- -
- 100%
- +
– Да, я знаю, обычно это удел масори. Что бы тебе не понадобилось, лягушки это производят. Но замки – немного другая история. Люди не любят доверять свои секреты жабьему народцу. И не без причины, – последнее предложение оборотень произнесла тише, так, чтобы шагавший впереди Квар точно её не услышал, – столица разделена на несколько округов, точно так же, как и сама Империя. Мы жили на границе второго и третьего. Третий округ – выгребная яма Гидона, опоясывающая его кольцом и закованная в каменные стены. С четырёх сторон к столице подходят высокие мосты, «Небесные дороги», как называют их жители трущоб. «Золотая» ведёт сразу в первый округ, говорят, что когда едешь по ней, ограды по обе стороны не дают посмотреть вниз, а благоухание свежих цветов заглушает поднимающееся зловоние. Но доступ к ней открыт лишь избранным. С «Серебряной» проще – по ней может пройти любой прилично одетый гость столицы. Она ведёт во второй округ, где расположены основные рынки и ремесленные мастерские.
– Звучит довольно причудливо. Почему жители трущоб попросту не уйдут оттуда и не поселятся где-нибудь ещё на просторах Империи? – удивился Сарен.
– Поверь – тому есть причина, – оборотень покачала головой, – когда я была совсем маленькой, лет пять-шесть, я всего этого не понимала – округи, трущобы, разделительные стены. Детям просто нет до всего этого дела. Помню мы с друзьями пробирались на другую сторону, носились по этим самым трущобам, не думая ни о чём на свете. Лет до десяти я вообще не подозревала о своих способностях, была обычным ребёнком, как и все.
Веспер запрокинула голову и устремила свой взгляд на голубое небо.
– Не знал, что оборотни рождаются людьми, – задумчиво протянул Сарен.
– Потому что оборотни рождаются оборотнями, – подтвердила Веспер, – людьми же рождаются полукровки. Вот и я – родилась человеком. Да, отец мой был самым что ни на есть обычным. Ни капли волшебной крови или чего-то подобного. Предупреждая следующий вопрос – мать моя скорее всего была оборотнем. Точнее сказать, увы, не могу. В сознательном возрасте видеть её мне не довелось. Но, судя по моей наследственности, я бы поставила на этот вариант, – девушка наигранно усмехнулась.
– А твой отец был в курсе её происхождения? – позволил себе полюбопытствовать спайранец.
– Сложно сказать. Мне, конечно, хочется верить в то, что у них была большая и светлая любовь, а оставить семью моей матери пришлось потому, что нужно было спасать мир от надвигающегося зла. Но думается мне, что всё было куда прозаичнее: она взяла «передышку», очаровав успешного ремесленника и внушив ему любовь к себе. Он души в ней не чаял… любил до безумия. И время тут совсем не помогло. Если ты в Империи давно, то должно быть слышал все эти страшные байки об оборотнях, что так любят пересказывать друг дружке имперцы.
– Люди вообще любят почесать языком. Я много чего слышал. Вопрос чему из этого верить, – Сарен улыбнулся и подмигнул девушке.
Однако в этом случае с настроением разговора он промахнулся совершенно – Веспер будто и не заметила жеста и ободряющей реплики спайранца.
– Значит с оборотнями ты раньше не сталкивался, – мрачно заключила она.
Сарен и правда имел дело с представителями этой расы впервые. Однако наёмник провёл на территории пустыни и Империи далеко не один год, и внимательность никогда не была его слабой стороной. Так что об оборотнях к моменту их первой встречи он знал достаточно. В равной степени Сарен был осведомлён и о том, сколь опасны могли быть способности Веспер. Впрочем, этому аспекту сейчас совершенно не было места в их разговоре, а потому спайранец просто пожал плечами.
Девушка, однако, восприняла его молчание иначе и решила, что её слова задели спайранца.
– Послушай, я не пытаюсь укорить тебя или назвать беспечным, но оборотни могут творить ужасные вещи с чужим рассудком. И это не какая-нибудь страшилка на ночь. С той же лёгкостью, с которой я могу прикосновением снять боль от раны, другой оборотень может внушить такую сильную мысль, что она в конечном итоге разрушит человека изнутри, понимаешь?! – Веспер смотрела на наёмника, пытаясь поймать его взгляд. Сейчас её больше всего занимало, воспринимает ли Сарен её слова всерьёз.
