Пятое человечество

Глава седьмая

Когда Орловы возвращались домой, на поверхности озера творилось что-то невероятное: его словно кто-то укрыл прозрачным розовым покрывалом толщиной сантиметров 10–15. Оно еле заметно искрилось, должно быть, ионизировало, волновалось вместе с водой. Каким-то рыбкам нравилось выпрыгивать из воды, а потом падать назад, поднимая искрящиеся розовые брызги. Семейство лебедей медленно и величаво плыло словно в розовом пламени, и были они теперь не белыми, а розовыми.

Агидель, прижимаясь к руке мужа, понимала его состояние и читала отрывочные мысли. Сообщением генерала Уральского он был потрясен больше, чем она. Чувствовалось, его душила обида. Он намеревался на Арсе, наконец, заняться научной деятельностью, а не бороться с каким-то кокаинистом Мольтке, с миллионами наркоманов, взбесившихся от беззаботной жизни.

– Не расстраивайся, родной мой, – телепатировала она ему. – Если бы не верили в тебя, то не назначали бы чрезвычайным и полномочным спецпредставителем. Значит, считают, что ты выправишь положение на Арсе. Трудно будет, не спорю, но когда тебе было легко? Поэтому не надо волноваться, а тем более комплексовать – тебя не обидели, а тебе доверили очень большое, судьбоносное для человечества дело.

– Могли бы испросить моего согласия…

– Надо закатывать повыше рукава и приниматься за дело.

– Уж очень всё запущено, запутано, неоднозначно.

– Не мне тебя учить, как начинать действовать.

Да, Руслан всегда начинал со сбора и анализа информации. Но сколько для этого потребуется времени? Надо будет выйти на Атланта, попросить его прислать ему всё или почти всё, что есть у Мирового Разума о положении на планете Арс, проанализировать и сделать предварительные выводы. Собрать членов команды, которая отправляла последние звездолёты с Земли, и переназначить их на новые должности – ведь откуда он наберет своих помощников? Аппарат пресловутого Чон Бо давно распущен, коттеджи стоят пустые. Как только расселится команда, надо незамедлительно ее задействовать. Следующим шагом станет посещение института Орлова, узнать мнение ученых и составить еще один план действий. Агидель должна взять на себя женскую часть проблем. Не мешало бы ей сдружиться с Урсулой, познакомиться с женскими организациями и предложить свой план действий.

– Ты на правильном пути, – похвалила его жена. – Я завтра же приступлю к реализации твоих задумок в отношении женщин. А сейчас пойдем спать. И пусть на новом месте приснится жених невесте!

Она призывно рассмеялась, но Руслан намеревался, несмотря на усталость, поработать. Да он и не мог уснуть в таком состоянии – голова его работала как термоядерный реактор, тут не до сна.

– А ужинать будешь? – спросила Агидель.

– Пусть принесут мне в кабинет стакан кефира и булочку. И термос с кофе…

Они расстались на втором этаже, он пошел в кабинет, а она – в их покои. Возле спальни столкнулась с девушкой в белом переднике и строго спросила:

– Что вы здесь делали? Звание, имя?

– Лейтенант Дора, экселенц. Проверяла всё ли в порядке с постелью. Я ваша горничная.

– Кто вас назначил?

– Генерал-майор фон Кляйнмихель, экселенц.

– Да перестаньте меня величать! Экселенц да экселенц. Для вас я Агидель Николаевна, в крайнем случае – товарищ Орлова. И передайте всем, чтобы не вздумали величать Руслана Руслановича. Он никаких церемонностей терпеть не может. И скажите на пищеблоке, чтобы принесли мне стакан кефира с булочкой, Руслану Руслановичу то же самое, но в кабинет. И пусть принесут ему термос с крепким и сладким кофе. Вы свободны.

Лейтенант Дора изобразила уважительный книксен и удалилась. Она, вне всякого сомнения, была роботом. Никогда еще Орловы не сталкивались с таким обилием военных в своем окружении. «На войне как на войне?» – задалась вопросом Агидель.

Перед тем как лечь спать, она заглянула в кабинет. Муж сидел за письменным столом, откинувшись в кресле и закрыв глаза. Это была его любимая поза, когда он думал. Она не стала его тревожить.

