Аллоген. Книга пятая. Начало

Глава 5

I

– Долго ты ко мне добирался, – услышал у себя в сознании Алексич.

Виктор открыл глаза и обнаружил, что он вне своего корабля и летит абсолютно один сквозь серебристый туман. Причем летит он вверх, вниз или в бок, сориентироваться Алексич не смог. Тела у него не было, но он прекрасно понимал, что это он – Алексич Виктор Антонович.

– Так вот, что после смерти! – подумал про себя он.

– Это не смерть, – опять услышал Виктор из ниоткуда голос. – Ты всего лишь в другом пространственном измерении, в котором твоя физическая оболочка существовать не может.

– Кто это? – послал вопрос в туман Алексич.

Серебристое марево слегка зашевелилось и сформировалось в четкий силуэт… дельфина, покрытого крупной серебристой чешуей.

– Так твоему сознанию будет доступней воспринимать мое присутствие, – послышался мягкий голос.

– Где я?

– В моем сознании.

– Ты илилиф?

– Да… Но это неважно.

– А что важно?

– Суть твоего существования, – услышал Виктор ответ.

– Да, да, я помню, что ты мне говорил, когда находился в теле селментской девочки.

– Это был не я, – опроверг догадки Алексича о том, кто перед ним, илилиф.

– Ничего не понимаю.

– Это был «Странник», который открыл для моей сущности Источник. Так случилось потому, что ты в свое время, находясь в своем времени и на своей планете, изменил ход возможных событий.

– И сколько вас таких «Странников»?

– Ты задал неправильный вопрос, потому что это неважно. Важно сможешь ли ты выполнить свое предназначение.

– Я не знаю, как найти детей Юры, – закричал Алексич. – Я понятия не имею где их искать и тем более не представляю, как найти тех, кто мне дорог. Время, проведенное мною с мирофеасцами, было потрачено впустую.

– Девочку ты уже нашел, – огорошил Виктор илилиф. – Она уже с тобой.

– Илана… Дочь Юры?

– Она носитель Источника. Именно от нее зависит дальнейшая судьба существования всего сущего.

– А как же вторая девочка? Ты… Тот Аллоген мне сказал, что необходимо найти двух девочек.

– Ее сестра погибла еще в младенчестве. Ее эон не влился в плерому, а соединился с эоном Иланы. Теперь в ее теле две сущности, между которыми идет борьба. В зависимости от того, какая сущность займет главенствующую роль и зависит, прекратит ли существование твоя Вселенная или пойдет по другому витку развития.

– Я не понимаю.

– У нас мало времени. Я не могу больше удерживать твое сознание в этом измерении, иначе ты навсегда останешься тут. Я открою для тебя временной портал и выведу тебя к носителю анкха. Этот артефакт в симбиозе с атлем – проводником потока, который ты благоразумно передал последнему хранителю знаний, сможет преобразовывать пространство и время. Используя их, ты сможешь найти остальных своих друзей, которых разбросало в разных временных отрезках на твоей планете. Но помни, что ресурсы артефактов ограничены. Используй их возможности рационально. Не ищи того… другая миссия… иначе…

Поток информации в сознании Виктора прервался и пространство вокруг него начало меняться. Серебристый туман окрасился в черный цвет и, паривший перед ним, илилиф исчез.

– Я не знаю, что делать… – успел крикнуть Алексич, прежде чем его сознание затянуло в черную воронку временного потока.

– Она должна стать человеком, – донесся откуда-то издалека до него голос илилифа…

II

– А…а…а… – кричала Илана, когда Виктор вернулся и открыл глаза.

«Калоша» вынырнула из перистых облаков и устремилась к поверхности, раскинувшейся под ними планеты.

Виктор схватился за манипуляторы и запустил маневровые двигатели, пытаясь сбросить скорость корабля. «Калоша» несколько раз всем корпусом вздрогнула и, несколько раз перевернувшись вокруг своей оси, вошла в управляемый полет.

Алексич активировал режим невидимости и остановил корабль, зависнув в воздухе.

– Неужели мы… – сам себе задал вопрос Виктор, осматриваясь по сторонам.

Под ними простирался до самого горизонта зеленый лес, а в небе приветливо светилось солнце.

– Где мы? – дрожащим голосом спросила Илана.

Виктор впился глазами в показания консоли и через несколько секунд ответил:

– Мы на Земле… Только… Только… В другом времени.

