Предсказатель. Под ропот Феерии

— Не торопитесь, юноша. Будущее торопить нельзя. Я приоткрыла только одну завесу, а теперь мне открыты многие. Ох, деточка...ты можешь пойти по пути сопротивления, либо смириться. Судьба говорит, что тебе уготовано тяжкое испытание. И оно начнется совсем скоро. Возможно тогда, когда ты выйдешь из этой палатки. Возможно тогда, когда пострадают твои близкие. Запомни, что ты должна заглянуть вглубь себя и сознаться себе в самых страшных тайнах. Только приняв себя и свои чувства ты сможешь увидеть то, что действительно важно. Иначе... — непонятные знаки потухли и женщина печально посмотрела на Сильвию. Девушка не понимала: неужели гадалка хочет ещё денег?

— Иначе что? — резко спросила Сильвия, которой больше не хотелось тратить время на эту чепуху. «Зря только зашла, прорицательница даже ничего хорошего не сказала. Разве не за этим в парке развлечений стоят такие палатки?!».

Внезапно символы внутри шара снова загорелись и заметались. Гадалка резко убрала ладонь с поверхности, будто бы обожглась. Так оно и было — её ладонь страшно покраснела, но она не издала ни звука.

Секунда, две, три — символы слились в одну большую тёмно-фиолетовую дымчатую фигуру.

Внутри шара появился призрачный череп.

— Иначе ты умрёшь.

Голос старухи прозвучал не зловеще или угрожающе, нет, она сказала это будто бы с насмешкой. Сильвия разозлилась, поднялась с табурета и с презрением метнула в женщину не один десяток воображаемых пощечин. На деле же она фыркнула, взглянула на нетронутые старухой монеты и прошла к выходу.

— Пошли, Лео. Не хватало ещё слушать какую-то ерунду!

— И помни: ложные маятники могут сбить тебя с курса! Не старайся разобраться в других, начни с себя! — кричала вдогонку старуха, но Сильвия её уже не слышала. Кровь прильнула к мозгу, и уши ужасно заложило. И хотя Сильвия понимала, что старуха сморозила чушь, ей было неприятно, сердце билось так, будто гадалка приставила ей нож к горлу.

— Сильви, ты как? В порядке? — осторожно спросил Лео, будто на самом деле переживал. Но Сильвии не хотелось слушать его наигранную заботу.

— Конечно, в порядке! Эта бабка...меня просто выбесила. Я заплатила денег, чтобы она сказала что-то хорошее. А она мне смерть предсказала! Ещё и близким угрожала! Вот шарлатанка! — Лео тепло улыбнулся, и от его улыбки Сильвии стало немного легче. А потом она вспомнила, что он до сих пор не сказал ей о принятом им решении, и она снова разгорячилась.

— Понимаю, такое никому услышать не пожелаешь. Пошли уже отсюда, а? Выпьем лимонаду? — не отвечая Лео, Сильвия засеменила прочь от злосчастной палатки. Лео всё не унимался её успокаивать, но стоило им пройти к парковому складу, как Сильвии что-то показалось. Она готова была поклясться, что увидела Верховного клирика. Она увидела как он вышел со склада и даже услышала шорох его мантии, но вовремя остановила Лео рукой и встала с торца постройки. Лео не понимал, что снова нашло на Сильвию, а когда она выглянула из-за угла, последовал её примеру. На улице уже никого не было.

— Вот же демон! — выругалась Сильвия, и Лео вопросительно на неё посмотрел.

— Сильви, тебе точно нужен лимонад. Или мороженое. В общем, охладиться. Если ты этого не сделаешь, я просто закину тебя в чан с водой. Что выберешь?

В этот день Сильвии хотелось растаять каждый раз, когда Лео начинал говорить, и порубить его на части, когда он заканчивал. Как раз тогда она вспоминала о том, что Лео решил её бросить.

Выйдя в людное место, ребята набрели на школьных знакомых и отправились в кафе. Всё это время Сильвия молчала: у неё из головы никак не выходило насмешливое лицо старухи и профиль клирика. А что, если ей показалось, и это был простой рабочий? Воображение иногда может сослужить дурную службу.

— А вы были в шатре предсказательницы? — решил спросить Лео знакомых ребят. Сильвия подавилась лимонадом.

— Он разве работает? Его вычеркнули из программы фестиваля. Раньше там работала Джемма, помните? — ответила курносая Изабелла.

— Джемма? Она же красотка! — удивился Лео, но Сильвия не поняла его ремарки. Пугающая старуха никак не выходила у него из головы. — Почему раньше? Где она сейчас?

— Участвовала в параде. Гадания становятся всё меньше популярными. Люди не особо хотят знать, что их ждет или получать советы от гадалок. Я не знаю никого из Конкордо, кто бы переживал за своё будущее. — Изабелла отпила молочный коктейль из трубочки с характерным свистящим звуком.

