Невеста темного колдуна. Маски сброшены

Глава 2

На следующее утро побудка превзошла все грани добра и зла – кто-то самым жестоким образом барабанил в дверь. Хриплый, громкий голос выкрикивал рубленые фразы:

– Пятнадцать минут до построения в коридоре! Подъем! Пятнадцать минут до построения в коридоре! Подъем! – стук и голос удалялись.

Сев на постели, Грета ошалело посмотрела на подругу и выдавила:

– Доброе утро.

– Угу. Бодрящее я бы сказала,– так же пораженно выдавила Тирна. – Что это было?

– Не знаю,– мэдчен Линдер пыталась выпутаться из одеяла, не упасть на пол и не столкнуть на пол Финли.

Увы, с некоторых пор лиса стала спать с хозяйкой. Видимо продолжалась тихая, позиционная война с Дикки. У дорфа постель больше, а Финли спит с хозяйкой. Грета искренне надеялась, что Дикий не придет к ним третьим. Потому что в этом случае спать на коврике придется ей.

– Умыться мы не успеем. Остается только простынь намочить да утереться.

Подруги привели себя в порядок, надели форму, Грета разгладила все заломы на своем и подружкином платье. А Тирна, расчесав свою короткую стрижку, быстренько скрутила узел на голове Греты и заколола его невидимыми шпильками. Совместными усилиями они полностью уложились в выделенное время.

– Пора на выход?

– Ты Дикки с собой брать будешь? – спросила Тирна.

Она в сомнении смотрела на сладко спящую Карамельку. Бейра трогательно перебирала лапками, а раздвоенный язычок трепетал как у настоящей змейки. Но при этом никакой шум ее не разбудил.

Дикки же проснулся моментально, понял, что опасности нет и уснул обратно. Так же быстро. Они с Финли в этом были очень похожи.

В коридоре же явно начиналось какое-то брожение. Кто-то вздыхал, покашливал и приглушенно ругался.

– Давай-ка прихватим карточки. На всякий случай, и,– Тирна выразительно посмотрела на руку Греты,– сняла бы ты кольцо.

– Не снимается оно,– вздохнула Грета. – Совсем.

Забирая карточку, Грета переложила письмо Тирны к Телайле, из кармана вчерашнего платья в сегодняшнее. Вообще, карманы были обнаружены абсолютно случайно. Они прятались в двух небольших складках и были так хорошо замаскированы искусным кроем и магией, что найти их удалось только Финли. Любопытная лисичка сунула туда нос, в надежде на кусочек сахара. И была очень разочарована. Зато Грета обрадовалась.

В коридоре повторилась история знакомства с морой Вирстим. Правда, Ванды уже не было. Вместо нее корзинку в руках держала эйта Риви.

– Сдайте карточки. Соискательница Грета, мне даже отсюда виден камень в вашем кольце. Минус…

– Это помолвочное кольцо и оно не снимается, пусть эйта Риви сама попробует.

И эйта попробовала. Да так, что у мэдчен Линдер кости захрустели. Но кольцо стало единым целым с кистью и слезать отказалось. Грете даже начало казаться, что блики, скользящие по поверхности камня, выглядят как ехидные улыбочки.

– Что ж, хорошо. У кого же настолько отсутствует вкус, что для помолвки был выбран настолько крупный камень? – вскинула брови мора Вирстим и выразительно посмотрела в сторону троих соискателей.

Но в стороне ответа не было.

– Ясно-понятно, откуда у двух подруг столько баллов. Одна окрутила устроителя отбора, а вторая за этот счет выехала,– процедила одна из соискательниц. И испуганно охнула, она явно не ожидала, что получится так громко.

Грета резко сделала шаг вперед, впилась в полную, рыжеватую девушку взглядом и процедила:

– А повторишь глядя мне в глаза? Все баллы заработаны честно, а кольцо я получила только вчера.

Под взглядом Греты рыжая толстушка плавно съехала в обморок. И мэдчен Линдер едва успела ее поймать.

– И как с такой тонкой нервной системой можно настолько не следить за языком? – охнула Грета, опускаясь на пол.

Ее сил не хватило, чтобы удержать тяжелую соискательницу. Впрочем, эйта Риви быстро привела рыжую в чувство и та тут же бросилась извиняться.

– Что тебя так напугало? – нахмурилась Грета.

– Только не смотрите на меня больше так,– пролепетала соискательница и расплакалась.

