Дорогами Одарённых

Глава третья.

Сегодня выдалось «прохладное» летнее утро. На улице всего плюс тридцать и влажность девяносто два процента. Трудно поверить, но я рад, действительно рад снижению температуры. Вчера, например, было плюс сорок три, если сопоставить со шкалой Цельсия. Бегать десять верст, при такой жаре очень тяжело. Запросто тепловой удар схлопочешь и коньки отбросишь. Мне, конечно, никто не даст помереть, но согласитесь приятного мало.

Почему бегаю вот уже десятое утро подряд? Это Стелех решил заняться моей физической подготовкой. Говорит: «Истинный одаренный обязан владеть не только энергией и разумом, но и своим телом». И возразить нечего, да и опасно. Стелех только на первый взгляд добрый такой, пока не разозлится. Я в первый раз не смог преодолеть дистанцию, за что был нещадно отлупцован до переломов и потери сознания. Очнулся, когда медботы вытаскивали из реаниматора. Этот случай избиения не единственный, но самый болезненный и изуверский. Скучаю уже по насмешкам мастера Калаха. Скорей бы он прилетел что ли. Наставник не позволял себе особой жестокости по отношению ко мне, поэтому питаю надежду, что с его появлением хуже не станет.

- Бим-билим-бип-бип! - просигналил мне летящий впереди диск пехотного развед-зонда, сообщая таким незатейливым образом, что я потерял в скорости и надо поднажать.

- Да пошел ты! – на выдохе прохрипел летуну.

Стелех использует этот крохотный зонд, размером с ладонь взрослого мужчины, для контроля надо мной во время утренней пробежки. Ему не хочется скакать рядом, показывая на собственном примере, каким выносливым обязан быть одаренный, вот и изгаляется. Ленивая падлюка. Правда он считает, что ленивый как раз я.

Раньше думал, что ненавижу ребят в школе, потом Калаха и только недавно понял, как ненависть выглядит на самом деле. Оказалось, у нее множество обличий. Бывает, как молния – вспыхнула и пропала. Бывает спокойная – ты ее лелеешь, она в благодарность греет душу и помогает в ярких красках представить, что ты сотворишь с недругом, вдруг выпадет случай поизголяться над ним.

Как правило, первые две разновидности ненависти редко приводят к осуществлению планов мести. А вот третий вид… Изнывающая, хуже зубной боли. Она вытягивает из тебя все соки, не позволяет спать, царапая само естество и, кажется, не будет тебе покоя, пока источник бед не сдохнет самой мучительной из всех возможных смертью. Это всесокрушающее чувство дарит столько энергии умственной и физической, что куда там гениям и суперменам до простого человека, над которым восторжествовала антипод любви.

Вот и я чувствую, что поддаюсь негативу. Борюсь с собой, однако получается плохо. Каждый раз стоит внутренне собраться и успокоиться, как Стелех снова умудряется найти, к чему придраться и за что покарать. Если так продолжится достаточно долго, то с ума сойду и совершу глупость, о которой наверняка пожалею.

- Пилим-пим-пиу, - предупредил зонд.

- Да вижу, вижу.

Прямо по курсу полоса препятствия, где обычно тренируются солдаты Калаха. Она не единственная. Знаю, что есть гораздо сложнее, на полигоне в джунглях. Туда меня пока не отправляли и, слава Богу. Факт радостный. Вместе с тем понимаю – рано или поздно придется попрыгать и там.

Бегу. Сворачивать ни в коем случае нельзя. Уже пытался. Думал поначалу, что необходимо просто наматывать круги вокруг Твердыни. Никто же не удосужился пояснить, как и что. Естественно получил по шее за это тоже. Так что теперь только напрямик, деться-то некуда.

Полоса нисколько не напоминала армейские, виденные дома по телевизору. Здесь не надо ползать на пузе под колючей проволокой или перепрыгивать канавы, заполненные грязью. Препятствие представляло собой лабиринт со стенками разной высоты - от метра до трех. Каждый день конфигурация лабиринта изменялась. Прикол в том, что в отличие от тех же солдат мне необходимо как можно быстрее пройти его напрямую, не выискивая проходы и лазы. Но это ничего. С горем пополам преодолеть лабиринт можно. Весь смак в другом, меня постоянно пытаются «застрелить» боевые боты из встроенных в корпус электроразрядников. Угадать откуда вылезет или прилетит очередное киберчудо сложно. Радует лишь одно – мощность разрядников выставлена на минимум. Больно, но покамест ни разу не выносили мою израненную тушку. На своих двоих выбирался.

