Звездная Кровь. Караван

6

Земных трофеев у караванщиков оказалось неожиданно много. Группа из шести мужчин перетаскивало добро в несколько ходок.

На удивление, они смогли отделить оружие от доспехов, и то и это от прочих вещей. Холодного оружия, кстати, мне не принесли. Зато в куче «прочего», сразу заметил несколько браслетов крипторов, «таблеток» воксов и немного другой электроники. Портативный ручной сканер биоактивности, например. Пара иммобилайзеров – ключей доступа к ховерам, и прочей мелочевки.

Все добро было разложено на четырех полотнищах из грубой толстой ткани. Слава Богу, не догадались побросать оружие прямо на землю. Безотказным «Суворовым» это бы практически ни чем не грозило, а вот капризным «Копьям» и «Дефендерам» могло и не понравиться валяться в грязи.

– Детали доспехов, – ткнул я пальцем в гору модулей. Преимущественно «Гардианов» и «Скаутов». Странно, но комбинезонов, на которые кирасы и щитки должны крепиться, в куче не наблюдалось. – Здесь кое-чего не хватает.

– Чего же? – заинтересовался старик, внимательно наблюдавший за моими действиями. Объяснил ему принцип военного облачения землян. Кажется, он понял. Во всяком случае, принялся что-то говорить носильщикам. Те явно были не в настроении немедленно бежать, разыскивать недостающее, но, в конце концов, все же подчинились напору.

– Оружие, – ткнул во вторую кучу. – Выглядит неповрежденным, но нужно смотреть более тщательно.

– Ты такой иметь? – Багу указал на лежащий сверху автомат.

– Да, – кивнул я.

– Покажи, – потребовал старикашка.

Извлек оружие из криптора. Мой «Суворов» слегка отличался от трофейных. Хотя бы уже тем, что был абсолютно новым. Сколько раз я из него стрелял? Раза два? Вряд ли больше.

– Твое оружие сильно? – задал парадоксальный вопрос древний. Вот что я должен был ответить? Смотря с чем сравнивать. Человеческая цивилизация вообще отлично научилась убивать. И для каждой цели разработала подходящий ствол.

– Скажи, чтоб принесли доспехи, как у ваших воинов, – предложил я. И поторопился уточнить. – Ненужные доспехи. Буду показывать.

Толмач кивнул, и разродился новой порцией скрипучих поучений для отданных ему «в жертву» мужчин.

Пока парни ходили выполнять задание, осмотрел несколько автоматов из кучи. Один забраковал – у него оказался поврежденным ствол. Сразу разобрал на запчасти. Не часто, но могло пригодиться. В конце концов, даже хваленый «Суворов» тоже мог сломаться.

Потом отложил в сторону все боеприпасы. Магазины, энергоячейки, гранаты, даже кассета с четырьмя ракетами к переносному комплексу. Самого пускового устройства в куче не оказалось. Что странно.

Первыми вернулись ходоки за туземным панцирем. Изделие даже в таком виде – старое, помятое и поцарапанное – выглядело красивым. Думаю, какой-нибудь местный умелец легко привел бы его в порядок, но у старика было свое мнение на этот счет.

Багу резво соскочил со стула, подхватил кирасу, и умчал к ближайшей скале.

– Бей, – крикнул этот самоубийца мне прямо оттуда. До мишени было метров сто, и я нисколько не сомневался, что рикошетами достану и этого наивного деда.

– Отойди, – махнул я рукой, взял первый попавшийся автомат из кучки уже признанных годными к применению, и прицелился. Переключатель стоял на одиночном выстреле – что-то я сомневался в своих способностях стрелка. Одно дело подстрелить толстую и глуповатую нелетающую птицу в ближайших кустах, и другое – точно попасть в малюсенькую мишень за сто метров.

Попал я едва ли больше чем двумя выстрелами из десяти. Но и этого хватило, чтоб поразить старикашку до глубины его трухлявой души. Он не поленился, и притащил побитый панцирь к палатке, где и остальные мужчины, присутствовавшие на испытаниях, могли посмотреть на результаты.

