- -
- 100%
- +
– В местной церквушке нашлось достаточно места, чтобы приютить беженцев. Я и мои помощники остаёмся на корабле – кроме руля нужно ещё сделать целую кучу всего, так что тут нормально не передохнёшь, – капитан указал на стоявшего рядом с ним мужчину, – Хевран сказал что у него есть одна свободная комната и он готов приютить вас за небольшую плату. Он так же может приготовить для нас кое-что. Я помню о том, что вы сделали, когда мы бежали из Соленой Глади, поэтому об оплате можете не беспокоиться – главное прихватите с собой на обратном пути приготовленные припасы, ладно?
– Без проблем, – ответил Сарен, – спасибо Айден.
– Да чего уж там, – отмахнулся капитан.
Попрощавшись, они направились вслед за местным. Хевран был высоким и худым человеком неопределённого возраста. Его волосы были не то седыми, не то русыми, а сам он был как-то по-старчески бледен, несмотря на то, что видимых морщин на его лице не наблюдалось. Чуть сгорбленный, издалека он вполне мог бы сойти за одно из деревьев, что встречались их барже на пути по туманной реке.
– Эй, Хевран, расскажи нам побольше об этом месте. Как называется это поселение? – неожиданно приветливо заговорила оборотень.
Вопрос заставил человека на секунду остановиться – обернувшись, он посмотрел на девушку. Его глаза были большими и столь же блеклыми как и кожа; только внимательно присмотревшись можно было различить слабый голубой оттенок.
– Это деревня Лиим – построена двести лет тому назад на одном из притоков реки Нирт, проходящим аккурат рядом с Песчаными Морями. До постройки канала и Соленой Глади, говорят, здесь было весьма оживлённо – постоянные караваны, собственный небольшой гарнизон. Но вот уже минимум четверть века, как тут ничего не происходит, да и расползающееся болото не способствует, знаете ли. Нас тут немного, но жизнь вполне размеренная.
– А чем занимаются местные жители, если болото поглотило всю окрестную землю? – продолжала свои расспросы оборотень, пока они шли между домиков.
– Почва весьма плодородна, другое дело что здесь слишком влажно для нормальных ферм. Вот я, например, держу небольшое грибное хозяйство – что-то годится в еду, что-то продаю в Империю. Мы иногда плаваем вдоль по протоку – имперские алхимики хорошо платят за засушенные мари-кай и мерцающие болотники.
Названия грибов мало что сказали Веспер и по всей видимости она успела потерять интерес к этому разговору. Однако этого нельзя было сказать про масори. Сарен заметил, что Квар внимательно прислушивается к каждому слову Хеврана.
Наконец они пришли к дому своего проводника – в отличии от остальных, он стоял не на «ножках», а на небольшой платформе. Первый этаж был выполнен из камня, тогда как второй, чуть поменьше, был деревянным. Открыв дверь, Хевран пропустил всех троих внутрь и отвёл в комнату на втором этаже.
Внутреннее убранство дома было совершенно непримечательным – комната встретила их небольшой кроватью и подобием ковра на полу, стекла в окне не было, его заменяли глухие ставни, не открывавшиеся, должно быть, уже добрую сотню лет. С другой стороны, сложно было винить владельца дома в подобном, ибо с тем густым туманом и смрадом испарений, что стояли снаружи, открывать окно и правда не возникало никакого желания.
Сказав, что принесёт еду когда та будет готова, Хевран удалился, закрыв за собой тяжелую деревянную дверь. Путники же тем временем разбрелись по разным углам комнаты, каждый погруженный в собственные мысли.
Первой тишину нарушила Веспер:
– Дурное у меня предчувствие насчёт этого места!
С самого момента их прибытия девушка проявляла нервную настороженность. Даже во время побега из Соленой Глади и впоследствии на барже, отстреливаясь от кочевников, она выглядела куда спокойней.
Не успел наёмник открыть рот, как его опередил Квар:
– Всё гладко. Всё сходится. Всё… да не всё, – переведя взгляд своих огромных глаз на застывшего в недоумении Сарена, он продолжал, – я, конечно, ни в коем случае не алхимик, но немного в ингредиентах смыслю. И, насколько я знаю, то мари-кай на болотах как раз и не растут. Масори настаивают свой спирт на разных болотных грибах и вот настойку мари-кай делают в Империи, часто выдавая её за масорийскую экзотику. Ирония, но именно этого гриба у нас то и нет.