Мужчина замедлил шаг, а потом и вовсе остановился. Повернувшись к девушке, он встретился с ней взглядом:
– Ну а что насчёт тебя? Ты можешь внушить такую мысль?
Оборотень открыла было рот, чтобы что-то сказать, но вопрос наёмника застал её врасплох. По всему её виду было понятно, что этот разговор начал принимать совсем не тот оборот, которого бы хотелось девушке.
– Деревня! – громко крикнул масори.
* * *Спайранец поднял голову – впереди действительно была деревня. Кажется, даже та самая, про которую им говорил капитан. Как она там называлась? Вторя его мыслям, Веспер прочитала надпись на указателе, что торчал из земли рядом с дорогой:
– «Кабанья Пуща».
Если верить высеченным на деревяшке словам, до поселения оставалось идти ещё с полмили. Наёмник покосился на оборотня: она закуталась в плащ и надвинула на голову капюшон. Только одинокий локон тёмных волос предательски выглядывал наружу.
– Веспер, мы уже довольно далеко ушли от Песчаных Морей, – заметил Сарен.
– Вроде как. Это ты к чему?
– Твоя внешность. Когда мы придём в деревню, ты будешь слишком выделяться, даже на фоне нас с Кваром, – пояснил мужчина.
Вместо ответа, Веспер молча откинула назад капюшон. Рядом со спайранцем теперь шагала молодая девушка с длинной копной огненно-рыжих волос. Яркие зелёные глаза сверкали, точно два изумруда.
– Другое дело, – Сарен удовлетворённо хмыкнул.
Сейчас, когда пустыня со своими кочевниками осталась позади, а занять короткий остаток пути было нечем, самое время было подвести промежуточный итог их путешествия.
Наёмник перевёл взгляд с оборотня на шедшего впереди масори. Он успешно пересёк границу Империи и теперь был в безопасности ровно настолько, насколько у него хватит мозгов. Иными словами – сохраннее, чем золотой слиток в имперской сокровищнице. Квар сочетал в себе редкую удачу с хитростью и изворотливостью. Он выкрутился и из этой заварушки, притом утащив с собой нечто весьма ценное.
С девушкой тоже было всё более или менее ясно – в конце концов, она обладала способностью менять облик силой мысли. Не переставай притворяться. Вот и вся мудрость.
Оставался только он сам. С тех самых пор, как Сарен покинул Спайру и пустился в путешествие по Империи, минуло уже около двадцати лет. За это время он вывел для себя одно важное правило, которого старался неукоснительно придерживаться.
«Не привязываться».
Он не может, да и не должен нести ответственности за весь мир. Ведь стоит проявить хоть чуточку сочувствия, и вот ты уже оказываешься в водовороте чужих жизней и событий, подставляя свою собственную под совершенно необоснованную угрозу.
Сарен следовал этому принципу вплоть до встречи с Веспер в той душной камере посреди пустыни. С тех самых пор он брал на себя всё больше и больше чужих рисков – оборотень, лягушка, беженцы… Наёмник понимал, что этот список будет только расти. Нужно было срочно делать что-то со всем этим безобразием, прежде чем оно сведёт его в могилу.
Ответ пришёл сам собой – сбросить лишний груз. Тем паче, что «груз» этот сможет позаботиться о себе и сам. Теперь уж точно.
Сарен снова окинул взглядом Веспер и Квара.
Бросать. Совершенно точно бросать.
Чем дольше он находился рядом с Веспер, говорил с ней, смотрел в эти бездонные чёрные глаза, тем сильнее становилось охватившее его наваждение. То самое, от которого его тянуло на безумное геройство и самоотверженность. Иногда ему даже казалось, что оборотень просто играется с его рассудком. Подобно болезни, влечение расползалось по всему его существу, изнутри согревая притворным теплом. Хотя нет, какая уж тут болезнь? Скорее опьянение – вот более точное определение этого состояния. Выпивка плохо сочетается с риском для жизни, а именно это и происходило с ним в последние несколько дней.
«Надо сваливать. Немедленно».
Его мысли прервал масори.
– Куда теперь? – поинтересовался он.
– В корчму, куда же ещё, – развёл руками наёмник.
– Я вас ненадолго покину. Мне нужно повидаться кое с кем в деревушке, – медленно продолжил Квар.
«Собрался дальше идти налегке. Наверное, на этом мы и попрощаемся. Дожидаться тебя я не стану» – подумал спайранец, улыбнувшись собственным мыслям.