Ожидаемо, в кирасе зияли сквозные дыры. Народ был поражен и, как мне показалось, слегка напуган. И чтоб еще больше обозначить свою значимость, следовало их додавить.

– Я сейчас еще кое-что покажу, – ухмыльнулся я. Взял грудную пластину брони «Гардиана» и унес на место средневекового панциря, к скале.

Рикошетящие, смятые и деформированные пули с такого расстояния видно не было. Зато отлично было слышно, как они чирикают о камни.

– Встань тут, ноги вот так… – предложил я какому-то крепкому дядьке, махнувшему с видом «это фокус какой-то». – Вот здесь плавно нажимать. Вот эту точку наводить на цель.

Багу послушно переводил. Его глобиш здорово улучшился за последние часы. Создавалось впечатление, что он давно знал язык, забыл, а теперь лишь заново его вспоминает.

Стрелок из аборигена вышел так себе. По крайней мере, не лучше меня. Но результат от этого не изменился. Грудные пластины бета-доспеха с честью выдержали испытание.

– В этих вещах нет Звездной Крови? – задал странный вопрос древний, когда модуль принесли к позиции стрелка.

– Понятия не имею, – честно признался я. – А что? Так бывает?

Разговор слепого с глухим. Я не понял что он спрашивает, а он – почему меня это удивляет.

– Несите обратно, – решился я поставить последнюю точку в этой демонстрации превосходства технологии. И вытащил из кучи импульсную винтовку. Ту, что выглядела целее остальных.

По-хорошему, ее следовало бы почистить. Возможно, проверить эффекторы сжимающие пучок плазмы в разрушительное веретено. Но не стал дергаться. «Копье» рассчитано на поражение целей на расстоянии до полукилометра. Здесь всего сотня метров. Напряженности сдерживающих полей должно было хватить.

Тяжелая зараза – вот что я скажу. Это только кажется, что килограмм лишнего веса ни на что не влияет. Влияет. Да еще как! Это, как выстрелить из лома. Одни раз, еще куда ни шло. Но ведь я тот еще снайпер. Сразу не попал. Пришлось ждать заряда конденсаторов, и пробовать снова.

И еще, я считаю, повезло, что вторым выстрелом не промазал! На третий, боюсь, сил в руках уже не оставалось.

Результат предсказуем. Сгусток плазмы прожег кирасу насквозь. Не зря для защиты от плазменного оружия силовые щиты придумали.

– Вот так, – резюмировал я, отсоединяя магазин от «Суворова» и энергоячейку от «Копья». Несчастные случаи мне тут нужны не были. Туземцы же пока не до конца осознавали разрушительную мощь земного оружия.

– С кем же вы воевали, что придумали вот это? – коварно поинтересовался Багу.

– Да, не то чтоб воевали, – поморщился я. – Так… Конфликтовали. Немного.

Историю я помнил плохо. Никогда ей не интересовался. Кажется, последним серьезным конфликтом, в котором участвовала армия Утопии, был Марсианский. Какая-то там Мартиан Либриум завелась… Или как-то так. И наши вроде бы с ними что-то сделали. Включили, так сказать, Марс в сферу жизненных интересов Земной Федерации.

– Все это можно уже использовать? – продолжил допытываться старикашка, обводя рукой развалы трофеев на полотне.

– Еще нет. Но будет, – кивнул я. – Требуется легкий ремонт.

– А это? – он указал на модули доспехов.

– То же самое, – развел я руками. – И еще нужна основа. Костюмы, на которые это крепится. Я объяснял.

– Да-да, – закивал Багу. – Занимайся.

И убежал. И мужики ушли. А что им тут было делать? Поговорить с ними я не мог, пострелять больше не давал, а части доспехов не надевались. Модульная же схема. Каждая пластина отдельно, и пристегивается к соответствующему креплению на комбинезоне.

