Отброшенная тень

Глава 70. Битва под Игридом. Часть 2.

Лаура продолжала неистово атаковать, однако, чем больше времени проходило, тем сильнее ярость закипала в ее крови. Молодой рыцарь, против которого она сейчас сражалась, заставлял ее испытывать удивление, даже сквозь текущий водопад ярости и злобы. Он словно предсказывал каждое ее движение, продолжая стабильно и четко отклонять удар за ударом. Лишь изредка, когда подворачивался момент несколько острых игл выскальзывало из его рук, нанося ей крохотные, безобидные царапины.

— Бесполезные потуги жалкого существа! — Дико смеясь, Лаура лишь продолжала неистово атаковать.

Каждый ее удар был наполнен невероятной силой и скоростью, тогда как меч, казалось, мог разрезать что угодно. Стоит поставить только один неуклюжий блок, как в следующее мгновение располовиненное тело уже будет валяться на земле в луже собственной крови. Это понимал, как Маркус, так и Демиан из-за чего каждое их движение было невероятно точечным и рассчитанным. Они не могли допустить даже единой ошибки в сражении со столь могучим противником, ведь в таком случае смерть будет практически неизбежной.

— "Неужели яд не действует...?" — Маркус продолжал поддерживать свой темп битвы, однако, чем больше времени проходило, тем сильнее мрачнело его лицо.

Прошло уже достаточно времени, чтобы яд подействовал, однако Лаура будто совсем ничего не чувствовала, продолжая свой неутомимый натиск. Даже ее дыхание не стало тяжелее, а слова, пропитанные злобой и ненавистью, то и дело без остановки слетали с ее языка.

— "Она не может быть совсем неуязвима к яду... царапин недостаточно..." — Маркус не смел останавливаться, тогда как с каждым прошедшим мгновением усталость все сильнее нагружала его тело.

Он двигался идеально, рассчитывая каждую атаку Лауры, в то время как его мысли уже продумывали следующие ходы. Однако даже прежде, чем он успел предпринять хоть что-то новое, Лаура уже стремительным рывком бросилась в сторону.

— Проверим, так же ли изворотливы твои товарищи! — Лаура оскалилась, одновременно с этим наслаждаясь происходящим и в то же время сгорая от ярости.

Она жаждала убить Маркуса и Демиана, однако те были готовы ко всему, не позволяя ей сосредоточиться на ком-то одном. Они действовали предельно точно, помогая друг другу в самые трудные моменты. Тем не менее она не собиралась и дальше играть по их правилам.

Даже прежде, чем ее слова окончательно прогремели в ушах Маркуса и Демиана, она уже бросилась прямиком на ошеломленного рыцаря, который наблюдая за стремящейся к нему тенью мог только стиснусь зубы, едва успевая подставить блок.

— Киран! Не блокируй, а уклоняйся! — Видя, что происходит, Демиан мог только неистово закричать. К сожалению... было уже слишком поздно.

Не прошло и мгновения, как меч Лауры уже неистово ударил прямиком в середину меча, мгновенно прорезаясь, как сквозь него, так и сквозь стальной доспех рыцаря. Кровь и внутренности тут же вывалились наружу, а разрубленное от плеча до живота тело уже валялось на земле в луже собственной крови.

— Киран! — Демиан и Маркус вмиг неистово закричали, бросая кинжал и иглы, однако Лаура была слишком стремительна, словно чувствуя происходящее позади.

Ее голова лишь слегка наклонилась, пропуская иглы, тогда как извернувшаяся рука следом уже поймала и летящий кинжал, который еще спустя миг со свистящим звуком пронесся по воздуху, вонзаясь прямиком в глазницу другого рыцаря.

— Сдохни! — Несколько мечей в этот момент уже неслись к Лауре, яростно ударяя по ней со всех сторон.

Она находилась практически в самом центре вражеских войск, поэтому рыцари, разъярённые смертью товарища, мгновенно бросились на нее, желая разорвать на куски.

— Нет! — Маркус проклинал в душе, ведь остальные совсем забыли, о чем он их предупреждал. Он несся вперед вместе с отцом, однако перед его глазами уже проносилась кровавая картина.

Лаура с легкостью отбивала удары множества мечей, даже принимая некоторые на свои доспехи. Вражеские атаки не могли её пошатнуть, оставляя лишь легкие царапины на броне, тогда как она в свою очередь неистовыми взмахами меча уже устроила самую настоящую мясорубку.

