Спайранец. Книга 1: Сея Ветер

Глава 3

Топкая почва

Часть кочевников пустилась в погоню, преследуя уходившую баржу по обе стороны канала. Уже совсем скоро стало ясно, что просто на скорости водяного потока от погони им не оторваться. К тому же ничто не мешало преследователям вновь перекрыть дамбу, лишив судно и этого преимущества.

Нужно было обороняться, причём как можно скорее. Их единственным шансом было заставить преследователей рассеяться и повернуть назад. Баржа представляла из себя странное и даже абсурдное зрелище: переполненная жителями города и ощетинившаяся дугами заряженных арбалетов, она, как загнанный зверь, неслась, не разбирая пути. По правде сказать, большая часть этого оружия была лишь пустышкой и не представляла ровным счётом никакой угрозы, ведь в руках его держали простые трудяги соленого промысла. А потому уже после примерно дюжины выстрелов, большая часть оборонявшихся скрылась в тщетных попытках перезарядить своё оружие.

Сарен дёрнул за рукав масори и кивнул на «горе-защитников». Поняв, чего хочет от него наёмник, Квар перекатился к ближайшему человеку и выхватил у того незаряженный арбалет. Сарен сделал то же самое. Обернувшись, он заметил что и Веспер успела разжиться оружием.

Как по команде, они выпустили три заряда один за другим, сбив пару кочевников с лошадей и заставив остальных сбросить скорость. До того момента их преследователи держались совсем близко, намереваясь взять баржу без боя. Когда же над их головами засвистели стрелы, уверенности у противников поубавилось.

Ушей Сарена достиг ряд глухих ударов и тихие вскрики – видимо не все защитники успели укрыться и теперь заливали и без того неустойчивую палубу кровью. Но было и ещё кое-что – за противоположный борт судна зацепились два металлических крюка. Преследователи перешли в более активное наступление, в то время как баржа начала замедляться. Они не тянули её назад – это бы попросту сорвало их с лошадей. Вместо этого кочевники уводили судно в сторону, намереваясь вытолкнуть из узкого канала. Махнув рукой Квару и Веспер, наёмник на полусогнутых ногах метнулся к противоположному борту, пытаясь протиснуться сквозь толпу беженцев. Сделать это было не так уж и просто – во многом потому, что мёртвые и раненные здесь были вперемешку с живыми, создавая абсолютный хаос.

Выбравшись наконец из этой адской мешанины, Сарен зарядил арбалет, не рискуя до этого идти с взведённым оружием. Резко перегнувшись через борт, он отправил стрелу аккурат вдоль тянувшейся от крюка верёвки и уже через мгновение услышал как та с чавкающим звуком вонзилась в тело одного из наездников. Победа эта, впрочем, была столь незначительна, что наёмник даже не обратил на неё внимания. Вновь перезарядив арбалет, он двинулся к следующему крюку, коих на этой стороне было уже штук пять. Баржа давала заметный крен влево и пару раз даже шаркнула о край канала.

Сарен не знал насколько опасны для судна были подобные столкновения, однако вполне чётко понимал, что любое из них может стать последним. К счастью, кроме него, масори и оборотня, нашлись среди беженцев и другие толковые защитники. Двое ребят, четырнадцати и шестнадцати лет, судя по одежде – помощники капитана, ловко орудовали баграми, отталкивая особо рьяных преследователей. Трое нападавших так и остались лежать на песке, сброшенные со своих скакунов внезапно возникшим у них перед носом крюком.

Река начала расширяться, уходя при этом влево. Там их уже ждали около двух дюжин кочевников и заваленный камнями канал. Конец пути грозился наступить раньше запланированного срока. Издав протестующий хруст, баржа пролетела мимо этого поворота, надрывно чиркнув днищем об мель. Приподнявшись, наёмник увидел, что судно устремилось на север, перейдя в уже естественный приток реки Нирт.

Решение это было однозначно правильным – другого пути у них попросту не было. Да и этот открылся им совершенно случайно, ведь обычно приток этот был сух и мелководен, однако сейчас вода из перекрытого канала и открытой плотины наполнила его достаточно, чтобы баржа сумела проскочить.

Преследователи остались позади, их план не удался. На судне воцарилась тишина, лишь изредка нарушаемая всхлипываниями беженцев.

