Длиною в жизнь – 2

Глава 1

Солнце бессовестно яркое припекало, что плавился асфальт под ногами. «Нужно вовремя предупредить мужиков, чтобы не заплывали слишком далеко от берега, не мешали судоходству», – думал Сергей, идя по берегу Таганрогского залива. Его друг и напарник приезжал на машине с другого конца села. После наряда друзья отправились в рейд по акватории. Вдалеке они увидели сидящих рыбаков в моторной лодке. Завидев катер инспекторов, браконьеры не тронулись с места. Это удивило друзей. Подойдя ближе, увидели в сетях труп мужчины.

– Тятя, тятя, наши сети притащили мертвеца?! – удивился Сергей.

– Кто это? – спросил Матвей.

– Мы не знаем, – растерянно ответили рыбаки.

Они первый раз решили ловить сетью и так вляпались. Сергей попросил их документы. Матвей выписал квитанцию. Сергей начал опрашивать рыбаков. На берегу ждала опергруппа и участковый Никита Сергеевич, молодой лейтенант.

– Давненько не встречались, – сказал Никита.

– Некогда было. Учеба. Работа. Строительство, навалилось, – извиняющимся голосом сказал Сергей.

– Кто это? Документы есть? – интересовался участковый.

– Мы не проверяли карманы, – ответил Матвей. – Выловили они. – Матвей указал на браконьеров.

– Возьми показания, – сказал Сергей участковому и протянул лист бумаги.

Никита заполнил протокол.

Браконьерам выдали квитанцию об оплате штрафа, те поспешно убрались. Сергей не мог не поздороваться за руку со следователем Николаем Васильевичем Варежкиным и Петром Ивановичем Купянским, экспертом – криминалистом. Благодаря их профессиональным советам Сергей нашел убийцу родителей.

– Как тесен мир, – сказал Сергей, протягивая руку по очереди мужчинам. – Мы свое дело сделали.

После работы Сергей брел по берегу и думал о погибшем. «Стоп! Это врач! Он делал операцию Галине», – вспомнил он.

Сергей прибавил шаг, домой почти вбежал и закричал:

– Галина, как звали того хирурга, что тебе аппендицит вырезал?

На зов выбежала Галина и спросила:

– Ты чего такой взволнованный, успокойся.

– Ох, извини, забылся. Рыбаки труп выловили. Мне надо Варежкину помочь.

– Ты опять кричишь. Это заведующий хирургическим отделением Самойлов Юрий Андреевич.

– Хорошо, теперь буду искать преступника, – не унимался он.

– А ты каким боком? – удивилась жена.

– Я же юрист.

– Ладно, тебя не переделать, расследуй, если хочешь. А то, может, тебе и не разрешат. Без тебя умных голов хватает.

Галина поняла, что мужа будет видеть ближе к ночи.

Они еще долго переговаривались за столом, пока обедали. Запах вкусного борща стоял на весь дом. Барсик и Клепа – любимые котики – смотрели, как мелькали ложки. Наконец, кот не выдержал и противно призывно и долго затянул «мя-а-а», ему вторила Клепа. Звук стал похож на сирену катера рыбоохраны.

– Какие проказники, – сказала Галина, – своей еды мало, так еще и нашу подавай. Сейчас остынет, и вы получите.

Они как будто поняли и устроились у ног. Наконец, Галина поставила миски с едой котам. Те принялись жадно лакать бульон.

– Сметанки не добавить? – спросила Галина Барсика, улыбаясь.

– Не надо, а то животы заболят, лечи их тогда, – сказал Сергей, ухмыляясь. Вот же кошачья семья. Кто бы мог подумать, что папаша узнает дочку и принесет в дом.

Глава 2

Рано утром Сергей прибыл в отделение полиции Новочеркасска.

Сотрудники расходились после планерки по рабочим местам, обмениваясь

информацией.

Сергей постучал в дверь с табличкой «Старший следователь Варежкин Николай Васильевич»

– Да, войдите, – раздался голос за дверью

Сергей осторожно вошел, поздоровался за руку с Николаем Васильевичем и сел на стул.

– Хочу, чтобы ты восстановил картину смерти утопленника. Как его зовут?

– Самойлов Юрий Андреевич, – сказал Сергей.

Варежкин заметил растерянное выражение лица и улыбнулся.

– А я могу участвовать в расследовании? – спросил Сергей.

– У меня помощник зашивается с бумагами. Предлагаю стать стажером помощника. Получи удостоверение в отделе кадров, – сказал Варежкин.

