — рассердился дед и пошёл на стража, замахиваясь посохом. Коул встал между ними, поймал деда за замахивающуюся руку и тихо, но твёрдо сказал: «Не надо. Не стоит».

— Ладно, проходите. А то придётся прибить обоих, не допустив и до первого тура. Неохота создавать себе проблем, — съязвил страж и открыл им врата.

Двое путников прошли за ворота. Старый демон продолжал бурчать: «Тупые мужланы… Запомни, сынок, мудрое и достойное существо никогда не будет унижать другого, независимо от статуса и положения. Не ты его создавал и не тебе знать, через что он может проходить на данный момент. С уважением надо относиться ко всему, от таракана до высшего Божества. Не говоря уже про то, что это является элементарным воспитанием»…

— Я понял. Лучше скажи, куда нам идти дальше, — прервал его бурчание Коул.

— А, иди за мной, — скомандовал старик и пошёл уверенным шагом вперёд.

Они пошли к центральному входу по мощённой дороге, с рядом гаргулий по обе стороны, утопающими в цветах. Это были различные цветы, всех оттенков чёрного и красного: чёрные розы, георгины и тюльпаны, красные и бордовые розы, алые маки. Если посмотреть на всё это сверху, могло показаться, что статуи утопают в неостывшей расплавленной лаве.

Как только дед приблизился к огромным резным дверям, они внезапно медленно распахнулись. К ним подплыли две высокие фигуры в чёрных бархатных плащах, расшитых золотыми узорами, под широкими капюшонами у них не было лиц.

Безликие склонились в поклоне, и один из них произнёс: «Приветствуем, господин. Не видели Вас пару десятков тысяч лет. Что привело Вас к нам в столь поздний час? Вы решили вернуться к нам?»

— Нет, конечно, нет. Я больше не вернусь. Не думаешь же ты, что с годами усталость от общества пропадает? Она может только нарастать. Сейчас время набора, хочу, чтобы вы проверили этого парня, — ответил старик и похлопал Коула по плечу.

— Но вы раньше никогда ни за кого не ходатайствовали. Это впервые… — удивился один из безликих.

— Да, я знаю. Мне кажется, у него большой потенциал. Не задавайте лишних вопросов, просто возьмите его на отбор, — старый демон попытался оборвать неудобные расспросы.

— Кто его родители? Как его записать? — спросили оба.

— Что вы тут развели без меня? — опять разозлился древний, — Мы создавали Академию не для того, чтобы отбирать учеников по происхождению. При мне мы смотрели, прежде всего, на талант и способности! Если вам так нужны его родители, то запиши меня. Если что — так и передай нынешнему ректору, что это мой сын. Говорю же, не надо задавать лишних вопросов, — рассердился старик.

Дед схватил Коула за руку и повёл вглубь дворца. Сначала они шли тёмными коридорами с высокими сводчатыми потолками, в какой-то момент коридоры, похожие на убранства готического храма сменились коридорами из каменных стен, без окон. Они всё время спускались вниз, всё ниже и ниже, казалось, что прямо в подземелье. Лишь факелы с одной стороны стены освещали их путь, по другую сторону было множество дверей. В самом конце коридора старик открыл последнюю дверь. Перед ними предстала маленькая комната-келья. Слева было каменное возвышение, которое служило кроватью, впереди под небольшим окном стоял маленький стол со стулом, справа в углу за дверью стоял узкий тёмный шкаф и на стене висел факел. Коул подошёл к окну, и перед ним открылся вид на бездну. Неизвестно, на какой высоте они находились, и сколько этажей с кельями там было. Все это походило на большой каменный улей.

— Располагайся. Завтра за тобой придут и отведут на испытания. Если пройдёшь, останешься жить в этой комнате на всё время обучения. Будет тяжело, но ты справишься. Я верю в тебя, — сказал дед и пошёл к двери.

— Подожди, — услышал он за спиной. — Кто ты такой, что тебя так встретили? Меня сразу насторожило то, что ты знаешь здесь все пути и дороги, — поинтересовался Коул.

— Я бывший ректор этой академии. Поговорим об этом как-нибудь в другой раз. Давай, не будем разводить долгих прощаний. Может, как-нибудь придёшь навестить через пару сотен лет, а нет так нет. Да берегут тебя Боги, сынок. — сказал не оборачиваясь старый демон и вышел за дверь.