– Я не слышала про такую планету, – испуганно пискнула девочка. – Я домой хочу.

– Это и есть дом, – улыбнулся Алексич. – Это планета людей.

– Я чувствую незнакомый мне мощный источник энергии, – подал голос, свернувшийся в ногах у Иланы, Мекатл.

Только сейчас Виктор обратил внимание, что изумрудные глаза дракона испускают синеватое свечение. Догадавшись в чем дело, он запустил сканирование окрестностей. Через несколько минут его сердце радостно забилось, когда консоль вывела координаты местонахождения необходимого ему объекта.

– Неужели я ее нашел? – прошептал Алексич и направил корабль к искомой точке.

Через несколько секунд полета полотно дремучего леса сменилось на пейзаж огромного, перерезанного артерией небольшой речушки пополам, желтого поля, на окраине которого примостилось трехэтажное каменное строение, возле которого копошилось несколько десятков людей. По показаниям сканера источник находился недалеко от кромки леса, на небольшом островке посреди речки.

Поначалу Виктор хотел посадить корабль прямо на островке, но параметры «Калоши» намного превосходили площадь суши, поэтому он опустил корабль в лесу на огромной просеке расположенной в километре от своей цели.

– Ждите меня здесь и никуда из корабля не выходите, – бросил он на ходу девочке и мирофеасцу, прихватив с собой, на всякий случай, аджагаву.

Когда шлюз корабля открылся, ему в голову ударил, давно забытый, дурманящий запах лесных трав. Несколько раз глубоко вдохнув, Виктор активировал на поясе индивидуальный силовой барьер и поспешил к видневшемуся сквозь деревья просвету.

Выскочив из леса и в несколько гребков преодолев речушку, Алексич выбрался на берег и застыл…

Посреди островка высился огромный дуб, в тени которого лежали расстеленные скатерти со всевозможными яствами. Возле них суетился плюгавый мужичонка в лаптях, холщовых синих штанах и заплатанной белой рубахе. Ему помогала девочка лет пяти в красном сарафане с огромной косой до пояса. Она первая увидела Алексича и от испуга выронила из рук на землю каравай хлеба.

– Дура криворукая, – выругался мужичок и, подняв глаза на Алексича, застыл с открытым ртом.

– Настет! – что есть мочи крикнул Виктор.

– А…а…а… – закричал мужичок и кинулся через рожь в сторону каменного строения.

– Родион, постой, – услышал у себя за спиной, сопровождаемый звоном металла, знакомый голос Алексич.

Мужичок на секунду остановился и, обернувшись, еще шире открыл рот.

Крик его прервался, а портки поменяли цвет.

– Аринка, беги, – крикнул мужик и задал стрекача.

Догадываясь, кто у него за спиной, Виктор обернулся…

Перед ним, широко раскрыв пасть и высунув наружу язык, сидел Падлантает.

Кот сильно отощал. Его когда-то лоснящаяся шерсть теперь висела жалкими клоками, а по бокам просматривались ребра.

– Я так тебя рад видеть, – заговорил на ошейнике дамару кота. – Что стал? Может, снимешь с меня эту железку?

Только сейчас Алексич рассмотрел, что кот прикован задней правой лапой к цепи, обвязанной вокруг ствола дуба. Он снял с пояса аджагаву и выстрелом рассек цепь в метре от лапы Падлатаета.

Освобожденный кот встал на задние лапы и, положив передние лапы Виктору на плечи, лизнул его вонючим языком в лицо. Затем подбежал, к разглядывавшей во все глаза Алексича, девочке и лизнул ее в лицо тоже.

– Скажешь отцу и барину, что из леса вышел цыган и меня украл, – сказал кот девочке.

Та утвердительно кивнула головой и тихонечко заплакала. Кот лизнул девочку еще раз и прыгнул к скатерти с едой.

– Что стал? – повернулся Падлантает к Виктору. – У Осипа Ганнибала людишек много, а шальных тем более. Сейчас набегут – мало не покажется. Бери жратву и бежим.

– Чего бежать? – в расстроенных чувствах из-за того, что вместо Настет он нашел кота, спросил Алексич.

– Ты когда-нибудь цепом по голове получал? – ощерился кот. – Нет? А я получал. Это очень больно. Заворачивай скатерть и побежали.