– Но мы ведь не на масорийском полуострове, верно? – с усталостью в голосе сказал наёмник, – я не говорю, что ты не прав, но может быть не стоит паниковать? Мне это место тоже не нравится, но подумайте сами – через болота вброд мы не пойдём, а баржа не поплывёт без нового руля. Мы могли бы остаться и там, но отдохнуть тогда вряд ли сможем. Так что давайте мы все успокоимся, ладно?
Сарен перевёл взгляд на оборотня:
– В первую очередь это касается тебя, Веспер. Но и ты, Квар, не подливай масла в огонь, – добавил он, обращаясь уже к лягушке. Однако тот лишь пожал плечами, а затем уселся прямо на пол и принялся копаться в своей сумке, полностью потеряв интерес к происходящему.
Девушка же явно была недовольна подобным ответом. Покачав головой, она громко фыркнула и отошла на другой конец комнаты.
«Ну что за дети…» – подумал Сарен.
В отличии от своих спутников, он чувствовал сейчас только одно – собственную усталость. Подойдя к кровати, мужчина снял сапоги и улёгся на неё, пользуясь редким случаем не просыпаться с затёкшими наглухо конечностями и спиной. Сон к наёмнику особо не шёл, он просто провалился в полудрём в котором смешались все события последних нескольких дней. Никакой беготни по туннелям, никаких странных звуков, лишь бессмысленная череда картинок.
* * *Сарен проснулся через какое-то время. Усталость отступила, однако голова по-прежнему гудела. Сев на кровати, он обнаружил что Хевран принёс обещанную еду. Последняя, однако, не вызвала ни у Квара, ни у Веспер особого доверия, так и оставшись одиноко остывать на подносе.
– Ну а с едой что не так? Нас пытаются отравить? – усмехнувшись, Сарен поднялся с кровати.
Ответом для него были недовольные взгляды девушки и амфибии, которые были явно задеты тем, что их не воспринимают всерьёз.
– Ладно, так мы ни к чему не придём. Если вам двоим неймётся, то так уж и быть, я отправлюсь к капитану и спрошу, можно ли как-нибудь ускорить починку баржи. Надеюсь теперь вы довольны?
Не став дожидаться ответа, Сарен собрался и вышел из комнаты. В доме было пусто – очевидно Хевран ушёл следить за своей грибной фермой. В версию оборотня и масори наёмник решительно не верил, как минимум уже потому что и версии как таковой не было. Разумеется, ругаться с ними из-за этого было попросту глупо, равно как и изначально ожидать от любого из них хладнокровия в свете последних событий. Разговор с капитаном стал отличной причиной избежать конфликта, а заодно и немного прогуляться.
На улице его встретил болотный смрад, от которого Сарен уже успел отвыкнуть за те пару часов, что провел в помещении. Огней горящих окон стало на порядок меньше, хотя судя по времени жители как раз должны были собираться дома за ужином. Теперь деревня выглядела на порядок более зловеще, поскольку идти приходилось в полумраке.
«Странно… совсем недавно это место было куда более оживлённым.»
Волей неволей, но мысли о словах оборотня сами собой начинали закрадываться в голову Сарена. Он старательно отмахивался от них, повторяя себе, что дело тут лишь в накопившейся усталости. Что и говорить, его спутники перенесли многое за последние пару дней, хотя то с какой лёгкостью они оба вдруг начали бить тревогу было довольно удивительным. Тем более что Квара наёмник знал чуть дольше и поведение амфибии для него было куда более неожиданным.
Он повернул у покосившегося деревянного домика, восстанавливая в памяти путь, которым их ранее провёл Хевран. До причала оставалось идти совсем чуть-чуть.
* * *Веспер не покидало беспокойство. Причём настораживала оборотня даже не опасность угрожавшая им напрямую, как это было, к примеру, во время погони кочевников. Нет, сейчас ей казалось, будто они уже совершили какую-то ошибку и теперь только и оставалось что метаться в тщетных попытках вырваться. Это чувство собственной загнанности не покидало девушку ни на секунду.