– Да у нее ментальный щит уничтожен,– ахнула стоящая рядом девушка и отшатнулась от Греты,– ты чудовище!

Тирна подтащила подругу к себе, мора Вирстим навела порядок, собрала карточки и распустила соискательниц. Сообщив лишь, что после завтрака пройдут тесты по всем изучаемым дисциплинам. Грета же только хлопала ресницами и никак не могла взять в толк, как она могла разрушить чей-то щит, если не использовала ни капли магии? Или… провокация?

– Как думаешь, что с ней? – шепнула Грета.

– Либо ты не удержала силу, но это бы все почувствовали, либо с ней изначально было что-то не так,– Тирна хмыкнула,– я когда проходила собеседование, тоже была не совсем собой. Налакалась стимуляторов, чтобы щит крепче был. Потом, правда, больше не использовала. Не нужно было.

– Ладно,– мэдчен Линдер потерла кончик носа,– разберемся. Интересно, что будет на экзамене.

На самом деле, при казалось бы почти свободном графике обучения, Грета уже успела исписать три тетради. Лекторы умудрялись вставлять в свои скучные и бесполезные лекции бесчисленное количество ценных замечаний о столице в целом и придворной жизни в частности. И понять, о чем именно будут спрашивать на экзамене было практически невозможно.

«Ну хотя как невозможно, по закону божественного свинства, спрашивать будут о том, чего ты не помнишь или не знаешь, или не знала да еще и забыла», хмыкнула про себя Грета.

Тирна, оглядевшись по сторонам, толкнула дверь и вернулась в комнату, прихватив с собой и задумавшуюся подругу.

– Если не знать того, что происходит внутри,– протянула Тирна,– то можно сломать мозг, пытаясь найти логику в этом отборе. Может, позавтракаем на балконе?

Грета хотела отказаться, но нужно было принести мясо для стаи, переправить на луг Дикки и Карамельку. Да и если Алистеру это доставляет неудобства, значит пусть придет и скажет об этом сам. Конечно, вчера она хотела ограничить баловство, но… Но пока настоящий хозяин дома не возражает, они вполне могут там поесть.

– Идем. Только вначале притащим дорфам мясо.

При слове «мясо» Дикки тут же поднял голову.

«Можно мне ту сладкую штуку из чашки»,– попросил дорф.

«Сладкое очень вредит организму»,– тут же встряла лиса.

«Оно и видно»,– мурлыкнул Дикки и выжидательно уставился на хозяйку.

– Так, тогда поступим следующим образом – мы с Тирной несем мясо, ты, Дикки, кормишь стаю и назначаешь ответственного за Карамельку. Затем возвращаешься и мы все дружно идем завтракать на морской балкон. А так как у нас на двух двуногих и двух четвероногих всего лишь два кресла, то четвероногие займут пол. Все согласны?

Возражений не последовало. Тут же была открыта дверь на балкон, уложена рука на волшебный столик и заказано мясо. В этот раз его было куда больше, чем в прошлый. Так что подруги едва протащили его в дверной проем. Затем Грета открыла переход на луг, а Дикки одним движением забросил корзину в траву. Проснувшаяся Карамелька тявкнула, попросилась на ручки к хозяйке, облизала ее и спрыгнула на пол. Через минуту она уже была на лугу и недовольно ворчала – роса холодила нежные лапки.

Растрогавшаяся Тирна тут же забросила туда свое одеяло. Дикки проворчал, что так баловать Карамельку не хорошо, но отбирать у ребенка подстилку не стал.

– Она просто еще маленькая,– оправдалась Тирна.

Завтракали очень весело – Дикки и Финли наперегонки уплетали пирожные. Причем дорф успевал отдавать должное еще и миске с отборным мясом. А вот лиса свое мясо игнорировала.

– Здесь так хорошо,– вздохнула Тирна,– и дело даже не в выборе еды. Просто так спокойно, тихо. Роскошный вид на морской рассвет. Хотела бы я тут попить вина на закате.

– Если повезет, то еще и к воде сходим.

– Так это не иллюзия? – ахнула Тирна. – Я думала, это особая комната, часть которой изображает балкон, а часть иллюзорный артефакт. Там море? Но у Кальдоранна почти нет моря. И оно не такое!

– Это не моя тайна,– улыбнулась Грета.

– Понимаю. И понимаю, что тебя возненавидят все еще больше. И по баллам впереди, и дерра Ферхару себе отхватила.

