- -
- 100%
- +
— Ну это не столько оружие… Специальная пуля. В ней семь сердец голубей мира, семь глаз чёрных воронов и нужные травки… в прочем, думаю, сам полный состав тебе знать не обязательно, я намерен сохранить его в тайне. Смертное тело от неё умирает сразу. Даже если рана будет совсем пустяковой, потом бессмертный несколько дней будет мучиться, пытаясь выжить. И если выживет, а не распадётся, перерождение для него будет невозможным, хорошо, если не останется калекой.
— То, что надо. Ты никогда никому, кроме меня, не говорил о том, что работаешь над этим. Почему ты хочешь сохранить рецепт создания пули в секрете? Ты мог бы прославиться, и мы бы могли получить огромное преимущество перед светлыми.
— Думаешь, дед чересчур вредный? Я не хочу разглашаться об этом, чтобы сохранить наши элиты. Сам подумай, в таком случае любой идиот мог бы одержать победу, даже самый низший и никчёмный дух. Наверное… это можно назвать радением за равновесие… Ведь все наши сражения на самом деле ради него. Мы боремся со светлыми, чтобы не было перевеса в их пользу, они с нами по той же причине. Всё во Вселенной завязано на нём — на равновесии. Поэтому я не хочу разглашаться о своём изобретении, чтобы не произошёл перевес, особенно в пользу идиотов в нашем мире. Есть и другие способы прервать перерождение, и умные, сообразительные и старательные, сами могут отыскать их и докопаться до сути, приложив много усилий.
— Я тебя понял. А почему мы тогда всё время вступаем в битвы? Разве нельзя просто поделить сферы влияния в равной степени и всё, тогда и наступило бы то самое равновесие? Зачем постоянно назначать сражения?
— К сожалению, с обеих сторон всегда будут экземпляры, которые будут нарушать установленные границы. И это будет вызывать конфликт снова и снова.
— Можно же просто казнить нарушителей?
— Да, наверно, можно. Но они никогда не поверят, что мы сделаем это искренне. Взаимная неприязнь не позволит сделать этого. Всё равно будут считать, что мы специально его подослали и легко жертвуем этим преступником, якобы так было задумано. Они всегда будут подозревать нас. Наши же тоже будут так думать, если поймают светлого в нашей сфере влияния. Даже сейчас мы с тобой сомневаемся, что последнее событие не произошло с подачи всех светлых, и мы подозреваем, что это было с разрешения Высших. Так было всегда, и, к сожалению, так будет. Наше противостояние — это часть мироздания. На самом деле, без светлых мы бы не были тёмными, а они светлыми без нас. Во время нашей борьбы мы обличаем недостатки друг друга и делаем друг друга теми, кто мы есть, а смертные уже потом делают свой выбор, хотя зачастую имеют неверное представление об обеих сторонах. В их устоявшейся картине мира тёмные — это непременное зло, а светлые- пример святейшего добра. Попробуй, докажи смертному, что демон способен на добрые поступки больше чем иной светлый? И тот же светлый может оказаться редкой дрянью. Что добро, к которому они так стремятся, очень относительная вещь. Добро для одного, может быть наказанием и бедой для другого. Ах да… мы отвлеклись от твоего основного вопроса. Пуля давно готова, и я с удовольствием отдам первый экземпляр тебе. Думаю, ты этого достоин. Надеюсь, она отлично сработает.
— Спасибо, Дед. Я благодарен тебе. Правда. Всё равно у меня больше вопросов, чем ответов. Получается, что мы нарушаем равновесие ради самого же равновесия?
— Парадоксально, но выходит, что так. Это хорошо, что вопросов больше, чем ответов. Только дурак может считать, что знает всё, и не искать чего-то ещё. Ты умный малый, и ты один из немногих, кто не считает меня выжившим из ума древним отбросом. Я мог бы рассказать про то, что ты мне как сын, но сам знаешь — нам тёмным эти привязанности ни к чему. Пусть эта пуля поможет тебе достичь твоих целей.
Дед с трепетом протянул две костлявые ладони, в которых лежала пуля золотого цвета. Коул взял её, зарядил в пистолет и поклонился в знак благодарности.
— Спасибо тебе за всё. Не только за пулю, а вообще… за то, что не дал мне пропасть и превратиться в тень, за то, что помог жить нормальной жизнью.
— Ну, полно тебе. Подожди, ещё хочу тебе кое-что подарить. Это особенный порошок. Если ты сдуешь его в лицо светлому или тёмному, он не сможет рассмотреть твою метку на лбу и определить, к какому миру ты относишься, он даже не сможет тебя узнать. Это просто сотрёт тебя из его памяти.
— Спасибо. Мне он очень пригодится. Я обязательно вернусь и расскажу тебе, как всё прошло, — сказал демон, ещё раз поклонился и вышел.
Дед вздохнул, и ещё некоторое время стоял и смотрел на закрытую дверь, в которую вышел Коул. «Будь осторожен, сынок», — сказал он, повернулся и с тревогой занялся своими делами. В этот раз что-то не давало старику успокоиться и заставляло переживать за своего подопечного.
В это время Джейн шла по залитому светом, бело-голубому, хрустальному коридору. Перед входом в залу Высшего, она робко поправила складки синей накидки и длинного белого платья, провела руками по своим русым волосам. Она очень волновалась, хоть её вызывали не в первый раз. Этот раз был самым волнительным. Если кто-то узнал, каким способом она добыла победу, то её могли наказать за подверженее опасности мирового равновесия. Девушка сама понимала, что её шаг был достаточно дерзким и опасным, но Коул был очень сложным и сильным противником, каждый раз их битвы становились всё более ожесточёнными, а способы борьбы — всё более изощрёнными. Битвы с ним очень выматывали, и всё больше и больше хотелось покончить с ним раз и навсегда.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.