С другой стороны, её смущало то хладнокровие, с которым воспринимал их пребывание в болотах сам Сарен. Наёмник словно не замечал сколь зловещим было приютившее их место!
Квар же тем временем бродил по комнате и перебирал разные мелкие вещи, что попадались ему под руку. Он уже успел порыться в тумбе, обшарить полки и теперь сосредоточенно изучал каждый сантиметр пола. Периодически амфибия издавала тихое кваканье, отмечая что-то интересное.
– Я не понимаю – почему он так спокоен?! – только сказав это, оборотень поняла что озвучила свои мысли, вместо того чтобы прокрутить их у себя в голове.
Масори оторвался от своего занятия, поднявшись с пола со свечой в руках – последние пару минут он пытался достать её из под кровати и теперь был весь в пыли. Несколько секунд он стоял неподвижно, так что единственными звуками в помещении было их с девушкой дыхание и тот щёлкающий звук, с которым моргал сам Квар.
– Работа наёмника связана с риском – когда каждый день можешь расстаться с собственной жизнью, то страх смерти, как таковой, отступает. Так и ему сейчас недостаточно одного только «плохого предчувствия», чтобы принимать какие-либо решения – я бы сказал, что вместо этого он пытается найти причины опасаться или не опасаться этого места. Другое дело, что каждая раса воспринимает опасность по-своему, в зависимости от своей хрупкости, – ответил масори.
– Погоди-ка, я не совсем тебя понимаю… что ты имеешь в виду про расы? Причём тут Сарен? В чём разница? – непонимающе спросила Веспер.
– Сарен – спайранец, а потому для него это место может выглядеть на порядок менее опасным, чем для нас. Вот что я хотел сказать. Однако ты, видимо, этого не заметила – может потому что не обратила внимания, а вероятнее всего просто потому что не видела спайранцев до этого. Что же, их легко спутать с людьми… в отличии от других рас, – на последнем слове Квар сделал чуть заметную паузу, устремив взгляд на оборотня, отчего той стало ещё больше не по себе.
Спайранец!
Настоящий, живой спайранец!
Последние были в Империи существами едва ли не столь же легендарными, как и сами оборотни. Внешне они мало чем отличались от людей, однако были гораздо выносливее и более развиты физически. Некогда эта раса населяла всю северную часть нынешней Империи, но с экспансией началась череда кровопролитных войн за территорию. Фактически, Спайра, как государство, было последним серьёзным противником Империи. На протяжении двух сотен лет война между ними то затихала, то разгоралась с новой силой. Спайра сильно проигрывала в численности, а потому Империи удалось оттеснить своих противников сперва дальше на север, а потом и вовсе выгнать за горный хребет, в практически лишённые жизни и каких-либо ресурсов ледяные равнины.
Длительная война породила немало историй о спайранцах – тем более, что как уже было сказано, последние сильно превосходили имперцев в битве. Солдаты рассказывали о свирепости врага, не гнушаясь приукрашивать некоторые подробности – так спайранцы были практически неуязвимы в бою, их не брал ни меч, ни заклятье, а единственным способом убить такого врага было отрубить ему голову. Другие рассказывали об удивительной способности спайранцев обращаться в ужасающих зверей, и в запале битвы буквально разрывать на части даже самых тяжело бронированных воинов. Также они быть прямыми потомками демонов, а само их появление в деревнях означало скорую смерть всех младенцев, скота, ну и массовое совращение женщин, так сказать – для полноты картины.
Разумеется, лишь только сами спайранцы могли пролить свет на то, что было в данных историях правдой, а что – пьяным вымыслом. Однако выходцы из Спайры были довольно малочисленны, и, даже если и встречались на просторах Империи, не спешили развеивать мифы о себе, предпочитая ореол опасности и загадочности.
Из попыток восстановить в памяти всё, что она знала о спайранцах, Веспер вывел Квар, который бесцеремонно квакнул, причём так громко, что девушка невольно дёрнулась от испуга. Поманив её к себе, масори протянул оборотню свечку, которая до того занимала всё его внимание:
– Ты искала подтверждение своей настороженности – вот и оно.
– В свечке? Это какая-то шутка?! О чём именно тебе говорит свечка? – удивлённо подняла одну бровь Веспер, – ну кроме того, что она уже когда-то зажигалась и нашёл ты её под кроватью?