Поднявшись на ноги, Сарен отыскал своих спутников – масори и оборотень сидели рядом, привалившись спинами к борту, арбалеты у их ног были разряжены, а сами они совершенно одинаково в своей сосредоточенности смотрели куда-то мимо подошедшего наёмника. Внезапно девушка встрепенулась.

– Эй, у тебя кровь! – она указала на правую руку мужчины.

Только сейчас, когда эта погоня наконец подошла к концу, он заметил что его руку и правда слегка ломит, а от длинной алой полосы на плече по рубашке расползается красная змейка. Очевидно, одна из стрел всё же зацепила его, пройдя по касательной. Опасной рана не была – скорее просто зловредной, поскольку могла воспалиться и долго ещё беспокоить в самые неподходящие моменты.

– Вот, держи – можешь промыть этим, только много не лей и к огню потом не подноси, – протараторил Квар, протягивая Сарену небольшой пузырек.

Нюхать его содержимое наёмник не стал, поскольку и без того догадывался, что могло быть внутри. «Масорийский спирт» был одним из самых универсальных произведений жабьего народца. Он применялся практически во всём, начиная от зажигательных смесей и заканчивая целебными снадобьями. В чистом же виде смесь эта была способна свалить взрослого человека и убить любую заразу. Сами лягушки, к слову, производили спирт исключительно как алкогольный напиток, ведь из-за высокого содержания влаги их тела были устойчивы ко всему остальному.

Веспер подвинулась в сторону и похлопала рукой по месту рядом с собой. Наёмник улыбнулся и послушно сел, отдав бутылёк оборотню. Закатав рукав рубашки, она вылила несколько капель себе на ладонь и растёрла порез. Спирт обжёг с такой силой, что на мгновение Сарену показалось будто он сунул руку в раскалённую жаровню. Стиснув зубы, он постарался не подать виду, однако от Веспер ничего не ускользнуло – она серьёзно посмотрела на него.

– Очень больно? Расслабь руку, сейчас должно стать лучше, – после этих слов оборотень вновь приложила ладонь к ране. Теперь рука её была совершенно холодной.

Сарен почувствовал как боль отступает, причём вся и сразу – рана сперва перестала жечь, а после казалось бы и вовсе исчезла. Наёмник даже в лёгком недоумении посмотрел на свою руку – чудесного исцеления не последовало, однако он определённо чувствовал себя лучше и даже как-то менее уставшим, несмотря на всё безумство их приключений. Произошедшее ввело его в лёгкое замешательство, ведь Веспер только что проникла к нему в голову, причём сделав это с такой лёгкостью, будто ей всего то нужно было моргнуть. От осознания этого Сарену должно было стать не по себе, он совершенно точно должен был разозлиться на свою спутницу за столь бесцеремонное «вторжение», однако…

Повернувшись к девушке, он увидел как та пристально смотрит на него, будто спрашивая всем своим видом: «Ну как? Тебе стало лучше?» Это неожиданное участие и забота смутили наёмника ещё больше, он вдруг почувствовал, как что-то давно забытое и до сей поры дремавшее глубоко внутри него в этот момент встрепенулось и заставило почувствовать себя уязвимым.

Странное чувство прошло так же быстро как и возникло – Сарен с лёгкостью мог бы сказать что это было лишь наваждение, рождённое усталостью. Но это было бы чем угодно, кроме правды.

Я в порядке. Для подобной заварушки эта царапина – на удивление лёгкая цена. Остальным повезло меньше, – наёмник кивнул на беженцев, стаскивавших тела убитых прочь с палубы. Они не могли позволить себе остановку для похорон, так что покойников ожидали лишь холодные воды реки Нирт, в то время как сама баржа уносилась всё дальше от пустыни к ещё менее гостеприимным болотам.