А вот дети остались. Среди «прочего» барахла нашлось несколько фонариков, с которыми мои «помощники» и принялись самозабвенно баловаться. Выставили, поросята, световой поток на максимум, и, радостно вереща, пытались засветить друг другу в глаза.

Отбирать не стал. Я им не нянька. Да и не смог бы объяснить вред. Все-таки плохо без знания языка.

Спешить было некуда. Провести техобслуживание оружия можно было и попозже. Пока же меня больше занимали крипторы изгоев. Признаться, любопытство просто съедало изнутри, как хотелось просмотреть, что же там внутри.

Браслетов было семь. Автоматов и комплектов доспехов больше десятка. Странное соотношение. Получается, не у всех бандитов были с собой экстрамерные хранилища. А ведь, по идее, они являются основой любого и каждого набора колониста. Что это, если не явный признак наличия разных статусов в среде разбойников? Кто-то из них главнее других?

Что он мне там пытался доказать? Тот тип, уговаривавший меня присоединиться к изгоям. Отринуть традиции и законы Утопии? А сами чего? Тут же устроили дифференциацию по наличию черного браслета на руке?

Три из семи оказались закрыты генетическим ключом. Говорил уже: снимался замок легко и просто, так что для меня это преградой не стало. И оспорить мои действия, полагаю, уже некому. Вряд ли аборигены вежливо попросили налетчиков поделиться имуществом. Скорее, просто уничтожили. А потом кто-нибудь вроде Нины просто аннигилировал трупы.

Освободил кусок ткани от оружия, и стал вытряхивать туда содержимое крипторов. Боеприпасы сразу откидывал в соответствующую кучу, холодное оружие откладывал в сторону, а все остальное просто сваливал в одно место.

Палатки, фонари, посуда, пища – были ожидаемыми и не привлекли моего внимания. А вот куски и камни – да. Снова повторился тот случай, с трофеями с изгоев. И снова я не понимал ценности этих штуковин. Между тем, одних только мерзко выглядевших, черно-зеленых окатышей набралось изрядное количество.

Дети, заинтересовавшиеся моими действиями, даже баловаться перестали. Сели на корточки, как птички на проводе, рядом в рядок, и что-то оживленно обсуждали, тыкая пяльцами в мои находки. Они, судя по всему, отлично понимали, что именно лежало перед ними.

В конце концов, все семь браслетов оказались опустошены. Но этим дело не кончилось. Мои малолетние помощники тут же сграбастали браслеты и попытались нацепить их себе на руки. Развеселили. Пришлось помогать им. Подгонять и застегивать. Что, учитывая тонкие детские конечности, было не так просто. Даже хваленая универсальность оборудования Утопии дала сбой.

Потом показал, как девайсом пользоваться. Несколько раз повторил действия, аккуратно взявшись за предплечье одного из парнишек, пока он не кивнул, осознав принцип. Полюбовался исчезающими и появляющимися на ткани вещами – мелкие аборигены забавлялись – да и приступил, наконец, к приведению автоматов и винтовок в нормальное, работоспособное состояние.

Сам не заметил, как наступил вечер. Помощники, пользуясь возможностями земной технологии, натаскали к палатке кучу дров, несколько кувшинов воды, и горку овощей. Одна из девочек, никого не спрашивая, приступила к готовке пищи. А я все сидел, чистил стволы и механизмы, смазывал, подтягивал пружины и калибровал прицелы. Не такое-то это и быстрое дело, если делать все качественно.

Прежде чем сесть за еду, прибрал готовое к употреблению оружие в палатку. По утрам здесь бывают туманы – не хотелось переделывать уже однажды сделанную работу. За остальную кучу не переживал. Пласталевым доспехам ничего не сделается. Этот материал не ржавеет, и вообще, коррозии не поддается.

К чаю приковылял Багу. Сам пить не стал, и нам решил помешать. Мерзкий старикашка.

