- -
- 100%
- +
Пролог
Предисловие автора:
Счастье, о котором мечтают и к которому стремятся все люди, – это великий миф конца двадцатого века. На самом деле наша жизнь – это череда проблем, разочарований, препятствий, предательств, боли и потерь. А счастье – всего лишь мимолетное мгновение ярких чувств и эмоций. Оно больше прибывает в будущем времени. Сама же жизнь счастливой быть не может. Всю свою жизнь мы сталкиваемся с несправедливостью, потому что весь наш мир неправилен и жесток, в нем нет счастья.
Я посвящаю эту книгу всем тем, кто пострадал от несправедливой судьбы в этом несчастном и неправильном мире.
” Если вдруг обо мне когда-нибудь напишут книгу…
… то это наверняка будет трагедия”.
Суй Исида.
Глава 1. Пища на каждый день
Провинциальный небольшой городок в глуши страны. Летний теплый вечер. Время двадцать два часа тридцать девять минут. Спальный район, застроенный пятиэтажками и панельными домами. Из-за однотипности домов создается атмосфера серости, смешанная с запахом пыли и духоты, потому что на дворе лето. В большинстве квартир горит свет, но на улицах темно, и лишь немногие ночные фонари, в которых еще не перегорели лампы, мерцают желтым светом. Фоном разносится звук проезжающих машин.
Старая иномарка припаркована в темном переулке между домами. В машине сидят двое: взрослый мужчина и мальчик. Отец и сын. Отца зовут Андрей, а сына – Лев. Сегодня они вышли на охоту.
На небе ни звезд, ни луны – все спряталось за облака. В воздухе витает запах летнего свежего дождя, который недавно прошел. Отец всегда выбирает такое время, когда пасмурно и облачно. Тогда ночь бывает особенно темной, и на улицах меньше гуляющих людей.
– А мы сегодня опять будем ловить девушек? – спросил мальчик у своего отца.
– Да, ты только так не скажи при посторонних, а то я тебя выпорю, понял? – грозно ответил отец.
Мальчик сделал виноватую гримасу и опустил голову.
– Да, хорошо.
– Если все сделаешь правильно, получишь конфетку, – добавил отец, чтобы подбодрить сына. Жили они небогато, поэтому конфеты были редкостью для мальчика. Но дело не только в деньгах. Отец попросту не любил сладкое и воспитывал сына так же.
– О, круто, – обрадовался мальчик и расплылся в улыбке.
– Пошли, – сказал отец, и они вышли из машины. Андрей подошел к дому, встал возле угла и стал выглядывать, смотря по сторонам. Мальчик остался возле машины.
Отец жестом подозвал мальчика. Лев послушно подбежал.
Для сына было очень важным выслужиться перед отцом, иначе тот мог сильно разозлиться, если ничего не получится. А мальчик очень боялся, когда отец злился.
– Вон та, – отец показал на одинокую фигуру, которая шла вдоль улицы, – девушка идет, видишь?
– Да.
– Веди ее сюда, – приказал он.
– Угу. – Мальчик махнул головой и направился к девушке.
Их принцип действий крайне прост. Мальчик изображал потерявшегося ребенка и просил девушку, чтобы та его проводила до дома. Редко кто отказывался, в основном срабатывал материнский инстинкт и из десяти девушек восемь соглашались, и мальчик отводил их к отцу в темный переулок, где отец набрасывался на жертву, оглушал молотком и засовывал в багажник. Девушки выбирались не случайные. У отца имелось предпочтение на молоденьких, худеньких и светленьких. Но бывали дни, когда охота не удавалась. Тогда выбирали из того, что было. Иногда случайные прохожие портили все своим внезапным появлением, и приходилось мальчику просто убегать от девушек. Тогда они переезжали на другое место. Нюансов было много, но они не первый год этим занимались, меняя места, районы, иногда даже выезжая за город. Отец перекрашивал машину, если в местных газетах появлялась сводка о том, что какую-то машину видели в районе, где пропала девушка. И исходя из того, что девушки пропадали бесследно и останков никто не находил, полиция упорно не хотела признавать существование серийного маньяка, орудующего в их маленьком тихом городке и похищающего исключительно девушек.