Болота были гиблым местом. Гиблым настолько, что им даже не удосужились дать сколько-нибудь ходовое название. Для всего остального материка они так навсегда и остались безымянными. Империя в своём развитии достигла их пару веков назад, бодро нарушив границы многочисленными экспедициями. Но болота не дрогнули, молча проглотив отважных исследователей. И дело здесь было отнюдь не в агрессивно настроенных аборигенах или опасной флоре и фауне. Первые отчёты о ходе экспедиций были нарочито хорошими, утверждая, что почва плодородна, а на осушенных участках могут располагаться богатые залежи руд. Один только момент смущал чиновников, сидевших в столице и читавших эти самые доклады, – ни одна из экспедиций так и не вернулась. Поначалу это не казалось чем-то удивительным, всё таки редко когда экспансия Империи проходила мирно. Однако в этом случае всё было немного иначе – никто не проявлял агрессии, а отряды опытных следопытов и сильных магов так ни разу и не выявили чьего бы то ни было присутствия.

Так продолжалось ещё несколько лет. История повторялась – болота терпели людей, но лишь краткий срок, после чего дороги назад уже не было. И тем не менее, топи были обитаемы – во всяком случае именно об этом громогласно возвестил помощник капитана, размахивая старой картой.

– Слабо верится, – покачал головой Сарен.

– Уж всяко лучше, чем кормить стервятников в пустыне. С кочевниками мы бы не договорились. Никто из нас. Они что-то задумали и свидетели им не нужны, – хмыкнул Квар.

Наёмник покосился на масори. Несмотря на то, что его собственная жизнь перевернулась с ног на голову, тот был на удивление спокоен. Впрочем, подобное поведение было весьма характерно для амфибий – они вообще редко выражали свои эмоции. Огромные глаза лягушки сейчас внимательно изучали Веспер.

Масори были умнее людей. Если бы не их инертность, того и гляди Империю основали бы именно они. Сейчас же проявлялось первое из этих двух качеств. Наёмник готов был поспорить, что в этот самый момент Квар заполнял пробелы собственными наблюдениями, связывая между собой мелкие и незначительные детали произошедшего. За то время, что они работали вместе, Сарен не раз подмечал острый ум и рассудительность амфибии. И если первое сейчас представляло определённую угрозу, то второе, напротив, обнадёживало. Даже если бы Квар и узнал все их секреты, он уж точно бы оставил их при себе, ибо знал цену двум вещам – информации и собственной шкуре, а за спасение последней за ним сейчас как раз был должок.

Будто вторя мыслям Сарена, он перевёл взгляд, сфокусировав его на наёмнике и медленно моргнул – ввиду практически отсутствовавшей у лягушки шеи, жест этот был эквивалентом утвердительного кивка.

Наёмник тихо усмехнулся, а затем поднялся на ноги и осмотрелся. Тела с палубы уже убрали, а раненных отвели в трюм. Особых припасов для оказания первой помощи на борту не было, а потому Сарену даже и думать не хотелось о том, что должно было твориться сейчас внизу. Двое ребят-помощников сновали туда-сюда по барже, проверяя её состояние, в то время как капитан уверенно вёл корабль по расширявшемуся притоку. Поднимавшееся справа солнце заливало всё пространство вокруг своими лучами.

Обойдя судно и немного размяв мышцы, наёмник вернулся назад к Веспер и Квару, отрешённо смотревшим по сторонам. Сев между ними, Сарен прислонился к борту и закрыл глаза.

– До болот ещё несколько часов – постарайтесь поспать сейчас, потому что там лучше быть начеку, – посоветовал мужчина.

Рядом почувствовалось какое-то движение – это Веспер приподнялась над бортом, выглядывая за пределы баржи. Не увидев там ровным счётом ничего интересного, она вновь села и прислонилась боком к Сарену. Только наёмник успел отметить про себя это приятное ощущение, как с другой стороны его подпёр холодный бок масори.

«Настоящая идиллия» – заключил про себя мужчина и провалился в сон.

Сон, который снился Сарену, был начисто лишён смысла. Он бежал по бесконечно длинному коридору, стены которого были причудливо подсвечены магическими светильниками. Их призрачный свет дрожал и пульсировал, отчего всё пространство казалось вот-вот должно погрузиться в кромешную тьму. Наёмник не знал, что это было за место. Он просто бежал вперёд. Нет, конечно можно было остановиться, а то и вовсе повернуть назад, однако такой вариант он даже не рассматривал. Всё нараставшая тревога смешивалась с чувством некой обречённости, как если бы весь этот бег не имел смысла и нечто ужасное неумолимо приближалось.