– Ты моя лучшая и единственная подруга, так что тебе тоже достанется народной любви,– утешила Тирну Грета.

– И то верно. Тогда я требую вина и закат, должны же у меня быть какие-то преимущества,– пошутила та.

После завтрака подруги не сразу вернулись в свою комнату. Еще немного посидели, понежились на солнышке и полюбовались далекими волнами. После чего Тирна предложила спуститься в парк и сорвать цветов.

– А что, я вазу сделаю, закреплю рунами и продержится пару суток. Страсть как хочется чего-то хорошего, яркого в комнате. Какого-нибудь сюрприза,– аргументировала она и Грета не стала спорить. Она и сама хотела цветов.

– Дикки всех распугает,– заметила Грета, и Тирна пожала плечами:

– Завтрак еще идет. Это мы очень быстрые.

Первой жертвой Тирны стала келестинская чайная роза. Редкий куст не имел каких-либо выдающихся внешних данных – на первый взгляд это была обычная чайная роза. Вот только цветет этот куст круглый год не обращая ни на жару, ни на мороз. Даже град ей не страшен.

– Что-то с шипами колдуны перестарались,– вздохнула Тирна и потянула палец в рот,– очень острые.

Вернувшись, подруги занялись своими делами. Тирна принялась колдовать над вазой – потому что прекрасным цветам нужна особенная оправа. А Грета взяла мамины конспекты и решила немного почитать. Общее время отведенное на завтрак еще не прошло и до начала экзамена оставалось около двадцати минут. Все бы хорошо, да только на ее постели свернулась кольцами крупная, яркая змея.

Грета даже не успела закричать, когда змея резко распрямилась и, будто выпущенная из пращи, устремилась ей в лицо. Но не долетела. Чудовищно извернувшись, Дикки в прыжке перехватил смертоносную змейку за кончик хвоста и втянул в рот как тонкую колбаску из вареного теста.

«Вкусно»,– мурлыкнул дорф,– «И яда много. Хорошо. Клыки станут ядовитыми».

– Ага,– выдавила из себя Грета и тихонечко опустилась на пол. – Клыки это хорошо.

С пола ее подняла Тирна и перетащила на свою постель. Барьер, как ни странно, это позволил.

– Дикки, ты же меня понимаешь, да? Твоя сестра плохо себя чувствует, поищи пожалуйста еще змей. Или что-то другое, что может представлять опасность.

На обыск комнаты у дорфа ушло меньше минуты. Но никаких сюрпризов обнаружено не было. Грета сидела на постели с крайне потерянным видом. Рядом с ней притулилась Финли.

«Даже я не успела бы»,– эту фразу лисы услышали все. – «Я тебе заранее все прощаю, кот».

«Она семья»,– в ответ раздалось басовитое мурлыканье Дикки.

– За что? – тихо спросила Грета. – Неужели придворная должность стоит жизни?

– Бабушке твоей ремня бы отсыпать за твое воспитание,– выразительно ответила Тирна. – Да, она стоит жизни – твоей, моей, чьей-нибудь еще. За ради места у юбки королевы могут подослать змею. Ради места у ног короля змею подсунуть королеве. Золото и власть правит миром, и люди хотят их получить.

Грета смотрела на подругу и не знала, что говорить и что делать. Телайла убедил ее надеть кольцо, Алистер сказал «моя жена». Но кто она на самом деле? Разве бывает свадьба без клятв, без жреца и без брачной ночи? Кто она теперь? Грета Линдер, Грета Ферхара или соискательница Грета, бесправная, обреченная умереть, чтобы дать дорогу более решительным?

Взгляд упал на Дикки. Затем под локоть ткнулась Финли и Грета фыркнула, вот уж кем-кем, а бесправной и обреченной она быть не может. Не с такой поддержкой.

– Кто это мог сделать? – нахмурившись спросила Тирна. – Ты сидишь на моей постели, только потому что я тебя попросту затащила. Кто мог войти в комнату и положить змею на твою постель?

– Не стоит забывать,– Грета зябко поежилась,– что где-то здесь бродит тот, кто протащил на отбор дорфью стаю и мелкого бейра. Думаю, что и змею подложить он мог.