– Погоди-ка… а чем ты собрался платить? – спросила лягушка.
– Камнями, конечно, чем же ещё! – непонимание и раздражение соседствовали сейчас в тоне наёмника.
– Мы не в пустыне. Тебе не стоит этого делать!
Прежде, чем Сарен успел что-то возразить, Квар извернулся и буквально в одно движение извлёк из своей сумки средних размеров мешочек. Тот глухо звякнул, отправившись в непродолжительный полёт, который закончился в руках у спайранца.
– Плати этим. Не светись. Ты сын купца, получивший наследство. С тобой – молодая жена. Снимите одну комнату и сильно не шикуйте. Я приду ближе к вечеру, уговор?
«В задницу себе закинь этот мешочек» – со злостью подумал наёмник. После всего пережитого, он уж точно заслужил горячий обед, тёплую постель и жаркую баню. Тугой кошель, доверху набитый драгоценными камнями, что он скопил в пустыне, обеспечивал правдоподобность данного сценария лучше любых банковских гарантий.
Но вместо этого, Сарен тяжело вздохнул и кивнул в ответ, после чего направился к центру деревни. Перспектива оставаться рядом с оборотнем его одновременно раздражала и манила.
* * *Кабанью Пущу окружал низенький частокол, высотой едва превышавший рост Сарена. Такой мог защитить разве что от диких зверей, но скорее всего на это и был сделан расчёт. Поселение вряд ли было стратегически важным для Империи, а потому и защитой его никто не озадачивался.
Спайранец тряхнул головой в наивной надежде прогнать навязчивые мысли о движущейся за ними погоне. Последние несколько дней чертовски измотали его, и сейчас наёмнику хотелось лишь добраться до корчмы и провалиться в сон.
– Похоже у них намечается какой-то праздник, – голос Веспер отвлёк спайранца от собственных мыслей. Действительно, каждый из домов Кабаньей Пущи был украшен разноцветными лентами и самодельными фонарями.
– Кажется, я уже бывал здесь, – отрешенно и больше для самого себя проговорил Сарен.
– Правда? Когда? – с интересом отозвалась Веспер.
– Не помню. Наверное, очень давно. Так что беспокоиться не о чем. Пойдём.
Миновав центральную площадь, они вошли в здание местного трактира, который был целиком выстроен из красного кирпича и ярким пятном выделялся на фоне остальных зданий. Внутри оказалось просторнее: почти весь первый этаж занимал большой зал со столами.
Наёмник направился к стойке, за которой расположился трактирщик. Высокий жилистый мужчина с коротко постриженными русыми волосами и как-то даже чересчур острыми, для сельского жителя, чертами лица, молча смотрел на вошедшую парочку.
– Есть здесь где передохнуть с дороги? – вполне обыденно спросил Сарен, опустив свою поклажу на пол.
Мужчина утвердительно кивнул и указал на дверь на другом конце зала.
– Нам нужна комната, – Сарен звякнул мешочком с монетами, что дал ему Квар.
Трактирщик отогнул три пальца, по-прежнему не произнося ни слова. Три серебряные монеты легли на стол.
– Ладно, пойдём, – наёмник подхватил сумки.
Их встретил коридор, который вёл в несколько комнат и заканчивался широкой лестницей. Второй этаж практически ничем не отличался от первого. Дойдя до нужной двери, наёмник прошёл внутрь и бросил свою поклажу.
На полу лежала старая кабанья шкура, явно видавшая лучшие дни, в одном углу стояла большая деревянная кровать, а в другом – стол с табуретом. Сквозь единственное окно в комнату поступал дневной свет. Он причудливо окрашивался, проходя через мутное стекло. В комнате было довольно чисто, а после всех пережитых приключений – даже и немного уютно.
– Добро пожаловать в нашу временную обитель.
Девушка скинула обувь и завалилась на кровать.
– Ммм… как же мягко, Веспер зажмурилась от удовольствия, раскинув руки в стороны, – знаешь, после всех мест, где мне довелось побывать в последние дни, это – прямо королевский дворец, не иначе.
– Ну а как же Соленая Гладь? Там ещё бадья горячей воды была прямо в комнате…
– …и кочевники под самой дверью! – резко перебила его Веспер.
– Ну так и здесь ещё не вечер – такие истории всегда хорошо начинаются, а потом… ух! – Сарен громко рассмеялся и получил подушкой аккурат в лицо.
