Королева фей
- -
- 100%
- +
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
1. Сон Бриджет
Какая странная темнота! Неземная. Сколько ни всматривайся, глаза не привыкают. А еще темнота была живой. Она звучала – и звуки текли мучительно медленно. Тысячи голосов – незнакомых, звенящих, шепчущих со всех сторон. Еще немного – и темнотой захлебнешься, и нечем будет дышать.
Хотелось закричать… но закричать не получалось. Губы онемели, словно склеенные. Казалось, дыхание сейчас остановится, и темнота раздавит. Это конец…
И вдруг из темноты выплыл, словно призрак, рыжебородый викинг. Кто это? Почему я бегу к нему, крича: «Папа!»? Викинг смотрит наверх. Там, в небе, под облаками, бьются два огромных существа. Черный плеснул чем-то в лицо белому, и тот застыл. Сквозь гром долетели слова: «…разрублю пополам и раскидаю в двух ничтожных человечков… которые никогда не встретятся: один родится после смерти другого…»
И снова темнота. Все слилось в черную воронку, и оттуда раздался голос такой силы и чистоты, что затрепетала каждая клеточка тела:
– Вот она.
Боже мой, кто это говорит? Голос прошел насквозь, и казалось, что тело превратилось в дерево, что пальцы теперь – листья, руки – ветки, а ноги – корни. И в капиллярах не кровь, а вода, и вода эта стремит по тебе ледяной страх.
– Кто она такая? – второй голос был еще ниже и глубже, словно тяжелый ветер.
– Бриджет. Дочь человеческого короля в прошлом воплощении.
– Зачем пришла?
– Указать путь. Из мира людей в наш мир.
Слова врывались в сознание на неизвестном, явно не человеческом языке – но каждое было понятно.
И вдруг темнота разверзлась, из нее выстрелил луч и начал двигаться, словно искал кого-то.
Это меня! Бежать! Дыхание оглушало, тело рвалось сквозь вязкий тоннель, но пространство сжималось, а луч был все ближе.
И тогда темнота начала вибрировать.
Глухие, в странном ритме звучащие удары сотрясали тело: поом-пом! поом-пом! А поверх ритма – музыка, странная музыка! На земле такой нет. Где я?
Голоса со всех сторон звучали все громче.
«Бриджет! Бриджет!»
Они охотятся за мной, сомнений нет. Бежать! Бежать во что бы то ни стало! Но тело не слушается, тело словно склеенное.
«Бри-джет!!!»
2. Суббота, 1 сентября 2001 г., Нью-Йорк, 9:32
– Проснись же! Проснись! – Пол тряс задыхающуюся в кошмаре Бриджет.
Она дернулась так, что Пол едва удержал ее.
– Что с тобой?
Раскрыв глаза, она с минуту молча смотрела на Пола невидящим взглядом.
– Пол! – наконец выдохнула она, и тут же словно прорвало плотину: она вцепилась в него и зарыдала в голос.
– Да что с тобой? – Пол никогда он не видел Бриджет такой испуганной.
– Прости… сон… очень страшный.
Пол ласково вытер ей слезу.
– Сейчас принесу успокоительное.
– Нет-нет, не нужно… Спасибо, милый. Такой кошмар приснился, не хочу даже вспоминать, – она попыталась улыбнуться.
Пол всмотрелся во влажное лицо: Бриджет приходила в себя.
– Ты полежи, я завтрак приготовлю, – он двинулся на кухню. – Сегодня эфир, большой день.
Она откинулась на подушку и уперлась взглядом в потолок. Самообладание возвращалось вместе со знакомыми запахами и звуками. Из кухни разлился по комнатам аромат кофе. Пол уже что-то напевал себе под нос, готовя завтрак.
Он был противником кофе и часто повторял: «Кофеин растворяет тестостерон. Так говорит Далай-лама». Это не мешало ему регулярно покупать зелёную арабику, обжаривать и варить кофе для Бриджет, причем, по ее словам, лучше любого нью-йоркского бариста. К спорту Пол относился скептически, но утром не пропускал ни одной пробежки: «надо держать себя в форме, это часть профессии».
Они познакомились полтора года назад. Неясно, чем был больше очарован молодой режиссёр Пол Бáблитц – проектом Бриджет «Тонкие материи» или ей самой. Но с ее появлением он, человек многих талантов – продюсер, кулинар, инструктор по йоге, – обрел ясный фокус. Загорелся «Тонкими материями», став мотором, даже бульдозером, сметающим все преграды. Собрал команду, заинтересовал инвесторов, выбил прайм-тайм для программы. И уже через полгода «Тонкие материи» занимали первые строчки рейтингов, а Бриджет была в центре внимания бульварной прессы – и в объятиях сверхэнергичного Пола.
