Тени хищных звёзд-1. Эверонский конфликт
- -
- 100%
- +
Противник располагает Флагманским дредноутом первого класса, сорока девятью линкорами и крейсерами второго класса, сотней штурмовиков третьего класса и по меньшей мере пятью сотнями истребителей на лётных палубах больших кораблей.
Учитывая встречную скорость двух групп, сражение будет скоротечным, но очень опасным. Нам следует показать хабирцам всё, на что мы способны. В первую очередь, наши корабли должны атаковать космолёты вражеского флота с правого фланга и нарушить их построение.
Оставляю открытым канал связи для всех срочных сообщений и моих дальнейших приказов.
Голограмма командующего исчезло.
Как только командоры сторожевых крейсеров отдали необходимые распоряжения пилотирующим экипажам, вся эскадра начала разворот по направлению к ударной группе хабирского космофлота. После этого Корсак медленно произнёс:
– надеюсь, контр-адмирал Делон уже связался с генштабом ВСЗФ и сообщил маршалу Туманову о начале вторжения хабирцев в систему Полукса. Через несколько часов Эверона может остаться без защитников, и ей понадобится помощь космического Флота Земли.
– Думаю, что как раз этим он сейчас и занимается, – спокойно ответил Баркли. – Но я могу уточнить данный вопрос. -
Он переключил общий канал торсиосвязи на виом капитанского мостика и быстро сказал:
– "Хранитель" вызывает флагманский линкор "Эверонский лев"…
– Слушаю, – почти сразу ответил Делон, не включая изображение. – Что случилось? Говорите быстрее.
– Господин командующий, у меня есть один неотложный вопрос.
Вы уже сообщили генштабу ВСЗФ о начале вторжения?
– К сожалению, нет. Связь с Землёй и другими планетами Федерации нарушена. Точнее блокирована в пределах нашего сектора.
Мы посылаем запросы, но не получаем ответа. Скорее всего, часть хабирских кораблей заранее окружили систему Полукса с разных сторон и теперь глушат нас.
– Но это невозможно, ведь у Хабирской Республики нет такого мощного оборудования, чтобы глушить связь по всему сектору, – удивился старпом Баркли.
– Может раньше и не было, но сейчас хабирцы находятся под крылом Клисионской империи, а у этой силы есть всё, что угодно, – ответил контр-адмирал Делон. – Тем не менее, мы смогли послать импульсное радиосообщение на Землю через удалённый космический ретранслятор МЗС.
К счастью для нас, хабирцы почти не пользуются примитивной радиосвязью, а нам она периодически помогает. Конечно, это займёт лишнее время, но генштаб ВСЗФ всё-таки узнает о вторжении вражеских кораблей и примет необходимые меры для нашей поддержки.
Я знаю, что седьмой космофлот Земли уже готовится вылететь в сектор Полукса. Рано или поздно помощь к нам придёт, но мы не можем ускорить этот процесс. Поэтому сейчас нам стоит рассчитывать только на свои силы.
Это всё, господа офицеры. До связи.
Корсак и Баркли в очередной раз переглянулись. У них опять не было выбора. Всё зависело от случая, и предстоящий бой с противником мог оказаться последним в их жизни. А ведь всё началось из-за какого-то проклятого военно-транспортного корабля хабирцев, который вольно или невольно нарушил законы Земной Федерации. Он вторгся без предупреждения в сектор Полукса и фактически сам себя уничтожил, хотя доказать это теперь почти невозможно.
Когда эскадра сторожевиков совершила манёвр разворота и стала заходить с правого фланга ударной группы хабирцев, космолёты противника во главе с дредноутом начали экстренное торможение.. В то же время от основной группы отделились пятьдесят штурмовиков, которые устремились на перехват двадцати пограничных кораблей.
Это была плохая и хорошая новость одновременно. С одной стороны, люди теряли возможность атаковать основные вражеские силы. С другой стороны им было намного легче справиться с несколькими десятками небольших космолётов, нежели вступать в бой сразу со всей флотилией хабирцев.