– Сколько сделал? – уперев руку в бок, спросил он. – Куда готовое дел?

– Так много вопросов, – ухмыльнулся я. – И каждый раз я должен отвечать? Может, теперь ты удовлетворишь мое любопытство?

– И что же ты хочешь знать, Норман Дан? – а вот у скрипучего деда мое имя получается выговаривать. Значит, Нина ошибается намеренно? Самым вероятным будет гипотеза, что слово «ноаман» имеет какой-то смысл в их языке.

– О! Многое. Например, где я? Что это за мир? Что вы за люди? Правда, идете с караваном? Итри Абди Хеттани – кто он? Какое положение занимает…

– Я понял тебя, человек народа Земли, – надул щеки Багу, и уселся за стол. Сиденье ему торопливо освободил один из помощников. Потом и остальные, повинуясь небрежному жесту старика, растворились в сумерках.

– Наш мир, Единство, создан Искуснейшим много, много, много больших циклов назад…

Он еще минут пять нес эту библияподобную чушь. Пока я его не остановил.

– Э-э-э, старик, – засмеялся я. – Ты бы еще с Адама и Евы начал.

– Что это? Адама и Евы.

– Адам – первый человек, созданный Богом, – покачал я головой. – А Ева, его спутница и жена. Не знал?

– И что с того? – скривил губы Багу. – Богов нет. А Искуснейший – реально существовал. Как и созданные им, и до сих пор здравствующие, Хранители Вечности…

– И что? – повторил я следом за дедом. – Они бьют с небес молниями, или насылают проклятия? Искушают, подталкивают и соперничают за души людей?

– Из всего перечисленного, только соперничают, – кивнул тот, и улыбнулся. – Они не Боги. Обычные Восходящие, достигшие верхнего предела. Любой может сравняться с ними, при должном усердии и упорстве.

– М-м-м, – понимающе покивал я. – А мне-то что с того? Я даже не Восходящий. И раз они не могут ударить с небес молнией, то и мне до них дела нет. Тем более, чего они там хранят? Вечность? А я столько не проживу. Давай уже, ближе к делу. Что за планета – Единство. Как устроена. Что за народы ее населяют? К какому из них относитесь вы? Чем вы занимаетесь и правда ли, что это торговый караван?

Переводчик сурово сверкнул глазами, тяжело вздохнул, и перешел к конкретике. А легенды я с детства не люблю. Навыдумывали сказок, и сами же в них поверили. А что? Удобно. Не обязательно трудиться, можно просто помолиться, и попросить милости высших сфер. Вдруг Боги услышат, и благо само с неба упадет?

Абориген подтвердил: мы все действительно находимся внутри циклопических размеров полом шаре – сфере Дайсона. Еще он утверждал, что это невероятное астроинженерное сооружение создал Искуснейший с группой учеников, но в это я не поверил. Или старик не договорил, что этот гениальный конструктор управлял миллиардом строительных ботов, а его помощники – миллионом фабрик. Да и то…

Октагоны, как оказалось, не равнозначны Кругам Жизни. Круг – это область, освещенная Игг-деревом. И не более того. Есть восьмиугольники, в которых вообще нет ни единого древа. То есть октагон есть, а Круга нет.

Имеется несколько вариантов по цвету свечения: золотой, серебряный, изумрудный, и так далее. От типа зависит преимущественный биом октагона. Хотя и в пределах одного «отсека» он меняется в довольно широких пределах.

Народов в Единстве – неисчислимое множество. И, что самое забавное, никто из ныне живущих, не сможет определить хотя бы порядок цифр. Миллион? Миллиард? Триллион? Нет, просто очень много.

Некоторые из племен ведут свою линию от неведомого народа Кел. Эти ребята оставили на поверхности Единства несмываемое наследие, но сами предпочли оставить дайсон-сферу, и укрыться наверху. В Вечности. Это туземцы так называют черную дыру, светящуюся мертвенным серо-голубым с неба и днем и ночью. Еще она же – Небесный Трон, ибо там сидят Хранители.