А Руслан, между тем, говорил по своему индивидуальному каналу с Атлантом.

– Нас в общих чертах генерал Уральский ознакомил с положением дел на планете. Мы впечатлены, – заявил Орлов.

– Я не ожидал от тебя иного мнения, – ответил Атлант. – Не обиделся на нас, что тебя бросили из огня да в полымя?

– А куда мне деваться…

– Значит, без обиды не обошлось.

– Не будем об этом. Наша главная задача, я имею в виду и Агидель, и мой аппарат еще земных помощников, – навести порядок во власти и привести в чувство любимое наше пятое человечество?

– Правильно мыслишь. С чего начнешь?

– Не с отстранения Мольтке от власти. Со сбора информации, анализа и определения стратегии и тактики наших действий.

– Хотя у тебя ничем не ограниченные возможности и полномочия, но ты всё же согласовывай свои планы со мной, держи постоянно Галактический совет иерархов в курсе событий. Ты можешь делать на планете всё, кроме открытия военных действий или организации военного переворота. Если Мольтке на подобное решится, то тогда другое дело. Но и в таком случае старайся решить проблемы мирным путем. С информацией я тебе помогу. У нас огромное досье с разведданными, в том числе донесения и записки генерала Уральского. Его звездолет висит над Арсом после того, как Чон Бо зашел в аннигиляционную камеру.

– Кто этого клоуна назначил спецпредставителем?

– Те же, что и тебя. Ты же знаешь, что и на Солнце были пятна. Передавай поклон Агидели. Ваши Николай и Марион в полном порядке, готовятся к экспедиции на Зею. Вначале хотели отправить их в созвездии Гончих Псов, но переиграли, нацелили их на ближайшую планету от Арса. Так что качество переселенцев зависит от вашей работы. Конец связи.

Разговор с Атлантом ничего нового не дал. Для него, как члена Галактического совета иерархов, поручение по Арсу тоже было полной неожиданностью. Он только что вернулся с войны и тут же его озадачили. Именно Атлант предложил его в качестве спецпредставителя на Арс – никакого сомнения в этом у него не было. Значит, чувствует свою ответственность и будет помогать. А нашу тактику назовем «Курочка по зернышку клюет»? Не затевать же, в самом-то деле, войну с герром Мольтке.

Глава восьмая

Несколько суток Руслан Орлов не покидал свой кабинет, собирая нужные сведения о жизни пятого человечества на планете Арс. Хорошо, что Урсула подсказала: его кресло обладает функцией введения хозяина в состояние сна на неопределенное время. Оно начинало вибрировать всё реже и реже, навевало электронный сон, безвредный для человеческого организма.

Пользуясь возможностями богочеловека, он отыскивал в глобальных массивах нужную информацию. За это время он «побывал» на всех континентах, в первую очередь в союзной Столице Наций. Он был поражен продуманностью ее архитектуры, ухоженными бульварами и садами, изумительными зданиями, гармонировавшими друг с другом и с окружающей средой. Любовался великолепными фонтанами, скульптурами, голографическими картинами, украшающими столицу. Не верилось, что это чудо создали роботы без самого активного участия человека.

Он не любил подсматривать и прислушиваться к людям, особенно читать их мысли. Считал этот дар постыдным, но часто возникали ситуации, когда им приходилось пользоваться.

Мысленно он брел за молодыми людьми по прекрасной ночной улице столицы. Он попытался просканировать их мысли, но они не думали! Отвыкли думать, не нагружали свое серое вещество, и оно отключилось? В головах у них звучали ритмичные удары в барабан, сопровождаемые какофонической музыкой, от которой они, как говаривали в старину, кайфовали. Они молчали, лишь однажды один из них, оказавшись перед дверью какого-то питейного заведения, произнес что-то похожее на вопрос «Зайдем?» Зашли, взяли в автомате алюминиевые банки с колой, сели за круглый столик, открыли банки и начали прихлебывать напиток, продолжая наслаждаться долбежным мозги ритмом.

Руслан устал ожидать от них хотя бы элементарного разговора, переключил внимание на двух девиц, которые шли по улице и беспрерывно болтали. Выражались они чаще всего эмоциональными междометиями или отдельными словами, из которых было непросто составить предложение.