Противник, похоже, так не думал, и намеревался уничтожить эверонские корабли одной штурмовой эскадрой. Несмотря на их численное превосходство в лобовой атаке, командующий вражеской ударной группы должен был понимать, что победу в этом сражении одержат корабли с более мощным вооружением и защитой. А таковыми в данном случае были сторожевики. Но, возможно, он решил пожертвовать в первом бою частью штурмовиков, чтобы остальные корабли смогли без лишних повреждений пробиться к Эвероне и нанести свой главный удар возмездия.
На экране графического воспроизведения было видно, как сближаются на встречных курсах две группы кораблей.
Корсак знал, что хабирскую эскадру необходимо атаковать за пару минут до непосредственного столкновения. В противном случае, на торпедирование просто не останется времени. Его мысли подтвердил Делон.
– Всем внимание!.. – сказал он торопливо. – До полного сближения с вражескими штурмовиками осталось около десяти минут.
Приказываю командорам сторожевых крейсеров выбрать себе по три цели, и по моей команде начать торпедную атаку. Так же приказываю произвести запуск всех истребительных эскадрилий через пять минут.
В нашем распоряжении имеется сто шестьдесят пять «Бритв». Их задача – уничтожении уцелевших торпед и космолётов противника.
Пока Корсак выбирал подходящие цели из пятидесяти штурмовиков, старпом Баркли приказал ведущим пилотам истребительной эскадрильи приготовиться к вылету.
Вражеские корабли летели широким клином вогнутым внутрь для удобства атаки пограничных крейсеров, и с каждой секундой расстояние между двумя группами сокращалось.
Когда до эскадры штурмовиков оставалось чуть больше пятнадцати миллионов километров, командор Корсак громко произнёс в интерфон:
– Внимание, майор Андерсон, приказываю произвести запуск одной гравитационной и двух протонных торпед по каждому из трёх выбранных вражеских космолётов. Все энергетические орудия – к бою!..
Спустя несколько секунд женщина быстро ответила:
– Запуск «Молота» и «Гарпунов» состоялся. Столкновение с целями произойдёт примерно через одну минуту. Противник готовится к ответному удару.
В тот же момент на экране энергосканера стало видно, что корабли хабирцев выпустили девять ракет-перехватчиков и полтора десятка собственных торпед, готовых поразить крейсер "Хранитель». Это была серьёзная контратака.
– «Бритвы» стартовали, – незамедлительно доложил старпом Баркли. – Выход истребителей на боевые позиции состоится через две минуты.
– Хорошо, полковник, – кивнул командор, наблюдая за происходящем В рубке управления. – Теперь посмотрим, кто более удачлив, мы или хабирцы.
На центральном обзорном экране, где сейчас воспроизводилась графическая проекция пяти штурмовиков, он видел, как множество белых, жёлтых и оранжевых пульсирующих точек постепенно приближаются друг к другу. Там же находились и зелёные треугольники «Бритв», которые летели на значительном расстоянии перед крейсером. И хотя на экране всё происходило очень медленно, сближение космолётов в реальном времени и масштабе проходило с огромной скоростью.
В этот момент на капитанском мостике включилась вторая линия связи. На экране виома возникло изображение молодого мужчины с непослушной чёлкой тёмных волос и маленькой серьгой в мочке уха. Из динамиков донёсся приятный тембр его голоса:
– «Страж – семь», приём… Говорит лейтенант Гуратов – старший ведущий седьмой эскадрильи «Бритв». Через несколько секунд мы будем готовы к выполнению задания.
– Действуйте!.. – ответил Корсак, зная, что его слышат все ведущие пилоты истребителей-перехватчиков. – Сейчас от вас многое зависит. С Богом, ребята!..
Пятнадцать «Бритв» летели боевыми звеньями по пять истребителей в каждом. Большинство космолётов были беспилотными и управлялись бортовым искусственным интеллектом. Несмотря на это, все они намеревались открыть шквальный заградительный огонь из лучемётов по вражеским целям.
– Внимание, эскадрилья, – заговорил лейтенант Гуратов по внутренней связи шлемофона, – приказываю распределить цели! Работаем на добивание…
Глядя на экран графического воспроизведения, лейтенант наблюдал, как на перехват пульсирующих точек вражеских протонных торпед отправились ракеты «Хранителя». Вскоре половина из них встретились и погасли. Остальные «Стилеты» были нейтрализованы системами активной или пассивной защиты, и оставшиеся восемь торпед хабирцев устремились прямиком к сторожевому крейсеру.