Тирна задумчиво потерла подбородок и медленно покачала головой:

– Не скажи. Он подменил животных за которыми вряд ли кто-то пристально следил. А вот в отношении комнат соискательниц все иначе. Даже ты не можешь просто взять и подойти к моей постели. Мы обе не могли подойти к пустующему месту.

Кивнув, Грета посмотрела на место третьей соискательницы. Теперь там обосновался дорф.

– В таком случае остается еще два варианта: змею забросили в открытую дверь, змею принесли по приказу Алистера.

Последнее Грета произнесла совершенно убитым тоном. Тирна обхватила ее за плечи и серьезно сказала:

– Уверена, что дерр Ферхара убивает иным способом. Ты забываешь про уволенную Ванду, про мору Вирстим, про Риви. Наверняка есть еще кто-то, кто имеет доступ к комнатам.

Грета глубоко вдохнула, медленно выдохнул и хлопнула в ладоши.

– Значит так,– грозно произнесла мэдчен Линдер. – Дикки уходит на луг, Финли воет, Тирна плачет, а я умираю от укуса змеи. Ты ее отрыгнуть обратно не можешь?

«Переварил. У нас это быстро происходит»,– вздохнул дорф. – «Могу ядом плюнуть. Но жалко, хороший яд, смертельный. Противоядие не подобрать».

– Плюй.

– А зачем? – Тирна пощипала себя за щеки,– просто, не докажем же ничего.

Вздохнув, Грета поняла, что настал момент каяться. И если разговоры о некромантии она все же хотела опустить, то кое в чем другом стоило бы уже и признаться.

– Телайла привел меня в, м-м-м, ну, назовем это сокровищницей,– помялась Грета,– и заставил надеть кольцо. Пришел Алистер со своей родственницей и назвал меня женой. И с тех пор я не могу его найти, поймать и поговорить. Понимаешь? Получается, что я обманом выскочила за него замуж…

– Какой замуж? Ты чего? Где жрец, где храм? Клятвы брачные – где? Все это «и в горе, и в радости, и в сторону мускулистого соседа не посмотрю»? У нас в деревне знаешь, что парни делали? С городскими девчонками?

– Что?

– А всю зиму плели красивые, витые шнуры, природной магией напитывали, а потом в город на ярмарку и там «женились» на идиотках. Мол, возвращение к истокам, брак по дриадскому обычаю.

– Между нами ничего не было, а кольцо не снимается,– вспыхнула Грета. – Вот я и хочу поговорить.

– Артефакт небось. Стоп, так это он двери открывает? Ну ясен пень ты ему жена – если ключ от его дома у тебя и с руки не слазит. Теперь ему только жениться и остается. Но я рада. Вы друг другу подходите. Как-то вот ощущаетесь правильно.

Тирна отвела глаза и вдруг, словно невзначай, заметила:

– А письмо не надо, не передавай. Что уж там, можно подумать впервые он откат увидел.

– Я уже отдала,– соврала Грета. – Просто дверь открыла и на его стол положила.

Почему-то ей казалось, что не так безнадежны чувства Тирны. Вдруг произойдет чудо? Конечно, если бы Алистер мог вернуть друга, он бы это уже сделал. Но он совершил невозможное, удержал душу. Ведь призрак это как слепок души, тот же Дони уже давно не помнит большую часть своей прежней жизни. А Тель настоящий, все помнит, чувствует, просто умер. Это, правда, серьезный недостаток, но ведь человек-то он хороший?

Тут Грета призадумалась, а человек ли Телайла? Если Алистер дракон, то и его друг дракон? Или нет.

Тем временем на пол было брошено одеяло – чтобы лежать было не так жестко, дорф сплюнул в баночку яд – чтобы было что предъявить – и ушел на свою постель (оставлять сестру одну он отказался), Грета легла на подстеленное, а Тирна натерла глаза и приготовилась бежать и кричать. Но вдруг подхватилась к подруге и задрала ей юбку, да так, что ногу до самого колена оголила.

– Ты чего? – зашипела Грета.

– Настраиваю Ферхару на счастливый брак,– подмигнула Тирна и завопила так, что Финли упала на пол и попыталась закрыть лапами уши.

Хлопок двери заставил Грету вздрогнуть. Чуть поерзав, она открыла глаза. Все же лежать на полу глупая затея. Доведись ей увидеть Алистера без сознания, первое действие – бросить диагност, а там уже разбираться по ситуации.

Рядом тяжело вздохнул дорф.

«У людей все так запутанно».

– А у вас иначе? – спросила Грета и села.