В глубины мифологии я старику погрузиться не давал. Так что, не прошло и часа, как мы добрались собственно до каравана.

– Мы – люди Пути. Народ Великих Караванов, – заявил этот сморчок сушеный, и гордо подбоченился. – Мы всегда в дороге, и все остальные народы всегда рады нашему появлению.

– М-м-м, – кивнул я, сделав серьезную мину. – Здорово. А чем вы торгуете?

– Разным, – пожал плечами дед. – Мы переносим товары оттуда, где их много, туда, где их мало. Обычные вещи, ядра тварей и звездных зверей. Редкие травы и снадобья из них. Измененная материя, руны и артефакты. Все, что поместится в сумки, может быть куплено и продано.

– И людей? – задал я коварный вопрос.

– Нет, – сморщился Багу. – Людей – нет. Они в сумку не входят.

И засмеялся.

7

Комбинезоны, входящие в комплект доспехов, пахли тухлятиной. Было заметно, что их тщательно мыли, но вонь осталась. Внутренняя, пористая поверхность технологичных костюмов, призванная поглощать выделения тела носителя, так просто сдаваться не желала.

– Вы и что? Из могил выкопали? – скривился я. Работать с этим материалом, без респиратора, было неприятно.

– Ну да, – развел руками Багу. После нашего долгого разговора о мироустройстве, он стал относиться ко мне… настороженно. Как к непонятному, а от этого – опасному существу. – Кто же знал, что эта одежда важна? Трупы забияк закопали прямо в этом…

– Почему не сожгли? – удивился я.

– Вот еще. Тратить Звездную Кровь на всякие пустяки, – фыркнул старикашка, и засмеялся. – Червям с жуками тоже нужно кушать.

А я подумал, о том, что на счастье меня не потащили высматривать на трупах еще чего-нибудь полезное. На дне технополиса чувство брезгливости быстро атрофируется. Но от этого вид разлагающихся тел не становится более привлекательным. Вонь еще эта… Бр-р-р.

– Сколько полных доспехов получится собрать? – деловито осведомился Багу. Тоном, будто я ему что-то должен.

– Сколько-то, – пожал плечами я. И поморщился. Понял уже, что от работы с мерзко пахнущими комбинезонами отговориться не получится.

Кстати, внутри криптора они не воняли. Мои малолетние помощники, у которых так никто браслеты и не забрал, именно так основы доспехов и притащили. И радостно вывалили «подарок» на полотнища ткани у моей палатки.

Знал бы, что аборигены так наплевательски относятся к крипторам, оставил бы один из браслетов себе. Запасных частей, от пришедших в негодность оружия и доспехов, накопилось изрядно. А складывать их было некуда.

Зато все непонятные камешки и куски костей пропали. Местные посчитали их куда более ценными, чем образцы технологий Землян. Я же их полезности пока не понимал, и это слегка раздражало. На прямой вопрос, старикашка долго пытался подобрать нужные слова на глобише, но ничего более внятного, чем «ядра зверей» и всякой подобной мути, не изобрел. Ядра зверей? Снаряды тварей? Пули животных? Что вообще должно было значить это словосочетание?

А когда я спросил, как их можно использовать, дед принялся нудно вещать о трех составляющих при изготовлении рун. Я уже не знал, смеяться мне или рычать от злости. Какие, к Дьяволу, руны? Слышал, есть старые женщины, занимающиеся гаданием на чем-то подобном. И даже на нашем ярусе Авалона была одна такая. Но не ради же этого изгои таскали с собой эти отвратительного вида булыжники?!

Они бы еще бусики из них делали!

В общем, понятно, что ничего не понятно.

Пожаловался на вонь. Багу ухмыльнулся, и заскрипел что-то моей детворе. Те выслушали, убежали, и вернулись с целым стогом каких-то трав. А потом, самым варварским образом, словно таксидермист шкуру животного, набили сеном плод высоких технологий Утопии.

