Мшел. Книга 1. Нэбутори
- -
- 100%
- +
– Вот это мы попали. А представь, что это произойдет с самолетами в воздухе? – Владимир зачем-то потрогал панель. – Страшное дело.
– Согласен. И еще страшнее, что народ этого недопонимает. Им кажется, раз человек не болеет, то и не зараза это никакая. А мы находимся в ловушке прогресса, когда существенная часть конструкции, поддерживающая его состояние, исчезает. Рушится все, даже на что не подумаешь. Интернет, связь, соответственно исчезает коммуникация государственной власти. Никто не знает, что делать. Не ходят машины, поезда, не доставляется товар. За что продавать, не ясно. Виртуальные деньги исчезают, а бумажные теряют смысл. Имеет значение только еда, вода, тепло, – расписал Дмитрий то, что успел хорошо обдумать.
– Слушай, а у тебя нет нормальных денег? – поинтересовался Владимир. – Раз карточки перестанут работать.
– Нет. Но вы не берегите, которые там есть. Купите себе все, что может пригодиться. В первую очередь продукты питания. Если что останется, можно будет обналичить в банкомате, если народ еще не опустошил их.
– Надо спешить. – Владимир прибавил газу. – А то паника возникает мгновенно.
– Поддерживаю. Тем более на дороге никого.
Они прибыли в районный центр быстрее чем за полчаса. На улице только начиналось движение. Народ спешил по своим делам, словно ничего не произошло. Автобусы ходили по маршруту, носились таксисты на стареньких машинах, катились велосипедисты с важным видом.
– Откуда начнем? – поинтересовался Владимир.
– Где уголь можно купить?
– В «Райтопе».
– Давайте туда.
Дмитрию очень не хватало новостей из интернета. Хотелось узнать, как дела в городе, позвонить Петренко, поинтересоваться из первых уст ситуацией. Его даже кольнула совесть, что он не позвонил друзьям с материного телефона, пока имелась такая возможность. Они наверняка уже обзвонились на их выброшенные телефоны.
Владимир остановил машину.
– Приехали. Вот эта контора. – Он кивнул на вывеску.
На ней было написано «ООО “Теплогенерирующая компания”». В здание вела лестница, давно требующая ремонта. От здания во все стороны расходился забор, за которым высились угольные пики. К широким открытым воротам вела одноколейная железнодорожная ветка.
– Угля у них завались, – удовлетворенно заметил Дмитрий.
Он решил, что компания будет заинтересована в его продаже и не станет ломить цену. Зашел в контору и пробежался взглядом по табличкам на дверях. Увидел отдел работы с клиентами, постучал в дверь и сразу открыл. В помещении находилась только одна женщина, полная, с яркими губами и рыжей копной волос.
– Доброе утро! Хотел бы купить у вас угля, но с условием доставки до деревни Митяево. Возможно такое?
– Доброе. Да, мы доставляем. Но у нас очередность. Если надо срочно, то требуется доплата.
– Я готов доплатить.
– Триста рублей будет стоить.
– Сколько? – удивился Дмитрий.
– Триста, – повторила женщина.
– Хм, серьезные деньги. – Он еле сдержал иронию. – А можно срочнее срочного? Просто я приехал к матери на один день и хотел бы успеть перетаскать уголь в сарай. Две тысячи вам на карточку, – шепнул Дмитрий.
Женщина разволновалась. Видно было, что она боялась и хотела одновременно.
– Вы откуда? – спросила она, непонятно что имея в виду.
– Я к матери приехал в Митяево, переживаю, что из-за эпидемии могут начаться перебои с газом, вот и решил обеспечить ее углем на всякий случай на зиму. Мало ли.
– Ладно. – Она написала номер телефона на бумажке. – Переводите, и я оформлю вам сегодня первым рейсом.
Дмитрий перевел сумму и показал ей экран с уведомлением. Женщина подождала, когда деньги окажутся у нее, и только после этого взяла бланк.
– Сколько вам?
– Почем тонна?
– Две пятьсот.
Дмитрий прикинул в уме, вспомнив, сколько они заказывали раньше, когда он был ребенком. Тогда это было тонн пять или шесть.
– Десять, – произнес он уверенно.
– От пяти тонн скидка десять процентов, – сообщила женщина.
– Отлично, значит, одна тонна бесплатно.
– Адрес в деревне есть?