«Запах решает – подходящая самка пахнет слаще всех. Твой текучий шоколад похож на запах моей самки».

– Так может ты хочешь ее найти?

«Мертвые люди убили ее и котят».

– Мертвые люди?

«Твой Ферхара пахнет такими людьми, но немного другими. Сначала думал он виноват. Потом понял – другой, но тоже некромант. У Яростной забрали сердце, у Когтя, Листочка и Иголки – глаза».

– Яростная и была твоей… парой? – тихо спросила Грета и вздохнула, она не знала, что еще сказать.

«Да. Думаю, ты будешь рядом с Ферхарой, я рядом с тобой и потом рядом с ним появится другой такой как он».

Огромный кот запрыгнул на свою постель и улегся, свесив массивные лапы и длинный хвост на пол. Грета же встала, подошла к нему и поцеловала нежный нос. Дорф только шумно вздохнул и подобрал лапы.

«Мы нюхаем друг друга и узнаем самое важное. Людям Боги дали язык и ноги – так идите и поговорите».

Иногда, когда у Финли было желание поболтать, Грете казалось, что звери куда разумнее людей. А сейчас она в этом убедилась. Поговорить – самой простой и прямой путь к пониманию другого человека. Только вот Алистер ускользал от нее все это время. Но, возможно, ему нужно было время? Сказать, все это ошибка и ты мне не нужна совсем не сложно. А разобраться в себе… На самом деле она и сама не знает толком, что хочет ему сказать.

В верхнем ящике, на обрывке темного-синего бархата лежал подарок Алистера, хрупкий, изящный хрустальный цветок. Причем Тирна уверяла, что это алмаз. Взяв его, Грета села на пол, на одеяло, и принялась рассматривать подарок. Она не часто себе это позволяла, но сейчас, в ожидании некроманта, это казалось правильным.

Алистер Ферхара

Последние дни выдались непростыми, он носился по всему особняку перескакивая с грани в реальность и обратно. Калеб и Коб, не-мертвые братья-близнецы работали в городе, отыскивая тонкие нити заговора. Ванда была заперта в своей комнате, а мора Вирстим вместе эйтой Риви, как и он, сбивалась с ног, пытаясь все успеть. Все же у маленькой королевы была довольно пакостная фантазия и какая-то личная обида связанная с отбором. Средний выпускной экзамен для соискательниц надолго останется у них в памяти. Скорее всего навсегда.

Левую руку обожгло болью. Он резко поднял ладонь к лицу и с ужасом увидел, как синий камень становится алым. Грете угрожает смертельная опасность. Открыв переход, он резко остановился – кольцо вновь было безмятежно синим. Что за глупости? Какая-такая секундная смертельная опасность ей угрожала?

Медлить некромант не стал, слишком часто в его жизни секундные заминки оборачивались страшными потерями. Если начать перечислять, то он долго не сможет остановиться.

Грань привычно разошлась, пропуская Алистера на костяную равнину. Он как-то мимоходом порадовался, что восстановил контроль над переходом. И слегка цинично посочувствовал тому умнику, что закрыл от некроманта Грань. Закрыл и уже почти попался. Увы, связать соискателя с покушением на королеву не удалось, а значит нельзя было просто взять и пытать до полного развязывания языка. Приходилось медленно и кропотливо собирать доказательства и ловить на живца, в роли которого выступила лично мора Вирстим.

Презрев приличия, некромант вышел с костяной равнины прямо посреди комнаты девушек. За спиной раздалось гневное ворчание дорфа, но он даже не посмотрел на него.

Она сидела на полу, вертела в руках его подарок и чему-то скромно улыбалась. По комнате разливались эманации пережитого ужаса, а откуда-то с пола фонило смертельным ядом.

– Грета? – первым делом он бросил на нее диагност.

А она, подняв на него огромные, яркие глаза, спросила:

– За что?

Убедившись, что Грете ничего не угрожает, он сел рядом, взял ее руки в свои и не нашел, что сказать.

– Почему ты постоянно уходил? – настойчиво спросила она. – Я не хотела…

– Было много работы,– спокойно сказал некромант,– мне казалось, что вы с Дикки и Финли исследуете дом. К тому же я пока не нашел способа избавить тебя от кольца.

– Я…

– Подожди, дай мне сказать. Я все же готовился,– Алистер невесело усмехнулся,– речь, конечно, не писал, но все же. Тебя я не виню, ни в коем случае. Дарвейна не заслужила ни этого кольца, ни этот дом.