– Он…ой…обещал…ха-ха… придти…а листву… где достать… я…ух бы!.. и сама не против… у тебя…ха-ха… нет пакетика? – говорила одна из них.

– Фиии…кусты…у предков… они третьи зубы дожевывают…самим мало… – отвечала ей подруга.

Он понял, что девицы озабочены поиском пакета с листьями колы, чтобы привлечь внимание молодых людей и провести с ними ночь. Было непонятно, почему спросом пользуются пакеты, если можно зайти в любой бар и бесплатно получить банку колы. Видимо, в банках напитки не содержали кокаина, а в листьях он был.

Побывал он и в ресторанах, где собирались по вечерам пожилые арсиане. Ели они мало и степенно, смотрели на плазмах размером во всю стену какие-то кинофильмы или концерты, и молчали. Они тоже почти не думали, а если думали, то о болезнях, которые донимали их.

В одном из ресторанов на подиум вышел очень обросший волосами певец и стал ритмически произносить:

– ГЫ-гы, ГЫ – гы, ГЫ-гы…

Поразительно, что никто из присутствующих не запротестовал, но и не аплодировал, когда волосан прекратил гыкать.

В Галактическом хранилище информации нашелся видеоотчет об их прибытии на планету. Руслан сконцентрировал свое внимание на Мольтке, с того момента, когда командир звездолета не стал ему докладывать. Видимо, всегда в таких случаях докладывали, а тут не стали подчеркивать его верховенство над прилетевшими. Прибыл начальник, и это кольнуло его самолюбие. «Мы еще посмотрим, чья возьмет», – подумал глава союзного правительства.

Потом Руслан посмотрел, что происходило на банкете, когда он и Агидель отказались участвовать в нем. Настроение у Мольтке было на нуле, если не хуже того, он молча бродил между столами, где его помощники пили коку высшего качества, изумрудный напиток в специальных искрящихся хрустальных бокалах.

Наконец, Мольтке подозвал к себе наиболее приближенных к своей особе дам и мужчин, собрал их в кружок.

– Это вам не Чон Бо, этого мешком листьев коки не соблазнить. У этого новейший боевой звездолет на арсеоцентрической орбите с пятью дивизиями роботов-десантников. Если он уберет меня, то уберет и вас. А власть вы любите, потому что властвовать приятно. Я должен знать, что он думает и делает, какие у него планы, с кем встречается. Союзная разведка должна сосредоточить всё внимание на нем. Предложения по нейтрализации спецпредставителя особенно приветствуются, – завершил он краткое выступление и удалился.

Руслан поставил на контроль все мысли и действия Мольтке. Из Галактического хранилища информации пошел густой поток сведений и видеоотчетов, не оставляющих сомнений в том, что Мольтке крайне обеспокоен, ищет способы взять над ним верх. Пока озабоченность главы союзного правительства не представляла никакой опасности. Одни рефлексии, не более того.

Заинтересовали Руслана слова Мольтке о власти. Но в чем заключается власть в коммунистическом роботизированном обществе, когда любые блага доступны всем? В четвертом человечестве основой власти было был контроль над распределением. Причем распределение было так устроено, что больше денег якобы получал послушный член коллектива с наибольшей выработкой продукции. Соответственно он мог приобрести больше товаров и получить больше услуг. Это в общем плане, на самом же деле наибольшее число благ доставалось чиновникам, приближенным им предпринимателям и бесчисленным мошенникам, как это было в начале XXI века в России, да и не только в ней, где чиновники и мошенники составляли ядро власти.

Может, в арсианском обществе, в котором прекратилось развитие, и, стало быть, навязывание своей воли людям чиновничеством потеряло всякий смысл, власть представляет собой лишь реализацию врожденного доминирования? Оно ведь дается не в равной мере всем рождающимся. Для целей развития требовались лидеры, и природа во имя этого кого-то награждала способностями подчинять себе таких же людей, вести их за собой, наказывать непослушных и бунтовщиков. А кого-то награждала способностью подчиняться, и получать от подчинения удовольствие?