– Дом тридцать два.
Она выписала бланк от руки и шлепнула печать. Набрала не терминале сумму и протянула его для оплаты вместе с документами.
– На территории диспетчерская будка. Отдадите копию, оригинал предъявите водителю.
– Когда он приедет? – Дмитрий приложил карточку и ввел код.
– После двух.
– Хорошо, успею вернуться. Спасибо за понимание, и хорошего дня. И купите себе угля на всякий случай.
– У меня печки нет, я в двухэтажке живу.
– Тогда просто хорошего дня. – Дмитрий вышел из кабинета.
Прошел до диспетчерской. Отдал другой даме копию накладной и вернулся в машину к Владимиру Петровичу.
– Удалось? – спросил он.
– Да. Обещали первым рейсом привезти.
– Куда поедем? – поинтересовался Владимир.
– За отходами.
Он подвез его к кирпичному одноэтажному магазинчику, расположившемуся недалеко от элеватора. Здесь уже стояли несколько машин Люди выносили мешки с обратной стороны здания и складывали в свои машины.
– Суетятся, – заметил Владимир Петрович. – Наверное, и до района дошли слухи.
– Только бы успеть, пока терминалы работают.
Они зашли в магазин и встали в очередь из трех человек перед ними.
– Дмитрий, надо брать больше, с запасом, – шепнул Владимир на ухо.
– Согласен. Я возьму пять мешков.
– Я тоже.
Помимо отходов, чистого зерна и комбикормов в магазине мешками продавались крупы. Дмитрий посмотрел на мешок гречки и решил, что не помешает. Купил и его к пяти мешкам отходов. Прицеп под полутонной нагрузкой присел на рессорах.
– Хорошо нагрузили, – заметил Владимир Петрович. – Теперь до зимы хватит. А там порублю всех кур.
– Да, чего их кормить, когда они перестают расти, – согласился Дмитрий. – Теперь надо заехать на заправку.
– Поехали.
Чтобы добраться до нормальной заправки, надо было проехать сквозь поселок. По дороге Дмитрию попался магазин «Инструменты для дома».
– Остановите здесь, – попросил он Владимира. – Зайду в магазин, гляну, может, что пригодится.
– Я с тобой.
Они зашли в магазин, остро пахнущий новым инструментом, смесью пластика, резины и масла. Дмитрий обошел витрины, отметая все электроинструменты, пока не наткнулся на бензопилу. Она сразу навела его на мысль, что в условиях автономной от благ цивилизации жизни понадобится часто пилить деревья.
– А чем они отличаются друг от друга? – спросил он у продавца, махнув в сторону витрины с бензопилами.
– Бренды разные, качество. Чем дороже, тем надежнее, – ответил он довольно ожидаемо.
– А в каких из них меньше пластика?
– Пластика… – Продавец полез вертеть самые дорогие экземпляры. – Вот тут ведомая шестерня металлическая. Горловина бака тоже.
– Беру ее, – произнес Дмитрий.
– Масло для двухтактных двигателей понадобится?
– Да. Дайте три. Колуны есть?
– Конечно.
– Дайте самый крепкий с металлической рукояткой.
Дмитрий рассчитался за товар и прикинул в уме, что денег осталось на карте не так уж и много.
– Где тут ближайший банк? – спросил он у Владимира, складывая покупки в багажник.
– Вон через дорогу, – указал мужчина.
– Пойду попробую снять деньги.
– Хорошая идея, и я с тобой.
Идея оказалась не очень хорошей. На каждом экране терминала горел крест и надпись, что он не работает.
– Интересно почему, кончились деньги или упала сеть? – поинтересовался сам у себя Дмитрий. – Надо спешить на заправку, пока карточки работают.
Владимир спешить не любил, да и тяжелый прицеп требовал спокойного вождения. Они подъехали к заправке, возле которой собралась приличная очередь. К каждой колонке стояло не менее двадцати автомобилей.
– Блин, паника уже начинается, – в сердцах произнес Дмитрий. – Как бы не стали отпускать по лимиту. Если что, мы с вами сделаем вид, что из разных машин. Вы зальете в бак, а я в канистры.
– Хорошо, – согласился Владимир.
Пока было время, они включили приемник в машине. Как ни странно, но ловились только музыкальные каналы. Информационные будто отсутствовали в эфире.