– Без меня, меня женили, – усмехнулся Карпенко и помчался за корочками.

Сергей быстрым шагом отправился на вокзал и сел в электричку, стоящую на перроне. В полупустом вагоне сидели пенсионеры – односельчане, успевшие продать овощи и зелень с огорода.

Во второй половине дня Сергей был на базе. Матвей подготовил катер к рейду. Патрулируя, друзья вдалеке заметили прогулочное судно. В бинокль увидели надпись на теплоходе «Семен Морозов». Это был корабль, курсирующий через Таганрогский залив в станицу Старочеркасскую.

Глава 3

Двумя днями ранее.

Заведующий отошел от окна, сел за рабочий стол, заваленный карточками больных, задумался. Вспомнил, что в больничном холле на Доске объявлений появился плакат об экскурсии по маршруту «Таганрог – Старочеркасская».

Самойлова Юрия Андреевича назначили заведующим хирургическим отделением. Старшая медсестра, Наталья Николаевна Евтухова, выполняла все его поручения с усердием.

Экстренный сбор на летучку вызвал тревогу у коллектива. Но увидев улыбающееся лицо Самойлова, успокоились. «Коллеги, я вас собрал, чтобы пригласить на экскурсию по городу Таганрогу с водным переходом в станицу Старочеркасскую. Сбор в семь часов утра на автовокзале.

– Наталья Николаевна, принесите, пожалуйста, список группы часа через три», – попросил заведующий.

После работы Юрий Андреевич домой не пошел, а поднялся в «Зимний сад», расположенный на последнем этаже больницы. На входе справа и слева в кадках стояли цветы. Вдоль стен пристроились деревянные лавки с выгнутыми спинками.

Специально для женского персонала в дальнем углу нашлось место старинному зеркалу на резных ножках в человеческий рост. Сотрудница принесла из дома умершей бабушки, которой нравилось любоваться отражением и приговаривать: «Свет мой, зеркало, скажи…». Просила об исполнении желаний. Она жила одна. Вечерами к ней приходила внучка, приносила продукты и прибирала в комнатах. В дождливый вечер пятницы девушка обнаружила бабушку мертвой на полу перед зеркалом в зеленом костюме, в котором завещала себя похоронить. Родственники стали раздавать вещи после сорока дней от кончины. Но зеркало никто не хотел брать, потому что после смерти душа вселяется в него, если сразу не накрыть полотном. Пожилая соседка посоветовала избавиться от предмета старины. А в больнице зеркало прижилось. Но по ночам с верхнего этажа доносились странные звуки: шаги, пение.

Юрий Андреевич подошел к зеркалу в оправе. Она была сделана из натурального дерева, на которую нанесён резной рисунок. Солнце падало на гладкую полированную поверхность из окна. Самойлов потрогал деревянную раму. «Такая жара, а она холодная», – подумал он и стал вглядываться в плоское стекло с амальгамой. Мысленно спрашивал, как пройдет экскурсия. Мужчина задумался, глядя на своё отражение. Ему привиделось море в жарком мареве дрожащего воздуха. Вода бурлила, крутилась воронкой, в центре появилась старушка в зеленой одежде. Она шевелила губами. Но доктор не слышал. Когда за окном потемнело, забарабанило в окно, Юрий Андреевич вздрогнул и увидел, что пошел град. Откуда-то взявшийся голубь стал биться в стекло. «Этого не хватало», – подумал заведующий, – разобьёт. Он стал прогонять птицу. Доктор ещё раз оглядел себя в зеркале, поправил ворот халата. Вздохнул, прикоснулся к оправе, она оказалась теплой, пожал плечами.

Утром воскресенья коллектив погрузился в автобус, и путешествие началось. Экскурсовод рассказывал о Таганроге, его строительстве, знаменитых людях.

Группа спустилась по Каменной лестнице и очутились на Пушкинской набережной. Вдалеке показался порт.

Когда экскурсия закончилась, все поднялись на борт теплохода и расположилась на палубе. На борту судна работал буфет. Наталья Николаевна приглядывала за коллегами. Юрий Андреевич выглядел неважно. От жены знала, что от нагрузки повышается давление. «Наверное, перегрелся на солнце и устал», – подумала медсестра. В буфетчице узнала школьную подругу и спросила: «Полина, как твои дела?»

– Работаю в буфете. Муж умер. А сын старшим помощником капитана служит. Он позвал. Захотел, чтобы я отвлеклась, – с горечью ответила буфетчица.