Коул остался один. Тёмный посмотрел какое-то время в окно, затем лёг на место для сна, положил руки под голову и уставился в потолок. Сон не приходил. В нём совершенно не было страха, но множество мыслей роились в его голове. Он понимал, что жизнь его сильно менялась.

В дверь постучали, когда ещё было темно. Парень открыл дверь и увидел перед собой двух безликих, которые встретили их вчера.

— Идём. Испытания ждут тебя, — сказал один из них.

Они шли, вернее, плыли, впереди, Коул шёл за ними. Он видел, как другие безликие стучали в другие кельи и молодые тёмные также шли за ними.

Всех вывели на площадь перед центральным входом академии и построили рядами. Сами безликие выстроились по обе стороны от дверей. Перед ними стояло всего пять рядов по десять человек. Большинство молодых людей были одеты в знатные одежды. Парень явно выделялся на их фоне, хоть и стоял в последнем ряду. Некоторые перешёптывались, кто-то с любопытством рассматривал окружение. Двери отворились, и им навстречу вышел некто высокий в таком же плаще, как у безликих, но в тёмно-красном расшитом золотом. Из-под капюшона выглядывала нижняя часть старческого лица, длинные, прямые седые волосы ниспадали на грудь.

— Приветствую вас, молодые тёмные. Сегодня вы пройдёте отборочные испытания. Те, кто не пройдёт — уедут домой, если вы лишитесь жизни во время испытания, то мы не несём за это ответственности, и родители ваши об этом предупреждены. Те, кто пройдёт — удостоятся чести обучаться у нас. Обучение будет долгим и тяжёлым. Но даже по завершении, в Тёмный легион попадут не все. Уведите их на первое испытание, — ректор взмахнул костлявой когтистой рукой и удалился.

Под присмотром безликих их снова куда-то повели тёмными, каменными коридорами. За высокой, тяжёлой, резной дверью находился круглый, ограждённый манеж. Всех их загнали туда. Сами безликие выстроились на балконах, находящихся на этаж выше. Пол начал медленно опускаться и заполняться какой-то жидкой и вязкой глиной. Когда они оказались на глубине нескольких этажей, то все стояли по пояс в грязевой жиже. Сверху на самом краю снова показался ректор.

— Ваша задача — убрать конкурентов и выбраться. Приступайте. Время ограниченно, — сказал он и удалился. Все наблюдали за новобранцами, стоя на балконах. На одном из балконов расположился резной трон ректора, в котором он внимательно наблюдал за каждым из кандидатов.

В колодце началась настоящая бойня. Молодые тёмные били друг друга, лезли по стене, цеплялись за соперников, сбрасывали их со стены, и всё начиналось вновь. Коулу тоже доставалось знатно, и даже несколько раз прилетало по лицу. Вот ему удалось зацепиться за стену, и он медленно пополз вверх, тщательно выискивая выступы. Внезапно ему в ногу вцепился невысокий, кудрявый тёмный. Он был весь в глине, отчего его почти белые глаза выглядели ещё более устрашающими.

— Даже не вздумай! — закричал Коул и попытался ударить его другой ногой. Противник не отставал, пытался наносить удары. Внезапно тёмному пришла в голову мысль. Он протянул противнику руку и сказал: «Давай лучше сюда! Если не прекратишь, придётся тебя прибить, а так вместе вылезем». Белоглазый застыл, не отпуская ноги Коула. «Да, соображай же ты быстрее!» — закричал он. Тот протянул руку, демон подтянул его, и они медленно поползли вверх. Они были не первыми, кто выбрался на поверхность. Грязные и измученные, юные тёмные стояли на краю и пытались отдышаться.

— Время вышло! — громогласно произнёс ректор. На колодец опустили бетонную крышку. Коул не мог понять, кто остался там, он не успел всех запомнить, да и не пытался. К выбравшимся тёмным снова подплыл безликий и скомандовал: «За мной!»