Видя, что Виктор находится в ступоре, Падлантает схватил в зубы с середины стола копченого поросенка и в три укуса его проглотил, отчего его и так вялые усы намокли от жира и плотно прилипли к нижней челюсти. Затем он схватил огромный окорок и вопросительно уставился на Алексича.

Выйдя из прострации, Виктор свернул за концы ближайшую к нему скатерть с едой, отчего фаянсовые тарелки пронзительно звякнули об серебряные вилки, и завязал края на узел. Пока он это делал, кот сожрал окорок и успел перепрыгнуть на другую сторону речушки.

Алексич взвалил тюк с едой к себе за плечо и зашел в воду.

Загребать одной рукой было неудобно, к тому же увесистый тюк тянул его под воду, но скоро он нащупал ногами дно и выбрался на другую сторону. Хвост кота уже мелькал среди деревьев, а позади, слышались людские крики и редкие ружейные выстрелы. Виктор обернулся и поднял руку вверх в ответ машущей им в след девочке, которая осталась стоять под дубом.

Когда они добрались до корабля, Илана весело прыгала по пенькам и задорно смеялась, потому что Мекатл, летая вокруг нее, щекотал ее лицо своими усами.

– Что это за червяк? – спросил наблюдавший из кустов за этой сценой, кот.

– Некогда объяснять, – согнувшись под тяжестью провизии, ответил Алексич. – Быстро на корабль, – крикнул он на девочку и мирофеасца и поспешил в пилотный отсек.

Как только корабль стал невидимым и взмыл в небо, как на просеку с яростным лаем выскочила свора собак.

III

– Мяу…р…р, – заворчал утробно кот, как только Мекатл, заинтересованно подняв вверх усы, попробовал понюхать огромного запеченного осетра.

Они уже полчаса висели на орбите Земли и все это время Падлантает, не обращая внимания на присутствующих, поедал прихваченную ими провизию.

– Может, оставишь и нам что-нибудь? – спросил Алексич, оторвавшись от консоли.

Все это время он сканировал солнечную систему, пытаясь определить место открытия временного портала, через который они попали на Землю, однако его попытки не увенчались успехом.

Все это время Илана с неподдельным восторгом смотрела на кота и грызла ногти.

– Это, какой-то ущербный саламекс? – наконец спросила девочка тихонько у Алексича.

– Я не ущербный, а уникальный индивид, – обижено произнес дамару Падлантаета.

– Имей совесть. Дай и другим перекусить, – потребовал Виктор.

– Извините. Не жрал давно, – произнес кот и, облизнувшись, тяжело раскачивая раздувшимся брюхом, отошел в угол пилотного отсека, где принялся мыть лапой довольную морду.

Алексич поднялся с кресла и подошел к скатерти. Только теперь он заметил, что от запахов, витавших по кораблю, у него полный рот голодной слюны.

Тут были остатки буженины, два вида колбас, маринованные грибы, квашенная капуста, печеный карп, остатки осетра, сало, зеленый лук, жареные перепела, соленые огурцы, расстегаи, клубника, смородина, а главное – хлеб. Что-то было еще, но оно перемешалось с красной и черной икрой и теперь разобрать, что это представляло собой раньше, было не возможно.

– Попробуй. Это вкусно, – протянул Виктор девочке ломоть сала с хлебом.

Та с опаской взяла в руки угощение, сперва его понюхала, а затем откусила маленький кусочек.

– Вкуснотища, – вынесла свой вердикт Илана, проглотив пищу и заинтересованно уставилась на соленый огурец.

– Это ыгл? – спросила она.

– Нет. Это огурец. Он намного вкуснее ыгла, – пояснил Алексич.

Девочка откусила кусочек огурца, посмаковала его и положила обратно.

– Ыглы вкуснее, – сообщила Илана и принялась наблюдать за тем, что ест Виктор.

Мекатл в этот момент, опасливо поглядывая на кота, который к этому времени дошел до мытья своего «хозяйства», схватил одного перепела и мигом его сжевал.

Падлантает отвлекся от своего занятия на хруст костей в пасти дракона и, отрыгнув спутанный клубок шерсти, спросил у Алексича:

– Чей это ребенок я уже знаю. А это что за животинушка такая?

Рябой дракон испуганно вскинул голову, схватил еще одного перепела и взмыл под потолок отсека.

