Мшел. Книга 1. Нэбутори

– Эхэ-хэ. – Убрал его в задний карман брюк.

– Пап, а ты теперь военным будешь? – сделала свои выводы из разговора Ксюха.

– Полицейским. Предъявите ваши документы, гражданка, – произнес он нарочито сурово.

– Свидетельство о рождении? – переспросила дочь.

– Что у вас за родители, отпускающие ребенка гулять в комендантский час?

Дочь растерялась.

– Пап, ну хватит, я тебя боюсь такого, – призналась она.

– Это хорошо, в следующий раз будешь сидеть дома.

– Я и так дома.

– Это я репетирую. – Отец потрепал Ксюху по голове. – Да уж, выпало вам детство.

– Андрей, иди пить чай, – позвала жена из кухни.

Он зашел и сел за стол. Супруга успела сделать бутерброды с колбасой.

– Если останешься там, надо будет что-то перекусить. – Наталья достала пищевую пленку, чтобы завернуть их.

– Не надо в пленку, – остановил ее Андрей. – Не буду ничего с собой брать в первый раз. Посмотрю, как там все организовано. Обещали кормить.

– Ладно, тогда ешь впрок сейчас.

Андрей взял бутерброд и откусил. На улице снова раздался голос из репродуктора. Наталья закрыла окно.

– Бесит меня его голос, – произнесла она. – Могли бы и получше найти.

– Да уж, не Левитан, – согласился супруг. – Если сегодня буду работать в ночь, не вздумайте открывать дверь. У меня будут свои ключи, а гостей мы не ждем, тем более в такое время.

– Да я бы никогда не открыла ночью дверь, а сейчас и днем никому не открою, – призналась Наталья.

– Это хорошо.

Андрей смог осилить только один бутерброд. Волновался, аппетита не было.

– Ладно, пойду. – Он вышел из-за стола и направился в прихожую.

– Андрей, если работа очень опасная, откажись. – Наталья все еще считала поступок мужа опрометчивым.

– Конечно, откажусь, – ответил он с сарказмом. – Ладно, девчата, я пошел, по улицам не шастать. В случае появления постороннего запаха вырубить свет в квартире в щитке.

Дочери тоже вышли проводить его. Наталья выглядела расстроенной. Она думала чувствами, а надо было головой. Андрей с превеликим удовольствием развалился бы сейчас на диване и смотрел телевизор, зная, что еды у них заготовлено впрок и можно долгое время не нуждаться. Однако простое моделирование развития событий говорило о том, что припасы надо охранять. Общественный порядок в скором времени должен был стать самой желаемой вещью после хлеба насущного.

Андрей поцеловал жену, помахал детям и вышел на лестничную площадку. Спустился пешком и вышел из подъезда. Дорога предстояла небыстрая, не меньше трех километров по прямой. Он в уме проложил самый оптимальный маршрут, как в бытность водителем, и направился по нему. В соседнем дворе ему показался подозрительным мужчина, осматривающий машину. Он озирался, словно совершал что-то предосудительное. Андрей не стал заострять на нем внимание, чтобы не испортить себе задачу дня. Однако боковой взгляд бросил и увидел, что черная пластиковая ручка на автомобиле подозрительно ярко блестит, словно намазанная маслом. Бампер ему было не видно за другими машинами, но тут даже строить догадки не приходилось. Эпидемия добралась до их квартала, и распространению ее по автомобилям и домам ничего не мешало. Достал телефон и набрал Наталье.

– Что, передумал? – спросила она с надеждой.

– Нет. В соседнем дворе видел зараженную машину. Думаю, к вечеру или к завтрашнему дню она точно доберется до нас. Набери воду во все, что можно. И ванну полную набери, только не мойтесь в ней. И свари что-нибудь, чтобы три дня есть можно было.

– Хорошо, сделаю. В новостях только что сказали, что с западными штатами США уже неделю не было никакого контакта. Якобы там установили от севера и до юга границу, чтобы не дать расползтись эпидемии дальше. Снимки со спутника показали. В городах происходят пожары. Никто из карантинной зоны не ведет репортажи, и что там творится, никто не знает. Это вызывает тревогу, Андрей.

– А ты чего, в Америке живешь?

– Нет, но у нас тоже такое может случиться.

– Это от власти зависит, какую тактику борьбы они выберут. Судя по тому, что у нас барьер ставить поздно, то и тактика будет другая. Пока что переживать не о чем. Буду в патруле, получу общую картину происходящего, тогда станет понятнее, бояться или нет.

– Ну ладно, успокоил, – произнесла Наталья.

– Отлично. Отзвонюсь, как будет что рассказать.

– Я буду ждать звонка.

– Непременно позвоню. Пока.

– Пока.

Андрей вышел к проспекту и направился в сторону управления МВД. Весь маршрут пролегал вдоль проспекта, и только в центре надо было немного повилять по тесным улочкам. Желание повилять осталось еще от езды на автомобиле, потому что в центре машины стояли на каждом метре, затрудняя движение и не давая шанса припарковаться.

Машины на дороге все же попадались. Чаще всего пожарные, реже военные и еще реже гражданские. Андрей заметил, что у многих гражданских машин на лобовом стекле висел заметный знак, желтый квадрат. Он сомневался, что такие знаки раздавали всем подряд, предположил, что это могли быть машины, принадлежавшие людям, задействованным в карантинных мероприятиях.

Так как он шел по велосипедной дорожке, его несколько раз бесшумно нагнали велосипедисты. Двое были без шлемов, а один оказался экипированным классически, в пластиковом шлеме, в наколенниках и перчатках. Военная машина, завидев его, выехала на дорожку, подрезав велосипедиста. Из нее выскочили двое крупных мужчин в военной форме и при оружии, сняли с велосипедиста всю экипировку, обработали с головы до ног из ранцевого распылителя какой-то субстанцией и удалились. Велосипедист развернулся и поехал в обратном направлении.

– Вы видели этот произвол? – Он остановился возле Андрея, источая сильный запах химии. – Вы же видели, да?

– Видел. Вы нарушили требования карантина, а они поступили согласно инструкции.

– И вы туда же. Вы что, все зомбированы?

– А вы слепой или тупой? – не сдержался Андрей, сразу определив, что перед ним вечно несогласный тип человека-эгоиста.

– Я вас не оскорблял.

– Прямо нет, но косвенно да.

– И как же?

– Начхали на мою безопасность. Нацепили на себя пластик и поехали собирать заразу. Вы ведете себя как тифозная вошь, простите за сравнение.

– Боже, в какой стране я живу. – С выражением крайнего презрения велосипедист поехал дальше.

– Живи в другой, кто тебе мешает, – крикнул ему в спину Андрей.

Еще не став патрульным, он уже начал мотать на ус, деля людей на категории. Определенно, от таких велосипедистов, не понимающих, что происходит, в силу сфокусированности на своих правах, не стоило ждать одобрения действий властей. Они всегда были в вечной оппозиции тем, кто вынуждал их нести ответственность за свои действия, ошибочно принимаемые ими за проявление свободы. Подобные люди были опасны настойчивым желанием разнести заразу, пылая благородным огнем справедливости.

Где-то рядом раздался глухой взрыв. А через несколько секунд справа от Андрея, над спальным районом поднялось облако серого дыма. Скорее всего, еще один случай детонации паров продуктов разложения опасного микроорганизма Нэбутори. Андрей прибавил шаг, словно взрыв дал ему понять, что времени на реакцию остается все меньше и меньше. Он даже запыхался и покрылся по́том, добравшись до центра города.