Активный отдых сменился тихим часом. Коллеги устроились в креслах и на диванах, смотрели телевизор или дремали.

Через два часа началась развлекательная программа. Массовик-затейник организовал игры на открытой палубе. Все высыпали туда. Только Юрий Андреевич остался в кресле. Наталья Николаевна измерила давление. Дала таблетку. Проводила на нижнюю палубу. Устроившись в шезлонге, заведующий попросил чего-нибудь попить. Наталья Николаевна принесла стакан сока.

– Наташа, а сок имеет запах? Вкус какой – то непонятный, – сказал Юрий Андреевич.

– Яблочный сок с манго, – ответила женщина.

– Проклятая аллергия, – посетовал врач.

Наталья Николаевна оставила мужчину отдыхать, а сама отправилась наверх.

Юрию Андреевичу захотелось пройтись, он посмотрел на волны за бортом. Голова закружилась. Он увидел водоворот. В центре, как в рамке, пожилую женщину в зеленом. Она размахивала руками и что-то говорила. Крепко держась за поручни, доктор сел на прежнее место и погрузился в сон.

Поездка приближалась к концу. Спустились сумерки. Скоро Таганрогский порт.

Вдалеке показались огни города. Корабль входил в акваторию пассажирского порта. Экскурсанты покидали теплоход и рассаживались в автобусе. Наталья Николаевна стояла у сходней. Обнаружила, что Юрия Андреевича нет. Она сообщила капитану, что не досчиталась одного человека. Тот по рации передал в полицию.

Наталья переступила порог квартиры. Раздался телефонный звонок. Женщина сняла трубку.

– Алло, – сказала она. – Говорите!

– Полина я, не узнала меня? Хочу спросить, кого на теплоходе потеряли? – поинтересовалась буфетчица.

– Подруга, я устала. Потом поговорим, – скороговоркой ответила Наталья Николаевна.

Она села в теплую ванную, задремала.

– Мама, ты спишь? – кричала дочка. – Мне надо в ванну.

Наталья быстро вылезла из воды, обтерлась, наспех накинула махровый халат и вышла. Дочка заскочила туда и стала умываться.

– Мамуль, как поездка? Все понравилось? Мы в следующее воскресенье с ребятами тоже собираемся поехать», – кричала она.

– Вы? Зачем? – опешила Наталья.

– Да, а что такого?! Ты была, и я хочу, – сказала дочка, просовывая голову в пространство открывшейся двери.

– Ты знаешь, Оля. У нас человек пропал, наш заведующий. Вряд ли вам разрешат без взрослых.

– Печально, – сказала Оля, зевая, я спать, потом все решим.

Глава 4

В понедельник в отделение хирургии пришел Сергей и стал опрашивать экскурсантов. Но никто ничего не видел и не слышал. Все спали, как будто им подсыпали снотворного. Все, как один говорили, что после сна голова была тяжелая, немного кружилась. Карпенко Сергей попросил коллектив сдать кровь на анализ. Надо выяснить, чем усыпили.

Результаты анализов показали, что люди приняли барбитураты. Сергей пришел рассказать следователю новую информацию. Он рассуждал: «Люди ничего, кроме сока, купленного в баре, не пили. Получается, барбитураты растворили в соке. Доза была такой, чтобы не убить сразу, а вызвать легкое головокружение и сон. Жидкость непрозрачная, все зависело от количества таблеток на кувшин. Кто-то уснул сразу, а кто-то, и это был Юрий Андреевич, решил проветриться на палубе. Двигаться адекватно он не мог. Когда он подошел к перилам борта, стошнило. Чтобы не выпачкаться, перегнулся, не удержался и упал за борт. А может кто-то помог упасть? Ноги перекинул, и все? Кто-то отомстил хирургу».

– Пробей всю команду, их семьи, родственников. Кто-то должен был лечиться в этом отделении, – посоветовал следователь.

Тут зазвенел телефон. Варежкин снял трубку:

– Алло! Говорите громче! Да, я на месте. Что? А вы где? Хорошо, поднимайтесь.

В кабинете раздался тихий стук в дверь.

– Войдите! – громко сказал Варежкин.

