Письмо от Бахуса. Исповедь анонимного алкоголика.

навязать свое состояние жене и ребенку. А вывод, что жить с алкоголиком невозможно, подвиг Колю тщательно проанализировать

116

сферу личностных взаимоотношений. Черты характера, которые ранили людей, стали очевидными.

* * *

Коля возвращался на родину, сбросив вес, поменяв почерк, создав историю своей жизни и опубликовав ее отдельной книгой.

Купив квартиру, перейдя на другую работу, еще раз женившись, из-брав новую религию, он спешил к родным, чтобы успеть при жизни

поблагодарить маму, чтобы сказать о чувствах сестре. Ему предсто-яла встреча с посельчанами, запомнившими его нетрезвым шутом, паяцем и клоуном. Соседка долго вглядывалась в знакомое лицо:

«Коля?!»

Похудение наложило печать усталости, встревожив мамоч-ку: «Ты не заболел?» С большим трудом он выдавил из себя: «Все

нормально…» Разговор не заладился. Заветные слова «мама, я тебя

люблю» не выговорились. Попытка сделаться лучше, измениться в

положительную сторону давалась с трудом.

Коля повидал знакомых, одноклассников. Слоняясь заброшен-ным школьным двором, он тосковал по дням былым. Абрикосы, ра-стущие на каждом шагу, опротивели. Груши в большом количестве

представляли определенную опасность. Бесцельно бороздя марево

Донбасса, он ощущал распирающие его бродильные процессы духовного роста и смутных предчувствий.

* * *

Православный священник поучал алкоголиков. Это выглядело

смешно. Видя его недоумение, алкоголики подсказывали: «Батюшка, бесы забегали?» Давили интеллектом: «Романтизм сострадания

и безнадега – вот что нужно трезвому алкоголику!» Сетовали: «Святой отец, когда тебе плохо, когда жалко себя, вспомни свой последний запой…»

В конце концов, батюшка прошествовал в свою обитель, какая-то дамочка послала ему вслед несколько недуховных фраз.

Брат, обычно предпочитающий на собраниях молчать, обрел дар

речи: «Я контролеру проездной под нос: на тебе! Он мне: взрослый

мужчина, а так ведет себя. Я ему: пошел вон. Но про себя, чтобы

никто не услышал…» Братья ошалели от удивления: молчаливый

117

друг заговорил – это означало, что у него появился реальный шанс

выжить. Коля загадочно улыбался.

* * *

Коля любил слушать высказывания трезвых алкоголиков, напоминающие о том времени, когда он, исполненный праведным

гневом, готов был обрушить его на каждого, кто думает не так, как

он. Новички, рассказывающие о своем прошлом, переносили его в

эпоху одиночества. И чувство вины после запоя казалось ужасней

самого запоя, и страшно не хотелось жить. И до наступления состояния «плохо» нужно было скорее напиться, чтобы всем таким образом отомстить. Наставник пояснил: «Помни, ты алкоголик, ходи на

собрания, другого пути нет…»

* * *

Коля думал о словах брата. «Алкоголизм высасывает силу, как

паук, и остается только тело». Нечто подобное он ощущал в первые

дни трезвости. А в состоянии «хорошо» возникало навязчивое желание выпить и продлить эйфорию. Души как будто не существовало. Программа самоуничтожения продолжала творить свое дьявольское действо. Любить себя не получалось, о Боге вспоминалось

в минуты крайнего отчаяния. Тревожное мышление редко покидало

его. Трезвый алкоголизм валил наповал.

Хотя поезд прибывал в удобное для встречающих время, Ко-лина романтическая жена, по своему обыкновению, не встречала

мужа. Коля не злился, но ставил еще одну галочку в перспективной

графе «супружеская неверность». Какой-то пьяный, неловко разво-рачиваясь, потерял равновесие и растянулся прямо у него под ногами. «Водка пить – земля валяться» – мелькнуло в Колиной голове.

Незнакомая женщина попросила Колю купить две бутылки вина.

«Девять миллионов человек в государстве, а без меня ничего сделать не могут…» – Коля вслух рассмеялся.

* * *

Тяга отбрасывала его к старому мышлению. Он молился и размышлял о бессилии перед жизнью. О том, что Бог все может и надо

надеяться на его помощь. Что нужно продолжать работу по освеще-118

нию своего прошлого, чтобы оно не властвовало над его сердцем, душой и разумом. Нужно открываться людям, чтобы окончательно

выйти из изоляции. И немедленно избавляться от очевидных недостатков, смиренно просить об этом Бога. Чтобы встать на путь

развития взаимоотношений. Чтобы лично возместить причиненный

людям ущерб, загладив вину перед ними.

