Путь Владычицы

– Нет, спасибо.

– Тогда ложитесь. У вас был трудный день, – пламя погасло, оставив комнату в ночной темноте. Лишь через прорехи занавешенных штор пробивался лунный свет. Девушка вновь улеглась и прикрыла глаза. Это не могло быть правдой. Ей все приснилось. Но все было слишком реальным. А что, если…

– Джендара!

– Да, моя госпожа.

– Помоги мне одеться. Мне нужно с тобой кое-что обсудить. В тихом месте.

«Тихим местом» оказалась огневая галерея верхнего этажа. Здесь, на огромной высоте, в лунном свете открывалась истинная красота бывшей столицы. Лежавшие вокруг руины отсюда складывались в карту огромного города. Но не ради видов суккуб привела сюда Владычицу. Здесь никогда никто не ходил, о чем свидетельствовали толстый слой пыли и паутина. Идеальное место для тайного разговора. Устроившись у одной из бойниц, Джендара наконец поинтересовалась у Инсилемы о причине такой секретности. Та ответила:

– Во время последнего совета я заметила твое странное поведение по отношению к Тавен-Тилу. С чем это связано?

Суккуб испугано осмотрелась и тихо проговорила дрожащим от страха голосом:

– Ради всего святого, лучше бы вы этого не спрашивали!

– Он не тот за кого себя выдает? – получив немой ответ в виде дрожащего кивка, девушка продолжила: – И ты догадываешься, кто он такой на самом деле?

Снова дрожащий кивок в ответ. Чего она так боится? Словно прочитав ее мысли, Джендара выпалила:

– Потому что мне Создатель голову оторвет! И не за то, что я вам сказала, а за то что ему не сообщила! Поймите, госпожа, все не так просто, и я не все понимаю. Это – отголоски ТОЙ войны.

– Какой «ТОЙ»? В смысле, Открытия Врат?

– Да, – Джендара еще раз осмотрелась, ожидая, что в любой момент на нее могут напасть:

– В мире демонов про это почти не говорят. Да и воспоминаний особо не сохранилось. Но у вас в библиотеке наверняка что-то такое найдется. Лорды очень любили коллекционировать подобные редкости. Поищите на досуге.

– Ну, хорошо, – девушка встала и беззаботно потянулась: – Утро вечера мудренее, пошли спать.

Страх Джендары был нешуточным. И игнорировать подобное было нельзя. В опасную игру Владычица собирается вступить. Но от этого становилось лишь интереснее, хотя и страшно.

Утро в Цитадели начиналось очень приятно. С кухни разносились запахи готовящегося завтрака. Солнце проникало через большие окна и играло своими лучами на доспехах стоящих в дозоре рикки. Инсилема надела светлое платье под стать беззаботному утру и направилась в Пиршественный Зал. Там уже активно готовились к предстоящему завтраку обитатели Цитадели. Уже расставляли чаны с кашей и травяным отваром. Резали свежеиспеченный хлеб. Все было хорошо и спокойно.

Раздавшийся скрип раскрывающихся боковых дверей и последовавший за этим звук приближающихся шагов привлек внимание девушки. Когда она обернулась, то обнаружила, что прямо возле ее трона стоит абсолютно живой и здоровый Тавен-Тил, облаченный в свои начищенные до блеска доспехи. Он замер строго на положенном расстоянии от госпожи, готовый в любую секунду отразить направленный удар. Его величественный облик и прямая осанка осталась неизменной, а броня не несла на себе ровным счетом ни одной царапины. Инси видела все это и не верила своим глазам. Слишком отчетливыми были воспоминания о том, какие раны остались на теле демона после вчерашнего. От таких травм умирали, в лучшем случае – лечились долгие месяцы, а не исцелялись всего за одну ночь без каких-либо последствий. Может, всего этого на самом деле не было? Не было битвы на площади Лорана, нападения алхаров и умирающего в жутких муках ее телохранителя?