Девушка, уткнувшись взглядом на свои ноги, шла вперед. Ярко одетая, красивая девушка. Красная юбка выше колен и зелено-изумрудная рубашка. Черная маленькая сумочка через плечо. Светлые распущенные волосы ниже плеч. На вид ей лет восемнадцать.
– Наверное, идет с местной тусовки или со свидания, – подумал Андрей, наблюдающий из-за угла, облизнув губы.
Мальчику никогда не было жаль их, он был так воспитан. Отец говорил: «они просто пища, а мы – хищники».
Мальчик подошел к девушке и сделал жалобное лицо. Поднял руки на уровень груди и начал нервно перебирать пальцами. Этому его тоже научил отец. Создать жалобный вид – самая важная часть его работы.
– Эм… Здравствуйте… я…
– Да, что такое, мальчик? – спросила девушка, остановившись перед ним и вглядываясь в мальчика.
– Я… я… потерялся…
– Ты потерялся? – Девушка осмотрелась по сторонам, а затем уставилась на него немного удивленными глазами.
– Да, мне надо домой, а я… я боюсь идти один.
– А где твои родители?
– Мамы у меня нету, а папа… работает.
У девушки сразу всплыл образ брошенного ребенка-сироты. Она прониклась к нему сочувствием.
– А ты знаешь, где живешь? Улицу помнишь?
– Нет, не помню, но могу показать дом.
– А, ну тогда пойдем, я тебя провожу.
Он взял ее за руку, она немного засмущалась. Они направились в тот самый переулок, где их уже ждал отец, приготовив молоток. Все происходило быстро. Когда они проходили мимо отца, одетого во все черное и спрятавшегося вдоль стены, мальчик отвлекал ее внимание на себя. Так, чтобы она развернулась к отцу спиной, и тогда тот наносил удар по затылку. Иногда они умирали сразу и быстро, иногда ему приходилось добивать их уже по приезде домой.
– А сколько вам лет? – Мальчик остановился и легонько отдернул девушку за руку. Девушка повернулась к нему. Удар по затылку. Глухой звук удара метала о плоть. Она упала.
– Давай, быстро хватай за ноги, – произнес отец почти шепотом.
Они подняли ее и погрузили в багажник. Сели в машину и двинулись в сторону дома.
Жили они за городом. В частном доме. Шесть соток земли. Одноэтажный дом, рядом пристроенный сарай. Впереди двор. Позади дома располагались самодельная спортплощадка и огород с теплицами. Соседние дома находились довольно далеко. Даже по меркам деревни дом располагался на отшибе. Позади дома – лесополоса, впереди – поля и пустырь. Идеальное место для таких, как они. Отец загнал машину во двор и, развернувшись, сдал назад к сараю. Мальчик вышел из машины и открыл дверь в сарай, там находилась мастерская, как ее называл отец. На самом деле – пыточная, где он мучил и разделывал своих жертв. Внутри она больше походила на скотобойню. Вдоль правой стены висели разные инструменты, в основном для разделки мяса: топоры, ножи разных форм, тесаки, цепи, крюки для подвешивания мяса. Под инструментами стояли металлические клетки, куда можно поместить небольшого человека. Вдоль левой стены находился верстак – большой металлический длинный стол со всякими инструментами типа плоскогубцев, гаечных ключей или отверток, разбросанных на нем. Отец достал девушку, она была еще жива, но без сознания.
Он положил ее на металлическую кушетку, что стояла посередине сарая. Привязал ее специальными ремнями за руки и ноги.
Эту медицинскую кушетку он умудрился своровать из больницы. Андрей посмотрел на девушку, окровавленная голова не мешала ее красоте, он возбудился.
– Помоешь машину и иди в дом, спать ложись, – приказал он мальчику. Обычно Лев помогал ему разделывать жертву и в его обязанности входили уборка багажника и сарая. Влажная уборка и оттирание всех кровяных пятен. Открытие и закрытие ворот и дверей. В общем, все мелкие сопутствующие дела. Но сейчас отец хотел остаться с ней наедине. Отец остался в сарае и плотно прикрыл двери, а Лев, быстро домыв машину, отправился спать.