Блокировать её удары было невозможно, а уклониться — не под силу никому. Рыцари один за другим падали разрубленными на куски, даже не успевая осознать свою смерть. Каждый взмах её клинка превращался в безжалостный приговор, забирая одну, а то и две жизни разом.

— Мерзкая тварь! — Вместе с этими наполненными гневом словами Демиан тут же нанес яростный удар прямо по голове Лауры, желая уничтожить врага, отвлекшегося на убийство других.

Его удар был крайне быстр и, казалось, идеально рассчитан, но это относилось лишь к простым людям... епископ же была отнюдь не таковой.

Лаура лишь жестоко усмехнулась на выкрики отца и сына, чувствуя их гнев и с легкостью смещаясь в сторону. Ее взгляд с наслаждение пронесся по изувеченным и разрубленным телам, а спустя миг она уже бросилась прямиком на Демиана.

— "Как я и думал, так мы ее никогда не победим. Это чудовище со временем в одиночку всех убьет..." — Маркус бросился вперед, быстро помогая отцу отбить натиск неистового епископа. — "Я должен увести ее отсюда."

Мечи Маркуса были словно пара изворотливых змей, будто бы знающие куда бить, однако он просто не успевал закончить свои движения, вынужденный лишь блефовать из раза в раз. Лаура была слишком стремительна и сильна, а лишнее движение могло обернуться для него мгновенным поражением.

— Ты же хочешь сразиться со мной один на один? — Маркус крикнул, обращая на себя взгляд Лауры, которая лишь снисходительно усмехнулась. — У тебя есть шанс отомстить за своих рыцарей и, как там его... Алигена.

Маркус говорил вызывающе, тогда как язвительная усмешка не сходила с его лица. Ему нужно завлечь Лауру в рощу, чего бы это ни стоило, а безумная ярость последней как раз поможет в исполнении этого плана.

— Сначала он пришел такой гордый, но ты бы видела его лицо, когда я отрубил его руку. Он плакал, умоляя Великую мать спасти его, но я лишь рассмеялся, безжалостно убивая его!

Чем дольше Лаура слушала, тем сильнее ярость горела в ее сердце. Она должна была понимать, что Маркус преувеличивает: получив письмо Алигена, становилось понятно, что тот умер от ран. Тем не менее ее безрассудная ярость исключала любую возможность на размышления. Она просто хотела сломить этого выродка, смеющего насмехаться над ней!

— Ты будешь страдать! — Зарычав, словно дикий зверь, Лаура неистово бросилась на вмиг отступившего Маркуса, который стремительно отдалялся от поле боя, знаками руки показывая отцу и остальным не следовать за ним.

Демиан знал всё о плане Маркуса, однако, когда дело дошло до этого момента, его поступь не могла ни дрогнуть. Он хотел броситься вслед за сыном, но понимал, что в таком случае лишь помешает и испортит весь план.

— "Я верю в тебя, Маркус!" — Стиснув зубы, Демиан мог лишь развернуться и броситься в другую битву, где смерть и кровь не переставали смешиваться в безумной какофонии.

_______________________________________________________________________________________

— Ну и устроили же они... — Йордан тихо усмехнулся, стоя на дереве в черной накидке и маске, расслабленно наблюдая за проходящим вдалеке боем.

Уголки его губ были слегка приподняты, показывая хорошее настроение, однако глаза почти не сходили с отдаляющихся силуэтов Маркуса и Лауры. Происходящее заставляло его кровь бурлить, однако он вынужден был подавить это чувство, переводя взгляд на силуэт, стоящий недалеко от него.

— Архиепископ, скорее всего, уже отправил одного из своих рыцарей разобраться во всём, так что у нас не так уж и много времени. — Литания говорила спокойно, но тем не менее в ее словах проскальзывали нотки страха, а лицо не могло не помрачнеть.

Едва в её воспоминаниях всплывали могучие силуэты личных рыцарей архиепископа, как ее лицо бледнело еще сильнее прежнего, наполняясь затаенным ужасом.

— Мы успеем все подчистить за собой, так что нам не о чем переживать. — Йордан беззаботно усмехнулся, однако из-за слов Литании его настроение все равно ухудшилось. — Я пойду за теми двоими... уж очень интересно посмотреть за боем.