– Ты правильно подметила, что она лежала под кроватью и что до того, как туда попасть, уже была зажжена кем-то. Чего ты не знаешь, однако, так это то что свеча, которую ты сейчас держишь в руках, сделана не из пчелиного воска, а из жира масорийских мелководных моллюсков. Не удивляйся, если не слышала о них, поскольку вот уже как сотню лет их не существует в природе. Теперь о них знают разве что сами масори, да некоторые ювелиры в Империи, потому что в их раковинах находили невероятные по красоте своей жемчужины. Сейчас одна такая может стоить целое состояние, а тогда – их вылавливали тысячами, почему они, собственно, и исчезли. Замечаешь связь?
– И из того, что осталось, масори делали свечки? Я правильно тебя понимаю? – уточнила девушка.
– Именно! Свечки делались из пережаренного жира, чтобы избавиться от остатков самого моллюска. Так вот, лет примерно двести назад их начали поставлять в Империю, а ещё через четверть века – они стали самыми популярными. Однако длилось это недолго – очень скоро на смену жиру пришёл пчелиный воск. Одним словом, сейчас такую свечу найти можно разве что в музее. Конкретно же эту жгли совсем недавно.
– Откуда такая уверенность? Я согласна с тобой, что это странно, но почему она не могла проваляться там с несколько десятков лет? – всё ещё не верила Веспер.
– Этаж на котором мы стоим – деревянный. Доски так долго не живут, тем более на болоте, а они, вроде как, не обработанные. К тому же я нашел след от упавшей свечи, вот, смотри! – Квар выглядел чрезвычайно оживлённым.
Подойдя к указанному месту, девушка и правда сумела разглядеть на полу едва заметное пятно сажи. Его пытались оттереть, но жир прочно въелся в древесину.
– И правда, странно, – она покачала головой, не в силах меж тем связать этот момент с причиной своего беспокойства, – но что это нам даёт, кроме того, что хозяин этого дома весьма расточителен с редкими свечками?
Масори пожал плечами:
– Пока что ничего, но тут есть ещё одна маленькая ниточка – пятно затереть пытались, а свечку под кроватью не нашли… Следовательно, это единственное место, куда не заглядывали. В общем ты уже догадываешься, с чем именно мне потребуется твоя помощь.
Совместными усилиями, они смогли относительно бесшумно поднять и перенести кровать, так что Хевран, где бы он не находился, не услышал их манипуляций.
– Твою мать… – только и смогла вымолвить Веспер, взглянув на освободившееся место.
– Действительно, – нервно сглотнув, произнёс Квар.
Взяв тумбу, масори пододвинул её ко входной двери, не вплотную, но так, чтобы вошедший потратил несколько секунд на то, чтобы её обойти. После этого, он достал из своей сумки припрятанные там арбалеты и бросил один из них оборотню.
– Будем держать оборону.
На полу чернела лужа давно запекшейся крови, в которой лежала пара человеческих пальцев. Владельца последних, меж тем, поблизости не было.
Глава 4
Огонь веры
Дома, ранее казавшиеся вполне обитаемыми, теперь напоминали собой скелеты давно сгинувших чудовищ. Своей игрой свет творил чудеса – зажжённые окна притягивали к себе внимание и создавали впечатление уюта. Однако сейчас, когда большая часть этих огней погасла, хрупкое волшебство ушло и деревня Лиим выглядела совершенно иначе.
Внимательный наблюдатель уже через пару минут путешествия заметил бы, что деревянные ножки домов прогнили и лишь чудом удерживались от стремительного падения. Да и сами постройки едва ли выглядели обитаемыми. Болотный мох умудрился оккупировать не только стены и крыши, но даже забить собой двери, недвусмысленно указывая на то, что ими давно не пользовались.
Однако Сарен не обратил на это внимания, будучи слишком увлечён размышлениями о «странном» поведении своих спутников. Более внимательных спутников, стоит заметить.
У причала было пусто. На всём своём пути наёмник не встретил ни единой живой души. Сарен прислушался. Нет, совершенно точно с пришвартованного у хлипкого причала корабля не доносилось ни звука. Он уже успел составить достаточное представление о капитане, чтобы быть уверенным – тот вряд ли бы стал задерживаться на этой стоянке дольше положенного. И дело тут было даже не в нервозности и беспочвенных страхах. Они несли в Империю важную информацию о нападении кочевников на Соленую Гладь. И тем не менее, баржа оставалась безмолвна.