Глава 2. Трапеза и быт
Лето, август. А это значит, что скоро нужно будет идти в школу. Пятый класс. До этого мальчик был на домашнем обучении. Но классная руководительница из местной сельской школы, за которой был закреплен Лев, явилась к ним домой, хотя отец был против. Последние экзамены в мае Лев не сдал, по всем ним стояла оценка «два», или натянутая тройка, так как они с отцом попросту не занимались школьной программой. А Лев особо и не готовился к экзаменам. У него было полно обязанностей по дому: от огорода до тренировок. Женщина проявила инициативу и пришла к ним домой. Выяснив, что мальчик абсолютно не учится, она потребовала от отца, чтобы Лев ходил в школу. Пригрозив ему органами опеки и лишением родительских прав. Она надавила на отца и не оставила ему выбора. Хотя после этих слов чуть не разделила участь их жертв. Хорошо, что она ничего не увидела, а сарай был закрыт. Отец понимал риск, что эту женщину будут искать. Он не мог ее убить, и ему ничего не оставалось, как согласиться. С правоохранительными органами лучше не связываться и лишнего внимания к себе не привлекать – отец всегда это понимал и был осторожным. Хоть он и не признавал власть, но перспектива быть пойманным и посаженным в тюрьму его пугала. Он и так не хотел лишнего внимания, а тут женщина, угрожающая проверками, жалобами и органами опеки. Женщина была из тех, кто проявляет инициативу. Ей нравилось ее положение. Чуточку власти – и человек меняется. Так было и с ней. Она сделала пару многозначительных намеков на низкий уровень их жизни и поставила отца перед фактом. Андрей согласился, и женщина, добившись своего, ушла, сказав напоследок, что будет ждать Льва в школе первого сентября.
И вот наступил август. Все лето Лев жил с каким-то беспокойством из-за предстоящего учебного года. Иногда он задумывался между делом – а что его ждет? Но, видя негодование отца, и как он злится от одного только упоминания о школе, Лев не решался расспросить у него. Лишь пару раз отец обмолвился:
– Школа – это гадкое место, где ты теряешь время зря.
И у Льва сформировалось заведомо негативное отношение. Так и проходило лето, и с приближением учебного года отец ходил все более раздраженным, а Лев старался его не злить, балансируя на грани.
С самого утра отец был не в духе, даже недавняя удачная охота не поднимала ему настроение. Лев это чувствовал. Он заметил пару ненавидящих взглядов от отца, когда они встретились в коридоре утром. И Лев понял – сегодняшний день обещал быть плохим.
– В такие дни лучше его не злить и не попадаться ему на глаза, – повторял он себе, держа эту мысль в голове. Позавтракав, он поспешил удалиться на улицу и заняться делом.
Начал свой день, по обыкновению, с огорода. У него был целый ряд обязанностей на каждый день. Лев с утра трудился на грядках в теплицах: поливал, удобрял, окучивал, выдергивал сорняки, собирал плоды, колол дрова, точил и чистил инструмент, а также убирался в доме и в сарае. Эти обязанности возложены на него с самого детства.
Поливать нужно каждый день, а сорняки вырывать по мере их роста. Так и сегодня он начал с полива. Лето выдалось жарким, и воды уходило много. Пройдясь по всем грядкам, а их было около десяти, он осмотрел огород на наличие сорняков. Их оказалось немного, и он решил собрать созревшие плоды помидоров и огурцов, а потом заняться дровами. Так как их дом отапливался печкой на дровах и угле. Отец покупал КамАЗ дров, но их нужно было колоть и раскладывать под навес, где они хранились на зиму.
Собрав овощи, он понес их в дом на кухню.
«Сегодня будет салат к обеду», – подумал он.
Отец зашел на кухню, когда Лев ставил тазик с овощами на стол. Лицо его было заспанное и хмурое.
– Помыл? – недовольно спросил он.
– Да.
Андрей заглянул в холодильник. Лев собрался уходить, но отец спросил его:
– Как ты будешь справляться с обязанностями, когда пойдешь в школу?
– Ну, я… скоро начнется осень, за огородом уже не нужно будет ухаживать, я соберу все овощи. А дрова до школы доколю.
– А тренировки?
– Ну, я буду успевать после школы. Я ведь не весь день буду там находиться.