С каждым шагом Сарен всё больше и больше осознавал своё присутствие во сне. Прошло совсем немного времени и он уже полностью контролировал свой бег. Двигаться было тяжелее обычного – должно быть это тоннель поднимался наверх.

Весь коридор сотрясали мелкие вибрации. С каждой секундой они становились сильнее и всё ощутимее, пока наконец не перешли в оглушающий гул. Наёмник начал испытывать вполне реальную боль в ушах – нечто несвойственное дурным снам.

Сарен остановился, заметив кое-что необычное. Справа в стене зияла огромная дыра. Решив не испытывать свою удачу, он побежал дальше по тоннелю, не сбавляя скорости ни на секунду. И вскоре упёрся в тупик.

Потолок обвалился, наглухо перекрыв проход. Гул достиг критической силы и весь коридор сотряс мощнейший удар. Наёмник почувствовал, что его будто подхватила невидимая рука и со всей силы бросила на груду обломков.

К счастью, этого он уже не почувствовал, повиснув в пустоте. Ощущения снова становились расплывчатыми и неясными, разум уже переключился на какие-то бессмысленные образы, и лишь одна мысль пульсировала в голове Сарена:

«Нужно было повернуть…»

Проснулся наёмник довольно резко – ему вообще показалось будто пробуждение наступило сразу после этого дурацкого сна. Вот только какого именно, вспомнить он не мог. Единственным, что осталось, было чувство досады, как если бы он совершил какую-то непоправимую ошибку.

Сарен заворочался. Затёкшее тело двигалось неохотно – всё же спать в сидячем положении на жесткой деревянной палубе было не очень удобно. Не помогал ситуации и тот факт, что сверху на спайранца навалились его спутники. И если оборотень не особо досаждала подобным, то вот масори… стоит ли говорить, что именно эта половина тела наёмника и отказывалась слушаться.

Инстинктивно попытавшись глотнуть свежего воздуха, мужчина почувствовал у себя в груди что-то склизкое и холодное. Как будто лёгкие его склеились, а потом ещё и замёрзли. Он зашёлся в приступе булькающего кашля. Болота радостно встречали гостей удушающим туманом влажных испарений.

Высвободившись из «объятий» своих спутников, Сарен поднялся на ноги и уперся руками в борт. Поверхность воды была скрыта густой белой дымкой. Казалось, будто они плывут среди облаков. Нарушали эту иллюзию только редкие деревья причудливых форм и размеров. Точно призраки, они протягивали к барже свои длинные и тонкие руки, изогнутые под самыми невообразимыми углами.

Каким только образом капитан баржи до сих пор умудрился не задеть ни одно из них, оставалось для Сарена полнейшей загадкой.

Солнца видно не было, но по тому, как светло было вокруг, наёмник сделал вывод, что день наступил уже некоторое время назад.

Рядом заворочалась Веспер – очевидно её разбудил внезапно покинувший своё место источник тепла и опоры в лице Сарена, отчего она медленно сползла из сидячего положения в лежачее. Как только голова её коснулась палубы, девушка проснулась, принявшись недоуменно озираться. Квар тоже открыл глаза.

– Пойду узнаю у капитана где это мы, – сказал Сарен и направился в хвост баржи.

Людей на палубе поубавилось – кто-то искал место потеплее, а кто-то в инстинктивном страхе перед болотами скорее стремился убраться прочь с открытого пространства.

Он обнаружил капитана у руля. Судя по пробивавшейся на висках седине, ему было около сорока. Чёрные как смоль волосы и смуглая кожа, в совокупности с совсем уж нетипичными для пустыни чертами лица подсказывали, что он был южанином.

«И как тебя только занесло в такие места, тем более то из самой лучшей части Империи?» – южные провинции были самыми плодородными и если масорийский полуостров называли не иначе как «имперской кузницей», то юг по праву носил звание главного кормильца.

Заметив Сарена, капитан кивнул ему, ни на секунду не отрываясь от своих обязанностей:

– А, наш стрелок! Ну здравствуй, здравствуй. Я видел что ты и те двое сделали вчера. Отменная работа! Рад что эти песчаные псы не пригвоздили никого из вас к палубе, а то эта баржа точно бы превратилась в плавучий курятник – заходи и души кого хочешь!