Возможно конечно, что Айден подогнал своих помощников и они закончили ремонт раньше, а затем решили использовать оставшиеся часы, чтобы хорошенько отоспаться и восстановить силы. Без сомнения капитан отлично знал своё дело, но даже он вряд ли бы рискнул вести баржу по болотам ночью.
«Наверно всё же спят» – подумал Сарен.
Он уже прокручивал в голове, что скажет Квару и Веспер, как успокоит их и отправится спать дальше. Но тут внимание его привлекло что-то торчавшее из борта – взойдя на причал, он заметил что этим «чем-то» был обломок стрелы.
Казалось бы – совершенно незначительная деталь. Однако при том тумане, который стоял на болотах, ориентироваться капитану приходилось исключительно на звук, причём требовало это едва ли не ювелирной точности и змеиной реакции. При малейшем скрежете ему нужно было точно определить какая часть баржи задела корни деревьев и повернуть в противоположную сторону. Промедление здесь грозило пробоиной в днище и преждевременным концом их путешествию.
Что же во всей этой ситуации было странным? Именно наличие этого самого обломка стрелы, торчащего из борта. Задень он о проходившее рядом дерево и скрежет заставил бы капитана крутануть руль в сторону, тем самым рискуя посадить баржу на мель, а то и вовсе – пустить ко дну. Сарен готов был биться об заклад, что те же мысли были в голове и у Айдена, а следовательно – он ни за что не успокоился бы, покуда борта судна не стали абсолютно гладкими.
Присмотревшись, наёмник заметил ещё несколько стрел, торчавших то тут, то там. Нет, подняться всё же стоило.
Легко взбежав по опущенному трапу, Сарен оказался на палубе. Здесь тоже было пусто. Это уже настораживало. Люди на просторах Империи никогда не славились своей беспечностью, а уж за её пределами – и подавно. На краю болот, у капитана не было ровным счётом никаких причин оставлять своё судно на ночь без присмотра. В конце концов, именно на этот случай у него и были помощники. Полные сил юнцы вполне могли перенести пару ночных вахт и всё равно работать в полную силу.
Сарен медленно прошёлся вдоль палубы. Его взгляд зацепился за глубокую борозду на крепкой доске борта. Когда он покидал корабль в последний раз, её здесь точно не было. Подойдя ближе, наёмник почувствовал, что наступил во что-то мокрое. Первой мыслью было, что кто-то из помощников капитана решил забросить порученную ему работу, оставив ведро и мокрую тряпку прямо на самом ходу.
«Ну что за черти» – выругался было он про себя. Но когда мужчина наклонился, рука его коснулась чего-то липкого и тёплого. Сарен поднёс ладонь к лицу и в нос ему ударил запах свежей крови. Он осторожно извлёк одну саблю из ножен, а в другую руку взял кинжал.
Мысли в их привычном понимании ушли сейчас на второй план. За годы проведённые в пустыне и на просторах Империи в качестве наёмника, Сарен успел выработать свой собственный подход, некое подобие транса, в котором мышление напоминало стремительный поток воды, где каждая мысль-капля была неразличима, но вместе они образовывали неукротимое движение.
Так и он сейчас, действуя почти рефлекторно, крался между бортом и расположенной на палубе кабиной. Оружие наёмник держал примерно на уровне пояса, поближе к себе. Опасность могла прийти с любой стороны, а потому важно было суметь увернуться от внезапной атаки.
Внимательно всматриваясь в каждую деталь, Сарен различил ещё пять лужиц поменьше – точно кто-то раненный шёл этим путём. У руля крови было больше. Судя по всему здесь произошёл бой, или, как минимум, жертва пыталась оказать сопротивление. Подняв оружие чуть выше, наёмник стал медленно спускаться в трюм.
Ступеньки предательски поскрипывали под его шагами. К счастью, судно немного покачивало и шагам его вторил чуть более тихий «стон» самой баржи. Рассчитав нужный интервал, наёмник шагал точно в такт с этим звуком, чтобы хоть как-то скрыть своё присутствие.