– Смотри мне… – пробурчал отец, стоя спиной к нему. Лев, выдержав паузу, вышел из кухни в коридор, где услышал еще одно распоряжение отца вдогонку.
– В сарае уберись! – крикнул он.
– Угу. – Лев вышел на улицу и занялся дровами.
Андрей ближе к обеду занялся готовкой. Готовкой всегда занимался отец, но Лев мыл посуду, кухонные инструменты и саму кухню. Отец был просто помешан на мясе. Он изучал разные рецепты и всегда старался приготовить что-то новенькое. В основном все блюда готовились из мяса: от стейка до тушеного мяса, приготовленного в казане. Это было не просто хобби, это был смысл его жизни. Андрей получал огромное удовольствие от готовки мяса. Для Льва обеденный перерыв был самым приятным и желанным событием дня. Он с предвкушением ждал его. И вот из кухни донесся какой-то шум. Это отец начал готовить. А потом – и вкусный запах. Лев замахнулся топором и вогнал его в здоровенный пень, на котором рубил дрова. Сегодня он переколол все поленья, что привез отец. С дровами покончено. Радостно подумав, что одна из его обязанностей закончилась, он задумался, чем будет заниматься дальше.
«Надо посмотреть, что в сарае…» – подумал он.
Лев с детства не боялся крови. Когда ему было шесть, отец уже брал его на охоту. Все, что он видел, было для него нормой. Но когда сегодня он заглянул в сарай, его впервые чуть не вырвало. Сдержав порыв тошноты, он пересилил себя и не понял, почему увиденное у него вызвало такую реакцию. Все-таки он часто такое видел. Но иногда чем старше он становился, тем больше в нем просыпалось жалости к этим девушкам. Чувство, которого он раньше не испытывал и пока что не понимал. Он стоял на пороге сарая и смотрел на расчлененную девушку, пойманную вчера ими. Несколько минут осмысливал увиденное. То, что осталось от тела, лежало на разделочном столе. Отец вытащил внутренние органы через брюшную полость. Срезал мягкие ткани с ног и рук. И лишь голова, повернутая на бок к выходу, с растрепанными волосами, запачканными кровью, пустым стеклянным взглядом и приоткрытым ртом, смотрела на него. Красивое и мертвое лицо, искаженное болезненной гримасой. Льву стало не по себе, но он поборол в себе это чувство.
– Они – пища, – повторял он себе, – всего лишь еда.
Вокруг все запачкано кровью. Ее было слишком много: на всех инструментах, на полу, на стенах. Оценив фронт работ, Лев удрученно вздохнул и принялся за уборку. Остатки тел он сжигал в бочке в конце участка. А сарай с инструментами вымывал с хлоркой. Но обычно отец убирал тела сам, а Лев занимался только уборкой, но, видимо, он вчера сильно устал. Лев выволок тело в конец участка, девушка была не большая и учитывая, что отец ее разделал, достаточно легкая, чтобы он мог ее поместить в двухсотлитровую бочку, в которой они сжигали мусор. Что он и сделал. Плеснул пол-литра бензина и поджег. А сам вернулся в сарай и принялся все отмывать.
Наконец, отец позвал на обед. Лев вымыл руки, снял фартук, в котором убирался, и отправился на кухню. На кухне отец уже накрыл на стол. Он сделал салат с помидорами, огурцами и зеленым луком, залив все это маслом. А основным блюдом были стейки. По два больших куска.
Лев сразу отложил на ужин один кусок, на обед ему хватит одного. Он сел за стол, отец уже вкушал. Лев попробовал мясо и, к удивлению, понял, что это свинина. Он многозначительно посмотрел на отца. Тот ковырялся в тарелке вилкой и ножом и, увидев его взгляд, ответил на немой вопрос:
– Завтра приготовлю, надо разнообразить.
Лев кивнул и принялся есть. Это не стало неожиданностью. Они ели любое мясо, не только молодых девушек.
Отец говорил, что если есть такое мясо часто, это может быть вредно, поэтому они, по возможности, комбинировали, если позволяли финансы. Отец экономил на всем. Даже на еде. Фрукты и овощи с огорода, мясо… Мясо они добывали на охоте и иногда покупали. Хлеба и сладостей у них никогда не было. Отец покупал конфеты лишь по праздникам. И дело было не в деньгах, отец работал сторожем. Он оплачивал коммунальные услуги и все необходимое для жизни. У него имелся даже небольшой капитал.