– Какой странный сон, – Бриджет покачала головой, пытаясь стряхнуть наваждение. Что это? Постоянное напряжение сказывается? Или новая жизнь зародилась внутри и подает первые сигналы? Нет-нет. Буквально на днях она делала тест.
– Как ты? В порядке? – Пол нес завтрак на бамбуковом подносе. Запахи яичницы и горячих тостов поплыли по комнате, стирая последние отголоски кошмара.
Бриджет сделала глоток. Вкус кофе вернул ее к жизни.
– Пол, как хорошо, что ты есть!
Он улыбнулся и провел рукой по ее волосам. Бриджет протянула ему чашку.
– А ты? Может, попробуешь?
– Я только травяной чай.
– Конечно-конечно… Из предгорий Гималаев… И только бутоны, свернутые рукой девственницы. – после глотка кофе Бриджет трещала без умолку. – Да, такая травка ай как полезна для здоровья.
Она запустила пальцы в коротко стриженный ежик волос Пола.
– Бриджет, не сейчас. Сегодня эфир.
– Скажем, что были в параллельном мире.
Но Пол был настроен серьезно.
– Не расслабляйся. На нас смотрит Америка.
– Собираюсь, – вздохнула Бриджет и гибко выскользнула из-под одеяла.
3. «Тонкие материи»
– …да ты сам длинноухий мексиканский эльф! Дома под текилу с буррито свои байки трави, а здесь…
– Как вы смеете! Дилетант! Рассказы об эльфах совпадают в разных уголках земли уже сотни лет!
– А вас, пограничных психов, всегда хватало. Кактусов объелись и привиделось. Лечиться надо, а не кричать о своих галлюцинациях.
«Что за психушка – все как на подбор!» – думала Бриджет, с милой улыбкой общаясь с гостями программы и представляя участников. Впрочем, для тех это было лишней условностью: с первой минуты они накинулись друг на друга с такой самозабвенной агрессией, что ведущая не успевала вставить слово.
На сладкое приберегли Франсуа Шевиньона – молодого человека в клетчатом пиджаке.
– Послушайте! Я видел эльфов лично! Это было…
Наступила тишина, будто невидимая рука отключила звук. Шевиньон огляделся, голос его дрогнул, но он продолжил:
– … как будто вчера. Иду сквозь лес, вдоль ручья Ламбертс-ран. Выхожу на поляну и вижу… Их было… семь или восемь… И одежды у них светились. Они шли… а с ними двигалась музыка. А потом – голубая арка, и они вошли в нее. Просто, будто в дверь! Я…
Шевиньон закатил глаза и молитвенно сложил руки.
– Я видел их, понятно вам? Как вас сейчас! Эльфы существуют! – вдруг завопил он и затопал ногами.
Зал на мгновение застыл, а потом взорвался аплодисментами, словно воздушный шар, в который надули слишком много воздуха.
Шевиньон стал изображать, кто как выглядел и как двигался. Вытягивая шею и ероша волосы, он стал похож на растрепанного страуса. Зал веселился не на шутку. Каждый жест рассказчика сопровождался шквалом аплодисментов. Зрители заходились от хохота, били себя ладонями по коленям, у многих на глазах были слезы.
В наушнике раздался голос Пола:
– Бриджет, этот Шевиньон достал, заткни его. У нас не комеди-клуб. Выводи на серьезный финал.
Бриджет кивнула.
– Спасибо, мистер Шевиньон, очень интересно, – в мгновение ока микрофон был отнят и протянут старичку-профессору в роговых очках и бабочке в горошек. – А сейчас послушаем мнение эксперта. Арнольд Ковальский занимается параллельными мирами уже почти пятьдесят лет. Мистер Ковальский, ваш комментарий.
Профессор не заставил себя долго упрашивать. Сквозь линзы круглых очков заблестели умные глаза.
– Я понимаю волнение молодого человека, – начал он с улыбкой Санта-Клауса, глядящего на детей на рождественском празднике. – Есть много гипотез о параллельных мирах. И да, эти миры находятся рядом с нашим, но не пересекаются. Как радиостанции, которые соседствуют в эфире, но не наслаиваются друг на друга. Иногда бывает, что из-за помехи, мы слышим две станции одновременно. Вот так и два мира могут наслоиться друг на друга. Тогда можно сделать то, что кажется чудом: перейти из одного мира в другой. Это возможно в очень немногих местах на нашей планете. Скорее всего, молодой человек был именно там. А в результате интерференции энергопотоков…
Профессор Ковальский, казалось, был настроен на часовое выступление.