Союзное правительство разрабатывало проект внедрения денежного обращения на Арсе. Это была бы экономическая революция на планете. Обоснованием для нее служило отсутствие мотивации эффективного труда арсиан. Деньги возвратят рыночные отношения, реанимируют общество потребления и поставят крест на эрзац-коммунизме, созданном роботами. Негласной целью реформы было создание класса собственников, точнее, олигархов из числа друзей и ближайшего окружения Вольдемара Мольтке. Каким образом планировалось внедрение денежного обращения в обществе всеобщего благосостояния, было совершенно непонятно. После прибытия нового спецпредставителя работы над этой реформой были приостановлены.

Вольдемар Мольтке фактически не располагал никакой властью. Если бы он захотел искоренить коку на планете, или воспрепятствовать ее распространению, то не смог бы осуществить ни то и не другое. Немногочисленным полицейским формированиям и спецслужбам это было не под силу. Следовательно, он располагал не властью, а ее имитацией, так в чем же его вина? В том, что он и не пытался в новых условиях приостановить процесс деградации общества и запустить процесс его развития?

В том, что проблема власти на Арсе является важнейшей, Руслан убедился, когда на улице Столицы Наций увидел шествие молодых людей в черных рубашках и черных шортах, подпоясанных белыми, скрипучими даже на вид, ремнями с портупеями наперекрест и в военного образца подкованных башмаках. Они шли с традиционными факелами в руках, с транспарантами и знаменами с изображением свастики, скандировали «Мы сила, мы будущее!» и периодически высекали башмаками снопы искр из каменной мостовой. С целью устрашения окружающих?

Глава девятая

О фашиствующих молодчиках практически не было данных в материалах генерала Уральского. Повторялась недооценка нацистов, приведшая Гитлера к власти, маршей эсесовцев в Прибалтике, бандеровского переворота на Украине, который обернулся обнищанием и страданиями миллионов людей?

Не без труда Руслан собрал досье о нациках на Арсе. На планете много лет существовала ассоциация национал-социалистов, имевшая свои отделения во многих бывших европейских и американских странах. Основной их целью было возвращение капитализма, денежного обращения и принуждение арсианцев к высокопроизводительному труду. Опирались в своих планах на белых людей, которые призваны руководить остальными расами. Разумеется, люди с другим цветом кожи не желали власти новых арийцев над собой, поэтому развитие нацистских организаций в Новой Африке не получилось. Напротив, на этом континенте создавались антифашистские организации.

Неофашистам запрещалось употребление коки и наркотиков. Более того, штурмовые отряды периодически проводили антинаркотические акции, избивали жестоко наркодилеров, особенно тех, кто производил и распространял наркотики. Нацики требовали принять суровые законы о наркотиках, но союзный парламент почему-то не спешил их принимать. Национал-социалисты усиленно занимались спортом, руководили детскими скаутскими и спортивным кружками, из них они вербовали своих сторонников и новых членов.

Их программы отличались эклектизмом и противоречивостью. Они требовали изменить систему обучения молодого поколения, укрепить семью как союз мужчины и женщин, придав ему значение основной ячейки общества, при этом приветствовали многоженство, поскольку девочек в четыре раза рождалось больше, чем мальчиков. Оригинальностью отличалась их программа по восстановлению Британского содружества наций, Европейского Союза, Североатлантического альянса и Варшавского договора во главе с Советским Союзом. Сверхценностью при этом они считали суверенитет каждой нации, позволяющий создать свое сильное государство.

Чернорубашечники, особенно члены штурмовых отрядов, настойчиво обучались военному делу, готовились к часу Икс, когда придется брать власть в свои руки, уничтожить миллионы роботов и заставить обленившихся арсиан занять рабочие места в промышленности, сельском хозяйстве и в сфере услуг. Яснее ясного было то, что контрреволюция задумывалась во имя возрождения частной собственности и перераспределения общественного богатства в пользу национал-социалистов и их приспешников. Новоявленные луддиты, чего доброго, возродят и концентрационные лагеря для нежелающих на них работать?