– Неплохие стрелки и куча арбалетов – слишком много везения для одного дня. Как бы на этом наша удача и не закончилась, а? – хмыкнул в ответ наёмник, сев на стоявший рядом ящик.

– «Неплохие»? Ну как скажешь, братец… а арбалеты – это спасибо нашим замечательным чиновникам. Верно говорят – за бумажки свои носа сунуть не смеют. «Приказ о безопасности важных судов» – двадцать пять рабочих арбалетов и проверка раз в полгода, чтобы ушлые моряки их не сбыли куда часом. Только вот толку от них, если охрану к судам они не приписали? Цирк, мать его, да и только… – капитан громко сплюнул через борт.

– Кстати, коль уж ты заглянул – подай из трюма фляжку, прямо на топке лежит. С самой Соляной Глади за этим штурвалом, уже сам как эта пустыня стал.

Сарен кивнул и быстро сбежал по ступенькам вниз. Нижний ярус баржи был разделён на две части – одна предназначалась под груз, в то время как вторая была отведена под быт и личные вещи команды. Небольшая комната, в которую он спустился, соединялась с грузовым отсеком. За дверью была коморка поменьше, очевидно выполнявшая роль кухни. Здесь, внизу, было приятно тепло, а потрескивавшее за толстой металлической створкой печки пламя ласково манило к себе. Окинув взглядом небогатое, но весьма опрятное убранство обеих комнат, наёмник без труда нашёл флягу. На одной из сторон у неё красовалась эмблема Северного Легиона имперской армии – щит и заснеженная вершина.

Отметив про себя эту интересную деталь, он вернулся обратно на палубу. Взяв флягу, капитан открыл её зубами и сделал большой глоток.

– Лучше не стало, но хотя бы с ног не валит. Угощайся! – он протянул её обратно наёмнику.

Сарен с удовольствием принял это предложение. Внутри оказалось горячее вино, смешанное с какими-то пряностями – в напитке их было так много, что различить что-то конкретное было сложно. Крепости ему при этом тоже было не занимать. Вышла смесь весьма ядрёной, причём во всех смыслах. Молодой человек буквально почувствовал как жар растекается по телу, тогда как как пряности на некоторое время перебили запах болотных миазмов.

– И правда, забористая вещь, – чуть закашлявшись, отметил он.

– О чём и речь. Кстати, Айден Китс, капитан, как ты уже догадался, этой замечательной посудины, – на этих словах южанин сделал очередной глоток, начав рулить баржей на порядок бодрее.

– Сарен, заядлый стрелок из арбалета по кочевникам, – представился в ответ наёмник, чем вызвал одобряющий хохот капитана.

– Скажи Айден, а где мы вообще? – перешёл к делу наёмник, – ты ведёшь нас по карте или мы…

– Заблудились? Готов поспорить, что тем засранцам, которых мы оставили позади, очень бы того хотелось. Нет, есть карта с притоками Нирта в болотах, – капитан кивнул на небольшой пергамент, что был расстелен чуть в стороне от него.

Подойдя и взглянув, Сарен заметил тонкую чёрную линию, проведённую кусочком угля – судя по всему это и был их нынешний маршрут. Хорошая новость заключалась в том, что они не забрались далеко в топи, а только лишь проходили их по касательной. Если верить всему, что было на карте, то эта местность вообще не должна была быть их частью.

– Это старая карта? Болото что, расползается вширь? – удивлённо спросил наёмник.

– Ага, видимо ему надоели наши попытки хоть как-то его освоить и оно решило начать «осваивать» нас, – покачал головой южанин, – но суть не в этом. Там на карте, вроде как отмечено поселение – уж не знаю, что с ним сталось, но вполне может быть что оно ещё обитаемо. До границы Империи полтора дня пути, а нам, по-хорошему, стоило бы подлатать баржу и перераспределить грузы. Слишком сильно нас перекашивает. Одним словом – стоянка нам необходима. Если карта не врёт, мы должны будем доплыть до этого поселения примерно через час-другой. Так вот хоть мы и не на болотах, но лучше бы ты и твои друзья снова взялись за арбалеты и были наготове, а то мало ли что…

Наёмник понимающе кивнул.