– Бриджет, минута, – раздался в наушнике голос Пола.
Та, словесным реверансом прервав профессора, повернулась к последнему участнику:
– Сегодня у нас в гостях Томас Гульд, по мнению многих, лучший пианист Америки. Томас, у вас недавно прошла серия концертов «Эльфийская музыка». Вы верите в существование параллельных миров? В то, что феи диктуют музыку людям?
Томас Гульд чувствовал себя в этой аудитории лишним. Его затащили сюда после долгих уговоров. Однако, он не скучал, наблюдая за участниками, словно за забавными животными в зоопарке. Он улыбнулся и вальяжно ответил:
– Ну, конечно! Кому же еще диктовать? Это может быть фея. Это может быть муза. Главное, чтобы она обладала неземными чертами… Это может быть – он томно посмотрел Бриджет в глаза, – даже телеведущая.
«Похоже, этот пи-а-нист клеит мою Бриджет», – мелькнуло в голове Пола.
Томас Гульд передал микрофон Бриджет, блестнув перстнем на большом пальце.
– Ого! У вас огромные руки, как у Рахманинова, – вырвалось у нее.
– Вы были знакомы с Рахманиновым? Не может быть – вы так молодо выглядите! – не удержался от сомнительной остроты Томас.
Бриджет, словно не услышала его слов, ответила ослепительной улыбкой и подвела черту:
– Спасибо. Это был Томас Гульд, чья феноменальная техника уж точно навевает мысли о ее неземном происхождении. А с вами была Бриджет Карлоу с ток-шоу «Тонкие материи». Пока!
4. «Все очень просто»
– «Пока!» Мерзкие люди! Не верят… ничего не понимают… – Франсуа Шевиньона колотило от обиды. – Порвать к чертовой матери их «Тонкие материи»!
Пулей вылетев из студии, он побежал к машине. Высказать бы все в лицо этой холеной кукле! В отличие от других «очевидцев», Шевиньон был очевидцем без кавычек. Все десять лет, прошедшие с момента встречи в пенсильванском лесу, он хранил воспоминания о ней, словно хрупкую драгоценность. Он не мог забыть музыку, лившуюся непонятно откуда и заставлявшую воздух вибрировать, странную красоту лиц эльфов, их светящиеся одежды. Каждый раз, вспоминая об этом, он дрожал, а на глаза накатывались слезы. Франсуа несколько раз приезжал на то место, надеясь увидеть эльфов снова, но взору представал лишь обыкновенный, хотя и красивый лес.
Да, среди сборища этих кретинов он был единственным, кто точно знал место входа в параллельный мир, – а его осмеяли! Причем, даже не выслушав до конца. Зачем он пришёл на эту идиотскую передачу? Успокоиться никак не получалось: фразы из телестудии хороводом вертелись в голове, а он громко на них отвечал, не обращая внимания на косящихся прохожих.
Отыскав на парковке старенький «Фольксваген», он плюхнулся на сиденье и дрожащей рукой стал тыкать ключом в замок зажигания. Что за черт! Еще и этот драндулет не заводится!
Шевиньон открыл капот и погрузился в закопченные внутренности автомобиля. Проделав пару знакомых операций по реанимации стартера, захлопнул капот и, подняв голову, увидел Бриджет.
Та шла в обнимку с Полом. Оба заливались веселым смехом.
– Надо мной, небось, смеются! – бледными губами прошептал Франсуа, и злость закипела в нем с новой силой.
Он открыл дверцу «Фольксвагена», достал старый дорожный атлас и перегородил обнимающейся парочке дорогу.
– Мисс Карлоу?
– А, мистер Шевиньон. Что-нибудь срочное? А то мы спешим, – Бриджет профессионально сменила маску: таких типов, как этот, надо держать на расстоянии.
– Что-то срочное? – едко передразнил Франсуа. – Да, черт возьми! Вы говорите о параллельных мирах, о входе туда. Но вы только говорите, а сами не верите! А я там был! И дверь была открыта! Ведь не верите, не верите?
На лице Бриджет отразилась борьба обычного взрослого скепсиса с детской верой в чудеса. Франсуа почувствовал это и перешел в наступление.