Как только Йордан закончил говорить, он стремительно бросился вслед за Лаурой и Маркусом, передвигаясь тихо и незаметно. Однако он не смел подбираться слишком близко, опасаясь, что его могут заметить. Тем не менее он все равно сможет насладиться «хорошим шоу», даже наблюдая за ним издалека.

Глава 71. Битва под Игридом. Часть 3.

Маркус стремительно мчался сквозь лесную чащу, с каждым своим шагом словно предугадывая неистовые выпады Лауры и уклоняясь от каждого смертоносного удара. Он должен попасть в подготовленную им рощу как можно скорее, ведь только там у него есть возможность победить этого монструозного врага. Однако чем дольше продолжалась эта неудержимая битва, тем мрачнее он становился.

В этот момент ярость все сильнее овладевала сердцем Лауры, ведь даже с превосходящей скоростью она до сих пор не могла сразить своего врага. Спустя очередной промах из ее рта раздался безумный визг, больше похожий то ли на утробное рычание, то ли на какофонию ужасающих звуков, а скорость, с которой та двигалась, стала еще быстрее.

— "Что за бред...?" — Вместе с этой мыслью Маркус резко сместился в сторону, предугадывая стремительный удар Лауры и едва успевая уклониться. Однако даже так несколько прядей черных волос уже опали с его головы...

Он просто-напросто не успевал уклониться полностью, даже с учетом того, что просчитывал каждое движение своего неутомимого врага. Не говоря уже о том, что та умудрилась стать еще быстрее прямо во время их сражения, полностью ошеломляя его подобной, казалось, невозможной ситуацией.

— Умри! Просто сдохни!! Сдохни, сдохни, сдохни!!! — Лаура безумно визжала, стремительно направляясь вслед за Маркусом, в то время как необъяснимая ярость кипела в ее душе, словно бы придавая ей еще больше сил.

Каждый ее удар либо разрывал дерево на куски, либо разрезал его на части, словно раскаленный нож, проходящий сквозь масло. Ничто не могло остановить ее... лишь ненадолго замедлить или отклонить атаку. Если бы не подготовка и знание способностей своего врага, молодой рыцарь уже давно бы пал бесславной смертью.

Маркус мрачнел все сильнее с каждой секундой, быстро приближаясь к нужному ему месту. Сейчас он был еще менее уверен в своей победе, но никак не мог отступить. Он не переставал с каждой секундой рассчитывать сражение, начав делать это еще в лесу, когда ступал по следам, и продолжая делать это даже сейчас. По его подсчетам, шансы на его победу редели с каждым мгновением, но не единый мускул не дрогнул на его спокойном лице.

— "Мирейн... Литесса..." — Лица погибших вдруг мимолетно промелькнули перед глазами Маркуса, однако они не были искажены в агонии... нет... они лишь ярко улыбались ему, словно одаривая своей бесконечной поддержкой. — "Надеюсь вы сможете увидеть, как я убиваю очередное чудовище..."

Маркус рассмеялся, в то время как спустя миг его нога наконец переступила невидимую черту. Его движения вмиг изменились, превращаясь в хаотическую поступь, ступающую лишь по определенным, ранее отмеченным им траекториям.

— Долго ты еще собираешься бежать?! — Лаура неистово закричала, безумно мчась вслед за Маркусом.

Она видела, как движения молодого рыцаря изменились, однако не придала этому никакого значения, лишь продолжая свою безумную тираду гневных слов и яростных ударов.

— Мы уже пришли... — Рассмеявшись, Маркус тут же оскалился, в то время как до его ушей уже донесся звук срабатываемых ловушек и гневного вскрика. — Это место станет твой могилой, чудовище!

В следующее мгновение нога Лауры уже угодила в особый капкан, установленный Маркусом. Это заставило её прервать cвою стремительную поступь и взглянуть вниз, на лодыжку, где по надетому доспеху уже расползалась сеть тонких трещин.

— Ловушка? — Видя произошедшее, Лаура дико рассмеялась, бросая презрительный взгляд в спину молодого рыцаря. — Ты даже не имеешь права называть себя рыцарем, ничтожество!

Маркус пропустил слова Лауры мимо ушей и резко развернулся. В его руках уже была новая пара мечей, которыми он в то же мгновение начал неистовый танец, обрушиваясь на обездвиженного врага шквалом безжалостных атак.