Ага, вот они. Свободные от несения службы солдаты кучкуются неподалеку. Ждут моего фееричного появления. Им скучно вот и делают ставки. Тотализатор устроили. Как быстро сегодня выберусь и выберусь ли вообще. Такое в принципе тоже возможно. Получить из шокера раз пять за короткий промежуток времени или поскользнуться и сломать ногу. Всё. Больничка обеспечена и боюсь два раза подряд. Потому как Стелех после выписки, за «не прохождение лабиринта» добавит немного боли, как пить дать.

Вот и первое препятствие – стенка высотой по пояс. Преодолеть несложно, но я не спешу, притормаживаю и прислушиваюсь к звукам и к интуиции. Усиленное Даром предчувствие многое способно рассказать о грядущем моменте. Иногда удается понять с какой стороны дожидаться угрозы и своевременно среагировать.

- Эй, малец! Давай, двигай быстрее! Я на тебя поставил! – крикнул кто-то из толпы. Начался разноголосый гомон и ор. Кто-то подбадривал и подгонял, кто-то наоборот улюлюкал. Крики «фанатов» раздражали и мешали сосредоточиться на задаче. Так и не ощутив опасности, показал болельщикам средний палец, чем вызвал одобрительный взрыв смеха и ринулся вперед. Время утреннего забега ограничено. Если учитывать, что лабиринт нужно пройти дважды, то и вправду надо поспешать.

Перелез, прислушался. Никого. Подпрыгнул, зацепившись пальцами за край следующей стены, подтянулся и вознес тело наверх. Быстро огляделся и спрыгнул. Очки слетели с переносицы и упали на искусственную поверхность пола.

- Зашибись. Не хватало еще, чтобы разбились! - невольно вырвался возглас.

Без очков станет жить куда как труднее. Я же своими глазами далеко не вижу. Самое обидное - медицина в империи настолько развита, что коррекцию зрения запросто проведет тот же реаниматор минут за двадцать, была бы соответствующая программа закачана. Но вот, поди ты… Не разрешают. Я честно просил Стелеха, на свой страх и риск, целых три раза, пока не был послан далеко и надолго. Он пояснил потом, что я самостоятельно обязан привести зрение в норму. Говорит, что это один из этапов познания собственных возможностей и лишний стимул овладеть ими настолько плотно, что исправление такого мелкого физического недостатка превратится в простейший рутинный процесс. Слабо пока представляю, как такое проделать, но от роли великого лекаря не отказался бы. Так что есть куда стремиться.

Эх. Все это хорошо… Только к моменту, когда научусь самолечению, оставшись без очков, десять раз себе шею сверну с такими-то тренировками.

Я успел лишь схватить потерю, когда почувствовал неладное. Не дожидаясь вероятного огня, на полном автомате сиганул с места и тут же кубарем перекатился вправо, уходя от тонкой молнии. Резко запахло озоном, а надо мной повис белый шар бота с торчащими наружу стволами и сенсорами, напоминая внешним видом контактную подводную мину времен Великой Отечественной.

«Модель - «Страж». Вооружение: восемь малых шоковых орудий нелетального действия; радиус контроля охраняемой зоны - двести метров; дальность полета триста километров. Снят с производства», - тут же всплыли воспоминания. Черт! Нехороший противник. Мне уже повезло, что удалось не подставиться под первый выстрел.

Летающему стражу нет необходимости маневрировать, чтобы навести свои стрелялки на жертву. Он утыкан стволами равномерно и контролирует все сектора вокруг себя одновременно. Всего раз с таким сталкивался. Воспоминания остались незабываемые. Придется попотеть, иначе точно не успею.

Ушел следующим перекатом дальше, вскочил, пытаясь шустро достичь очередного препятствия. Обычно если исчезаешь из поля видимости машин лабиринта, то они теряют к тебе интерес до следующего обнаружения.

Твою ж маму за подол! Тело непроизвольно дернулось, пропуская через себя заряд электричества.

Я изо всех сил подпрыгнул, оттолкнулся ногой от стены, уходя от очередного «гостинца» и оказался под противником. Не так уж и высоко он висит. Я как учили, сконцентрировался и придал дополнительный импульс мышцам. Такой прием неиспользование Дара в полной мере, но он на краткий миг позволяет стать немного сильнее и быстрее. Главное так без подготовки не делать. Учитывая нынешнее положение связки или мышцы растянуть, или того хуже – порвать, чревато.