– Дело за малым, мисс Карлоу. Съездите, и сами все увидите!
– Вот так просто? – Бриджет вскинула брови.
– Да! Именно! Все очень просто! Не надо ничего усложнять. Поезжайте сами и увидите! – черными от капотной грязи пальцами Франсуа вырвал страницу из атласа и обвел что-то ручкой. – Вот!
Бриджет, прищурившись, взяла листок и прочитала:
– Ламбертс-ран, Шэнксвилл, штат Пенсильвания.
– Да, Пенсильвания! Совсем недалеко. Для тех, кто захочет увидеть то, о чем говорит с видом знатока. Прощайте, мисс Карлоу.
Франсуа стремительно пошел к машине. Сел за руль, и вдруг его осенило: сам-то он был на этом месте уже несколько раз, но увидеть портал ему больше не удалось. И Бриджет, конечно, не удастся, если она вообще поедет. «Только убедится, что я сумасшедший, – горько усмехнулся он. – Ну и пусть идет к черту!».
Шевиньон с силой нажал на газ. Машина с ревом рванулась, окутав Бриджет и Пола черным дымом.
– Да-а, Бриджи, – глядя автомобилю вслед, протянул Пол, – надо было делать кулинарную программу. Там все сытые и добрые.
Бриджет не отвечала. Пол наклонился к ней:
– О чем думаешь?
Она молча сложила вырванный из атласа листок и положила в карман.
5. Воскресенье, 2 сентября 2001 г., 14:40. Штат Пенсильвания, рядом с ручьем Лэмбертс-ран
Бриджет припарковалась прямо на обочине – в лесу низкорослый кабриолет растерял бы весь лоск и увяз, не протянув и двадцати футов. Поглядев вокруг, порадовалась своей предусмотрительности: изящные охотничьи сапожки надежно защищали от режущей осоки. Так, посмотрим карту. Непонятно… Эх, надо было Пола взять, он бы в два счета разобрался. Ага, вон там, где трава выше, – наверняка ручей.
В Бриджет проснулся охотничий инстинкт. Она рванулась вдоль журчащей ленты ручья, словно гналась за кем-то. Сначала поминутно сверялась с картой, но вскоре перестала – топография местности быстро запечатлелась в памяти. Сентябрь уже добавил желто-красных штрихов к зеленой палитре леса, и поначалу Бриджет искренне любовалась природой, которую не замечаешь в нью-йоркской суете. Здесь все было настоящее – не то, что в притворяющемся лесом Центральном парке, где за каждой ветвью нависают небоскребы. Но чем дальше, тем сильнее ей овладевало беспокойство. Мысли возвращались к странному сну. На секунду он вспыхнул в памяти так живо, что Бриджет вздрогнула и оглянулась. Яркое солнце вдруг куда-то делось, вокруг потемнело. Бриджет взглянула на карту, но не смогла понять, где находится. В лицо дохнул ветер… Хотя какой ветер может быть в лесу?
– Не волнуйся, Бриджет. Это просто сон. – Она хотела подбодрить себя и успокоиться, но получилось наоборот. Звук собственного голоса показался глухим и незнакомым.
Сон! Кошмар с преследующим лучом-прожектором вдруг ясно возник в памяти. Тотчас Бриджет почувствовала, что воздух вокруг завибрировал, и вибрация эта через пару мгновений проникла внутрь тела. Бриджет бросило в дрожь. Ей послышалась музыка. Далекая, но явственная, и до крайности необычная. Она прислушалась и остановилась. Тотчас воздух завибрировал сильно и ритмично. Как так может быть? Перед глазами все поплыло. Странная, непонятно откуда летящая музыка с каждой секундой гасила мысли в голове – так наводнение заглатывает пестрый ландшафт, превращая его в однотонное колышущееся море. Ритм музыки захватил Бриджет. Она завороженно впитывала льющиеся звуки. Она стала похожа на водоросль, пустившую корни в мягкое илистое дно.
6. День последнего летнего полнолуния, двенадцатый отрезок медленного временного потока
Эльф-пикси по имени Рресаильммéон взлетел на ветку, чтобы убедиться, что глаза не врут. Сомнений быть не могло – он видит мир людей! Человеческая женщина не просто идет по направлению к арке, она явно ищет ее. Какая удача! Вчера подслушать кеóл у Королевы, а уже сегодня попробовать его в действии! Пикси радостно спикировал вниз, к сидевшему на ветке хохлатому свиристелю, и на лету вырвал у него из клюва красную ягоду рябины. Свиристель бросился за обидчиком, но Рресаильммеон ракетой взмыл вверх и, перевернувшись в воздухе, запустил в него ягодой. Еле увернувшись, птица решила, что с пикси шутки плохи, и улетела.
