Отброшенная тень

Глава 66. Подготовка. Часть 2.

Спустя несколько минут Маркус уже снял свои серые доспехи, безразлично отбрасывая их в один из дальних углов комнаты. Его тело сразу же почувствовало облегчение и легкую слабость, тогда как он сам уже направлялся в другую сторону, на ходу разминая плечи и шею. Мифриловые доспехи пока подождут — он наденет их в самую последнюю очередь.

Подойдя к небольшой полке, Маркус тут же взял тонкую кожаную броню, больше похожую на хаотическое проявление таланта юного кожевенника, которым он в целом и был. Все же он самолично изготовил эту броню из кожи чудовища, который в прошлом оставил ему шрам на глазу. Эта броня получилась легче, удобнее и прочнее обычной. Хотя выглядела она не очень, зато была намного лучше всего того, что можно было достать за деньги. И сейчас она тоже сослужит ему верную службу.

Переодевшись, Маркус следом уже направился к столу, на котором лежало множество еще недописанных им бумаг. Впрочем, сейчас не они интересовали его. Наоборот, его рука лишь протянулась на верхнюю полку, на которой стояло несколько разноцветных пузырьков, которые спустя миг уже откупоренные лежали на столе.

— "Лаура сражается будто зверь. Значит, и я буду сражаться с ней как с очередным чудовищем... коим, в принципе, она и является." — Усмехнувшись, Маркус уже начал неторопливо обмакивать короткие и острые иглы в пузырьки собственноручно изготовленного им яда.

Спустя несколько минут множество игл уже были пропитаны различными смертоносными ядами и аккуратно рассортированы по кармашкам его кожаной брони. Эти яды были, без сомнения, смертельны для обычного человека, однако он не был уверен, убьют ли они Лауру. Тем не менее, он никогда и не рассчитывал только на такой вариант.

Сейчас ему в любом случае нужно использовать для подготовки все, чтобы одолеть такого грозного врага, как епископ. Именно поэтому спустя миг несколько его кинжалов также были пропитаны ядом и, следом, аккуратно расставлены по своим местам.

— "Меч Лауры наверняка из мифрила, как и мои доспехи. Проблем в том, что похожего по прочности меча у меня уже нет..." — Маркус мог лишь продолжать мрачно размышлять, то и дело обдумывая свою будущую стратегию.

Если бы он не проследил за действиями Лауры в лесу, то безусловно, пал бы в бою с ней... и, пожалуй, даже довольно быстро. Однако благодаря жертве Литессы он смог многое почерпнуть из их пусть и короткого, но без сомнения, полезного для него боя. Ее смерть не будет напрасной...

— "Даже если я буду парировать все ее атаки, мой меч не продержится долго под такими ударами." — Продолжая размышлять, Маркус вскоре подошел к нескольким мечам, лежащим в стойках, и сразу же взяв десяток, связал их толстой нитью.

Ему, вероятно, не хватит одного или двух мечей. Конечно, он бы мог нацепить на себя и четыре, но скорее всего не хватит и стольких. Не говоря уже о том, что каждый меч снизит скорость его передвижения, что может решить вопрос жизни и смерти в пылу яростной битвы. И уж тем более со столь быстрым врагом. Нет... ему придется подготовить поле боя и заманить туда епископа. Только так у него появится шанс разобраться с ней.

Маркус не спешил, подготавливая еще несколько ловушек, обильно смазывая ядом и их. Он готовился пару часов, во время которых снаружи поместья происходил самый настоящий хаос. Тем не менее, у него была совсем другая миссия. Если он не остановит Лауру, то тогда уже никто не сможет. Все же, в прямом бою он сильнейший рыцарь поместья, не говоря уже о битве в подготовленном месте, где в одиночку он сможет показать все, на что способен.

— Теперь нужно лишь подготовить место сражения с Лаурой... — Тихо пробормотав, Маркус наконец вновь встал перед черными доспехами, начиная неспешно облачаться в них.

Конечно, он не сразу будет пытаться заманить Лауру для битвы в одиночку. Отнюдь. Благодаря яду он, возможно, сможет убить ее вместе с отцом, тогда как битва один на один будет лишь вторым запасным вариантом — и местом, где он сможет показать все, чему обучался долгие годы.

_______________________________________________________________________________________

— Демиан, может стоит все же сообщить виконту и другим дворянам? Лаура как-никак нарушила множество законов королевства. — Калден говорил спокойно и непринужденно, однако в душе надеялся на положительный ответ от барона.

Если виконт и, тем более, другие дворяне встанут на их сторону, то битвы, возможно, получится избежать, а отомстить Лауре можно будет и после того, как совет лишит ее сана епископа за совершенные преступления.