- Попался, гад! – удовлетворенно выкрикнул, ухватившись за торчащие стволы и повиснув на секунду над землей. Моего веса оказалось достаточно, движок стража натужно хрюкнул и не смог удержать в воздухе нежданный груз. В момент касания ногами земли я вдруг сообразил, что один электроразрядник смотрит прямо мне в лицо. Приплыли.

***

Года два назад мне ни с того ни с сего приснился сон; будто плыву с аквалангом и рассматриваю восторженно подводное царство, и так засмотрелся, что не обратил внимания на быстрое приближение из-за пределов видимости электрического ската. Этой древней рыбе видать не понравилось мое присутствие, и она, недолго думая, напала. Помню, проснулся тогда от резкой боли. Зубы ныли так, словно в них аккумулировался весь полученный от ската заряд. Боль, стоило мне очухаться, моментально схлынула, однако необычное сновидение, в котором я испытал столь явственные и сугубо неприятные ощущения, не забылось и по сей день.

Почему окунулся в воспоминания? Все просто. Только что приснился аналогичный сон. Разве что в этот раз его наверняка навеяли незабываемые впечатления, полученные месяц назад от щедрого на энергию «Стража».

Я тупо уставился в потолок. Он где-то там наверху (а где же ему еще быть?), но в комнате так темно, что потолок не просматривался. Во рту гуляло затухающее эхо, дарованное подсознанием, а под языком точно бесхвостый кот Васька, ошивавшийся в нашем дворе, нагадил. Елки, о чем думаю? Хорошо хоть не вслух и не при посторонних. Местные не склонны к выражениям в подобном духе. Это не значит, что они не поймут иносказания, но с непривычки врубятся в смысл не сразу. Прецеденты уже были. Ляпнул однажды фразу «дерьмо в воде не тонет», имея в виду старшего смотрителя Кариеля Флеха (как я и думал, ушлый тип оказался, и фраза как раз про него), да остался непонятым. На меня посмотрели удивленно и поинтересовались, мол, зачем мне нужно это самое дерьмо топить? После этого случая зарекся наши крылатые выражения адаптировать. От греха, так сказать.

Который интересно час? Вставать или можно дальше спать?

Пошуровав пальцами по полу, отыскал валяющийся коммуникатор, глянул на цифры и чуть не застонал. До подъема всего полтора часа. И ни туда, и ни сюда. Вроде и есть возможность покемарить, но в то же время запросто проспать можно. Что не есть хорошо. Нет, лучше подняться сейчас. Приведу себя в порядок, помедитирую немного, благо в это состояние отрешенности вхожу с некоторых пор без усилий и потом чувствую себя не в пример лучше. Бодрее что ли. К тому же медитация вопреки моему первоначальному скепсису реально помогает продвигаться в познании Дара. Теперь способен, например, разглядеть энергетические потоки в собственном теле. Полезность освоенного умения не вызывает сомнения. Жду не дождусь, когда избавлюсь от опостылевших очков.

Кроме придания импульса мышцам и увеличения восприятия различных типов энергии, Стелех в буквальном смысле вбил понимание, как проще манипулировать предметами на расстоянии. Пока недалеко от себя и не слишком массивными. Вот камень размером с кулак поднять на три-четыре сантиметра над землей уже удается. Сейчас тренируюсь небольшие булыжники вращать вокруг своей оси. Когда в первый раз камень взмыл, я почувствовал настоящий прилив энтузиазма и счастья. Ведь у меня получилось! Мощь! Перспективы! Круто!

Правда памятные впечатления немного приглушены очередным мощным подзатыльником, сбившем концентрацию и последовавшей вслед поучающей нотацией, но все равно. В тот день даже не разозлился на Стелеха, а улыбка так и не слезла с моей физиономии, не смотря на потуги этой шардовской отрыжки, возомнившей себя Великим Учителем одаренных.

Кстати, Владыка Калах прилетает послезавтра. Что не может не радовать. Наконец-то избавлюсь от опеки садиста. В моей груди горит надежда на более мягкий процесс обучения. Про «мягкий» я может, и загнул, но, по крайней мере, уповаю на существенные послабления. Пусть будет жесткий режим, но не жестокий.

- Тьфу, тьфу, тьфу, - трижды сплюнул через левое плечо и решил все-таки вылезти из-под одеяла.