А Рресаильммеон стремительно закрутился вокруг своей оси. Уже не ради развлечения, а чтобы подать сигнал: нужна подмога. Дело в том, что пикси владеют искусством ввáи – энергетических волн. Взмывая вверх и вращаясь, они создают импульс неожиданно большой силы. Он волнами разливается в стороны, вовлекая в свой круг всех воспринимающих его. К помощи вваи прибегают нечасто – уж больно много сил приходится тратить, – но работает эта штука безотказно.
Не успел осесть на землю разноцветный вихрь листьев, как вокруг Рресаильммеона стали собираться пикси, прилетевшие на зов.
А как здорово ему вчера удалось обвести вокруг пальца придворных эльфов! Перебрали, небось, напитка забвения и потеряли бдительность. Конечно, у них синие клинки, но пикси пролетит там, где никто больше не проберется. И вот теперь он знает кеол – тот самый, которым пользуется сама госпожа Силáр, Kоролева фей!
Заклинание было простым: восходящая мелодия из четырех нот, первая – длиннее, остальные – покороче. Если сыграть кеол у границы миров, то через голубую арку можно переместиться из мира Лаóрис в человеческий мир.
Обитатели Лаориса способны играть музыку не только на инструментах. Если под рукой ничего нет, эльф с помощью ввaи заставляет вибрировать воздух. Именно это и делал Рресаильммеон. А за ним, многократно усиливая звучание, – налетевшие со всех сторон пикси.
Мало-помалу стало происходить нечто удивительное: смутные очертания Бриджет, идущей по ковру осенних листьев, проступили перед глазами эльфов. Заклинание подействовало: два мира сблизились и стали наслаиваться друг на друга. Отлично! Рресаильммеон сделал радостный кувырок, и вслед за ним, как солдаты за командиром, перевернулись в воздухе полтора десятка пикси, трепеща прозрачными крылышками.
Но сделано только полдела! Теперь самое главное – похитить человеческую женщину. Рресаильммерон отлично знал, как это сделать. Стоит ей сосредоточиться на эльфийской реальности – и она провалится в другой временной поток. А оттуда уже не вернуться.
И сначала тихо, а потом все громче, он начал:
Aone il san-te-ri ar, O-le-ri!
Пикси подхватили:
A-one il san-te-ri ar, O-le-ri!
A-one il san-te-ri ar, O-le-ri!
Крошечные существа создавали музыку прямо из воздуха. Наполнили воздух ударами невидимых барабанов. А потом, будто бисер на нитку, стали нанизывать на ритм музыку. Быструю, с переплетающимися мелодиями; и одни из них показались бы людям пронзительно красивыми, другие – причудливо странными.
7. Воскресенье, 2 сентября 2001 г., 15:12. Лэмбертс-ран, штат Пенсильвания
Нога соскользнула, и Бриджет со всего размаху шлепнулась в журчащую воду ручья. Она вскочила и несколько раз помотала головой. Надо во что бы то ни стало стряхнуть оцепенение! Схватив мобильник, она лихорадочно набрала номер. Гудок… Как же долго!
Наконец послышалось веселое:
– Алло, привет, моя хорошая!
– Пол, помоги! – закричала Бриджет.
– Бриджи! Что случилось? – беззаботность в голосе Пола исчезла. – Ты слышишь музыку?
– Какую музыку? Ты где?
Бриджет отвела телефон в сторону и снова закричала:
– Ты слышишь музыку, или я сошла с ума?!
– Слышу, слышу, дорогая! Ты на концерте? Скажи адрес, я сейчас буду!
Но в сознании Бриджет что-то помутилось. Она вдруг прервала разговор и дрожащим пальцем нажала на кнопку диктофона.
– Бриджет, где ты? Бриджет! – кричал Пол, не понимая, что связь прервана. Он опять набрал номер. Длинные гудки. Нет ответа.
Глотая воздух, словно рыба, Бриджет протягивала телефон в разные стороны. Ее била дрожь. Музыка лилась отовсюду.
Вдруг раздался звук, словно крошечная ящерица пробежала по струнам арфы, и стена леса поплыла перед глазами. Дрожащие ветви размылись. Стороны поляны соединила мерцающая голубая арка.