– Это… мирофеасец, – ответил с набитым ртом Виктор. – Он… последний… хранитель… Лучше расскажи, как ты… тут…

– Плохо… Уже пять лет тут маюсь, – развалившись в кресле пилота и вальяжно помахивая хвостом, начал свой рассказ кот. – Когда Юра попытался нас перенести в безопасное место с борта «Катарсиса», я, подозреваю что, как и остальные члены нашей команды, оказался на Земле. Когда я понял, что попал в другой временной отрезок – было уже поздно. Первый человек, которого я повстречал, оказался идиотом… Он продал меня в цирк. Вернее хотел продать… Сначала ему не верили, что я не только понимаю человеческую речь, но и сам могу передавать свои мысли через дамару, и поэтому побили. Когда же я заговорил с хозяином цирка, меня запихнули в клетку, а того простофилю зарезали кинжалом и сбросили в колодец. С тех пор я два года колесил в клетке и веселил герадамасов, копируя рычание тигров и лай собак… Отвратительные создания, – отвлекся от повествования кот, содрогнувшись всем телом. – Потом меня украли цыгане и через год продали Осипу Ганнибалу, который ради развлечения посадил меня на цепь возле дерева. Когда было холодно я жил на конюшне, а летом сидел возле дерева, развлекая во время пиршеств гостей барина. Так как я счел благоразумным больше не подавать виду, что могу общаться через дамару, то, в основном, веселил людей тем, что научился воспроизводить своими голосовыми связками одно слово.

Кот задрал к верху голову с хвостом и, широко раскрыв пасть, истошно заорал: «Мя…я…Мяя…сса… Мяса».

От неожиданности Виктор закашлялся, подавившись расстегаем. Опустившийся было на пол Мекатл, подскочил пружиной и опять завис под потолком, испуганно ворочая глазами, а Илана, тоже с набитым ртом, наоборот – радостно захлопала в ладоши.

– Со временем я заметил, что стал деградировать. Поэтому украдкой я разговаривал с той дворовой девочкой – Ариной, которая в благодарность за то, что я ей рассказывал различные истории из своей жизни за время странствий с цирком и цыганами, иногда меня подкармливала, – продолжил рассказ Падлантает. – Так бы давно уже окочурился с голода… А сегодня я почувствовал скачок энергии, но решил, что мне показалось… А тут ты… Я так рад, – расчувствовался кот и подбежал к Виктору, ткнувшись холодным носом ему в губы.

– Ой, какой ты хорошенький, – рассмеялась девочка и, оттолкнув Алексича, повисла на шее у кота.

– А как вы тут оказались? – покорно терпя, пока Илана трогала руками его усы, спросил Падлантает.

– Это долгая история, – начал рассказывать свои злоключения Виктор и когда он дошел до того момента, как он оказался в измерении илилифа, то обратил внимание, что его никто не слушает.

Девочка уснула на полу в обнимку с котом, а Мекатл скрутился клубком в пилотном кресле. Виктор и сам почувствовал, что его веки непреодолимым образом слипаются. Его живот благодарно булькал и распространял по телу приятное тепло и немощь.

Убедившись, что в космическом пространстве признаков активной разумной деятельности не появилось, Алексич занес на руках Илану в спальный отсек и пристроился на соседнем месте, чтобы вздремнуть полчасика и набраться сил…

Как только все окончательно погрузились в сон, тело дракона охватило изумрудное сияние, а анкх спящего кота, сквозь патлы скатанной шерсти на голове, испустил синеватое свечение. Два источника излучения встретились, и аквамариновое свечение охватило не только внутренние перекрытия, но и сам корабль.

В косых лучах солнца, плывшая по орбите «Калоша», засветилась яркой звездой…

В это время на Земле, возле старого дуба стояла Арина, дочь дворового мужика Родиона, смотрела в ночное небо на летящую сквозь звезды голубую точку и горько плакала от того, что она больше никогда не увидит своего волшебного кота.

IV

Когда Виктор проснулся, Земля уже прошла половину орбиты вокруг солнца. Из пилотного отсека доносился веселый смех девочки. Когда Алексич туда зашел Илана сидела верхом на, парившем под потолком, Мекатле, а тощий кот пытался допрыгнуть до дракона и схватить его за, крутившийся в разные стороны, хвост.

– Привет, – недовольно буркнул Виктор. – Что делать будем? Надо как то найти остальных наших друзей. Я встречался с илилифом и он…

– Я уже все знаю, – прервал Алексича кот.