В этот миг Вен обернулся в сторону Владычицы и посмотрел на нее сквозь прорези своего шлема. И хотя девушка не видела глаз демона, она поняла то, что тот сказал ей одним лишь своим взглядом. Все это было. Он сам являлся участником всего произошедшего. И сейчас рикки молчаливо протянул ей сверток из черного бархата. Внутри оказался завернут полуторный меч с длинным узким лезвием и прекрасно отделанной рукоятью. Она была исполнена в виде крылатого рогатого рыцаря, опирающегося на череп. Крылья служили крестовиной, а череп – противовесом. Палец скользнул по острию, издавая тихий шелест и оставляя за собой тонкую красную дорожку. Меч резал без видимых усилий! И был весьма прочным, вопреки кажущейся хрупкости и легкости. Воистину, это оружие было работой настоящего мастера:

– Скромный дар за мое спасение, – пояснил демон, когда Инсилема убрала меч в прилагавшиеся к нему отделанные серебром черные кожаные ножны и перевела взгляд на него.

– Благодарю за столь прекрасный подарок, Тавен-Тил. Определенно, не стоило.

– Свою жизнь я ценю весьма высоко. А теперь стоит пойти встретить гостей. Нехорошо заставлять подданных ждать.

– Каких гостей?

– У ворот Цитадели стоит отряд всадников. Никто иной, как сам граф Манфред соизволил посетить нас.

Тяжело вздохнув по поводу не распробованного ею завтрака, Инсилема направилась переодеваться для приема, на ходу приказав впустить гостей и провести их к входу в Тронный Зал. Облачившись в уже ставшие родными доспехи, девушка потянулась за мечом, но обнаружила лишь пустые ножны. Только сейчас она вспомнила, что забыла оружие на месте поединка с алхаром. И поняла, насколько на самом деле предусмотрительным и заботливым оказался ее телохранитель. Возможно, впервые за три года знакомства с этим мрачным воином Инсилема поняла, что на самом деле Вен дорожит своей госпожой. От осознания этого ей стала по-настоящему приятно. И когда Тавен-Тил пригласил ее идти к Тронному залу, она улыбнулась ему в знак благодарности. Эта улыбка была не первой, которой Инси награждала демона, но уж точно оказалась самой искренней за все это время. Потому что сейчас демон воспринимался ею не как слуга, а как настоящий преданный друг.

По приказу занявшей место на троне Владычицы часовые распахнули двери, и в зал вошли заждавшиеся гости. Воины в зеленых доспехах с серебряной отделкой следовали слегка позади седовласого мужчины лет за сорок, чьи доспехи были ярко-красными. Граф остановился на положенном от трона расстоянии, совершил поклон и посмотрел прямо в глаза восседающей на троне Владычицы своим немигающим надменным взором. Девушка даже сначала опешила от такого неприятного взгляда. Но она достаточно быстро собралась и встретила его с холодным спокойствием и полным безразличием, тем самым показав абсолютное презрение к бросаемому вызову. Держаться пришлось долго, но в конечном итоге граф Манфред признал свое поражение и склонился в приветствии:

– Мое почтение, Владычица Ночи.

– И тебе того же, граф сильванов.

Сильванами именовались потомки обосновавшихся в этом мире одноименных демонов, обитающих в расположенной в близлежащих горах крепости. Эти существа пили кровь, дабы принять чужой облик или же получить огромную физическую мощь. В истинном же облике сильваны выглядели как гигантские человекоподобные летучие мыши, ростом около двух с половиной метров и не меньше полутора в ширине плеч. Но сопровождавшие Манфреда воины являлись обычными людьми, в свое время заключившими с сильванами договор. Смысл был прост – естественное бессмертие в обмен на вечную службу. Расторгнуть договор, равно как и убить хозяина, нельзя, потому что, если погибнут все из рода демонов, умрут и заключившие с ними контракты. Ничего не скажешь, весело живем.

– Так зачем вы пожаловали в Цитадель? Насколько мне известно, вы давно не посещали этого места. Да и с присягой вы опоздали года на три.

– За опоздание извиняюсь. До нас новости не скоро доходят. Но вы правы, пора перейти к делу. После того, как вы начали открыто сопротивляться людям, они вновь обратили внимание на нас всех. Уже сейчас Рабант собирает карательное войско и очень скоро оно огнем и мечом пройдется по последним оплотам нелюдей.

– А кто-то еще говорил о не скоро приходящих новостях, – отметила про себя девушка, а вслух сказала:

– То есть вы пришли сюда обвинять меня в предстоящей резне только потому, что я дала людям отпор и начала пресекать их зверства?