– Я приемником не пользуюсь вообще, – признался Владимир. – Предпочитаю ездить в тишине. Поэтому даже не знаю, какие каналы он вообще ловит.
– А у вас телефон с интернетом?
– Нет, обыкновенный, кнопочный. – Владимир показал свой допотопный аппарат. – А у тебя?
– А мой заразился. Пришлось выбросить.
– Смешно. Телефоны стали такими умными, что начали болеть.
– Да, есть в этом иронический подтекст, характеризующий эпоху, – согласился Дмитрий.
Когда до колонки осталось всего три машины, на дороге появился автомобиль ГИБДД с мигающей люстрой. Он шел во главе колонны военных автомобилей, двигающейся в направлении города. Колонна казалась бесконечной. Грузовики, заправщики, бронированные машины всех размеров, тягачи, тащившие на платформе танки и БМП. Испуганные легковушки, попавшиеся на пути колонны, жались к обочинам. Когда «змея» цвета хаки закончилась, на сердце осталось щемящее чувство тревоги и приближающихся перемен. Появилось ощущение, что в воздухе застыла тишина, предвестница скорой бури.
Глава 7
Рано утром, едва начало светать, на улице появился автомобиль с громкоговорителем, переполошивший квартал.
– Жители города, с момента оповещения настоящего сообщения в городе вводится строгий карантин. Запрещено пользоваться личным транспортом во всех случаях. Задержанный транспорт будет изыматься. Разрешаются пешие перемещения с десяти утра и до девяти вечера, далее комендантский час. При себе запрещается иметь пластиковые пакеты, пластиковые элементы гардероба и любые пластиковые предметы, в том числе телефоны. Магазины начнут работать через два дня. Товары будут отпускаться по карточной системе. Перед магазинами будут установлены санитарные зоны. В течение ближайших дней пройдет перепись населения. Просьба находиться дома и иметь при себе документы на всех жильцов. В случае махинаций в продовольственных карточках будет отказано. За систематическое нарушение карантина возможна высылка за пределы карантинной зоны либо исправительные работы. Призываем быть бдительными. В случае появления признаков эпидемии немедленно проветрить, обесточить помещение и сообщить по горячему телефону. В случае отсутствия связи вывесить на окнах красный треугольник из любого материала. После этого прекратить любые внешние контакты вплоть до появления команды по обеззараживанию помещений. Помните, только дисциплина поможет нам избежать распространения эпидемии. Предупреждаем, микроорганизм выделяет в процессе разложения пластика различные спирты, обладающие сильным запахом. Будьте внимательны.
Громкоговоритель переехал на другое место и стал вещать в другом дворе.
Андрей, разбуженный предупреждением, долго лежал в кровати. Хотел уснуть, но не смог. В голову лезли всякие дурные мысли. Создавалось ощущение большой беды, масштабы и последствия которой еще предстояло понять. Над человечеством реально нависло возвращение в девятнадцатый век, и это в лучшем случае, так как скорость разрушения инфраструктуры, использующей пластик, происходила мгновенно, а на ее замену могли уйти годы или десятилетия. Связи внутри страны, ниточки, связующие его в единый организм, рвались. После этого государство переставало таковым являться, не имея возможности управлять централизованно. Весь мир превращался в города-государства с диким полем между ними.
С улицы раздался шум мощного двигателя. Андрею стало любопытно, кто решился на нарушение карантина сразу после его объявления. Встал с кровати и подошел к окну. По дороге мчался военный броневик с башенной пулеметной турелью на крыше. Его появление только добавило настроению тревоги. Власти взялись за дело серьезно.
Женщины Андрея спали. Он прошел на кухню и поставил чайник. Набрал в кастрюлю воды, бросил в нее мерзлую курицу и поставил на плиту. На случай, если отключат электричество, у них мог остаться бульон. Включил негромко телевизор и закрыл дверь.
Как ни странно, в новостях царило спокойствие, совершенно не отражающее происходящего за окном. Где-то были предприняты карантинные меры, где-то успешно справились с неожиданной проблемой, но в целом в стране все было по-прежнему. У Андрея даже возникло подозрение, что их город являлся единственным таким неудачником, находящимся далеко от эпицентра распространения эпидемии. Он снова набрал Дмитрию, но его телефон был отключен. К общей тревоге добавилась тревога за друзей. Нашел в списке контактов номер Равиля, очень хотел узнать, что происходит в их городе, но не хотел неприятного разговора насчет его товара. Любопытство взяло верх. Андрей набрал его номер.