– Откуда? – удивился Виктор.

– От дракона, – ответил кот. – Пока ты храпел, как чудовище, я синхронизировал свой анкх с его атлем, с твоим сознанием и сознанием Иланы. Теперь я чувствую эоны Настет, Савитара, Камилы и даже… того, кого мы знали под именем Юра.

– Икин жив? – с надеждой в голосе спросил Виктор.

– Нет. Он погиб, но его эон находится в крепкой связи с девочкой… Я его чувствую, но не понимаю где он.

– Как нам вернуть наших друзей?

– Для начала, нам необходимо отыскать Камилу, – начал кот.

– Почему именно ее? – угрюмо спросил Алексич.

– Нам необходим конденсатор, – неожиданно открыл рот мирофеасец, который к этому времени уже опустил девочку на пол и таращил изумрудные глаза на Виктора.

– Не лезь в пекло, вперед батьки, – осадил Падлантает дракона, ощерив пожелтевшие клыки. – В паре с мирофеасцем мы генерируем особое поле способное разорвать не только пространство, но и время. Проскочив через временной портал, произойдет разрядка и не факт, что мы сможем повторить процесс прохождения чрез портал обратно или в другом направлении. Вид этой энергии уникален и весьма нестабилен.

– Причем здесь Камила и конденсатор? – раздраженно перебил кота Алексич.

– У нее есть протез из дланка наивысшей кратности, способный накапливать в себе огромный запас энергии любого вида, – пояснил Падлантает. – Она нам нужна, чтобы с ее помощью несколько раз открыть временной портал.

– У Настет есть второй анкх. Неужели мы не сможем с ее помощью сгенерировать необходимое поле? – систематизировав в голове полученные им знания, начал понимать, о чем говорит кот, Виктор.

– Она то, сможет, – деловито начал кот, облизывая переднюю правую лапу: – но не сможет мирофеасец. Его артефакт, как и мой, связан с нашими организмами. Когда после разрядки истощится запас энергии, то истощится и организм. Я то, ладно, а вот этот, – кот махнул головой в сторону Мекатла: – какой-то бракованный. Я вообще боюсь, чтобы он после первого прыжка не окочурился… Тогда хана. Атль то, из него мы выдрупаем, а вот активировать его повторно вряд ли сможем. А я уже с дикарями наобщался. Я хочу домой… К саламексам… Меня там, мои женщины ждут.

Виктор задумался…

Он прекрасно понимал, что кот говорил правду, но тоска по Настет была настолько сильная, что он был готов наплевать на судьбу Вселенной и остаться на Земле в том временном промежутке, что и Настет. Ему предстояло сделать выбор…

– Если надо найти Камилу – значит надо, – решился Алексич. – Что делать?

– Нам нужно синхронизироваться с информационным полем планеты, – ответил вместо кота Мекатл. – Что бы это сделать, необходимо развить определенную скорость на ее орбите.

– Сколько? – спросил Виктор.

– Пятьсот кса,– ответил дракон.

От удивления глаза Виктора расширились.

– На такой скорости вокруг планеты перемещаться невозможно. Нас или выкинет с орбиты или наоборот – мы врежемся в Землю.

– Это уже твои проблемы, – заявил кот. – Твой корабль – делай что хочешь, но только на такой скорости мы сможем синхронизироваться и пройти через временной барьер.

– Не уверен, что у нас что-то получится, – буркнул Алексич и уселся в кресло главного пилота.

Илана устроилась в кресле за его спиной, а кот с мирофеасцем возле нее.

– Готовы? – спросил, не поворачивая головы Виктор, и, не дожидаясь ответа, запустил силовые установки.

«Калоша», плавно набирая скорость, полетела по орбите. Чем больше увеличивалась ее скорость, тем ярче становилось аквамариновое свечение корабля. Когда скорость достигла пятьсот кса, Виктор почувствовал, что они вот-вот войдут в пике и врежутся в Землю.

– Ну что там? Скоро? – закричал Алексич.

В это время кот, закрыв глаза, и, сидя на задних лапах, стал раскачиваться из сторону в сторону, а мирофеасец наоборот выпучил изумрудные глаза и вытянулся во всю длину у ног девочки. Та от страха прикрыла глаза.

– Мы падаем, – крикнул Виктор и попытался резко сбросить скорость, потому что «Калоша» уже вошла в атмосферу Земли.