В трюме царил бардак – за те несколько часов, что прошли с его визита, обстановка здесь успела поменяться. Бочка, до той поры служившая столом, лежала сейчас на боку, а всё, что стояло на ней, разметалось по полу. Обе двери были плотно закрыты.
Открыв любую из них, наёмник обозначил бы своё присутствие, а учитывая их расположение, он в любом случае должен был повернуться к одной из дверей спиной.
Слишком мало информации, чтобы принять это решение. Сарен принялся искать хоть какую-нибудь подсказку. В данный момент его совершенно не интересовало, что же может встретить его за нужной дверью, главное – не ошибиться в выборе.
Несколько капель крови виднелись почти на самом пороге маленькой кухни. Сжав оружие покрепче, мужчина сделал шаг в ту сторону. Затем ещё один. Делал он это нарочито громко, стараясь наступать на самые скрипучие доски. Он хотел спровоцировать неведомого неприятеля первым открыть дверь. В этом случае противник смог бы вести бой лишь одной рукой, дав Сарену неплохое преимущество.
Когда до двери оставалось шагов пять, наёмник замер. Он уже практически ощущал, как стоявший за дверью переминается с ноги на ногу. Возбуждение росло, отбивая барабанную дробь во всём теле.
«Ну же…» – позволил он себе короткую мысль.
Ничего не происходило.
«Давай!»
Его «оппонент» не выдержал. Противник вылетел на него, выставив перед собой зажатый в правой руке меч. Знакомая схема.
Быстро среагировав, наёмник поймал лезвие своей саблей, которую он держал немного под углом вправо. Таким образом, двинувшись навстречу и переложив свой вес на левую сторону, он заставил оппонента раскрыться и уйти вслед за мечом. Сконцентрировав весь упор на левой ноге, наёмник «поддался» и позволил силе удара в буквальном смысле прокрутить себя на месте, встав теперь правым боком к двери. В этот момент, следуя инерции, его правая рука с кинжалом описала длинную дугу, направляясь противнику точно в шею.
Всё произошло за доли секунды. Враг не успел даже закончить свой боевой клич, как уже был полушаге от смерти. Именно в этот момент Сарен заметил, что сражается с одним из помощников капитана. Боковое зрение запоздало показало фигуру самого Айдена. Наверно он хотел окликнуть его, остановить… но не успел.
Вот и Сарен сейчас уже точно бы не успел повернуть руку, сжимавшую кинжал – слишком поздно, слишком близко.
К счастью, тело подсказало ему другое решение. Расслабив левую руку, он выпустил саблю, позволив той со звоном упасть на пол. Помощник капитана при этом пролетел на порядок дальше положенного, а кинжал лишь резанул воздух. Потеряв равновесие, паренёк пробежал ещё пару шагов и благополучно споткнулся о бочку.
– Стойте! – наконец донесся до наёмника крик капитана.
Все кто был в трюме, все трое – и правда застыли, каждый по-своему пораженный произошедшим. Помощник капитана сопел, растянувшись на полу. Приземление вышло не самым мягким. Сарен и Айден оба сейчас прокручивали в голове, что было бы если…
– Фенк, да ты в рубашке родился! – выдохнул наконец капитан, обращаясь к пареньку.
– Вот уж точно, – Сарен кивнул, наклоняясь за своей саблей.
Обернувшись к Айдену, он заметил что тот стоит как-то криво, чуть согнувшись на один бок. Его кожаный жилет, надетый поверх рубахи, был продран с левого бока, а рука кое-как перемотана куском тряпки.
Наёмник встретился с мужчиной взглядом.
– Раны серьёзные?
Капитан только махнул здоровой рукой и опустился обратно на табурет.
* * *Как только беженцы покинули баржу, Айден принялся за работу. Помощники – Фенк и Тонг, сновали туда-сюда, выполняя полученные указания. Нужно было как можно скорее оценить повреждения и рассчитать ремонт. Как бы не подгоняли капитана мысли о возможном вторжении кочевников и важности их миссии, он всё же не был пятнадцатилетним юнцом, готовым сломя голову нестись через болота на разваливающемся деревянном корыте. Нет, эта ситуация требовала спокойствия и точного расчёта. Его ресурс – он сам и двое помощников. За последние восемь месяцев Айден успел их чему-то да научить, и теперь было самое время проверить, хорошо ли ребятня усвоила данные им уроки.