– Да ну тебя с такими шутками!
– Ну а что теперь, сложить лапки и заплакать? – уже серьёзным голосом, но всё ещё с улыбкой спросил у девушки наёмник, – тут правила простые: не думай о былом, решай насущные проблемы и радуйся мелочам.
– Как-то уж совсем примитивно, – разочарованно протянула оборотень.
– Извини, Веспер, как уж есть. Я люблю думать о высоком, но не когда у меня в животе пусто, а сам я грязный как черт, – порывшись внутри сумки несколько минут, он бросил девушке скрученную в тугой свёрток одежду, – рубашка и штаны. Увы, с баржи нам досталось небогатое наследство, надо будет наведаться в местную лавку.
– Странный он какой-то, – наконец произнесла девушка.
– Если ты обо мне, то я всё ещё тут, и рассуждаешь ты, кстати, вслух.
Веспер медленно перевела взгляд на стоявшего слева от неё наёмника. Повернувшись на бок, она подпёрла голову одной рукой.
– К этому выводу я пришла ещё несколько дней назад. Нет, я сейчас говорю о другом… этот трактирщик – тебе он не показался странным?
Сарен поскрёб щетину, хмыкнул и пожал плечами.
– В целом – нет. Но будет проще, если ты скажешь, что именно тебя беспокоит.
Веспер оттолкнулась рукой от матраса и села на кровати, подобрав под себя ноги. «Подозрительность» трактирщика явно занимала девушку, отметил про себя Сарен, и ей просто не терпелось поделиться своими наблюдениями. Наёмник с улыбкой наблюдал теперь за своей спутницей, которая как раз начала говорить.
– Во-первых, он не похож на обычного крестьянина – скорее на солдата или наёмника, а ведь деревня не самая проходная. Допустим, он охотник, но если постояльцев у него бывает совсем немного, то почему тогда он даже не попытался с нами заговорить? Поторговаться за комнату? Продать что-нибудь вдобавок? Хоть слово то он вымолвить должен был, когда к нему завалились двое грязных оборванцев и вот так запросто выложили на стол серебро?
Спайранец устало потёр лицо рукой – сейчас ему нужна была горячая баня, кружка холодного пива, да дымящаяся тарелка еды, а уж никак не этот диалог. Однако в словах оборотня был толк и отрицать этого наёмник не мог.
Сарен попытался прокрутить в голове ту пару минут, что они стояли у стойки и найти в них хоть что-нибудь необычное.
«Солдат? Нет, старый солдат среагировал бы иначе, да и не слишком он молод, чтобы уйти на заслуженный отдых. Стоял он тоже прямо, а руки держал на стойке, так что это не увечье. Значит не солдат. Нелюдимый охотник? Вряд ли бы пошёл работать корчмарём, так что этот вариант тоже отпадает. Тогда может…»
Мужчина довольно улыбнулся собственным мыслям, после чего с необычайной прытью оттолкнулся руками от стола и в пару шагов оказался на другом конце комнаты, у самой двери.
– Пойдём, нас ждёт баня, а потом ужин. Трактирщик не опасен.
Веспер встала с кровати, удивлённо глядя на Сарена.
– С чего вдруг? Как ты пришёл к такому выводу?
– Скорее всего наш друг внизу – бывший «соловей», а они теряют голос, покинув сородичей.
Стоит ли говорить, что девушка не поняла из весьма туманной фразы своего спутника ни единого слова.
– «Соловей»? «Сородичи»? Сарен, о чём ты вообще? – Веспер выглядела весьма сконфуженной подобным ответом.
– Небольшой привет из прошлого. Потом объясню. Сейчас важно другое – мимо трактирщика ты можешь ходить хоть в своём истинном обличье, он твой секрет не выдаст, даже если попросишь, – наёмник хитро подмигнул девушке.
– С тебя объяснение всему этому…
– По рукам! Ну а теперь – пошли смоем с себя всю эту грязь!
* * *Когда оборотень и спайранец вышли из бани, снаружи клубились сумерки, а свет фонарей создавал причудливые очертания, играя с тенями. С центральной площади Кабаньей Пущи доносились голоса людей, смешиваясь в единый поток.
Веспер стояла на широкой веранде, облокотившись на бортик. После жаркой парилки, так приятно было подставить тело прохладе летней ночи. Она готова была стоять так хоть целую вечность: наслаждаться покоем и этой чарующей безмятежностью.