– Чего не спишь? – спросил Равиль.
– Не могу уснуть, все думаю, как там у вас дела?
– Хреново. Магазины заставили закрыть. Такие штрафы грозят, я даже из-под полы боюсь торговать.
– У нас то же самое. Я не смог твой товар сдать, закрыто уже было.
– Черт с ним. Я вообще думал, что ты в город не попадешь. Знаю одного парня, который видел, как вокруг вас кольцо поставили и стреляли во всех, кто пытался проехать в город или выехать.
– Да, было такое, сам видел. Хорошо, что я знаю тайные тропки, смог пробраться. Сижу сейчас с семьей и радуюсь. Новости смотрю, все хорошо в стране, даже радость за нее берет. А посмотришь в окно, машины военные носятся и в рупор орут. А у вас как?
– У нас вчера под вечер все закрутилось. Я с утра проехался, вчерашнюю выручку собрал, все было тихо. А к обеду в городе появились военные патрули. Заходили в магазины, выгоняли людей и заставляли закрывать. Им, по ходу, разрешили в особых случаях пускать в дело оружие, потому что я слышал, как стреляли. К вечеру на улицах уже была тишина. А я своими глазами видел фуру с облезшей облицовкой.
– Я уже таких машин много повидал. Видать, к нам сюда раньше попала зараза. Вчера вечером в квартире неподалеку произошел взрыв, думаю, так уже появилась эта зараза. Еду запасай и воду, без всего остального можно прожить.
– Этим я и собрался сегодня заняться. Без машины сложно будет, но что-нибудь придумаю.
– Удачи тебе.
– И тебе.
Андрей отключился. Как он и думал, продукты запасать надо было до начала карантина. Сейчас это уже проблематично. Он поблагодарил Бога за разумение и уставился в телевизор уже с более легким сердцем. Чайник закипел. Андрей налил себе чай с молоком и достал из холодильника рыбный пирог, купленный еще два дня назад. Купил горячий в пекарне рядом с домом, но его привередливые женщины постоянно придумывали себе диеты, поэтому он постепенно доедал его в одиночку.
Вспомнил про оставленную на дороге машину и посмотрел в окно. Она стояла без колес, на кирпичах. Какие-то идиоты потащили заразу к себе. Глупость и жадность – первые причины любой проблемы. Андрей пил чай и читал бегущую строку, в которой давалась более объективная картина происходящего. Видимо, она была направлена на аудиторию, умеющую читать, и потому была более правдивой. Дуракам же все подавалось в картинках.
«Во Владивостоке объявлена высшая степень экологической опасности. Город находится в полной изоляции с целью недопущения расползания эпидемии». «Транссибирская магистраль объявлена карантинной зоной. Движение транспорта запрещено». «Президент издал указ о введении в стране чрезвычайных мер в связи с распространением эпидемии». Это только то, что разрешили подать в эфир, а на самом деле картина происходящего была намного безрадостнее, но панику допускать никак нельзя.
На кухню зашла младшая дочь.
– Че ешь? – спросила она.
– Пирог. Будешь?
– Давай, пока Катька спит, – обрадовалась дочь.
– Она что, не разрешала тебе есть? – удивился отец.
– Угу. Сказала, что у меня нет силы воли, и я буду толстая, и у меня никогда не будет нормального парня.
– Это у нее сейчас одни парни на уме. Ешь, сколько хочешь, никого не слушай. – Андрей отрезал ей хороший кусок и налил чай. – Неизвестно еще, когда в следующий раз будем есть такой пирог.
– Все так плохо? Магазины не будут работать? – наивно поинтересовалась дочь.
– Я не знаю, как будет, но лучше готовиться к худшему, чтобы не оказаться в сложной ситуации.
– Может быть, и собачий корм не придется есть, – решила Оксанка.
– Может. – Андрей снова посмотрел в окно, словно хотел увидеть в нем подсказку, сколько продлится эпидемия, и вздохнул.
– Не переживай, пап. Все будет хорошо. – Дочь правильно поняла его непроизвольный вздох.
Андрей по-отцовски погладил ее по голове.
– Я не сомневаюсь, Ксюх, что все будет хорошо, но попотеть придется.