Манфред залился смехом:

– Нет, что вы, конечно нет. Как говорил мой дед: «По пролитой крови не плачут»… Я просто убью вас, – демон сорвался с места, на бегу обнажая меч. Инси даже не успела вскочить с трона, чтобы уйти от удара. Но не один сильван оказался столь быстр.

Вен возник перед сильваном, ударом щита блокируя атаку убийцы. Меч блеснул в лихом ударе и оттеснил графа от Повелительницы:

– Я защищаю Владычицу. Если хочешь убить ее, то сначала разберись со мной.

– Как угодно, – и сильван вновь ринулся в атаку. Девушка заворожено смотрела на этот танец смерти. Все было так быстро, что отдельных движений было просто не разглядеть. Но в один момент блики стали оборвала кровавая вспышка, и все замерло. Тавен-Тил молчаливо смотрел на своего врага, пока с его клинка медленно капала кровь. Манфред почти с детским неверием опустил взгляд на свою разрубленную по диагонали грудь. Меч выпал из его руки, а сам он безвольно свалился на пол, испустив дух еще до касания с полом. Инсилема поборола оцепенение и, встав с трона, подошла к растущей вокруг тела лужи крови, после чего, не оборачиваясь, произнесла:

– Тело сжечь, а прах упаковать в урну и отослать в крепость сильванов. Пусть преемники Манфреда окажутся перед выбором: со мной они или против меня.

Рыцари-рикки уже разобрались с эскортом сильвана, оставив в живых лишь одного. Ему-то урну с прахом и вручили.

Владычица и ее командиры через окна надвратных укреплений наблюдали, как всадник скрылся за поворотом, увозя с собой страшный подарок и прикрепленное к нему послание.

– Сильваны не покорятся, – высказался стоящий рядом Таргуц: – Они слишком гордые и слишком свободолюбивые.

– Именно поэтому мы заставим их подчиниться, – ответила Владычица Тьмы, удаляясь во мрак коридора…

Инси со скукой изучала стены и потолок главного зала крепости сильванов. Никакого стиля или вкуса. Сплошная серость. Интриговала лишь отделка из человеческих черепов и костей. Похоже, хозяева очень любили гостей, особенно украшать их останками свою обитель. Но следовало вернуться к происходящему. Прямо перед Владычицей на коленях стояли наследники Манфреда, предварительно избитые и связанные. В их глазах до сих пор читались шок и неверие в произошедшее. Не удивительно. Стоило им прочесть грозный ультиматум Повелительницы, как она сама, вместе со всей своей демонической гвардией, предстала перед ними, воплотившись прямо из яркой вспышки. Сильванам был задан прямой вопрос: «Вы сдаетесь или нет?». Ответом стало надменное «Нет!». Старший сын Манфреда был парнем явно храбрым, но глупым, что в данном случае означало неминуемую и быструю смерть для него и всех остальных непокорных. Шестерых сильванов убили на месте, а еще троих взяли в плен. Всего детей у графа оказалось девять: пять сыновей и четыре дочери. Плодовитая сволочь была. И так, все уцелевшие дети предателя в ее, Инсилемы, руках. Убить бы их, но ведь выгоды от этого никакой не будет. Следует дать им шанс:

– Ваш отец – предатель. А ваши погибшие братья и сестры – его не раскаявшиеся сообщники. По праву государя, присяге которого вы столь подло изменили, я имею право просто казнить вас на месте. Но лишняя кровь мне ни к чему. Так что я еще раз предлагаю вам покориться.

– Никогда! – выпалил старший из оставшихся в живых сильванов.

– Джендара, – архисуккуб без лишних слов и движений перерезала глотку слишком горячего парня. Осталось двое: парень и девушка:

– Ну, мне повторить вопрос?

Первым заговорил мальчишка:

– Госпожа. При всем моем почтении и раскаянии, я не могу принять присягу перед убийцей моей родни. Честь рода не позволяет допустить подобное!

Инси разочарованно вздохнула и подала знак Джендаре. Та без промедлений приложила клинок к шее парня:

– Но! Я со смирением присягну на верность моей сестре, если она решит стать графиней.