Удары посыпались с невероятной скоростью и изменчивостью, однако Лаура, даже не обращая внимания на капкан, продолжала яростно напирать. Произошедшее лишь доставило ей небольшой дискомфорт, напитав еще большей яростью и злобой.

— Ты сдохнешь здесь... в одиночестве, окутанный землей и страданиями, прямо как твой младший брат! — Лаура смеялась, продолжая наступать, однако Маркус не обращал внимания на ее слова.

Ему никак нельзя было отвлекаться и тем более поддаться наитию эмоций, как Лауре. Если последняя могла сражаться бездумно, то он должен сохранять холодный рассудок, ведь только так у него появится шанс победить. Победа — без единой ошибки!

Очередной звук срабатывающего капкана... как уже другая нога Лауры, оказалась с силой зажата, а ее движения приостановились еще сильнее. Она лишь усмехнулась, делая очередной шаг, однако ее лицо не могло не наполниться удивлением и шоком, когда ведущая нога вдруг провалилась под землю до самого бедра.

— Попалась! — Уголки губ Маркуса слегка приподнялись, а сам он не смел медлить даже мгновения, стремительно напирая на обескураженную Лауру.

Его мечи словно танцевали, тогда как нынешнее положение противника позволяло ему атаковать, используя всю свою силу и навыки. Шквал ударов летел непрерывно, в то время как все большее количество рваных ран появлялось на открытом лице Лауры, и даже ее доспехи покрывались множественными царапинами из-за отклоненных клинков.

Даже со своей тиранической скоростью, она едва успевала блокировать такой шквал атак, пытаясь безуспешно выбраться из ловушки. Она чувствовала, как стальные стержни намертво вцепились в ее ногу, которая с легкостью проскользнула внутрь, но уже не желала выходить обратно. Это заставляло ее кровь кипеть от ярости и негодования...

— ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! — Неистово закричав после очередной раны, Лаура внезапно метнула свой меч прямиком в сторону молодого рыцаря, который с трудом уклонился от столь пусть и безрассудной, но опасной атаки. Ему пришлось буквально упасть назад, чтобы не быть безжалостно пронзенным в грудь...

Впрочем, глядя на пролетающий над ним меч епископа, глаза Маркуса не могли не заискриться, отчего уже спустя миг он стремительно бросился в сторону выброшенного клинка. Он даже не обращал внимания на Лауру, которая в этот момент, уперевшись руками в землю, с резким рывком и криком вылетела из земли.

— Да как посмел... такой как ты...? — Посмотрев на свою левую изрезанную ногу, на которой уже не осталось никакой защиты, Лаура могла лишь зверски оскалиться.

Лоскуты мяса и кожи свисали с нее, а кровь обильно лилась, однако она словно не чувствовала боли — лишь еще большую ярость и злобу за то, что ее посмело ранить какое-то ничтожество...

— Значит ты все-таки можешь истекать кровью, как самое обычное чудовище! — Усмехнувшись, Маркус вновь бросился вперед, а в его правой руке уже было то, что поможет ему еще сильнее перевернуть исход боя.

Он с самого начала планировал как-то отобрать меч епископа, но кто бы мог подумать, что эта безумная сука сама выбросит его, тем самым преподнося свое оружие ему на блюдечке. И пусть из-за погони за мечом он упустил возможность атаковать, это всё равно стоило того.

Лаура безумно посмотрела на Маркуса, стремительно хватая воткнутый неподалеку меч и неистова бросаясь на последнего, даже не обращая внимания на свою изувеченную ногу. Она словно совсем ничего не чувствовала и даже ее движения едва замедлились из-за раны, отчего молодой рыцарь в очередной раз не мог не поразиться её стойкости.

— "Теперь яд просто не может не подействовать." — Маркус продолжал отступать, но от его внимательного взгляда не ускользнула нарастающая вялость движений епископа.

Он чувствовал, как она начинает слабеть с каждым мгновением и с каждой пролитой каплей крови, тогда как множество ловушек, расставленных здесь, напоминали паутину, которую сплел паук, чтобы не дать вырваться своей жертве.

Лаура неслась вперед, продолжая напирать, но на этот раз была осторожнее, ступая аккуратнее и готовая в любой момент уклониться. Однако даже так на её теле всё чаще появлялись новые раны. Новый меч Маркуса атаковал безжалостно и дико, с трудом, но тем не менее разрезая ужасно прочные доспехи епископа. И конечно... яд наконец принес свои плоды.