Только Алексич протянул руку, чтобы дать обратную тягу, как на мгновение его ослепила аквамариновая вспышка и послышался глухой хлопок…

V

– Я тебя ждал еще несколько лет назад. Где ты пропадал? – обратился Яхья бар Зекарьи к худощавому мужчине лет тридцати от роду, скромно стоявшему среди других людей, жаждавших исцеления.

– Мы с вами знакомы? – спросил мужчина.

– Как твое имя?

– Иешуа из Назарета, – ответил тот.

– Даже если ты изменил имя, я все равно вижу, кто ты такой, потому что именно по твоей вине я здесь.

– Откуда вы знаете, что моя мать изменила мое имя потому что, когда я был младенцем, нас почему-то искали солдаты царя Ирода?

– Зайди в воду, – вместо ответа сердито сказал Яхья бар Зекарьи, которого иудеи именовали Предтечей.

Иешуа снял дишдашу и зашел в мутные воды реки Иордан.

– Ты замечал за собой что-то странное? Необычное. То, что отличает тебя от других людей? – спросил Яхья.

– Да, – тихо ответил Иешуа, чтобы его не услышали толпившиеся на берегу реки страждущие: – я вижу странные видения и иногда читаю мысли других людей. Моя мать сказала, что это болезнь, и только вы сможете меня исцелить.

Когда они приблизились к середине реки, Яхья тяжело вздохнул:

– Я не знаю, почему именно ты был выбран для того, чтобы изменить ход событий, но я обязан это сделать.

Предтеча положил свои руки на голову Иешуа и закрыл глаза.

Внезапно поверхность реки осветила яркая белая вспышка…

Толпившиеся на берегу люди испуганно загомонили. Послышался детский плач.

Мессина, он же Иешуа из Назарета, вспомнил, кем он был в прошлой жизни…

– Ты Аллоген? – спросил Иешуа.

– Да. Я «Странник», который пытался спасти Вселенную от катастрофы и восстановить баланс. Однако, ты, вместо того, чтобы выполнить свою миссию, чуть не уничтожил ту реальность.

– Мне нужно найти моих друзей.

– Тебе никого искать не нужно, – зло осадил Иешуа Аллоген. – Твой эон возродился в этой реальности, чтобы ты справил свои ошибки и изменил ход временной спирали. Твоя миссия – объединить людей и направить их по пути созидания, а не разрушения. Тогда история пойдет по другому сценарию, в результате которого человечеству удастся выйти в космическое пространство на несколько веков раньше и предотвратить вторжение архонтов.

– Я должен помочь своим друзьям.

– Пока твой эон находится в физической оболочке, ты никому ничем не поможешь.

– Я убью себя и освобожу свой эон.

– Если ты это сделаешь, то не сможешь больше возродиться, потому что нарушишь один из Законов мироздания. И сам пропадешь и ничего не исправишь, – яростно зашептал Аллоген. – Выполни свою миссию. Объедини людей. Иначе ты ввергнешь человечество в пучину войн и раздоров. Ту реальность ты уже разрушил… Не разрушь и эту. Иди и веди за собой людей, а я тебе помогу, чем смогу…

Иешуа не дослушал и прервал Яхья:

– Все, что надлежит, должно быть исполнено.

Он развернулся и пошел на берег.

– Это он, – закричал людям Предтеча. – Вот Агнец Божий… Он спаситель… Сын Божий…

Глава 6

I

Как только глаза Виктора восстановились после вспышки, и он смог сфокусировать взгляд, он рассмотрел, что пейзаж на планете под ними изменился, а сами они неумолимо приближаются к поверхности планеты. Алексич резко сбросил скорость и включил систему торможения. «Калоша» несколько раз протестующе, от таких перепадов скоростей, дернулась и изменила траекторию, устремившись в облака.

– Мы на месте? – спросил Виктор.

– Да, – ответил кот. – Я чувствую мощный источник энергии.

Алексич обернулся, чтобы посмотреть все ли у него за спиной в порядке.

Девочка, как ни в чем не бывало, с интересом разглядывала проносящиеся под ними пейзажи. Падлантает сидел с вытаращенными глазами и прилизывал торчащую во все стороны шерсть. Теперь он напоминал меховой шарик. Его анкх между ушей светился бледно-серым свечением, а вот рябой дракон лежал «колом» и не подавал признаков жизни.