Впрочем, Демиан и без его слов раздумывал над тем, чтобы обратиться к Олару за помощью в урегулировании конфликта с Лаурой. Однако вскоре он отбросил эти мысли, решая разобраться с ней самолично, а уже после доложить о ее предательстве. Он не хотел позволять ей остаться в живых, ведь она знала как о проклятии, так и убила его друзей и похитила сына. Между ними не могло быть никакого перемирия. Когда Лаура умрет, то он сможет использовать многое, в том числе ее собственное безумное письмо, чтобы оправдаться перед церковью и столицей.

— Исключено. — Вместе с этими категоричными словами Маркус в этот момент уже вышел из поместья, таща за собой все, что только может ему понадобиться, и продолжая спокойно объяснять. — Церковь очень ценит своих епископов, поэтому они не избавятся от Лауры так просто, как тебе кажется, Калден. Даже в лучшем случае конфликт будешь лишь урегулирован, но Ахерона мы уже не вернем. И даже если случится самое что ни на есть чудо и Лауру действительно лишат сана, опять же... Ахерона мы вряд ли увидим.

Если бы они были более знатным родом, то можно было бы что-то сделать, но сейчас, к сожалению, это уже невозможно. Не говоря уже о том, что пока они будут вести долгие дебаты и суды в столице, к тому времени Ахерон уже окончательно пропадет. Возможно... он уже мертв. А если нет, то время идет на секунды.

— Маркус прав... это не выход. Лучший вариант — убить Лауру, обставив все в нашу пользу. Тогда мы сможем найти выход из положения.

_______________________________________________________________________________________

Одинокий мужчина, одетый в длинную белую рясу, сейчас спокойно стоял перед несколькими золотыми фресками. В его левой руке находилась обычная на вид потрепанная книга, а в правой — деревянный потрескавшийся посох. Его губы едва шевелились, а шепот, казалось, был и вовсе не слышим. Однако, чем дольше он говорил, тем сильнее фрески будто бы оживали, показывая яркую картину, источающую невероятный и поистине ослепительный золотой свет.

Не прошло и мига, как слезы потекли из глаз мужчины, а его улыбающееся лицо лишь продолжало наблюдать за все более оживающей с каждым прошедшим мгновением фреской, показывающей первое пришествие Великой матери и Ярчайшего Света в бренный мир.

Круглый сгусток света на фреске источал величественное сияние, с каждым мгновением становясь все больше и ярче. Он начал медленно и неспешно опускаться в руки стоящей на коленях женщины, чье лицо, закрытое вуалью, было орошено умоляющими слезами. Вокруг нее, казалось, была лишь безграничная темнота, но чем ниже к ее рукам опускался золотой сгусток, тем быстрее величественный свет изгонял окружающую тьму, пока от нее не осталось ничего, кроме далекого, злобного шепота уходящего эха.

— Прошу прощения, архиепископ. У меня важные новости от епископа Литании из Игрида. — Вместе с этими словами раздался тихий стук в дверь, отчего уже спустя миг ослепительная до этого фреска тут же погасла, а вместе с ней исчез и весь золотой свет.

Зал словно вмиг потускнел, и даже множество горящих свечей не могли передать того величественного сияния, только что наполнявшего комнату. Разница была столь велика, что казалось, будто помещение на миг погрузилось в абсолютный мрак.

— Проходи, священный сын, и поведай мне. — Мягко улыбнувшись, архиепископ не спеша повернулся, окидывая взглядом своих золотых глаз входящего рыцаря.

Его глаза смотрели спокойно, однако рыцарь чувствовал невообразимое давление, исходящее от этого ослепительного взгляда. Впрочем, он не дрогнул, лишь покорно опустился на одно колено, чтобы передать терзающие его вести.

— Литания говорит, что епископ Лаура попала под могущественное проклятие... хотя и не выявила в ней его. — Рыцарь говорил уверенно, однако сомнения и колебания все равно слышались в его голосе. — Впрочем, действия епископа Лауры действительно показались мне странными. Она, можно сказать, объявила барону Демиану войну, убив парочку его рыцарей и даже похитив сына.

Чем больше рыцарь говорил, тем сильнее глаза архиепископа сияли, тогда как к концу, добрая непринужденная улыбка так и осталась на его лице. Казалось, он совсем не переживал об услышанном, лишь продолжая спокойно смотреть на своего подчиненного.

— А что думает по этому поводу епископ Йордан и ты сам? — Архиепископ спросил тихим, беззаботным шепотом, однако по его тону было невозможно понять, какие эмоции он испытывает на самом деле.