Он переключил телевизор на мультфильмы. Ксюха сразу же заинтересовалась ими. Андрей умылся, побрился, оделся и собрался выйти на улицу. Наталья проснулась, услышав подозрительное движение.
– Ты куда? – спросила она с беспокойством. – Не слышал, что ли, про карантин?
– Я только на крыльце постою. Узнаю, как дела, заодно понюхаю, не началось ли у кого по нашему подъезду.
– Смотри домой не притащи, – предупредила жена.
– Я осторожно.
Андрей закрыл за собой дверь на замок. Он не думал, что в городе так рано завелись мародеры, но хотел начать приучать себя к осторожности. Жизнь кардинально менялась, куда она могла повернуться, какие выгоды люди могли искать в приближающемся беззаконии, можно было только догадываться. Он спустился пешком до подъездной двери и в ней столкнулся с Петровичем с первого этажа. Мужчина растерялся и стал неуклюже что-то прятать за спину.
– Привет, Андрюха, – поздоровался он.
– Привет. Чего у тебя там? Ружьишко? – догадался Андрей по размеру чехла.
– Блин, глазастый, спалил. – Петрович не стал препираться. – Да, ружье. Было прикопано до случая. Кажется, он наступает. Не говори никому, пожалуйста.
– Издеваешься? – оскорбился Андрей. – Было бы у меня сейчас ружье, даже без регистрации, я был бы очень рад. Даже лучше, если без регистрации. Никому на ум не придет изымать.
– Это верно. Ладно, пойду, пока еще кто-нибудь не увидел.
– Давай. Как думаешь, Петрович, власть удержит ситуацию под контролем? – спросил Андрей ради желания узнать, насколько его взгляды и других отличаются.
– Был бы уверен, не стал бы откапывать. – Он постучал по ружью. – И тебе советую подстраховаться.
– А где взять?
– Надо подумать. – Петрович открыл свою дверь.
– Угу. – Андрей вышел на улицу.
Птицы пели как никогда. Возможно, они так пели и раньше, но стихший городской шум, создаваемый нескончаемым потоком машин, иссяк, дав шанс пернатым заявить о себе. На детской площадке играли несколько детей с мамашами. По тротуару шел мужичок с пакетом, ношение которого с сегодняшнего дня было под запретом.
– С пакетом нельзя, – напомнил ему Андрей.
– Тебя не спросил, – резко ответил мужичок и пошел дальше.
Население, пережившее прекрасные времена, разучилось думать глобально. Понимать, что каждый есть часть целого и крепость социума напрямую зависит от действий каждого. Андрею и раньше претили люди, обособляющие себя от общества, особенно когда требовалось единение ради решения глобальной задачи. Как правило, хороших людей среди эгоистов никогда не было. Либо неудачники-маргиналы, либо люди, ставящие во главу угла удовлетворение своего эго. Стоя на крыльце, он ясно представил, как общество в скором времени будет вынуждено защищать себя. Уже сейчас надо было начинать присматриваться к соседям, ко всем, кто живет во дворе. Как только перед людьми замаячит перспектива голода, ни один нормальный папаша не останется сидеть дома и ждать, когда власти принесут ему поесть.
Андрей перебрал в уме знакомых и вдруг вспомнил, что отдыхал на озере с семьей полицейского, не последнего человека в городском ведомстве. Они по пьяни обменялись номерами, но всерьез Андрей никогда не собирался звонить. Одно дело отдых, другое – работа. Наверняка у человека уже были свои знакомые, давние, проверенные, а его желание набиться в друзья могло выглядеть как попытка завязать блат. Андрею нечего было предложить взамен, поэтому он даже не вспоминал о нем после.
Нашел в телефоне контакт и долго размышлял, стоит ли звонить. Победило благоразумие. Не то время, чтобы проявлять тактичность. Он ткнул в контакт «Ромакоп» и стал ждать ответа. Трубку долго не брали, потом раздался запыхавшийся мужской голос.
– Кто?
– Роман, это Андрей, мы отдыхали с вами на турбазе два года назад. Обменялись номерами, и вот я решил позвонить.
– Очень вовремя, Андрей. Вернее, совсем не вовремя. Запара такая, не до этого. Прости. Рад был слышать.
– Взаимно.
Собеседник отключился раньше, чем Андрей успел договорить.
– Попытка не пытка, – решил он.