– Но ты привел ее в сокровищницу,– тихо заметила Грета.

– С одним условием – она надевает кольцо и, если оно ей подойдет, вступает в права наследования после моей смерти. Но ключ не мог ей подойти.

Грета высвободила пальцы из его хватки, и погладила кольцо, а оно как будто ей подмигнуло.

– Ты очень талантливый мастер,– шепнула мэдчен Линдер.

Некромант с усмешкой склонил голову, давно его никто не хвалил. Он хмыкнул:

– Спасибо.

– Я такая эгоистка,– вдруг произнесла Грета. – Странно, что твое кольцо приняло меня. Я должна искать ответы на вопросы о королеве, о том, кто хочет ее убить. Но вместо этого, больше всего я хочу знать кто мы друг другу. Ты и я. Кто я теперь? Что ты думаешь об этой ситуации?

А ему вдруг захотелось верить. Просто взять и поверить. И пусть эта славная девочка осталась с ним из жалости, пусть она вступила на этот путь из самопожертвования, пусть. Он не обидит ее и не причинит вреда. Просто тоже станет чуть-чуть эгоистом. Перед смертью можно.

– Ты моя жена,– решительно произнес он. – Перед богами и перед людьми. Эти ритуальные артефакты используются только в военное время, когда ни жрецов, ни храмов поблизости не наблюдалось. Я сделаю все, чтобы у нас с тобой была полагающаяся по статусу свадьба, чтобы позднее никто не мог ни в чем тебя упрекнуть. Я злился на Теля, но уже остыл.

Подавшись вперед, Грета подарила ему робкий, несмелый поцелуй. На то, чтобы коснуться губ ее решимости не хватило. Так что мимолетное тепло коснулось лишь щеки некроманта. Но он и этому был счастлив. Так счастлив, что на коже вновь проступил рисунок чешуи.

– Если ты хочешь закричать, я не обижусь,– криво усмехнулся некромант.

– Не хочу,– пожала плечами Грета,– но если ты хочешь, чтобы я закричала, мне не сложно. Я не понимаю, если бы Дарвейне подошло кольцо – она стала бы твоей женой? Вы же родственники.

Некромант улыбнулся и покачал головой:

– Еще и поэтому оно не могло ей подойти.

– Но зачем тогда пробовать? – поразилась Грета.

Алистер пожал плечами:

– Алчность, глупость и уверенность в своей исключительности творят страшные вещи как с людьми, так и с драконами.

Дверь резко распахнулась и в комнату влетела злющая Тирна. Она, с порога, выпалила:

– Этот поганец не появился! Ой. Добрый день, дерр Ферхара.

– «Этот поганец» пошел напрямую к жене,– хмыкнул некромант.

– И даже не спросил, что здесь произошло? – поддела его повеселевшая Грета.

– Я тоже эгоист,– рассмеялся некромант,– ты жива и здорова, а значит можно немного потянуть время. Но, раз ты сама об этом заговорила, то я готов слушать.

– А слушать особо нечего,– развела руками Грета. – Мы с Тирной завтракали на Морском балконе, затем пришли в комнату. На моей постели оказалась ядовитая змея, которая пыталась меня укусить, но Дикки оказался проворней и съел ее. Вон там на полу, в баночке, образец яда.

Ярость, подобную этой, Алистер ощущал лишь стоя на коленях у тела умирающего Теля. В тот раз ему не удалось утолить это темное, звериное чувство. Зато сейчас от возмездия не уйдет никто. Нужно только выждать, не дать Грете увидеть, какое он на самом деле чудовище.

– Я разберусь,– сдержанно вымолвил некромант,– я последовательно разберусь в этом инциденте и виновные послужат на благо Кальдоранна.

Он не стал уточнять, что служить они будут уже после смерти. Круг подозреваемых был весьма и весьма скуден. Поэтому Алистер легко поднялся на ноги и помог встать Грете.

– Надо что-то решить с твоим экзаменом,– протянул некромант.

– Он давно начался?

Алистер нашел взглядом часы, прикинул время, и ответил:

– Остался где-то час, но начать вы успеете. Да и закончить тоже – экзамен никак не ограничивается по времени.

Подруги переглянулись, синхронно пожали плечами и Грета решительно сказала:

– Тогда мы идем!

Глава 3