«Нужно лично возместить причиненный людям ущерб, и ни

в коем случае не следует совершать покаянные акты по телефону

или по почте. Надо обязательно увидеться с людьми и попросить

у них прощения, признав свою вину. Кроме тех случаев, когда это

могло бы повредить им или кому-либо другому», – нудил над ухом

наставник. В таких делах необходимы здравость суждений, умение

тщательно выбирать время, определенная смелость и благоразумие.

Коля вытащил из кармана список людей, которым он причинил

зло. Он тщательно продумывал каждый случай. Он проникался правильным отношением к тому, что ему предстояло выполнить. Какие-то подростки просили у него закурить. Мужчина выпрашивал

мелкую купюру, уверяя, что не может купить хлеба. Хозяйка дома

застыла в огороде с граблями, наблюдая за странным незнакомцем.

Отрешенный от мира, Коля разделял список на части.

* * *

Галочками он отметил тех, с кем нужно незамедлительно установить контакт. Согласно программе, он обрел некую уверенность, что в состоянии поддерживать трезвость, и получил моральное право на этот шаг. В списке Николая смутили те лица, перед которыми

можно было лишь частично возместить ущерб, поскольку полная

открытость принесет им скорее вред, чем пользу. Например, можно

отдать долг другу сегодня же, но ведь Коля многие годы спал с его

женой. Слезами обливалось сердце раскаявшегося грешника, когда

он видел в списке тех, кого уже нет в живых.

Конечно, он не собирался откладывать дело в долгий ящик. Он

распахнул двери и возвестил миру о своем перерождении. Придя с

первого собрания, он признался жене, что понимает, какой ущерб

семье нанесло его пьянство. Прочитав книгу «Анонимные алкоголики», он решился на раскаяние. Слава богу, во время первого разговора произошло самое общее признание вины. На первоначаль-119

ном этапе неразумно возвращаться к мелким эпизодам прошлого.

Благоразумие напоминало об осторожности. Как мудро подсказывал опытный наставник, не покупай душевный покой за счет страдания других.

Человеку, у которого он украл джинсы, Коля изготовился возместить ущерб по почте. Только уступив требованию наставника, он предстал перед обиженным им приятелем. Еще Коля запомнил

окрыляющую атмосферу похвалы на книжном складе, возвращая

пятьдесят долларов за кражу книг. Его хвалили, поднимая до не-виданных высот. В последующем Коля мечтал еще раз испытать то

чувство.

Сделав несколько шагов на пути возмещения ущерба людям, он

почувствовал облегчение, сравнимое разве что с выходом из изоляции на 5 этапе. Соблазн отказаться от более унизительных контактов заставил его придумывать благовидные предлоги, чтобы отло-жить встречи. А эпизоды чрезмерного раскаяния, например, перед

женой, он считал излишними. Просто во время компенсации нужны

открытость и щедрость. И ни в коем случае нельзя взваливать бремя

внебрачных связей на чужие плечи.

* * *

«Едва ли моя ноша станет легче, если я переложу ее на кого-то, –

Николай прошелся туда-сюда, – наверное, я проявляю прямолиней-ность, возмещая ущерб людям. Нужно еще и еще обсудить вопрос

со спонсором и попросить у Бога помощи и руководства. Все равно

ведь сделаю по- своему, чего бы мне это не стоило». Он тут же набрал номер телефона наставника и узнал от него, что не существует

способа действий, который был бы правильным во всех ситуациях.

Важна внутренняя готовность возместить ущерб как можно скорее

и в той мере, в какой это возможно в данных обстоятельствах.

Однажды доктор по фамилии Иванов, спасающий человечество

от смертельного заболевания, не слишком деликатно направил нере-шительного новичка к трезвеющим алкоголикам. Толчок в затылок

показался Коле обидным и оскорбительным. Обида запомнилась.

Коля слушал, как брат учил племянников уму-разуму: «Пьете!» –

«А ты, дядя?» Крыть было нечем. Коля бросал пить каждое первое число, каждый понедельник. Смысл пьянства не прояснялся. Но

120

рассуждение брата врезались в память: «Если блага убрать, то оста-нешься трезвым, а если убрать трезвость, то благ не будет».

* * *

Как только он совершал оплошность, он сразу исправлял ошибку или же старался не откладывать самоанализ на завтра. И так изо

дня в день, в хорошую и плохую погоду. Постоянное внимание к

собственным достоинствам и недостаткам, искреннее желание