— Непр...ости...тельно... — Лаура тяжело дышала, на миг останавливаясь и изрыгая поток черной крови из своего рта.

Она чувствовала, как яд все сильнее проникает в ее кровь, заставляя ту скручиваться и гнить, парализуя как конечности, так и органы. С каждым мгновением она чувствовала, как стоящий перед ней рыцарь загоняет ее в смертельную ловушку, однако она не чувствовала страха... лишь еще большую злобу и ненависть, что будто бы без конца продолжала подпитывать ее!

Глава 72. Битва под Игридом. Часть 4.

Маркус в этот момент не давал изрыгающей кровь Лауре даже мгновения передышки, неистово бросаясь вперед и заваливая ее шквалом безжалостных ударов, заставляя своего, казалось, неутомимого врага впервые за весь бой отступать. Ее рука, держащая клинок, дрожала от усталости и конвульсий, тогда как меч, блокирующий удары вскоре так и вовсе разлетелся на две части, оставаясь в руках епископа лишь одинокой рукоятью со сломанным лезвием.

— Это тебе за Мирейна, моего наставника, которого ты осмелилась подло убить! — Гневно закричав, Маркус наконец подобрал подходящий момент, в следующее же мгновение стремительно пронзая насквозь ногу Лауры, проходя прямиком через трещины в ее доспехе.

Тем не менее, невзирая на брызжущую повсюду кровь, сломанный клинок Лауры уже яростно летел навстречу врагу. Однако Маркус не смел медлить: оставив меч в ноге епископа, он стремительно отпрянул назад. Лезвие лишь вскользь задело его, оставляя глубокую царапину на доспехе и следом... беспомощно разлетаясь на множественные осколки. Свирепый оскал тут же исказил благородные черты лица молодого рыцаря, в то время как он сам уже в очередной раз схватил воткнутый неподалеку меч, стремительно бросаясь обратной в бой.

— Это тебе за Литессу, моего верного товарища и подругу! — Уголки губ Маркуса слегка приподнялись, и даже его голос подрагивал от волнения. C каждой пролитой каплей крови врага, его глаза не переставали искриться все сильнее. Сегодня он, наконец, отомстит за своих друзей...

Очередной удар меча... и очередной меч в его левой руке уже безжалостно пронзил насквозь кисть епископа. Он не медлил, вновь оставляя клинок и подбирая следующий. Он не торопился, отнюдь, лишь продолжал неспешно загонять ослабевшее чудовище в свои сети.

Спустя несколько мгновений Маркус вновь бросился вперед. Он наседал множественными ударами по ошеломленной Лауре, способной лишь с трудом блокировать удары и медленно отступать назад. Пока молодой рыцарь вновь брал меч, она уже вытащила клинки из своих конечностей, отчего еще больше пролитой крови заставляло ее беспомощно искать пути отхода. Со всего ее тела брызгала черная кровь, а предсмертная пелена перед глазами становилось только гуще, с каждым пропущенным ею ударом. Казалось, она уже чувствовала пришествие смерти...

Маркус в этот момент уже чувствовал, как близка победа, чувствовал, как отмщение практически состоялось... словно чувствовал невидимые взгляды Литессы и Мирейна за своей спиной... взгляды всех тех, кто пал и еще падет в этой битве!

— А это тебе за страдания и боль моего брата! — Яростно закричав, Маркус уже в следующий миг направил ведущий клинок прямиком в сердце неподвижно стоящей Лауры. — И за всех тех, чью жизнь ты забрала этим мечом!!!

Лаура в этот момент находилась на последнем издыхании, и лишь конвульсии, проходящие по всему ее телу, давали понять, что жизнь все еще теплится в ее теле. Тем не менее ведущий клинок Маркуса уже был поистине неумолим, легко пронзая множественные трещины ее доспеха и вонзаясь той прямиком в грудь!

Маркус улыбнулся, едва клинок пронзил сердце его врага, однако едва он успел насладиться долгожданной победой, как ужасающая улыбка Лауры вдруг растянулась на ее лице от уха до уха, обнажая чудовищную пасть, полную острых зубов.

— СЕЙЧАС Я — ВЕЛИКАЯ МАТЬ! — Маркус на миг остолбенел, пораженный видом преображенной Лауры. Однако её челюсти уже в ту же секунду безжалостно сомкнулись на его правой руке, мгновенно сминая доспех... а вместе с ним плоть и кости.