От этих слов Сильвию пробрала дрожь. В такие моменты они с Лео обычно переглядывались, но сейчас она чувствовала, что и он её не поймёт. Спасительный звонок отца Лео привёл её хоть в какие-то чувства. С ребятами они сидели долго, болтали о всякой ерунде, хотя это ребята болтали, а Сильвия лишь слушала. Ей не было дела до пустой болтовни, пусть она и хотела бы в этот момент быть как все: ни о чём не переживать, не думать о будущем, не думать о предсказании, не думать о смерти, не думать...

— Поверить не могу, что Феерия вот-вот закончится! Столько шума, столько сил...впрочем, ничего нового. Так всегда: готовишься целую вечность ради минутного момента. А потом пшик. И остаются только воспоминания.

В другой день Сильвия бы с ним пофилософствовала, но опять же — не сегодня. Скоро всё это закончится. Все эти слащавые улыбочки, похожие на мерзких букашек, маленьких паучков, пробирались сквозь одежду в каждую складочку тела, в уши, лезли в нос и заставляли содрогаться. Этот громкий неестественный смех, который звучал хуже пресловутого будильника. И этот мерзкий зеленый, который в сумерках казался черным, казался насквозь прогнившим и мёртвым...

— Сильви, ты куда пропала? Ну потерпи еще немного.

Сильвии позвонила мама и сказала, что она может остаться смотреть фейерверк с Лео. «Да плевать я хотела на этот фейерверк» — подумала Сильвия и разозлилась на то, что Лео в этом году собственноручно зажигает фейерверки. Точнее, одну из тринадцати установок. Они поставлены в отдаленных местах и смогут осветить небо над всем Конкордо. И хотя фейерверки давно научились запускать автоматически, их всё равно запрещено продавать, а поджигать можно только во время Феерии — один раз в год.

— С какого это перепугу ты запускаешь фейерверки? Впервые об этом слышу! Я уже домой собиралась.

— Осталось чуть-чуть, этот жуткий праздник закончится, и ты снова станешь немного меньше нервной, правда ведь? — вновь спокойно произнес Лео, когда они прошли мимо охранного поста к точке запуска.

— Не забывайте о правилах безопасности. — Добавил один из постовых, передавая Лео специальную зажигалку с длинной ручкой, но Лео разбирался в этом лучше остальных, поэтому только поджал губы и кивнул.

— Как же мне надоела твоя мягкость! Ты можешь сказать «Сильви, хватит ныть, ты всех достала?!». Нет, тебе нужно быть миротворцем, какой же ты лицемер! — выпалила Сильвия, когда они остались вдвоем. На металлическом постаменте стоял огромный сероватый короб, сделанный по последнему слову техники. Внутри находился немыслимый запал фейерверков, которые запускались с отложенным стартом. Стоило поджечь фитили всего с четырёх сторон, как через пару минут прольется искрящийся дождь — на небе, в воздухе, а потом испарится.

— Я? Лицемер? — Лео начал зажигать фитили, когда увидел зеленую точку — проекцию вдалеке на площади. Это был знак, почти девять вечера. — Хочешь, чтобы я покричал? Я могу. Но не вижу смысла. Конечно, ты на что-то злишься, а на что...Если спрошу — ни за что не скажешь. Разве не так?

Сильвия молчала. Потому что это было так.

— Меня бесит, что ты пытаешься уделять мне внимание! Пошел бы с ребятами, нет, вспомнил какое-то дурацкое обещание!

Лео зажигал уже третий фитиль.

— Я не пытаюсь, Сильви. Я его тебе уделяю.

— Ах, вот оно как. Интересно, почему! — Сильвия сжала руки в кулаки. Неужели он так и не скажет правды?

— Потому что хочу! — Лео немного повысил тон и уже спускался с возвышенности, на которой стоял короб, как Сильвия закричала:

— Пытаешься успокоить свою совесть перед тем как бросишь меня здесь и свалишь в долбаную Факторию?

Лео остановился на металлической ступеньке и в отблесках фонарей стал похож на статую.

— Откуда ты знаешь?

— О, ну конечно! Это сейчас самое важное! И всё равно, что мы дружим с пелёнок, да? Пусть Сильвия остается в захолустном Конкордо!

Лео посмотрел на подругу с невыносимой жалостью, Сильви отпрянула назад. Больше всего она ненавидела, когда её жалели.

— Дело не в этом. Я не сказал тебе, потому что...

