Что скрывает темнота...

Алые миндалины сощурились, как если бы темнота улыбалась, и мы двинулись дальше.

– Это прекрасно, – тихо отозвался эрсиорх, продолжая неотрывно глядеть в мое лицо.

Судя по знакомому хрусту гравия, мы вышли на аллею с глициниями. Вдалеке показались бледные огоньки. Видимо, возле замка ночные фонари все же зажигали. Я перевела дыхание, а затем и взгляд, ожидая, когда он шагнет в границу света.

Но лицо правителя так и не показалось из темноты. Потому как оно и было темнотой. В свете тусклой ночной иллюминации он весь казался сгустком непроглядного сумрака, тенью, чернее самой ночи, впитывающей свет, и даже малейшее его проявление.

Не осознавая до конца, что делаю, я медленно подняла ладонь, и легонько коснулась чужого лица. Мои пальцы, вопреки ожиданиям, не провалились в сумрак, но ощутили горячий бархат нечеловеческой кожи. Голова повернулась, и вот уже пальцев осторожно касаются такие же неправдоподобно темные губы. Я отдернула руку, и выдавила нерешительную улыбку, не в силах оторвать глаз от ответной клыкастой улыбки этого порождения ночи.

*

Нилю не спалось. Юноша уже давно мерял шагами комнату, изредка беспокойно поглядывая в окно. Черный замок давил на него своей бесконечно чудовищной громадой. Будто хитрый дракон, спрятавший драгоценное сокровище, он издевался над маленьким рыцарем, уверенный в собственном полном превосходстве.

В комнате было темно, но с улицы лился ненавязчивый свет фонарей, чуть разбавляя душный мрак. Юноша метался в одиночестве. Переливчатый храп, доносившийся из смежной комнаты, сообщал о том, что Лоррх Меар, далекий от каких-либо переживаний, безмятежно спал. Их визит на месторождение перенесся на следующий день по странной причине – стемнело в этот день необычно рано.

Конечно, по приезде они были невероятно впечатлены островом, его ухоженностью, удобством, прекрасной погодой, и отсутствием свойственного их родному острову множества обитателей. От самого берега моря и до приютившего их Черного замка тянулась аккуратная гравийная дорожка, следуя по которой, они любовались новыми для себя местами. И делали бы это с куда большим удовольствием, не упирайся в спину пристальный взгляд их бледного провожатого. И еще Тиа. Сегодня Ниль ее так и не увидел. И даже после слов местного правителя он пытался выяснить у Диррка ее местоположение. Но тот лишь просверлил его неприятными, желто-карими глазами, и насмешливо продублировал выражение о том, что она встретится с ними, как только пожелает. Значило ли это, что девушка не хотела его видеть? Или эти чудища, игравшиеся в гостеприимство, успели что-то с ней сделать? Беспокойство рвало душу на части. Конечно, будь он менее благоразумным, то мог броситься на белобрысого конвоира в попытке вырвать правду, не смотря даже на то, что тот выше и крупней, но к чему бы это привело? Ни к чему-то хорошему точно. Так что приходилось мучаться и терпеть это дурацкое положение.

По приходу в эту комнату белобрысый сообщил, что лучше им не высовываться в темное время суток, ибо небезопасно. Ниль тогда чуть не рассмеялся ему в бледное лицо. И что они сделают? Убьют их, своих гостей?

Вконец измучившись, он прильнул к окну, дабы остудить горячий лоб и увидел их. На дорожке у входа в замок в свете фонарей стояло нечто. Жуткий черный силуэт плечистого мужчины с алыми провалами глаз когтистыми лапами прижимал к себе маленькую, контрастно светлую фигурку в тонком халатике. Знакомые волосы струились вдоль его плеча с запрокинутой головы. Казалось, Тиали спала, и монстр, высвободив одну руку, осторожно вел когтистым пальцем вдоль ее обнаженной шеи.

– Нет!

Оторвавшись от стекла, он метнулся прочь.

Дверь отлетела в сторону, ее глухой стук отозвался эхом в коридоре, который затопила кромешная тьма без единого живого пятна. Но делать было нечего, вот-вот могло случиться непоправимое! Он примерно знал, как добираться до лестницы, а там были окна, и наверняка, уже не так темно. Память не обманула, через несколько десятков шагов обнаружилась долгожданная лестница. Бледные лучи, сочившиеся сквозь высокие окна, еле освещали мрачные ступени и витые кованые перила, но и этого было вполне достаточно. В детстве он часто сбегал по ночам, чтобы побродить по саду в одиночестве, выискивая самые красивые цветы. Разумеется, для нее, своего единственного друга. Там он даже подружился с молодым помощником садовника, который чуть позже постарался, чтобы букеты нашли адресата…

Но во время ответственного спуска способности, приобретенные в детстве, вдруг решили отказать ему. Коварно собравшийся в одном неудачном месте ковер привел к тому, что юноша споткнулся, и полетел вниз, и наверняка разбился бы всмятку, не подхвати его у самого пола пара сильных рук. Ниль моргнул, встряхнул головой, опомнившись от шока, и, не глядя, рванулся из чужих рук, вспомнив о цели своей ночной пробежки.

– Спасибо! – Буркнул он, пытаясь освободиться.

– Не за что, – усмехнулся обладатель печально знакомого голоса.

Ниль поднял глаза и замер, напоровшись на рубиновый взгляд, пробравший его до самых костей. Цепкие пальцы на его локтях делали ситуацию двусмысленной, и юноша не оставлял попыток избавиться от этой хватки, но неожиданный спаситель будто и не замечал этого вовсе.

– Я предупреждал вас, что ночные прогулки по замку запрещены, ибо небезопасны, – спокойно донеслось откуда-то из-под красных глаз. – Вы ослушались моего совета, и сейчас вот чуть не разбили себе лоб.

– Благодарю вас, но мне нужно идти, – напряженно прошипел Ниль, не в силах мириться с вынужденной задержкой.

– Сожалею, – возразил невидимый собеседник, – но я вынужден вынести вам предупреждение и проводить до вашей комнаты. Но в следующий раз я не буду столь любезен.

Алые провалы чуть расширились, и под ними образовался светлый полумесяц клыкастой улыбки. Ниля передернуло от этого зрелища, и с проворством кошки юноша вывернулся из собственного пиджака, оставшись в одной рубашке, и рванулся к выходу что было сил.

– Диррк, я же просил!

На пороге собственной персоной возвышался хозяин замка, гневно пламенея радужками на застывшего перед ним в замешательстве Ниля. Девушка расслабленно застыла в стальных объятьях, сонно прислонив голову к его груди.

– Что поделать, на диво юркий молодой человек! – Горячие ладони тяжело легли на плечи Ниля, фиксируя его на месте.

– Посмотри на меня! – Властно приказал правитель.

– Что вы с ней сделали?! – Смело глядя прямо в жуткие глаза Реорхарда, Ниль резко почувствовал неприятную слабость, и, не дождавшись ответа на свой вопрос, послушно обмяк в услужливо подставленные руки.