Постоял на крыльце и решил обойти вокруг дома, присмотреться, что да как, нет ли признаков эпидемии рядом или уже непосредственно в доме. Безмятежная обстановка никак не способствовала дурным мыслям. Редкие люди, встречавшиеся по дороге, выглядели спокойными, умиротворенными. Даже в воздухе как будто разлилась сонная лень, настраивающая на благостное восприятие мира.
Андрей вышел на фасадную сторону дома. Ему открылся вид на проспект, на котором не было машин. Чудесное зрелище, если не думать о подоплеке. Неожиданно зазвонил телефон с неизвестного номера. Андрей принял звонок.
– Здравствуйте, это секретарь Романа Витальевича, – произнес приятный женский голос. – Он просил предложить вам работу, если вы сейчас свободны.
– В чем она заключается?
– Мы набираем добровольцев в народный патруль для контроля исполнения карантинных мер и комендантского часа. Сейчас проходит активная стадия набора, если вас заинтересует, назову адрес, куда необходимо явиться. При себе иметь паспорт и военный билет.
– А что надо делать с нарушителями? Как им противодействовать? – поинтересовался Андрей.
– У вас будет экипировка и личное огнестрельное оружие.
– Оплата?
– Сейчас вводится временная система пайков. По завершении карантина будет сделан перерасчет в деньгах и с записями в трудовой стаж как сотрудника полиции.
– Я могу перезвонить вам на этот номер через полчаса и озвучить свое решение? – спросил Андрей.
– Да. Но учтите, желающих много.
– Тогда через пятнадцать.
Андрей со всех ног пустился домой. Забежал, переполошив прекрасную половину семьи своей активностью. Наталья выбежала в прихожую, вытаращив глаза.
– Что случилось?
Андрей рассказал ей о предложении секретарши Романа. Супруга с трудом вспомнила его.
– Да вы с ним ни минуты трезвыми не общались. Удивлена, что ты вообще вспомнил про него. Андрей, я против, это опасно. Люди сейчас начнут идти на преступления, а если почувствуют слабость власти, то их вообще будет не удержать.
– Вот именно. Чем ты собралась сдерживать мародеров, если они начнут ломать нашу дверь? Со скалкой бросишься на ружье или тесак? Ну, скажи, у тебя есть план на такой случай, когда ночью к нам решат вломиться бандиты, безнаказанно грабящие квартиру за квартирой? Что я смогу противопоставить им? Катька у нас в самом расцвете сил, ты еще ничего. Каково будет мне, если произойдет такое, а?
– Спасибо за то, что я еще ничего. Ты сгущаешь краски, мне кажется.
– Я не сгущаю, я их развожу водой. Мне страшно представить, на что способны выродки, почуявшие запах безнаказанности. – Андрей вытер пот, выступивший на лбу. – Короче, ты меня убедила, я иду в народный патруль.
– Поступай как знаешь, – надулась Наталья.
Андрей набрал номер секретарши.
– Приемная начальника управления по обеспечению общественной безопасности, – ответил уже знакомый женский голос.
– Вы мне звонили насчет предложения работы в народном патруле. Я согласен.
– Хорошо. Ваша фамилия Петренко, верно?
– Да. – Андрей немного опешил.
Не знал, что и думать, то ли Роман запомнил его фамилию, то ли они уже пробили его по номеру телефона.
– Приходите в любое разрешенное для перемещений время. При себе иметь паспорт и военный билет. Одежда из натуральной ткани, документы без обложек. В случае одобрения будьте готовы заступить на работу сегодня же.
– Хорошо, я буду, – произнес Андрей.
Секретарша отключилась, оставив его в легком смятении. Одно дело спорить с женой и в порыве благородной ярости действовать вопреки, а другое – понять, что ты все же решился и пути назад нет. Он был, конечно, но Андрей никогда бы не поступил так малодушно.
– Что, уже не так хочется? – заметила супруга сомнение в его глазах.
– Если бы не вы, я бы никогда не взялся за эту работу. Поставь чайник, попью да пойду. – Андрей пошел искать документы в семейной коробке.
Паспортом он регулярно пользовался, а вот где у него лежал военный билет, Андрей не помнил. Не нужен был уже десятка полтора лет. Нашел его в самом низу вместе с пожелтевшими листками разных бумаг. Открыл и посмотрел на свою почти детскую фотографию в нем.