Нет, они неплохо жили, дом вполне обычный, хоть и старый, отец все-таки был с руками. Просто жили бедно, если смотреть со стороны и сравнивать с остальными. Не было особо никакой техники: ни телевизора, ни кондиционера. Печка – газовая, старая, сделанная еще при коммунистах. Ни электрического чайника, ни, тем более, какой-нибудь игровой приставки или кофе-машины. Ни телефона у отца или сына. Лишь холодильник. И обветшалый дом с давнишним ремонтом, поштопанными обоями и старой мебелью.
И вот они сидели друг против друга за кухонным столом. Чавкали и вкушали сочнейший стейк. Лев никогда не любил есть с отцом, да и вообще кушать в поле его зрения. Обычно он ел позже него или уходил в свою комнату, чтобы не попадаться на глаза. Потому что обычно отец заводил неприятные разговоры за столом и поучал его жизни, особенно если Лев провинился в чем-то. А если Андрей выпивал, то эти разговоры превращались в пьяные нотации. И сегодняшний день не был исключением.
– Ты убрался в сарае? – начал отец, не отрываясь от трапезы и не поднимая глаз.
– Угу, – кивнул Лев, запихивая в рот кусок стейка.
– Ты скоро в школу пойдешь.
– Да, – сказал Лев.
– Смотри, не связывайся там ни с кем. Понял? – почти прорычал он сквозь зубы.
– Да, не буду. – Лев виновато опустил голову.
– Ничему хорошему там не учат, делают из вас баранов… – начал бурчать отец, доедая салат.
Лев молчал и насторожился, отец начинал злиться.
– Никому ничего не рассказывай! Вообще не общайся ни с кем! – приказал отец, взглянув на Льва округлившимися от злости глазами.
– Я понял, не буду, – виновато пробурчал Лев.
– Ты доколол дрова? – спросил отец, вставая из-за стола.
– Да, все закончил.
– Сложи нормально их, – дал последнее наставление отец и ушел в свою комнату.
После обеда был часовой отдых, и Лев домыл сарай, а после занялся тренировкой. Тренировка у них проходила так: Лев сначала занимался физической подготовкой – приседания, подтягивания на турнике, отжимания. После шла отработка ударов на груше. Андрей в молодости занимался разными боевыми искусствами и все передал сыну. Иногда Лев спарринговался с отцом. Тот надевал лапы, и они имитировали реальный бой. Иногда вместо отработки ударов по груше отец учил его владению оружием. Лев метал ножи в мишень и отрабатывал на чучеле удары холодным оружием, от маленькой заточки до большого тесака или топора. Также была стрельба из оружия. У отца имелся свой комплект оружия, которое он насобирал за жизнь. Лев умел стрелять из пистолета и ружья.
Отец после тренировки уехал в ночную смену на работу. А вечером Лев убирался в доме и читал учебники, пытаясь догнать школьную программу. Обычно весь день проходил так. Мясо же отец сам раскладывал по местам. Что-то в погреб, который находился под сараем, что-то в холодильник, а что-то он консервировал или коптил и вялил. Охотились они обычно раз в месяц, иногда один раз в два месяца, и того количества мяса, что они добывали, хватало на двоих. Теперь же, после недавней успешной охоты, следующая будет осенью, наверное.
Глава 3. Связи
Лев встал утром, по своему обыкновению, отправился в туалет. Проходя мимо кухни, он увидел блюдо, которое стояло на столе. Это был шашлык. Из крупных кусков мяса. Украшенный всякой зеленью и грузинским соусом – аджикой. Он сразу отхватил кусок и запихал себе в рот. Вкус ему показался знакомым. Будто он знал, что это за мясо. Послышались звуки из сарая. Лев прошел туда и застал отца, разделывающего жертву. На столе у него лежал сам Лев. И тут он понял, чье это было мясо на кухне.