И снова их куда-то повели. Привели в другой похожий манеж. На этот раз, после того, как они опустились на несколько этажей вниз, сверху сразу опустили бетонную плиту. Через пять минут образовавшийся потолок превратился в небо с палящим солнцем, а молодые тёмные оказались в пустыне. Их держали там три дня, без еды и воды, глина запеклась на них, всё чесалось. Многие теряли сознание. Коул при этом знал, где можно найти редкое растение, и какое из них можно употребить внутрь, чтобы избавиться от жажды и не умереть с голоду. Он знал, как можно создать тень и укрыться, так же как укрыться от ночного холода. Рыжий видел это и не отходил от него ни на шаг. Рядом с этим парнем шансы выжить значительно возрастали. Когда их подняли, то выйти смогло ещё меньше кандидатов. Еле переставляя ноги, они пошли в следующую дверь, к следующему колодцу. На этот раз их продержали три дня в снегу на морозе. Бродяжничество Коула сыграло на руку. И здесь его знания ему помогли. Он смог найти пещеру и развести в ней огонь, из веток ему пришлось соорудить подобие лука, один для себя, другой для Яна. Так они смогли пару раз добыть немного дичи и подкрепиться. Коул уже был закалён, поэтому шансы на выживание у него были выше, чем у многих других. И он справился и с этим.

В итоге осталось всего двадцать молодых тёмных. Начались годы обучения. Условия были спартанскими. До обеда им преподавали стратегию, философию, были занятия, развивающие магические навыки, после обеда до самого позднего вечера шли тяжёлые физические тренировки. Вечерами Коул в своей келье готовился к урокам. Он старался изо всех сил быть первым во всём. Он не мог подвести деда. Старик был единственным, кто верил в него, ещё и заручился за него перед всеми. Парень взрослел и добивался всё больших успехов. Белоглазый тоже прошёл отбор. На занятиях он сидел рядом, постоянно просил у него помощи, старался держаться поблизости, потому что Коул всегда мог постоять за себя, и, казалось, нет ничего, что могло быть ему не под силу. Его не любили другие ученики. Диковатый, зануда — отличник, который держался всех стороной.

По окончании учёбы Коула взяли в Тёмный легион из-за его достижений и подготовки. Ему удалось проявить себя в первом же задании и завоевать уважение Главнейшего. Ян тоже попал в легион, но задания ему практически не поступали. Карьера же Коула росла и росла. Он стал одним из любимейших воинов правителя тёмного мира. Заданий было много, большинство из них завершались успешно. Но никто не идеален, поэтому даже у него были неудачи, хоть и крайне редко. Вот и в этот раз Коулу приходилось думать, как исправить ситуацию и взять реванш.

Тёмный сел на край камня, расстегнул золотые пуговицы на чёрном косом кителе, запустил длинные пальцы в свои жгуче-чёрные волосы и провёл ими по голове. Он никак не ожидал такого поворота.

— Я понимаю, что на войне все средства хороши! Но она чуть не выдала наше существование! За это её убьют её же лицемерные соплеменники. Ты же знаешь, это карается у них и у нас. Эта неадекватная рисковала не только собой. Она даже не переродилась в этот раз, в то время как я годами разыскивал её среди смертных! Это ли не нарушение правил?!! Конечно, я не мог ожидать этого. Эти трусы не способны на такое. Что, если бы кто-то из людей смог её увидеть? Знаешь, они пытаются развиваться и иногда лезут туда, куда не следовало. Один из таких мог быть бы там, а может, даже и не один, — возмущался Коул.

— Я не понял, ты сейчас за неё переживаешь? — ехидно усмехнулся Ян. — Никто ничего не видел. Они не могли. Будь спокоен. Люди решили, что у тебя внезапно случился сердечный приступ, и ты умер на месте. Смертные поняли всё именно так. Какая жалость… молодой, красивый и богатый… вот так вот скоропостижно скончался. Прямо сенсация для местных журналюг, — улыбался Ян. Его улыбка больше походила на оскал зверя и была достаточно неприятной. — Впрочем, все интересовались тобой и искали твоего общения, пока могли поиметь с этого хоть какую-то выгоду. На похороны твоего очередного смертного тела почти никто и не пришёл. Я уже подсмотрел… из любопытства.

— Ага, за неё переживаю. Не неси чушь! Ты же знаешь, что если бы люди её увидели, равновесие было бы нарушено, и последствия могли быть непредсказуемыми. Именно поэтому, если мы выдаём себя, это наказывается у этих лицемеров и у нас. Я взбешён тем, что она могла нас выдать. Эта неадекватная понимала, что такой поступок сложно предугадать, и поступила так нарочно! Кто там из смертных меня провожал, меня не волнует… люди всегда были такими. О чём говорить, если они легко могут бросить на смертном одре даже тех, кого некогда очень любили. Меня это вообще не удивляет. Они как бродячие собаки, будут бежать к тебе, пока ты будешь бросать им хоть какую-то кость, — эмоции никак не утихали в нём.