Позади скрипнула дверь и раздались шаги. Доски веранды тихо заскрипели. Сарен вышел из бани и встал рядом с оборотнем, любуясь звёздным небом. Тишина прервалась внезапно и бесцеремонно – урчанием животов, которое так же прошло в унисон. Сарен и Веспер переглянулись, а потом дружно рассмеялись.
– Ладно, хватит мечтать, пошли ужинать, – кивнул оборотню наёмник.
Сойдя с веранды, они направились обратно к трактиру. С наступлением ночи разноцветные фонари на домах зажглись и теперь озаряли улочки поселения всеми цветами радуги.
– Интересно, что они празднуют? – поинтересовалась Веспер.
– Праздник урожая? Летнее солнцестояние? На самом деле я как раз собирался задать этот вопрос тебе, – Сарен пожал плечами.
– Ну так пойдём узнаем! – прежде чем наёмник успел что-нибудь ответить, оборотень схватила его за руку и увлекла за собой, быстрым шагом направляясь к главной площади.
Центр поселения встретил их небывалым количеством людей – они буквально влетели в толпу и та закружила их. Спайранец старался не отставать от своей спутницы, держа её за руку, однако теперь их движение стало куда более хаотичным.
Вскоре толпа замедлилась, тогда как Сарен с Веспер оказались едва ли не в самом её центре. Всего в нескольких шагах перед ними вздымался огромный костёр, вокруг которого находилось несколько деревянных помостов с приставленными к ним лестницами. Вокруг каждого шли оживленные приготовления. Толпа затихла в предвкушении и лишь издалека с самого краю раздавались приглушенные крики и возгласы:
– Давай!
– Начинайте уже!
Веспер повернулась к Сарену с вопрошающим видом, но тот только пожал плечами. В этот момент толпа начала скандировать что-то. Сперва тихо, едва различимо, но с каждым разом всё громче и отчётливее:
– Под-жи-гай! Под-жи-гай! Под-жи-гай!
На помостах показались люди. Они перекидывали верёвки, привязывая и скрепляя что-то. Наёмник недовольно нахмурился. Настроение в толпе всё нагнеталось и нагнеталось, вот только теперь оно отдавало какой-то непривычной кровожадностью.
Откуда-то сверху раздался громкий голос оратора:
– Горожане славной Кабаньей Пущи! Вы честно жили и трудились весь год!
В этот момент толпа отозвалась хором одобрительных возгласов и аплодисментами. Оратор на соседнем помосте продолжал:
– Днём и ночью охранял от напастей вас Император! От нелюдей, что среди честного люда скрываются!
Толпа снова разразилась криками одобрения, на этот раз – ещё громче.
– Сегодня мы восхваляем наших славных защитников и честных граждан Империи! И в назидание всем врагам её, что марают нашу землю своим существованием, показываем, что делать надобно с мерзостью чудовищной, в каком бы облике она не явилась!
Голос оратора сорвался на последних словах, но его подхватил рёв собравшихся на площади людей. Все как один, они повторяли одно слово:
– Сжечь! Сжечь! Сжечь!
На одном из помостов показался стянутый верёвками человеческий силуэт. Присмотревшись, Сарен увидел, что это просто набитое соломой чучело, изображавшее смесь волка и человека. Жуткая пасть злобно скалилась, а когтистые лапы были вымазаны красной краской. Это так позабавило мужчину, что он не смог сдержать улыбки.
Это спайранец! В личину человеческую он обратиться может, но внутри у него всегда злобный зверь сидит! И нет веры мерзости этой, ибо только кровью людской насытиться тварь может! Обитают они в вечных льдах за пределами севера! И только так одолеть напасть нечистую можно!
Теперь Сарен уже едва удерживался, чтобы не захохотать в голос.
Вторя словам оратора, чучело взмахнуло пару раз лапами и клацнуло зубами. Один из людей на помостах отсёк волчью голову взмахом топора и та весело скатилась вниз, моментально попав в руки завопившей от восторга толпы.
– Но нет смерти человеческой на тварей этих, ибо демоны ими повелевают. Может спайранец и после смерти такой восстать, а потому надобно их на куски порубить, да в костре сжечь!
Верёвки натянулись, механизм скрипнул и чучело разлетелось на несколько частей, каждая из которых полетела в разошедшееся пламя главного костра.