Гуратов сжал пальцами рукоятки ведения огня на подлокотниках кресла и начал стрельбу из спаренных ионных лучемётов по выбранным целям.
– Огонь, огонь, огонь, – тихо бормотал он себе под нос, следя за лучевыми трассами, исчезающими в темноте космоса. Собственными глазами разглядеть маневрирующие торпеды было невозможно. Но целеуказатель боевой системы истребителя их прекрасно видел.
Беспилотные «Бритвы», находящиеся в его подчинении, тут же присоединились к атаке. Второе и третье звено работали аналогичным образом, уничтожая цели в своих зонах ответственности. Поэтому первые вражеские торпеды были сбиты за считанные секунды.
Впрочем, уже через полминуты на экранах истребителей-перехватчиков возникли новые цели. Вторая «волна» вражеских торпед оказалась ещё более масштабной, чем первая. И часть из них теперь были наведены непосредственно на «Бритвы», которые стали неприятной помехой для торпедной атаки штурмовиков.
В ход снова пошли «Стилеты» пограничных кораблей и малые ракеты-перехватчики, которыми были вооружены истребители. Прямо по курсу в звёздной черноте космоса вспыхнули десятки взрывов. Затем туда же устремились многочисленные трассы лучевых выстрелов.
Несмотря на это, пяти хабирским торпедам всё-таки удалось прорваться сквозь заградительный огонь, и они продолжили путь к "Хранителю». Но на подлёте их мгновенно сбили энерго-лучевые батареи корабля.
Большинство «молотов» и «Гарпунов» крейсера, напротив, достигли своих целей. Силовые щиты одного из вражеских штурмовиков не выдержали мощных взрывов протонных торпед, и космолёт исчез в яркой огненной вспышке. Два других корабля противника получили различные повреждения, частично выводившие их из строя.
На самих хабирцев сильнейшей воздействие оказывали удары «Гарпунов» и «Молотов», которые при взрыве не позволяли экипажам штурмовиков управлять системами космолётов в течение нескольких секунд. Даже такие сильные и выносливые на вид гуманоиды иногда теряли сознание и возможность двигаться из-за мощной ударной волны и направленной силы тяготения, давившей со стороны попадания гравитационных торпед. А защитные экраны с антигравитационными компенсаторами тут не всегда могли помочь.
В седьмой эскадрильи перехватчиков тоже появились первые потери. Спаренными ионными пушками врагам удалось сбить сразу три истребителя. Но вступать в непосредственный бой с хабирскими штурмовиками «Бритвам» пока не стоило из-за большой разницы в защите и вооружении. Поэтому лейтенант Гуратов получил срочный приказ командора Корсака увести свои истребители из под обстрела. Пришло время сторожевому крейсеру атаковать противника.
Теперь расстояние позволяло «Хранителю» напрямую использовать все орудия ближнего боя. По двум оставшимся штурмовикам был открыт массированный огонь из ионных и протонных пушек.
Другие корабли вели собственное сражение с хабирскими космолётами, используя энерго-лучевые батареи различных типов. Вражеская эскадра пыталась сопротивляться, но её преимущество в количестве боевых единиц теперь не играло большой роли. Космолёты имели огромные скорости при встречной лобовой атаке, и сражение продолжалось не больше десяти секунд. При этом фортуна выбрала сторону людей.
Как и ожидалось, противник понёс серьёзные потери. Но и группа пограничных кораблей лишилась одного крейсера. На своих экранах многие могли видеть, как один Из хабирских штурмовиков, оставшийся без силовых щитов, рванулся наперерез ближайшему эверонскому кораблю. Времени, чтобы уйти от лобового тарана у сторожевика не оставалось, и оба космолёта исчезли в ослепительной вспышке, закрывшей половину обзорного экрана. Звукоимитирующие динамики тут же выдали донёсшийся издалека грохот двойного взрыва.
Это случилось совершенно неожиданно, и Корсаку было страшно представить, что подобное в любой момент может случиться с его "Хранителем" при очередном боестолкновении с хабирцами. Погибший сторожевик унёс жизни сорока пяти человек, не считая сотни андроидов. Их смерть была мгновенной, безболезненной и даже героической, но они её точно не заслуживали.