В комнату медленно неуверенно вошла Наталья Николаевна. Варежкин поднял голову и начал рассматривать гостью. Она закрыла дверь и остановилась у двери, опустив голову. Женщина была похожа на провинившегося ребенка, готового убежать из здания полиции. Приятное загорелое лицо выражало замешательство. «Короткая стрижка ей очень идет, – подумал Николай Васильевич и продолжил рассматривать. Губы плотно сомкнуты. Руки, согнутые в локтях, крепко держали сумку перед собой. Она подняла голову и посмотрела на следователя и Сергея. Тот почувствовал её напряжение. Женщина была, как пружина, готовая выпрямиться. Взгляд бегающий, взволнованный.

– Присаживайтесь. Успокойтесь, – мягким голосом произнес следователь.

– Лейтенант, принесите стакан воды.

Лейтенант понимающе кивнул и вышел.

– Я внимательно слушаю, – еще раз повторил Варежкин.

Наталья Николаевна начала с трудом говорить:

– Мне вчера позвонила подруга Марченко Полина Сергеевна и спросила, что у нас случилось.

– Ну, и что здесь странного? – спросил Сергей. Вспомнила о вас, позвонила.

– Нет. Её интересовало, что у нас случилось. Её встретила на теплоходе. А она работает в буфете.

– А как вы думаете, почему позвонила? – спросил Сергей.

– У нее недавно муж умер в нашем отделении на операционном столе. Вот, не знаю, правильно ли я сделала, что пришла сообщить. Как-то не по себе.

– Кто делал операцию? – спросил Сергей.

– Делали три хирурга. Случай был слишком тяжелый.

– Спасибо. Вы правильно сделали, что пришли. А подруге ничего не рассказывайте.

Наталья Николаевна вздохнула и выдавила из себя: «Хорошо».

Варежкин проводил посетительницу и сказал Сергею: «Отправляйся в порт и еще раз поговори с буфетчицей.

Глава 5

– Наталья Николаевна? Добрый день! Я звоню, чтобы поговорить о Полине Сергеевне, – сказал Сергей.

– Сейчас не могу, но после шестнадцати часов буду свободна.

– Встретимся в кафе «Красный мак» на Петровской, – сказал Сергей.

Наталья сидела за столиком, пила кофе с пирожными. Здесь они самые вкусные и свежие. Подошел Сергей. Он поставил мороженое перед Натальей и попросил:

– Наталья Николаевна, расскажите о своей подруге. Что она за человек?

– Постараюсь вспомнить все. Давно это было. Полина была сложным ребенком. Подруг, кроме меня, не было. Характер неуравновешенный.

После окончания девятого класса поступила в Калининградский колледж на кондитера, познакомилась с Федором. В скором времени создали семью. Она очень любила мужа и сына. Сын выучился, получил должность и трудится на судне «Семен Морозов». Полина там же в буфете.

– А можете что-нибудь сказать о муже Полины? – спросил Сергей.

– Конечно, могу. Федор заболел. Но язва желудка лечится не только таблетками, но и диетой. Год терпел, старался есть правильно, но в море, какая диета может быть. В очередном рейсе стало плохо. Позвонили мне. Я посоветовала вызвать скорую. Врач поставил диагноз: язва желудка.

– Спасибо, Наталья Николаевна. Вы дали исчерпывающую информацию, – поблагодарил Сергей.

Глава 6

Утро выдалось мрачным из-за ливня. Но у Сергея настроение было прекрасным. Дело сдвинулось с мертвой точки. Появилась идея, кто подозреваемый.

– Ну, прекрасно, – сказал Варежкин, потирая ладони. – Теперь опросим врачей, мать и сына, и можно закрывать дело.

– А вы не торопитесь? – спросил Сергей. – Что мы накопали?

– Хорошо, подведем итог, – сказал Варежкин. Рассказывай.

Сергей стал рассуждать: «В селе Приморское, что на берегу Таганрогского залива, жила семья. После школы дочь уезжает в Калининград. Там поступает в колледж. Учится. Встречает будущего мужа. Сейчас технические средние заведения готовят и поваров, и кондитеров, и рыболовов под одной крышей. Рождается сын. Семья приезжает к матери Полины. Некоторое время живут у нее. Затем едут в Новочеркасск, покупают квартиру. Работают на совесть. Но отец заболел. Смена работы у жены. У мужа ухудшение, попал на операционный стол, умер. Жена работает на судне «Семен Морозов» в буфете. Сын там же старшим помощником капитана. На корабле она встречает хирурга, что, по ее словам, виновен в смерти мужа. Какая реакция первая? А, может, и не первая. Таблетки с собой были всегда? Готовилась заранее? О поездке Наталья Николаевна не говорила подруге. Чем травила? Барбитуратами! Спали все, а Самойлову стало плохо, пошел на палубу. Перегнулся и выпал. Сам? Не похоже. Он не такой уж и высокий, чтобы верхняя часть туловища перевесила. Значит, кто-то помог. Кто? Или Полина, или Семен. Но! Семен стоял в рубке с капитаном. Значит, Полина помогла упасть за борт. Так?»