– Хитер. Но меня это устраивает, – суккуб безмолвно убрала меч от шеи парня. Настал черед девчонки. Все время она безучастно стояла с поникшей головой, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. Невольно в голове Инсилемы мелькнуло сравнение с брошенной детьми тряпичной куклой. Владычица присела перед ней, пытаясь понять, жива ли сильвана или уже нет. Как оказалось – жива. Но пустые глаза бесцельно уставились в пол. Никакой реакции на призыв к разговору. Пришлось прибегнуть к пощечине. От резкого удара девушка вздрогнула и встретилась взглядом с Инси. Владычица с ходу поставила ее перед выбором:

– Диадема графини, прощение и шанс искупить свою вину или же полное уничтожение всего, что осталось от вас. Выбор за тобой.

Повисло молчание, во время которого сильвана решала, что правильнее – сохранение чести или выживание. Инсилема же про себя оценивала, стоит ли ей вообще доверять этим предателям и гордецам, или следовало бы сразу пресечь все на корню? Хотя и веры в то, что девчонка сумеет принять решение, у Инси особо не было. Хотя, какая она девчонка? Не многим старше Владычицы будет. Можно даже сказать, что они чем-то похожи. Вот только одна из них правит, а другая должна ей подчиниться… или умереть. Ибо власть никогда не слышала о таких вещах, как сотрудничество или компромисс. Истинная, она могла принадлежать лишь одному. Размышления были прерваны, когда девушка посмотрела в глаза Владычицы полным решимости взглядом и четко произнесла:

– Дайте мне нож, госпожа.

– Чтобы ты сама наложила на себя руки?

– Нет. Я желаю принести вам клятву в верности на крови, – кровь, как уже упоминалось, вещь для сильванов особенная. Клясться на ней – значит ставить свое обещание превыше всего. Инси это знала, а потому спокойно протянула ей свой кинжал.

Лезвие надрезало ладонь, выпуская тоненькую струйку крови. Девушка сжала кулак и протянула оружие обратно. Инсилема, стянув перчатку, сделала то же самое, и они скрепили ритуал рукопожатием кровоточащими руками. Далее последовали слова присяги.

Новоиспеченная графиня по имени Валешка стояла у окна и смотрела, как эскорт Владычицы покидает крепость через ворота. В руках она сжимала диадему отца, которую госпожа оставила ей в знак полноты власти. Рядом стоял ее брат Велрок, не проронивший после коронации ни единого слова.

– Почему? – спросила Валешка, оборачиваясь к своему последнему брату: – Почему ты это сделал?

– Что именно? – с полным пониманием вопроса поинтересовался Велрок.

– Ты заставил меня принести клятву убийце нашего отца. Ты – безбожный предатель.

Парень в мгновение приблизился к сестре и отвесил ей оплеуху. Выпущенная из рук диадема со звоном упала на пол. Валешка схватилась за горящую щеку и посмотрела на брата.

– Не будь идиоткой. Я знал, что если присягну на верность Владычице, то ты покончишь с собой. Ты бы не смогла стерпеть подобное оскорбление для чести семьи. Этим ты похожа на всю нашу, теперь уже мертвую, родню. Никто из них не мог принять того, что шло в разрез с их взглядом на все. Хочешь жить – умей думать не только сердцем, но и головой, сестричка. Впрочем, если ты сейчас перережешь себе глотку, я не буду об этом жалеть. Я лишь пойму, что все это время дураками были не вы, а я, – Велрок развернулся и быстрым шагом вышел прочь из зала. Валешка осталась одна. «Не только сердцем, но и головой». Девушка наклонилась и, подобрав родовой символ власти, подошла к зеркалу и водрузила диадему себе на голову. Теперь она графиня и должна заботиться и о себе, и о своих подданных. И как бы ни были грязны слова Велрока, в них был тот важный урок, который она теперь усвоила. Есть момент, когда честью можно пренебречь.

Инсилема задумчиво глядела на расстилающийся у дороги пейзаж.

– Как думаешь, – спросила она у ехавшего рядом некроманта:

– Эта Валешка не выкинет ли какую-нибудь глупость, вроде покушения ее отца?

Неарсес не задумываясь, ответил:

– Сама она может. Но вот ее брат – нет, и с ним можно договориться. А поскольку он любит свою сестру, причем до беспамятства, то будет готов на все, лишь бы мы не тронули ее. И сделает, если потребуем. Можете считать Велрока гарантом преданности сильванов.

– Хорошо. Кстати, твоя уловка со спрятанным в урне камнем портала оказалась весьма удачной. Следует взять ее на вооружение.

– Это будет лучшей благодарностью для меня.