Глава 6
Обычно в восемь часов вечера маршал Туманов уже находился дома с любимой женой и младшим сыном. Но сегодня, из-за напряжённой и непредсказуемой военно-политической обстановки, вызванной инцидентом в системе Полукса, у него прибавилось работы.
После ужина, он вместе с генералом Бауэром, вице-адмиралом Хаса Эри и генерал-лейтенантом Прэтом вышел на садовую эстакаду. Она располагалась на уровне сотого этажа Генерального штаба ВСЗФ и соединялась с соседним зданием, которое Принадлежало Главной Разведывательной службе Земной Федерации. Другими эстакадами аналогичного типа генштаб соединялся ещё с тремя зданиями наиболее важных федеральных служб. Вместе они образовывали комплексное управление, контролирующее безопасность земных колоний И свободных миров с развивающимися цивилизациями, которые вошли в состав Федерации и поддерживали с ней определённые отношения.
Второй месяц весны вступил в свои права. На садовых деревьях уже начинали распускаться зелёные листья. Однако до их цветения было еще далеко.
Между собой пять эстакад соединялись боковыми переходами, и по обеим сторонам воздушных аллей на газонах росли яркие цветы. Сейчас их разноцветные бутоны, повинуясь природному закону, были обращены к заходящему Солнцу.
В это Вечернее время в безоблачном небе над городом то и дело проносилось множество летательных аппаратов. Некоторые из них опускались на крыши ближайших зданий или на посадочные площадки на земле. Жители мировой столицы возвращались домой, завершив трудовой день и прочие повседневные дела. Большинство из них мало беспокоили тревожные события в системе Полукса. Но вся их безмятежность могла быть нарушена в любой момент, если придёт новость о начале военного конфликта с Хабирской Республикой. И это в лучшем случае. В худшем – между двумя звёздными народами может начаться большая война, к которой тайно или открыто обязательно присоединится Клисионская Империя. И вот тогда, никто из граждан Федерации точно не сможет чувствовать себя в полной безопасности, даже на Земле.
Людей на центральной эстакаде не было, не считая нескольких охранников – андроидов. Поэтому главком ВСЗФ с тремя подчинёнными сел на один из диванчиков в средней части аллеи. Включил свой биоком на приём новой информации, если она начнёт поступать в его персональный инфокомп, и слегка расслабился.
Большинство высших офицеров, которые были сегодня на послеобеденном совещании, вслед за адмиралом Ростиной отправились на флагманские дредноуты космических флотов Земной Федерации. По приказу верховного главнокомандующего они уже летели в наименее защищенные звёздные системы, куда могли бы вторгнуться боевые корабли противника. А то, что военные правители Хабирской Республики согласились остановить ударную группу своего космофлота в обмен на сторожевой крейсер «Хранитель» ещё ничего не значило. Они в любой момент могли передумать, и тогда нападение с их стороны будет неизбежным.
Кроме того, маршала очень беспокоили неожиданные помехи в гравитационной связи с Эвероной. Контакт с планетой прервался вскоре после истечения срока Хабирского ультиматума, и восстановить его пока не удалось, что наводило на определённые мысли. Отсутствие такого рода связи явственно говорило о том, что в секторе Полукса происходят чрезвычайные события.
По сообщениям с различных колоний Земли, в других системах Федерации всё было без изменений. Вторжение чужих кораблей пока не наблюдалось. А это ещё раз подтверждало мнение, что наибольшей угрозе сейчас подвергается именно Эверона.
Конечно, туда уже летел весь седьмой космофлот Земли во главе с мощным дредноутом "Феникс". Однако достичь определённой скорости, необходимой для совершения гиперпрыжка, даже с максимальным ускорением, корабли смогут только через полтора дня. Но тогда может быть уже слишком поздно, ведь все оборонительные силы сектора Полукс, наверняка, окажутся слабее боевой мощи хабирской ударной флотилии.
Как бы сейчас не обстояли дела у защитников Эвероны, Туманов был уверен, что кто-нибудь из них мог послать хотя бы радиосообщение о ситуации в системе. В этом случае оно должно пройти через ретранслятор МЗС и дальше в виде гравитационных волн отправиться на Землю.