Масори, оборотень и наёмник неспешно нарезали круги вдоль борта, держа заряженное оружие наготове. Их патруль длился уже, наверное, с полтора часа и то чувство опасности, что поначалу задал своей просьбой капитан, успело практически полностью улетучиться.

Всё вокруг было серым от тумана – даже солнце над головой, и то виднелось лишь маленькой точкой, совсем не похожей на то яростное светило, что пыталось испепелить их в пустыне.

Поселение, о котором говорила старая карта, встретило их внезапно. Сперва Сарену даже почудилось, будто некий мифический исполин, обитавший в болотах, вдруг развернулся на звук подплывающей баржи и устремил на них с десяток горящих глаз. Однако уже через несколько мгновений из тумана начали проступать очертания построек, которым и принадлежали те самые «горящие глаза».

– Приплыли! – раздался позади голос капитана.

Первыми на палубу выбежали его помощники, до того, очевидно, приглядывавшие за беженцами в трюме. Они зажгли сигнальные фонари и начали готовить судно к швартовке. Ушей наёмника достигли радостные возгласы поднимавшихся наверх людей. Очень скоро на палубе должно было стать тесно, а потому он решил не испытывать судьбу и разрядил арбалет. Его примеру последовали Веспер и Квар.

– Ну вот мы и здесь, – объявил Сарен подошедшим к нему спутникам.

– Неплохо было бы ещё знать, где именно это «здесь», – хмыкнула оборотень.

– «Здесь» можно перекусить, выспаться и пополнить припасы. Болота скорее всего непроходимы, для вас двоих так точно, так что варианта сойти с баржи и идти своим ходом нет. Давайте спускаться, пока эта толпа не выдавила нас с палубы, места здесь становится всё меньше, – пробурчал Квар.

Масори был прав и продолжать обсуждение не имело особого смысла, тем более что палуба и правда начала заполняться. На берегу беженцев уже встречали. Судя по одежде, к ним вышел старейшина этой деревни в сопровождении ещё нескольких человек. Вовремя спустившийся на берег капитан заговорил со встречавшими и рассказал о произошедшем в Соленой Глади.

– Это поселение не принадлежит Империи, – заметил Квар.

Короткие реплики, как уже было подмечено, были масори несвойственны, а потому его замечание привлекло внимание спутников.

– На масорийском полуострове есть несколько имперских городов, местность там тоже болотистая и для строительства они всегда используют одну и ту же технику. Вгоняют в землю глубокие сваи с раскрывающимися распорками, которые крепко заседают в болоте, потом стягивают их между собой и поверх уже ставят дома. Здесь такого нет, так что и Империи здесь тоже нет, – пояснила лягушка.

– Всё верно, да только вот карта старая: возможно тогда строили по-другому, а переделывать потом уже ничего и не стали, – предположил Сарен.

Вблизи строения и правда выглядели причудливее любых фантазий. Стоявшие на высоких ножках неравной длины, больше всего они напоминали каких-то сказочных пауков.

– Как бы там ни было, мне это место не нравится, – подала голос молчавшая до того оборотень.

– Всё правильно, Веспер. Часть Империи или нет, здесь нет ничего такого, что должно было бы нравиться. Но выбирать не приходится, – ответил на замечание девушки наёмник.

Большая часть беженцев двинулась вслед за старейшиной куда-то вглубь деревушки, в то время как капитан остался у причала вместе с одним из местных. Заметив это, наёмник махнул своим спутникам.

– Баржу будут ремонтировать. Пойдём узнаем, как скоро мы сможем отплыть. У меня и самого нет желания задерживаться здесь без необходимости.

Когда он подошёл, Айден как раз закончил разговор и приветственно кивнул подошедшей троице.

– Похоже работы у нас нарисовалось больше, чем планировалось – из-за этого тумана мы пару раз прилично шаркнули об деревья. Днище, к счастью, осталось целым, но вот рулевая пластина треснула, причём так, что вообще непонятно как мы смогли так аккуратно пришвартоваться. Мы сможем заменить её, для ремонта у нас есть всё необходимое, но это два, а то и три часа работы в воде. Моим ребятам нужен отдых, так что двинуться в путь мы сможем не раньше утра.

– Вот чёрт! – тихо выругалась Веспер. Ей явно не нравилась такая перспектива, однако поделать с этим она особо ничего не могла.