— Да, ход был отчаянным. Но ты же знаешь, те смертные, которые нас смогли увидеть, быстро устраняются бессмертными и духами. Видимо, расчёт был, в действительности, именно на это, — спокойно рассуждал рыжий.

— Наверно, ты прав. Просто я ещё не отойду от шока. Я никак не мог этого просчитать или ожидать. Вот дрянь! — выругался Коул.

— Расслабься. Пойдём лучше напьёмся! Сходим в бар, заглянем к красоткам, оттянемся по полной. Тебе надо отвлечься и накопить силы для нового перерождения, а уже потом придумать новый план. Сколько перерождений уже вы с ней бьётесь? Выигрывает то один, то другой. Иногда противники меняются, но сильнейших выставляют биться против сильнейших, и у них будет столько битв, пока соперников не решат заменить, или один из них не найдёт способ остановить перерождение другого. Мне кажется, вы уже изрядно надоели друг другу.

— Я не считал. Но в следующий раз я должен отомстить за такую дерзость! Ты прав. Нужно непременно помочь ей с завершением перерождений. Терпеть не могу светлых, чёртовы лицемеры. Мы хоть честно говорим, что для своих целей будем использовать совершенно любые методы, что мы готовы идти по головам, а эти строят из себя святош, при этом делают всё то же самое.

Коул задумался, ему пришла в голову идея о том, что надо наведаться к своему древнему учёному деду, который спас его в детстве и дал ему жизнь воина. Помнится, тот пытался разработать оружие, которое останавливает перерождение. Вроде как, убитый этим оружием больше не сможет материализоваться в мире смертных, только если его убьют в высшем или низшем мире, и он родится в последний раз смертным, чтобы умереть окончательно. Нужно взять его в одну из следующих битв. Нужно пойти навестить одноглазого деда и узнать об этом подробнее. Тем более, что он очень давно не ходил к нему.

— Не ожидал, что она превратится в долгоиграющую проблему. Нужно устранить эту полоумную, как я неоднократно поступал с другими и периодически с ней же, но в этот раз надо сделать так, чтобы она унялась раз и навсегда, — на белом лице Коула появилась кривая, зловещая улыбка, которая пугала и завораживала одновременно.

Глава III

Коул и Ян сидели за барной стойкой и пытались напиться. Было удивительным то, что рыжему удалось вытащить своего товарища. Происходило это крайне редко. Баром служила огромная пещера с очень высокими потолками, на стенах висели огненные факелы, поэтому свет в ней был достаточно приглушённым. В помещении было множество столов, а посредине круглая сцена, на которой выступали адские музыканты.

За спинами двух тёмных кругом творилось настоящее мракобесие. Мелкие черти и духи напивались, танцевали и дрались. Музыка походила на набор скрипучих и рваных звуков, смешивалась с воплями, образуя дьявольскую какофонию. Никто не обращал внимания на представителей особых отрядов Тёмного мира, которые выделялись на фоне общей массы.

Воинов уважали и не трогали. Не трогали их не только из-за уважения, но и потому, что знали, что это может быть чреватым. Про их силу и навыки ходили легенды. Поэтому, прежде чем влезть в конфликт с демоном в форме, любой другой сто раз подумает.

Ян сидел и весело трещал ни о чём, рассказывал о том, как и кого он разыграл, вспоминал время обучения и красоток из смертного мира, которых он довёл до психиатрической больницы. Было такое ощущение, что он разговаривает сам с собой. Коул сидел молча и потягивал крепкое спиртное янтарного цвета. Он выглядел задумчивым, мысли его были где-то далеко, взгляд был направлен куда-то вдаль, будто тёмный и вовсе не присутствовал в этом месте.

Шум начинал действовать на нервы. Чувство негодования от проигрыша ещё бушевало внутри и не думало проходить. Всё, что говорил Ян, никак не интересовало Коула и проходило мимо его сознания. Алкоголь сегодня почему-то не действовал, хотелось поскорее найти решение и как можно лучше подготовить новый, надёжный план для следующей битвы.

— Я всё. Я пойду домой, — он резко встал и собрался уходить.

— Да брось! Не будь нудным! Мы ещё не ходили к ведьмам и новоприбывшим красоткам из мира смертных, которых можно помучить. Слышал, что пару дней назад, в чистилище поступили особенно симпатичные экземпляры грешниц. Кажется, смертные так называют тех, кто нарушает вселенские законы, — не переставал трещать Ян.