– Прошу прощения, господин маршал, – сказал вдруг Прэт, оторвав взгляд от летевшей в небе птицы. – Поскольку я не присутствовал при вашем разговоре с главой земного правительства и председателем совета Федерации, не могли бы вы рассказать, как они отреагировали на ультиматум Хабирской Республики и возможный военный конфликт?!
Главком секунду помолчал, потом кивнул и ответил:
– Сперва, как полагается, политики подвергли нас всевозможной критике за неосмотрительные действия, которые в дальнейшим могут привести к серьёзным последствиям. Когда же я предоставил им всю необходимую информацию о результатах переговоров с хабирским военным правительством, премьер-министр Барвин не стал возражать против отправки наших флотов в наименее защищённые сектора Земной Федерации для предотвращения или завершения военного конфликта с хабирцами.
Что же касается председателя Маккефри, то он решил вынести на обсуждение сенаторов моё предложение об усилении боеготовности Федерации. Решение совета будет известно завтра.
Главная задача военно-космических сил состоит в поддержании мира на всех планетах Земной Федерации и в сохранении её целостности. Поэтому в ближайшие полтора месяца я намерен провести крупномасштабные военные учения в нескольких секторах для проверки нынешней боеспособности земных флотов. В случае успешного завершения Эверонского конфликта, учения начнутся примерно через две недели при содействии дружеских миров.
Таковы наши планы.
– А как же быть с подставным крейсером «Хранитель»? – поинтересовалась Хаса Эри. – Если мы получим подтверждение о начале Эверонского конфликта, то его отправка в систему Мерзама окажется бессмысленной. А ведь создание андроидов по образу Корсака, Баркли и всего экипажа корабля скоро будет завершено.
– В таком случае, госпожа вице-адмирал, мы сможем использовать их в другом важном задании, – спокойно ответил Бауэр. – Андроиды последних поколений практически не отличаются физическими данными от людей, а их искусственный интеллект кое в чём даже превосходит наш собственный. Об этом нельзя забывать.
И хотя все андроиды честно служат Земной Федерации, мы вынуждены посылать их на выполнение самых трудных и опасных миссий.
Женщина согласно кивнула, понимая, что начальник генштаба прав, и молча проводила Взглядом один из служебных флаеров, который взлетел с крыши соседнего здания.
В тот же момент биоком Туманова тихо завибрировал короткими пульсирующими сигналами. Следовательно, инфокомп в его кабинете получил новое сообщение. Оно поступило с орбитальной станции МЗС.
Маршал незамедлительно дал мысленную команду на воспроизведение полученной информации и включил акустический режим, чтобы все могли слышать голосовое сообщение. Спустя секунду, из динамика браслета донёсся хриплый мужской голос:
– Звёздная дата: четвёртое число четвёртого месяца две тысячи семьсот седьмого года по земному летосчислению.
Стандартное корабельное время: восемнадцать часов, тридцать четыре минуты.
Командующий погранично-сторожевой эскадры в секторе Полукса контр-адмирал Делон докладывает Генеральному штабу ВСЗФ.
Сегодня в указанное время в систему Полукса вторглась ударная группа космофлота Хабирской республики. Основная численность составляет сто пятьдесят кораблей различного класса и типа, начиная с флагманского дредноута и заканчивая штурмовиками. В настоящий момент они движутся прямым курсом к планете эверона.
Наша эскадра, по приказу главкома ЭВС генерала Эбрига, должна первой вступить в бой с противником и хоть немного задержать его до подхода группы боевых кораблей с теарской военно-космической базы. В любом случае, мы будем держаться до последнего.
Два десятка хабирских космолётов заблокировали гравитационную связь вокруг системы Полукса. Поэтому я отправляю данное сообщение по импульсному радиоканалу. Аналогичные сообщения о развитии текущих событий и в дальнейшем будут поступать от кораблей пограничной эскадры или боевой флотилии теарской базы. Если никого из нас не останется, ждите вестей непосредственно с Эвероны.
Сейчас, перед столкновением с хабирцами, мы надеемся только на свои силы, но хотелось бы верить в скорую помощь седьмого космофлота Земли.