Время отложенного старта ещё не закончилось. Но что-то пошло не так: установка затарахтела. И прежде чем фейерверки начали взрываться, опомнились постовые, стоящие в метрах тридцати от ребят. Они закричали «Спускайтесь! Живо!». Но было уже поздно. Фейерверки начали лопаться как зерна кукурузы один за другим. Сильвия в ужасе закрыла глаза, да и свет о фейерверков начал её слепить. И хотя технологии давно ушли вперед, Конкордо отдавало дань традициям и использовала обычный порох, как и сотни лет назад. Лео прыгнул на длинных ногах и снёс Сильвию с нижней части площадки на асфальт. Сильвия сильно ударилась спиной и ободрала локти, Лео всё ещё лежал на ней. Послышались залпы других установок: из-за громыхания и радостных криков жителей у них обоих заложило уши. Постовые быстро установили перед площадкой защитный экран, как и было положено. Кто-то оттащил Лео и помог Сильвии подняться: в глазах рябило, голова гудела...Лео весь дрожал, Сильвия слышала какие-то обрывки фраз, а потом, сама не понимая как, оказалась в машине скорой помощи.

Она сидела, медики в зелёной форме постоянно задавали ей вопросы, но она их не слышала и не могла разобрать. Потом ей дали выпить какие-то капсулы, закапали уши, и в голове резко прояснилось.

«Создатель миров, когда это уже закончится?» — было первым, о чём она подумала.

«Что случилось с Лео?» — посетило её потом.

Лео лежал перед ней на кушетке скорой помощи животом вниз. Его спина напоминала томатный соус для пасты и на ней не было видно рубашки.

— Откуда у этого парня долбаное иронское огниво [4]? Я думал, они остались в сказках!

— Очень повезет, если выживет.

— Да тише ты! Видишь, девчонка вся дрожит? Совсем с ума сошел?

Сильвия не видела их лиц, не чувствовала боли, хотя получила сильные ушибы.

«Неужели...прорицательница была права? Неужели Лео умрёт? А потом умру и я?»...

Её трясло, а ладони, которые она держала на коленях сжатыми в кулаках стали мокрыми от бегущих слёз. В остальном же её лицо ничего не выражало.

«Пусть это закончится. Пусть окажется неправдой»...

Машина остановилась — медбрат помог Сильвии выйти, она проводила Лео на носилках взглядом последний раз...

— Сильви! Доченька! — выкрикнула мама и взяла её за руки. — Пошли скорее, тебе нужно провериться.

Мама не от ходила на неё ни на шаг и постоянно гладила по голове. Сильвии всё время хотелось убрать волосы в хвост — резинка осталась лежать на асфальте около злополучной площадки. Волосы мешались и казались ей тяжким бременем, они мешали сосредоточиться, зацепиться за кончик клубка мыслей.

Проверка состоянии Сильвии заняла не больше десяти минут. Ей обработали ссадины, дали какую-то травяную микстуру и отправили домой. Всё это время туда-сюда сновали врачи и медсёстры, которые вслух задавали неудобные вопросы: «Что произошло? Что ты видела? Откуда у твоего друга такая зажигалка?».

«Какая, демоны вас забери, зажигалка?!» — хотелось крикнуть Сильвии, но рот не открывался.

Стоя на пороге больницы перед автоматическими дверьми, Сильви не могла передвинуть ног, хотя её и подталкивала мама. Она слышала, что Лео в операционной, но не хотела бросать его здесь.

«Он хоть и собрался бросить меня...я с ним так не поступлю».

— Сильви, идём домой. Март сказал, что Лео ничего не угрожает. У него ожог спины, волосы подпалило, но он будет в порядке. Завтра мы его навестим, ладно? Нам ещё в жандармерию нужно будет зайти.

Мамин голос звучал успокаивающе, и Сильвия, мысленно извиняясь перед Лео за то, что уходит и одновременно думая, что они теперь квиты, переступила порог больницы. Проклятый фейерверк ещё гремел, и чтобы не видеть, как насмехается над ней яркое небо, Сильви смотрела себе под ноги. Сквозь залпы она слышала молитву Верховного клирика, будто он шептал её где-то совсем близко. Слова противно жужжали и не останавливались, то стихали, то становились громче и явней.

Приехав домой на такси, Сильвия, даже не приняв душ, отправилась в кровать. Бабушка помогла ей раздеться, совсем как в детстве, Катрина не проронила ни слова, а лава-лампа убаюкивающе освещала угол комнаты.

«Как хорошо, что она не зелёная» — подумала Сильви и провалилась в сон. Наконец-то сбылось то, о чём она мечтала весь этот день, и Феерия кончилась.

[4] Иронское огниво — магическая зажигалка, которой не пользуются вот уже много столетий. В неумелых руках может привезти к взрыву, но и ранее их часто использовали подпольные группировки. Поэтому такие зажигалки запретили на государственном уровне.