Страх на лице Бриджет сменился изумлением. Вот она – дверь, о которой говорил Шевиньон!
Бриджет, затаив дыхание, шагнула к арке – и тут же вдоль краснеющих ягод бузины стремительно, словно стрекозы, пронеслись три существа, похожие на крошечных людей. Или показалось? Слишком далеко, надо подойти поближе. Забыв об осторожности, Бриджет сделала еще пару шагов. Музыка тут же зазвучала громче, отчетливей. Воздух задрожал. А ведь прав, прав Шевиньон: все очень просто! Вот он, вход в параллельный мир. Сделай шаг – и ты там. Бриджет протянула руку к мерцающей арке, словно отодвигая занавеску. И тут же, провалившись в дымку, рука зажглась голубыми искорками. Бриджет отдернула руку – нет больше сияния. Словно ребенок, получивший новую игрушку, Бриджет стала водить рукой – и каждый раз рука светилась, проходя сквозь невидимый занавес.
Вдруг из желтеющей листвы старого вяза тонкий голос пропищал что-то на непонятном языке. Глянув в сторону, Бриджет увидела пару хитрых глаз и переливающиеся стрекозьи крылья. Эльф ловко скользил вниз по серебристой паутинке, а вслед за ним – еще двое.
«Ой, какие ушастенькие!» – в умилении подумала она, посмотрела чуть выше и оцепенела.
В воздухе над ней висели несколько десятков таких же крошечных существ. Музыка мгновенно залила все вокруг. Страх перед неизвестным смешался с восторгом.– Боже, неужели правда?
Ее голос словно нарушил течение времени. Все вокруг вздрогнуло и заплясало с бешеной скоростью, будто кто-то включил перемотку видео. В действие пришли неведомые законы физики. Ветви спрямлялись. Арка сжималась на глазах. Невидимая сила потащила Бриджет вперед. Не зная, что делать, она уперлась руками в огромную ветку. Она выдержит. Главное – не паниковать.
Вдруг музыка остановилась. Раздались четыре вибрирующих звенящих звука, и Бриджет будто оказалась внутри гигантского оргáна. Воздух закачался волнами, и перед глазами все расплылось уже совершенно. Над головой засвистело. Бриджет обернулась и увидела стайку эльфов. Они пикировали прямо в лицо!
Стараясь защититься, она выбросила руку вперед, но нога подвернулась, телефон вылетел из руки и, описав дугу, упал на землю. Тогда она попыталась ухватиться за спасительную ветку, но та куда-то пропала. Чудовищной силы воронка моментально втянула Бриджет в себя.
Земля дернулась, и в мгновение ока все вернулось на место, будто ничего и не было. С молодого клена медленно спланировал багряный лист, накрыв мобильник. Сквозь ветки и траву поблескивала лужица после вчерашнего дождя.
Бриджет Карлоу навсегда исчезла из человеческого мира.
8. Понедельник, 3 сентября 2001 г., 8:06. Нью-Йорк
Как хорошо! Понедельник. Утро. И никуда не нужно спешить. Впервые за полгода такое блаженство!
Томас Гульд, чуть прикрыв веки, смотрел на утреннее солнце. Вот оно, счастье! Когда ты молод, знаменит, востребован, а главное – когда утром в понедельник знаешь, что весь день свободен.
Томас был одет по-домашнему, но с шиком. Белая шелковая рубашка, глядящая из-под атласного халата, мягкие домашние туфли из тонкой кожи – Томас уважал достойную роскошь.
Так же дорого и со вкусом был обставлен весь особняк. Чего стоит только одна резная лестница из красного дерева! У иного дизайнера за эту сумму можно было заказать полдюжины лестниц. Но что делать? Время – деньги, и Томас послушно оплачивал астрономические счета. Зато теперь, когда все закончено, можно жить и наслаждаться всем, что дала тебе жизнь.
Так, о чем нам сегодня поведает «Daily Variety»? Томас отпил глоток кофе и развернул газету. Ну конечно, целый разворот о субботней передаче. И конечно, в красках описано, как Томас рассматривал Бриджет. «…Своим ощупывающим взглядом мистер Гульд…», – фу, какое пошлое выражение! Томас поморщился. Надо, чтобы это не попалась случайно на глаза Энджеле. Да, она все понимает, не устраивает скандалов и нежно целует, провожая в очередную поездку. Но что-то подсказывало Томасу – не стоит злоупотреблять таким теплым отношением.