– А что буфетчица такая сильная, что сама справилась? – спросил следователь.

– Вызовем, увидим, спросим. Я вызову на завтра заместителя заведующего, Полину Сергеевну и Семена Марченко.

– А я пойду и отчитаюсь перед начальством. Все-таки, ведущего хирурга убили, – сказал следователь.

Ночью Сергей не мог уснуть, ворочался. Предчувствие, что преступление раскрыто, не давало уснуть. Волна радости и справедливой ярости накрывала его. Он в который раз самому себе доказывал, что преступников двое, что был сговор.

Проснувшись, принял холодный душ.

Глава 7

В кабинете никого не было. Он достал чистые листы бумаги, приготовил ручки и погрузился в раздумья.

В дверь постучали. В кабинет вошел мужчина. Он представился: «Сухоносов Андрей Викторович, заместитель заведующего хирургическим отделением».

– Проходите, садитесь. Покажите эпикриз и решение конфликтной комиссии больного Марченко, – сказал Сергей.

Врач достал из портфеля бумаги и протянул.

– Проверка показала, смерть наступила по естественным причинам. Предусмотреть, что сердце не выдержит, мы не могли. Это была экстренная операция по жизненным показаниям, – сказал Сухоносов.

Пока Сергей просматривал материалы: историю болезни, выписку, решение комиссии, Андрей Викторович все подробно рассказал:

– Два года назад Марченко был поставлен диагноз: язва желудка и двенадцатиперстной кишки. Больной поступил на машине скорой помощи. Лечение было проведено консервативно. При выписке больного из стационара жене рассказали, чем и как кормить пациента, сделано назначение, какие лекарства принимать. Через год опять привезли. Произошло прободение язвы.

Дежурный врач сообщил заведующему отделения. Когда команда врачей была в сборе, а пациент на операционном столе, выяснили, что развился острый прободной перитонит. Резкое падение сердечной деятельности привело к внезапной смерти.

В отделении работала врачебная конфликтная комиссия. Она признала действия врачей правильными. Обвинения жены и сына в убийстве не подтвердилось.

– Спасибо, Андрей Викторович, вы все подробно рассказали, – сказал Сергей.

Врач подписал протокол и вышел.

Дверь открылась, и вошла низкая полная женщина. Лицо было широким. Колючие маленькие глазки смотрели зло. Она, не поздоровавшись, плюхнулась на стул. Сергей не ожидал такого поведения.

– Вы Полина Сергеевна? Я не ошибаюсь? – строго начал Сергей.

– Я, – ответила женщина. – Зачем вызывали?

– Скажите, где и кем работаете?

– Работаю в буфете на «Семене Морозове». Среди людей легче переносить горе.

– Как вы думаете, почему исчез с корабля мужчина. Вы работали в буфете, сок наливали, разносили. Хирурга узнали?

– Узнала, – опустив голову, ответила женщина.

– Узнали! Решили, что лучшего случая не представится, так? Откуда узнали об экскурсии?

– Мне Наталья сказала, что поедут и будут на теплоходе кататься.

– Ой, нет, неправду говорите, не говорила Наталья Николаевна об экскурсии.

– Так откуда узнали?

– Олька, дочка Натальи по телефону сказала. Хотела с ней поговорить, а дома не оказалось. Слово за слово. Так и узнала.

Полина Сергеевна на допросе не плакала. Говорила дерзко, вызывающе.

– Так ему и надо за смерть мужа, – кричала она. – Год назад обращались. Значит не долечили, выписали больного.

– Вы подтверждаете, что добавили барбитураты в сок?

– Что такое барбитураты? – спросила она.

– Группа лекарственных средств, производных барбитуровой кислоты, оказывающих угнетающее влияние на центральную нервную систему. Барбитураты содержатся в корвалоле или валокордине, – вслух прочитал Сергей с экрана монитора.

Полина Сергеевна опустила голову. Понимая, что придется признаться.

– Не советую отпираться. Как вы подсыпали в сок барбитураты, где их взяли?

– В аптеке купила. Там есть корвалол, валокордин. Много чего еще можно влить. Сок мутный, с мякотью, ничего не видно, а если цвет поменяет, всегда можно сказать, что краситель добавили. Первый поднос разносила Наташа, подруга моя, второй я. Вот ее и допрашивайте.

