Записки туриста. Индия. Дневник путешественника

Прочитав это в вайбере от Лены, меня передернуло: «Но мы же влезли, Ленок! Что теперь будет?» «Не переживай, влезла я, а не ты, большую часть я взяла на себя, и если бы я не влезла, то не знаю, чем бы все это кончилось для тебя…» – написала Лена.

А Ашок как будто чуял, что мы вредим его обряду, и вскоре на пороге моего дома появилась его жена Арти – приветливая поначалу индианка лет 65 называла меня своей индийской дочерью, шутила со мной, мыла даже мою машину, звала на свадьбу своего сына, сейчас превратилась в фурию. Заходит ко мне сегодня и говорит:

– Мне нужно покрасить двери входные в твоем доме.

«Нафиг их красить… – думаю я, – когда они и так после ремонта (дом перед сдачей мне претерпел капитальный ремонт)». Опять пишу Ленке, что, похоже, опять какой-то обряд будет…

«Да, их колбасить начинает, когда мы нивелируем их обряды, вот они и ходят к тебе и еще никак не поймут – обряд серьезный сделан был, а ты жива-здорова», – пишет мне в ответ Ленка.

Винсент тоже не стоял в стороне и тоже проводил у меня в доме какие-то свои ритуалы по очищению – неспроста мы встретились с ним в Гоа. Все это было с самого начала неспроста, а задумано Богом: и моя встреча с Леной неспроста, и наша потом встреча в локалке с Винсентом неспроста – Винсент оказался точно таким же ясновидящим и экстрасенсом, как и Лена! Подобное притягивает подобное. И там, где силы одного не хватает, подключаются остальные и творят такие вещи, что дух захватывает за всем этим наблюдать.

По дороге на водопад Дудхсагар мы взяли Винсенту помощника, чтобы он вел машину вместо него, т. к. дорога дальняя, изматывающая, скорость по Гоа максимум 60, да тут и не разгонишься – дороги узкие, машины едва разъезжаются, а если едет навстречу автобус, то все хана – жмись куда хочешь. Взяли гида Винсента из его знакомых, который знает дорогу к водопаду как свои пять пальцев. Вики (Вишан) был странный мальчуган лет 25, очень разговорчивый, смешливый и дерганый, как потом выяснилось, он был просто под воздействием травки. Курить тут марихуану – обычное дело, и, хоть она по закону и запрещена, но продают ее везде, и курят тоже кто хочет.

После водопада, возвращаясь уже по темноте (темнеет в Гоа в 18—00 уже), мы решили остановиться в эко-коттеджах в джунглях и поужинать в их ресторане. Сев за столик под навесом из тростника, в окружении непроглядных ночных джунглей, где шум, трескотня цикад, непонятные звуки, издаваемые птицами, нагоняли мне, и так перепуганной пробегавшим по полу мимо маленьким крабом, которого я приняла за тарантула, страха.

– Рома! – сказала я пришедшему официанту, чтобы унять дрожь в коленках.

Тем временем, пока несли ром, Лена начала что-то рассказывать Вики – мальчику-гиду – про его жизнь, настоящее, прошлое и будущее… Я слушала и переводила, не вникая, уставшая выматывающим лазаньем по валунам на водопаде, пока Вики не заплакал… Ленка сказала таку-у-у-у-ую правду, о которой даже Винсент не знал про него – его близкий друг. Бабушка передала с того света, что пока внук ее будет курить, то он ничего не будет иметь: ни денег, ни-че-го… И тут-то все началось – все беды этого пацана были от травки, и пока он не бросит курить, как сказал пришедший дух его умершей давно бабушки, жизнь его не переменится. Ленка сказала, что нужно пойти и сжечь все пакетики с травой, который плачущий Вики выудил из карманов, и сделать это нужно от сердца. Мы, конечно же, не поверили, что у Вики хватит силы воли пойти сейчас и все это добро бросить в костер, но… он пошел. Я осталась стоять как вкопанная! Он реально сидел за кустами, чтобы мы его не видели, продолжал плакать и жечь свою траву…

Прошел где-то месяц, наверное, после этого случая, да и он уже порядком подзабылся, как вдруг нам опять приспичило ехать на водопады, и опять на моей машине, и опять понадобилась помощь Вики, потому что сесть сама за руль и поехать на такую далекую дистанцию я еще не решалась, хоть свободно ездила уже одна по Северному Гоа. Пришедший Вики был одет в белоснежную рубашку, новенькие джинсы, причесан и вообще не походил на себя месячной давности. Пока они с Винсентом говорили на конкани – гоанском языке – и хотя Винсент и махараштрец, и его родной язык не конкани, а марати – язык штата Махараштра, но он свободно владеет и конкани, и хинди, и санкскритом, и английским, и даже русским и еще 3 языками.

– О чем вы там? – заинтересованно спрашиваю я.

– Ты не поверишь, – начал Винсент, – он бросил курить! Лена помогла ему!

Подофигевшие с Винсентом, мы какое-то время ехали молча. А еще через пару недель Вики позвонил Винсенту по телефону и сказал, что он увольняется, и что он открыл собственный бизнес… Бабушка его умершая ему таки помогла…