Запись сделана на радиопередатчике флагманского погранично-сторожевого линкора "Эверонский лев".
Когда голос в динамике смолк, и биоком автоматически отключился, главком вопрошающе посмотрел на подчинённых и медленно произнёс:
– Значит, мы были правы. Вся эта история с военно-транспортным кораблём «Карио» была лишь предлогом для объявления нам ультиматума и начала военного конфликта, независимо от исхода переговоров.
Хабирцы объясняли свои агрессивные намерения древними законами, необходимостью мстить кровью за кровь. Но в действительности они просто решили атаковать одну из наших планет.
Остаётся вопрос – зачем?..
Хаса Эри тяжело Вздохнула, переваривая всё ранее услышанное, а Прэт быстро сказал:
– Не знаю, зачем им это понадобилось. Но уж если такое случилось, мы должны сами начать атаку военных баз хабирской Республики на разных планетах, чтобы в будущем предотвратить новые вторжения с их стороны. Это будет хорошим уроком для всех потенциально агрессивных миров.
Надо уничтожить весь хабирский космофлот. Тем более, что это не займёт много времени у наших военно-космических сил.
– Нет, господин Прэт, вы меня извините, но это глупо, – тут же возразил Бауэр, неприязненно взглянув на подчинённого льдисто-голубыми глазами. – Такие устрашающие действия с нашей стороны будут расценены правительством Хабирской Республики, как неофициальное объявление войны. И они этого так не оставят.
Во всяком случае, эверонский конфликт можно остановить за несколько дней, а открытая военная конфронтация наверняка повлечёт за собой многолетнюю непримиримую войну. И в неё, рано или поздно, будут втянуты более крупные и мощные силы. Например, Клисионская империя, С которой лучше не ссориться.
Или вы думаете иначе?..
На этот раз генерал-лейтенант промолчал, откинувшись на спинку дивана с непроницаемым выражением лица. Туманов, напротив, поддержал руководителя генштаба.
– Вы совершенно правы в том, господин Бауэр, что нам не стоит развязывать войну с кем бы то ни было. Но мы не должны допустить и того, чтобы хабирцы захватили Эверону, даже на один день.
Я абсолютно уверен, что противник выбрал эту планету не случайно. Правители Хабирской Республики заранее знали, что она плохо защищена от вторжения, ведь у Эвероны довольно слабые оборонительные системы и сравнительно небольшая группа боевых кораблей.
Надо признаться, что в этом есть немалая доля и нашей вины.
Не исключено, что хабирцы получили всю необходимую информацию от своих тайных агентов, завербованных землян. Поэтому теперь вся информация, касающаяся эверонского конфликта и военных планов нашего космического флота, должна быть строго засекречена.
Вы, господа, ещё раз проверьте личные дела всех офицеров, служащих в генштабе. А поскольку их довольно много, нам понадобится помощь соседей контрразведчиков. Если тайный агент действительно существует, то он работает с нами в одном здании, обладает высоким уровнем допуска и может иметь определённые связи с хабирцами или клисионцами.
Займитесь этим сейчас же!..
–Будет сделано, господин маршал, – быстро кивнул генерал Бауэр. – Но почему вы думаете, что завербованный агент находится среди нас, а не на Эвероне, к примеру?
–Вот это мы и должны выяснить. – Главком Туманов встал с дивана и, оглядевшись по сторонам, не спеша, добавил: – А теперь мне необходимо связаться с премьер-министром и сообщить ему о хабирском вторжении в сектор Полукса.
Надеюсь, после этого нам смогут выделить дополнительные средства на оборонные цели.
Трое военачальников согласно кивнули и направились вслед за маршалом по аллее садовой эстакады ко входу в здание генштаба. Было ясно, что сегодня работа затянется до глубокой ночи. Никто против этого не возражал, но у каждого из них имелись на то свои причины.
Когда они поднимались в лифте на последний этаж, главком предупредил офицеров, что ровно через час он организует новые переговоры с военным правительством Хабирской Республики, пока ещё не поздно остановить массовую бойню. Затем Туманов направился в свой кабинет, где первым делом установил гравитационную связь с адмиралом флота Ростиной.