– Попей что-нибудь горячего, – посоветовал древний туземец. – Или перекуси чем-нибудь. Нужно немного времени, чтоб запах исчез.

Пить или есть не хотелось. А вот куча модулей доспехов перед палаткой уже надоела. Хотелось быстрее уже сформировать полные комплекты, передать их «заказчику», и насладиться, наконец, природой. Тем более что на эти «чучела» присоединять элементы оказалось даже удобнее. В конце концов, решил, что с вонью пусть разбираются будущие «счастливые» обладатели доспехов. А я свою работу и так могу выполнить.

Маска у меня была. Вообще-то она предназначена для работы в условиях разряженной атмосферы. Или под водой. Но и как средство от ядовитых испарений годилась.

Ничего сложного. Все детали унифицированы, все крепления стандартны. Это при подгонке брони под особенности тела носителя иногда приходится повозиться. А так, просто собрать из деталей десяток манекенов, легче легкого.

В итоге у меня вышло два «Гардиана» и восемь «Скаутов». Не Бог весть что. Но первые – основа всех армейских подразделений Утопии, а вторые – отличительная особенность полицейского спецназа и служб безопасности корпораций. Ну и наличие хотя бы этих типов брони все равно лучше, чем их отсутствие.

Хотя конечно, эти два типа даже сравнивать нельзя. Начать хотя бы с того, что «Гардиан» оснащен экзоскелетом и когитором, а «Скаут» – нет. По большому счету, «Скаут» – это продвинутый тип бронежилета, и не более того.

Жаль только, что ни к одному комплекту не нашлось шлема. Если для «бронежилета» это еще не так критично, то для нормальной боевой брони – уже весьма. Умные системы и огонь подкорректируют, и об опасности предупредят. Тактическая система связи – вообще бесценная штука.

Я даже заинтересовался этаким казусом. Как так вышло, что у изгоев не сохранилось ни единого шлема? Или… И да. Разгадка была очевидной. На доспехах отсутствовала маркировка производителя. Имелся только ключ – номер лицензии на печать модулей в репликаторе. Доставшиеся караванщикам трофеи были изготовлены уже здесь, в Единстве!

Шлем гораздо, гораздо более технологичная вещь. Соответственно, ресурсов на его производство требуется больше, и они более редки. На некоторые электронные компоненты, вроде матрицы когитора, даже требуются отдельные техкарты. И конечно, «репликаторные техники» даже помыслить не могли, чтоб начать думать в сторону обмана системы. Хотя решение на поверхности. С «Хельги» за двадцать с лишним лет нападало достаточно капсул, чтоб извлеченные из них гамма-когиторы можно было использовать в доспехах. Ну, да. Часть функций пришлось бы отключить. Ну так они в Единстве и не к чему. Та же ориентация в пространстве без поддержки спутниковой навигации все равно не работает. Тут, кстати, и компас показывает какую-то ерунду…

А вот у меня в хранилище доспехи были полными. Полноценными. С положенными по штату модулями и системами. Значит, и ценность их, на фоне нищеты попавших в Единство землян, должна быть много выше.

Пока размышлял, руки делали. «Чучела» обрастали броней и укладывались в рядок. Бойцы без головы. Но даже так, они внушали… Да, внушали.

Оставшиеся некомплектными модули тоже уволок в палатку. Часть пойдет в дело, когда аборигены решатся примерить «обновки», и придется подгонять доспехи по фигурам. Остальное пригодится, после того, как караванщики вступят с кем-нибудь в бой, и часть пластин будет разрушено. В то, что это обязательно произойдет, я ни секунды не сомневался. Техкарта позволяет подменять одни материалы другими, в достаточно широких пределах. Из чего именно сделан этот поддельный композит, одному Черту известно.

– Хорошо, – приговаривал Багу, прогуливающийся вдоль ряда манекенов. Старый маразматик заложил руки за спину, и изображал из себя важную птицу. – Очень хорошо.