— Йордан молчит, хотя я сомневаюсь, что он ничего не заметил. Также поступило множество писем от дворян, в которых порицаются действия Лауры на балу графа Рикарда. Даже сам Рикард сообщил о жестокости и безрассудности со стороны Лауры. — Рыцарь отвечал быстро и четко, и подумав несколько мгновений о своем собственном мнении, продолжил говорить. — Я думаю стоит проверить Лауру. Может... звериная кровь вышла из-под контроля?

После слов рыцаря архиепископ молчал довольно долго, лишь вновь беззаботно уставившись на первую фреску. Она всегда притягивала его особое внимание: видеть зарождение света — поистине величайший дар, который он только мог когда-либо получить.

— Отправляйся и разузнай все. — Приняв решение, архиепископ уже следом тихо прошептал свой указ, в то время как глаза рыцаря после этих слов вспыхнули серебром, а сам он неспешно поднялся, готовый исполнить приказ. — Ты знаешь, что делать если звериная кровь и впрямь вышла из-под контроля...

— А что, если в деле действительно замешано могущественное проклятие, способное осквернить епископа? — Сомнение звучало в вопросе рыцаря, однако он не мог закрыть на это глаза.

Если слова епископа Литании окажутся истиной, то это дело станет намного серьезнее, чем он предполагал. В таком случае ему, возможно, придется действовать быстро и безжалостно, уничтожая заразу с корнем.

— Искоренить... — Одно-единственное слово сорвалось с уст архиепископа, тогда как в следующий миг его глаза уже вспыхнули золотом, устремленные на вторую фреску.

Он больше ничего не сказал, но рыцарю и не нужно было больше ничего знать. Он уже получил светоносный приказ архиепископа... и исполнит его во что бы то ни стало.

Проклятия были поистине невообразимой скверной, способной разрушать целые королевства. Если такое действительно появилось, то требовались жесткие и стремительные меры. В противном случае может оказаться уже слишком поздно.

Глава 67. Подготовка. Часть 3.

В этот момент Маркус, Демиан, Джером и несколько других рыцарей уже стояли вокруг большой карты, показывающей как Игрид, так и сами окрестности города. Недалеко находилось множество других рыцарей, то и дело проверяющих свое оружие и доспехи. Их лица были довольно мрачные, однако они не сомневались в выбранном им пути, лишь продолжая размышлять над предстоящим боем и слушать обсуждение своих командиров.

— Нам слишком не выгодно нападать на церковь лоб в лоб. — Покачав головой, Маркус уже спустя мгновение указал пальцем на равнину рядом с городом. — Нам нужно выманить Лауру и ее рыцарей, в противном случае нам гарантированно помешают, а сами мы увязнем. Не говоря уже о том, что мы спешим, и не дождемся прибытия всех наших сил, что в свою очередь уже является критическим фактором.

Маркус говорил уверенно, в то время как все остальные лишь неспешно обдумывали его слова. Впрочем, его план был уже давно готов и продуман. Лишь одна вещь не гарантировала успеха, но это все равно был лучший вариант из возможных. Оставалось лишь убедить в нем всех остальных и приступить к выполнению.

— Он прав. Если мы осадим церковь таким маленьким числом, нам, скорее всего, вставит палки в колеса не только тамошний дворянин, но и остальные проклятые церковники, осевшие в своей чертовой городской крепости. — Джером говорил спокойно, однако на его слова кивали практически все.

Путь лобовой атаки был поистине безнадежен для них. Слишком многое могло пойти не так еще только при заходе в город. Не говоря уже о штурме самой церкви, которая была построена по принципу городской крепости. Вдобавок оправдаться после нападения на святую обитель будет намного труднее, чем после обычного убийства Лауры на поле боя.

— Вы всерьез полагаете, что другие епископы со своим рыцарями останутся в стороне? — Скептически хмыкнув, Калден уже спустя миг пролез сквозь толпу к столу с картой, осматривая будущее поле боя.

— В церкви еще двое епископов, однако очень маловероятно, что они все же решат помочь Лауре. Она, очевидно, действует самостоятельно, и никто не захочет утопать вслед за ней. — Демиан говорил уверенно, ведь он лучше всех из собравшихся здесь понимал, как именно действуют епископы. — Однако если мы нападаем именно на церковь, то это будет уже совсем другой разговор. Поэтому Маркус прав: нам надо выманить Лауру на равнину во что бы то ни стало.

После слов Демиана, все тут же начали раздумывать, как именно осуществить подобное, то и дело поглядывая на карту. Некоторые рыцари, сидевшие в отдаление, начали предлагать свои варианты, однако Маркус не собирался медлить со своим собственным предложением.

— Мы должны сыграть на том, что Лаура действует яростно и порой даже необдуманно. Я знаю, как можно выманить ее из церкви. Для этого понадобится лишь одно письмо, отправленное лично ей. — Как только Маркус высказался, многие посмотрели на него с недоумением и скептицизмом, однако он был почти наверняка уверен, что это сработает.