Но самой большой неожиданностью для Руслана стало то, что всемирную ассоциацию национал-социалистов возглавлял Генрих Мольтке, племянник союзного премьера. В полученном досье на арсианского фюрера подчеркивалась вражда дяди и племянника, действительная или рассчитанная на публику. Из всех достижений Генриха Мольтке особо отмечался его самостоятельный отказ от приема тяжелых наркотиков, который и привел его в ряды национал-социалистов. На фотографии Генрих Мольтке, молодец лет тридцати пяти, наряженный в черную эсесовскую форму, засунул ладони за ремень, угрюмо смотрел исподлобья и сомкнул презрительно губы. «Клоун!», подумалось Руслану.

Но надо было действовать. Он пригласил Максима Юрьевича, своего советника, он же руководитель аппарата спецпредставителя, и велел ему вызвать Арсена Арсеновича Абубакарова, который на Земле возглавлял службу психологической подготовки к космическому путешествию.

Арсен Арсенович, доктор психологии и доктор философии, обеспечил подготовку миллионов людей к переселению на Арс. Он был не только выдающимся ученым и организатором, но и великим восточным мудрецом. Руслан вспомнил его из всех сотрудников первым – не раз Абубакаров давал ему ценные советы в критических ситуациях. А нынешнее положение дел на Арсе, по мнению Руслана, было критическим.

Не прошло и получаса, как Абубакаров, ничуть не постаревший за сто два года космического путешествия, сжатого в нуль-пространстве до нескольких недель, вошел в кабинет. Напротив, он выглядел свежим и энергичным. Позволил себе явиться к начальнику не в костюме с галстуком, а в футболке, спортивных брюках и кедах.

Они крепко, как старые товарищи, обнялись, при этом Руслан заметил, что Арсен Арсенович прямо-таки излучает энергию и желание сразу приступить к работе.

– Руслан Русланович, ну не сразу же! – взмолился Абубакаров, садясь за приставной стол. – Дайте хоть обустроиться на новом месте, приспособить коттедж к нормальному житью.

– Нет, Арсен, надо сразу же. А обустраиваться будешь в порядке отдыха и смены занятий. Составишь список, что нужно сделать и отдашь Максиму Юрьевичу – у нас куча помощников из числа роботов. Пускай твоя супруга ими поруководит и устроит семейное гнездо по своему разумению, – жестко сказал Руслан и стал рассказывать о положении на планете.

– Неужели пятое человечество дошло до такого? – спрашивал не раз Арсен Арсенович.

– Именно дошло, – подвел итог своему рассказу и перешел к поручениям Абубакарову. – Ты по-прежнему будешь возглавлять психологическую службу, назовем ее для секретности отделом психологической помощи. На самом деле это будет целый департамент, занимай для своих работников любой свободный коттедж и здесь кабинет для себя на третьем этаже. Чтобы быть поближе к начальству, – вставил шутку Орлов, но тут же продолжил. – Дай нам не только психологический портрет пятого человечества, но и реальные рекомендации по возвращению его на путь развития.

– Но это годы работы! – опять взмолился Абубакаров.

– Никаких годов! Самое большее – несколько месяцев. Материалы будешь получать у Максима Юрьевича. Их предостаточно. Особо секретные данные из Галактического хранилища информации – у меня. Мы должны знать психологическое состояние всех категорий арсиан, начиная от союзной власти до младшего школьника. Надо – привлекай политологов, психиатров, социологов, педагогов… Переверни вверх дном здешний институт Орлова – не знаю, чем они занимаются, до них я еще не дошел.

– Задачи как для академии наук! – воскликнул Абубакаров. – А тут Карлом Юнгом пахнет – его коллективным бессознательным и архетипами. И измененными состояниями сознания, поскольку наркоманов на Арсе тьма. Но продолжительность психоанализа начинается с полугода до нескольких лет!

– Нет у нас этих лет. Оба Мольтке не будут ждать, а начнут подминать нас под себя. А мы голенькие и невинные, будем пребывать в растерянности? Как старого товарища, надежного друга прошу: Арсен, первая и главная надежда на тебя. Анализ, выводы, предложения, прогнозы… Дверь моего кабинета всегда для тебя открыта. Передавай привет супруге. Пока всё!

– Каковы сроки, такое и качество, – проворчал на прощание восточный мудрец.

– Завтра летим в Орловский институт, – предупредил Руслан.