Лев проснулся весь мокрый. Сон был страшный, лицо все в поту, и это не от летней жары. Проснулся он рано, солнце было еще низко, и слабые желтые лучи только входили в комнату, еле-еле рассеивая ночную темноту. Он посмотрел на часы. Время пять минут пятого. Лев положил под себя покрывало, которое он использовал как одеяло летом, потому что было достаточно тепло, и постарался уснуть, не думая о кошмаре. Такие сны ему снились, но не часто.
Наверное, такие кошмары – это единственное, что ему снилось. Просто сами сновидения были редкостью.
Последняя неделя августа.
Иногда к отцу приезжали единственный человек из города, с которыми он контактировал и как-то общался. Это был глава местного оптового мясного магазина. У них огромная территория за городом в несколько гектар, и свое стадо, и мясо. Всю мясную продукцию, что они продавали, выращивали сами. У них водилась вся живность, какая только может быть, от свиней до баранов. Даже конина имелась в наличии для особых гурманов.
В его магазине закупалась половина их маленького городка, если не все. Они напрямую снабжали мясом и администрацию города, и мэра, и даже высокопоставленных членов правоохранительных органов. Разумеется, и связи у них имелись везде. И влияние, и авторитет в городе.
Главу звали Сергей Сергеевич. Высокий мужчина с седоватыми волосами и небольшим пузом. Хоть он и хорошо относился к отцу, но сам отец никогда не называл его другом. А сыну говорил, что они просто должны им, и поэтому ему иногда приходится «отдавать долги».
Вот и в этот раз Сергей Сергеевич приехал за очередной просьбой.
К воротам подъехал черный внедорожник. Лев сразу понял, кто это, и побежал к отцу позвать его. Он отдыхал после смены. Андрей вышел, они поздоровались, и он отвел его в сарай, а сыну приказал заниматься делами. Он не слышал их разговора, но понял, что будет внеочередная охота. Всегда, когда приезжал этот человек, они шли на охоту. А пойманную женщину отец не убирал в холодильник, а складывал в специальные пакеты.
Наутро отец увозил пакеты с мясом куда-то. Никогда не говоря куда.
«Только силы тратим, куда он это все отвозит?» – задавался вопросом Лев.
Сергей Сергеевич вышел из сарая первым, отец провожал его.
– Ну, сегодня я сам приеду.
– Хорошо.
– И ты это, поменяй район, ладно.
Андрей кивнул. Сергей сел в машину и уехал.
– Подготовь на сегодня все, будем охотиться, – недовольно сказал отец, провожая взглядом уезжавшую машину, а после пошел дальше отдыхать.
– Впереди долгая ночь, – добавил он, выдержав паузу.
Как обычно, Лев выполнил свою работу. Очередная девушка оказалась в багажнике. Отец вырулил из переулка, но не направился в сторону дома, а поехал на окраину города. В сторону одного заброшенного здания. Там часто собирались все алкаши, «неформалы» и «гопники». Отец припарковался рядом с забором, заросшим кустарником.
– Оставайся на стреме, я быстро. Если увидишь кого-нибудь, крикни мне.
– Угу, – с серьезным лицом Лев кивнул ему.
Отец вышел из машины и встал возле капота. Закурил и минут пять смотрел в сторону заброшки. В большом здании бывшего театра, с обвалившейся местами штукатуркой и отсутствующими дверями и окнами, мелькали силуэты и слышались голоса. Группа молодых людей употребляла алкоголь. Лев присмотрелся и понял – отец хотел взять еще одну жертву. Такое редко, но случалось, когда за ночь они брали двоих.
Андрей сорвался с места и быстрым, но тихим шагом направился в их сторону. Один из компании, будучи пьяным, отошел по нужде и зашел, качаясь, за здание. Андрей направился к нему. Лев наблюдал, как отец подошел сзади к парню, ударил его по почкам, а левой ногой – в подколенную ямку. Парень запрокинул голову от боли и рухнул на колени. Отец, резко схватив за шею, провернул ее в сторону. Послышался легкий хруст костей. Молодой парень обмяк и почти упал вперед, но отец схватил его, закинул к себе на плечо и также вернулся к машине, махнув рукой Льву, чтоб тот открыл заднюю дверь. Он запихнул парня в салон, прыгнул в машину, и они уехали домой. Андрей всю дорогу ворчал, ему никогда не нравилось возиться с парнями.