– Итак, вы дали сок, – сказал Сергей. – Дальше что делали?

– Дала ему прямо в руку. Он не обратил внимания на меня, что-то увлеченно читал. Выпил сок и пошел на нижнюю палубу проветриться.

– А вы что делали?

– За ним пошла.

– Зачем?

– Получается, что вы стояли недалеко от человека и что видели?

– Его начало тошнить. Мне самой плохо стало. Я ушла воды попить. Когда пришла, он еле стоял на ногах, держась за поручни. Вот тут-то я помогла освежиться, ноги перекинула. Все произошло очень быстро, даже никто не заметил.

– Сама?

– Да, сама, не смотрите, что я такая. Знаете, какая я сильная! Лотки с хлебом таскать всю жизнь – сила нужна.

– Кого-нибудь видели на палубе в тот момент?

– Матроса, кажется, Максимом кличут.

– А где был ваш сын?

– На работе.

– Матрос где был?

– Он спиной стоял, что-то проверял. Все получилось, ни о чем не жалею. Он получил по заслугам.

Сейчас она поняла, что призналась в покушении на человека. И тут ее лицо осунулось, голова опустилась на грудь, тело стало расплываться в стороны, как квашня. Она уменьшилась в росте. Руки начали теребить носовой платок.

– Вашего мужа спасти не удалось. Большая кровопотеря. Сердце не выдержало. Подпишите протокол.

Она взяла ручку и медленно вывела фамилию.

Следователь вызвал конвой и определил женщину до суда в камеру предварительного заключения следственного изолятора.

В коридоре её встретил сын, и все понял. Хотел уйти, но в дверях появился следователь: «Не делайте этого. Не советую, если не хотите надеть наручники».

Семен опустил голову и медленно вошел в кабинет Варежкина.

– Вы видели, что мать увели. Теперь слушаю вас. Рассказывайте.

– Мой отец был хорошим человеком, а его убили на операционном столе. Какая-то язва открылась… А наши местные коновалы ничего не сделали, чтобы спасти. Ничего я не видел, ничего не знаю.

– А что за вещи у вас в каюте, откуда они?

– Нашел, я по коридору шел и нашел. А то, что мама подсыпала, правильно сделала. А хирург получил по заслугам. Ни о чем не жалею. Если бы не мать, убил бы сам.

Он положил руки на стол и сказал:

– Надевайте наручники. Я готов.

– Вам светит статья за кражу.

– Мне уже все равно. Прикажите увести меня в камеру. Больше мне нечего сказать.

Глава 8

Солнце неспешно поднималось над горизонтом. Волны с легким шелестом набегали на берег. Песок еще не прогрелся. Идти было легко. Свежий ветер обдувал лицо. Настроение у Сергея было прекрасное. Сегодня очередной рейд в море.

– Командировочным доброе утро, – издалека прокричал Матвей.

Команда рыбоохраны вышла в рейд по протокам. Давно они не были в Маныче. В бинокль друзья увидели моторную лодку и подъехали ближе. Это были старые знакомые.

– Сушите весла, люди добрые, – сказал Сергей.

– Опять вы? – нагло протянул Пустовой.

– Достаем сети из воды и получаем квитанции. Сети конфискуем. О своих правах поговорите с участковым, – скомандовал Сергей.

– Здесь неподъёмная сумма штрафа, – присвистнул Михеев.

– Ничего не знаю, – ответил Матвей. Лодка ваша, сеть ваша, рыба ваша. Беседы проводили. Исправительные работы были. Теперь участковый будет решать, что с вами делать.

Браконьеры отправились к берегу, затаив обиду.

Пройдя вдоль камышей Маныча, не обнаружив сеток и запутавшихся уток, инспекторы отправились домой.

После работы Матвей поехал домой.

Утром Матвея не было. Сергей стал волноваться и позвонил Елене, жене. Та сообщила, что муж попал в больницу из-за побоев. Сергей позвонил участковому, тот сказал:

– Следствие показало, что браконьеры выманили его из машины. Пустовой нарочно кинулся под машину, но не получил удар, а откатился в сторону. Максим вышел, хотел оказать помощь. Нагнулся над потерпевшим. Но тут на него посыпались удары от Михеева. Пустовой вскочил и стал бить Матвея ногами. Врачи поставили диагноз: сотрясение мозга и побои средней тяжести, трещина ребра.