Глава десятая

Агидель периодически наведывалась к Руслану, но муж, погруженный в работу, не откликался на ее предложения сделать перерыв и отдохнуть. На этот раз она решила добиться, чтобы он хоть на несколько часов оторвался от работы. Когда она вошла в приемную, помощник Максим Юрьевич, всегда прилизанный аккуратист в костюме с галстуком, доложил ей, что у Руслана Руслановича Абубакаров. Поднялся за своим столом и дежурный адъютант, молодой человек в военной форме, со знаками различия майора, и приветствовал ее, как и положено военнослужащему: «Здравия желаю, Агидель Николаевна!»

Ей не нравилось, что теперь в приемной мужа дежурит адъютант. Но Урсула, когда она обратилась к ней, сообщила, что инструкцию по обеспечению безопасности спецпредставителя утвердил генерал-полковник Уральский. «Перестраховывается Святослав Степанович», – сказала она тогда Урсуле.

В этот раз она решила добиться своего, подошла к двери кабинета, и едва не столкнулась с Абубакаровым. Тот настолько был озадачен, что не стал здороваться с нею, словно они сегодня уже виделись. Он развел руки в сторону, задрал вверх клинышек седой профессорской бородки, и произнес трагическим голосом:

– Ну и дела… – и убежал, не забыв попрощаться: – Будьте здоровы!

– Всё, Руслан, перерыв. От тебя уже люди шарахаются – Арсен выскочил от тебя явно не в себе, – сказала она, подойдя к письменному столу мужа. – Посмотри на себя в зеркало: волосы торчком, лицо землистое или как теперь можно говорить – арсенистое? Под глазами мешки, сорочка не свежая… Сейчас примешь ванну, я тебе спинку потру, побреешься, поешь не между делами, а по-настоящему пообедаешь. Сегодня на кухне борщ заказала, практически сварила его сама, со свежими помидорами, как ты любишь… Пойдем, – и она наклонилась к мужу, а когда он встал, взяла его под руку.

Он не стал сопротивляться – начало возвращению пятого человечества на путь развития, пусть и крошечное, величиной с маково зернышко, однако положено. Арсен совершит на Арсе психологическую революцию, в этом он не сомневался. Следующий шаг – собрать весь аппарат и выступить перед своими сотрудниками по эвакуации землян.

– Максим Юрьевич, объявите всему нашему бывшему аппарату, что завтра в девять утра по местному времени состоится в конференц-зале на первом этаже важное совещание, – он дал поручение советнику перед тем, как уйти.

Спустя полтора часа Руслан, раскрасневшийся от горячей ванны, побритый, в белом махровом халате вошел в столовую, где над блюдами колдовали официантка и Агидель.

– Я бы выпил рюмку водки, – заявил он. – Надеюсь, заслужил?

Вопрос предназначался жене, хотя она никогда не возражала против стопки перед обедом.

– Заслужил, заслужил, – ободряюще повторяла жена и велела официантке принести графинчик водки.

Во время обеда неожиданно позвонил Мольтке и попросил принять его и спикера союзного парламента Индрека Тооме. Разумеется, просьбу он сопровождал вопросами о том, как они устроились, как чувствуют себя после перелета. Чувствовалось, что напряженно ждет ответа.

– Спасибо за заботу, – дипломатично поблагодарил Руслан. – А встретиться мы можем послезавтра, скажем, в десять часов по местному времени.

Встреча была назначена задолго до обеденного времени, значит, исключалась перспектива угощать их обедом.

– Хорошо, мы будем у вас в десять утра послезавтра, – последовал ответ Мольтке.

– До встречи! – попрощался Руслан, и тут же попросил поставить Мольтке и Тооме на прослушку разговоров между ними и сканирование их мыслей.

За обедом Агидель рассказала, что за несколько дней сдружилась с Урсулой. Начальник охраны оказалась не солдафоном, несмотря на боевые заслуги в созвездии Гончих Псов, а милой и образованной женщиной. Ее муж, полковник Отто фон Кляйнмихель, с виду тупой служака, с пышными усами и бакенбардами, которому, казалось бы, не хватает немецкой двурогой каски, на самом деле был добряк и писал неплохие стихи. Ей они понравились, когда Отто, стесняясь, все же прочел некоторые, когда Урсула пригласила Агидель на знаменитые немецкие сосиски со сладкой горчицей.