Он хорошо понимал, что из себя представляет епископ. Ею движет лишь необъяснимая злоба, ненависть и ярость. Его план с письмом имеет почти гарантированный успех, но, к сожалению, лишь почти.

— Я примерно понимаю, что ты хочешь сделать, но мне кажется, ты переоцениваешь ее необдуманность на обычное язвительное письмо. Она все-таки остается епископом. Ты же не думаешь, что она не понимает, что именно мы здесь торопимся спасти Ахерона? — Джером усмехнулся, глядя на Маркуса и откровенно говоря, сомневаясь в подобном решении проблемы.

План его друга был неплох, но слишком рискован. Если Лаура не поддастся на уловку, то они потеряют драгоценное время. За это время расстановка сил может измениться, да и непредвиденные обстоятельства никто не отменял. Единственный плюс промедления — прибытие подкреплений, но ни Маркус, ни Демиан на это не пойдут. Ахерона нужно спасать как можно скорее.

— Думаю, я могу вам немного помочь. — Едва голос стих, как высокий мужчина с желтыми глазами неспешно вошел на территорию поместья, в то время как его спокойный голос немедля привлек к себе всеобщее внимание толпы.

Впрочем, множество рыцарей в этот момент не медлило, поднимаясь и окружая высокого мужчину со всех сторон. Не прошло и нескольких секунд, как тот уже был в плотном капкане, но так не и показал и капли волнения на своем улыбающимся лице.

— Йордан. — Демиан тут же окинул мужчину хмурым взглядом, узнавая в нем одного из трех епископов церкви Игрида. — Какие удивительные слова изливаются из твоих уст. Зачем же тебе помогать нам?

— Лаура в последнее время ведет себя довольно странно, и меня это очень сильно беспокоит. Я не против, если вы избавитесь от нее, а на ее место прибудет кто-нибудь более спокойный, и так скажем, сговорчивый. — Йордан неспешно изложил свою причину, но ни Демиан, ни Маркус не поверили ему, хмуро разглядывая епископа. — Я могу помочь вам выманить Лауру. Что вам не нравится?

После слов епископа, Демиан лишь продолжал смотреть епископу прямиком в его желтые и яркие глаза, но сомнение все равно отчетливо проскальзывало на его лице. Он не знал, чего именно добивается Йордан и какие строит планы. Но он знал, что этот епископ точно не должен желать помочь Лауре, ведь об их натянутых отношениях он знает довольно хорошо.

— Допустим, я согласен. Чего ты хочешь взамен? — Спокойно кивнув, Демиан тут же задал вопрос, дожидаясь ответа епископа. Однако на его слова, Йордан лишь с улыбкой покачал головой.

— Мне ничего не нужно, и я даже не собираюсь ей помогать. Если вы ее убьете, я просто закрою на это глаза. И даже скажу, что ничего не знал, когда начнутся разбирательства... — Йордан улыбался, зная, что от его помощи точно не откажутся.

В этом не было бы никакого смысла, да и он не лгал. Он действительно хотел избавиться от Лауры, чье поведение вызывало у него недоумение. Раньше он мог хоть как-то предугадать её действия, но теперь каждое её движение казалось хаотичным и странным. Это не нравилось не только ему одному, и если Лаура вдруг исчезнет, это будет самой настоящей благодатью.

— Пусть Лаура будет здесь к завтрашнему рассвету. — Увидев кивок Демиана, Маркус тут же взял карту и подошел к епископу, указывая пальцем на определенную точку.

Запомнив место, Йордан в ответ лишь спокойно кивнул, уже собираясь уйти. Однако даже прежде, чем он сдвинулся со своего места, Маркус уже вытащил меч, вытягивая его острием к шее епископа, тем самым практически касаясь его нежной и немного бледной кожи.

— Лаура забрала моего брата. — В голосе Маркус звучала ярость, тогда как следующие его слова не терпели отказа. — Ты не мог этого не знать, но даже не заговорил об этом. Говори, где он и что с ним.

В этот момент Йордан лишь опасливо сузил глаза, переводя взгляд на Демиана, который, впрочем, ответил таким же взглядом, что и Маркус, вынуждая епископа тяжело и немного мрачно выдохнуть. Он знал, что его спросят об этом, и это был единственный момент, где он вынужден сейчас соврать.

— Она держит его связанным во внутренних казармах своих рыцарей, но думаю с ним более-менее все хорошо. — Йордан говорил спокойно и уверенно, а его голос ни дрогнул ни на миг. — И предвещая твой ответ... я постараюсь вызволить его, когда начнется битва, но на этом все...