Толпа ликовала.
Тем временем, на втором помосте произошло какое-то движение – там водружали второе чучело. Сделанное наподобие марионетки, оно двигалось вслед за движениями людей. На этот раз чучело напоминало какой-то скелет или призрака: огромные черные глазницы были нарисованы на белом полотне, из которого была сделана кукла. Сарен усмехнулся – кто-то додумался даже приделать призраку кусок шевелюры из мелко порванной белой тряпки.
«Волосатый призрак, ну что за ересь…»
– Здесь у нас чудище ещё более подлое и ужасное, чем спайранцы! Любое обличье принять оно может, любого из нас повторить! Мерзкий оборотень – вот враг главный честных граждан Империи! Днём он пирует под личиной чужой, а по ночам пробирается в дома и тащит младенцев прямо из люлек! Душу эта тварь высасывает и от того кормится и существует, многие, многие века!
– Порубить тварь! Голову ей отсечь! – раздались гневные возгласы из толпы.
– Непросто сделать это, ибо самым близким обратиться может сия бестия! Лишь один способ есть, против оборотней проклятущих! В глину его!
Помощники оратора принялись обмазывать чучело глиной, так что вскоре вместо белоснежной куклы на помосте болтался какой-то болотный монстр. Веревки марионетки то натягивались, то ослабевали, заставляя чучело дрыгаться в жутком танце.
– Жги! – прокричал кто-то в толпе и ораторы приняли это как сигнал к действию. Кукла взмыла в воздух и угодила прямо в центр костра. Народ начал кричать и улюлюкать, кто-то изображал вопли горящего заживо монстра, а кто-то сыпал проклятиями.
Сарен только покачал головой от всего этого «представления»: смесь человеческой глупости и жестокости предстала перед ним во всей красе. Он уже собирался было пойти прочь, как вдруг почувствовал, что его руку буквально обожгло холодом. Обернувшись, он увидел ускользающий сквозь толпу силуэт Веспер. Наёмник поспешил за девушкой, но сделать это оказалось непросто. Народ толкался, прыгал, кричал, бесновался, да так, что спайранец едва сдерживал желание вмазать кому-нибудь из них хорошенько.
Нагнав, наконец, оборотня, Сарен ухватил девушку за плечо и развернул к себе. Та вскрикнула от неожиданности и чуть не упала, попытавшись отшатнуться назад. Спайранец удержал её за край рубашки в последний момент. На лице Веспер было выражение неописуемого ужаса, а сама она была на грани истерики. Однако было и кое-что похуже – очевидно, устроенное на площади «представление» повергло оборотня в такой шок, что её маскировка начала сходить на нет.
– Веспер, что ты, черт возьми, делаешь?! – сквозь зубы прорычал Сарен, прижимая девушку к себе и закрывая её руками. Со стороны это выглядело странно, но всяко лучше, чем живой оборотень посреди разгорячённой толпы.
Её била крупная дрожь. Осторожно взяв оборотня за голову, спайранец упёрся своим лбом в её, поймав взгляд девушки так, чтобы по-прежнему максимально закрывать её от людей вокруг.
– Послушай меня… Эй! Смотри мне в глаза. Тебе нужно успокоиться, всё хорошо.
Веспер, казалось бы, совершенно не слышала его. Энергично замотав головой, она попыталась вырваться, но Сарен крепко держал её в своих руках.
– Да стой же ты! Веспер, просто посмотри на меня; не на людей вокруг, на меня! Сейчас мы отсюда выйдем, никто не сделает тебе ничего плохого, слышишь?
Оборотень уставилась на него своими огромными чёрными глазами.
– Нет… Они закатают меня в смолу! И засунут в костёр!
Девушка упёрлась в плечо наёмника и заплакала. Наверное, впервые в жизни Сарен не знал что делать. Маскировка Веспер становилась всё хуже и хуже с каждой секундой, а особых улучшений в её состоянии он не добился.
– Послушай меня! Никто и ничто здесь не тронет тебя и пальцем, ты слышишь?! Если потребуется, я сам перебью в этой деревне всех, до последнего жителя, и засуну их в этот самый костёр! – с неожиданной даже для себя самого злобой и решимостью проговорил спайранец.
Веспер подняла глаза на наёмника. Её внешний вид снова начал становиться нормальным – и пускай полностью человеком она не стала, для тёмной улицы этого было вполне достаточно.