Сев в кровати, пятками прикоснулся теплого пола, и открыл рот, чтобы отдать голосовую команду на включение света. И тут же закрыл, когда на улице вспыхнуло, казалось, само небо, на краткий миг, превратив ночь в яркий день. По сетчатке глаз неприятно резанула короткая боль, оставив после себя подвижные бело-синие пятна. Не успев осознать, что сие значит, как в уши ударил такой грохот, что задрожали стены. Я машинально повалился на пол и приготовился получить порцию осколков из разбитого оконного стекла по спине. На улице заухали взрывы, не такие громкие как первый, зато практически без перерыва.

- Да что вообще творится? – вырвался возглас.

Так и не дождавшись ответа и секущих стеклянных обломков, приподнялся и на карачках перебрался к окну, в которое с любопытством и осторожностью, готовый в любой момент снова плюхнуться навзничь, выглянул.

Увиденное повергло в очередной шок, только им объясняется факт, что я добрых пять минут пялился на разгорающийся снаружи бой. Ночь уступила право властвовать зареву пожаров и коротким, носящимся туда-сюда, лазерным импульсам.

С моей позиции всю картину разыгрывающейся трагедии увидеть не получалось. Но то немногое, что удалось разглядеть, не радовало и начало не по-детски пугать. Нападавшие в зеркальной броне рывками передвигались к куполу-донжону и на ходу буквально заливали лазерными лучами и плазмой малочисленные группы обороняющихся. В небе летали десятки боевых ботов различных форм и модификаций. Какие из них наши, а какие нет - понять решительно невозможно. В первый момент подумал, что виноваты в переполохе солдаты Союза, но потом отмел эти соображения. Будь так, то с орбиты непременно долбили бы в силовое поле. Самим владыкам имперские законы запрещают в частных заварушках использовать на планетах технику способную нанести нешуточные разрушения.

Хм. То, что ни один щит Твердыни не задействован, ни основной, ни резервные - обязанные при необходимости отдельно накрыть мерцающей синевой каждое здание и производственные корпуса, лишь подтверждает версию о нападении… Ну, как вариант, обиженного соседа. Но подготовились, собаки, хорошо. Не поленились спланировать и совершить диверсию. Тот первый, самый мощный взрыв и серия взрывов послабее - есть не что иное, как уничтожение направляющих вышек с энергорезонаторами. Вряд ли диверсанты добрались до станции, питающей агрегаты, да и не стали бы они ее подрывать. Новая стоит как силовая установка для военного корабля среднего класса. Восстановить вышки не в пример дешевле. Следовательно, никто Твердыню уничтожать не собирается. Идет банальный передел собственности. Замечательно. Что так, что этак мне все равно карачун. Кто бы ни напал, всех защитников и обитающих здесь одаренных пустят под нож. Никто даже разбираться не станет кто я и откуда. «Ах. Ты ученик Владыки Калаха?» Фшшииих. И мой труп украсит собой площадь. Так. Где тут мои ботинки?

Будь на моем месте профессиональный солдат, он точно позавидовал бы скорости одевания. Какие там сорок секунд? В свою одежду я буквально влетел, причем проделал это в полутьме, и когда сообразил, что застегивать больше нечего, ринулся на выход. Лишь у самой двери меня притормозили мысли: «А не остаться ли на месте? Я же проживаю в доме, где содержатся рабы. Безопасней места не придумаешь. Вряд ли это здание разрушать станут. Разве что случайно. Зачем уничтожать живое «имущество»? Стебли рокхи собирать кто-то должен? Должен».

Однако, подумав еще чуть-чуть, изменил мнение. Задерживаться все-таки не стоит. В случае победы солдаты противника начнут тотальную зачистку каждого закутка во владении Калаха. Рабов естественно не убьют, но я-то не раб и по отсутствию блокиратора всё сразу поймут.

Приняв окончательное решение, открыл дверь и выскользнул в коридор.

А тут народу - не протолкнуться. Рабы повылазили из своих комнат и тревожно гомонят. Вообще им положено в такой ситуации сидеть тихо и не высовываться, но я их понимаю. Кому хочется оказаться в тесном помещении и гадать: прилетит шальной сгусток плазмы или там реактивный снаряд в стену, за которой ты прячешься или нет? Тем более среди невольников предостаточно захваченных в плен военных. Им ли не знать, как лучше поступать в той или иной критической ситуации. Имей народ возможность свободно передвигаться по ночам, то укрылись бы подальше и поглубже, но блокиратор такую скидку никому не даст. Вот и ждут тут, чем всё закончится.

При моем появлении разговоры стихли. Тусклый свет аварийного освещения выкрасил лица рабов в темные тона. Мрачная обстановка и нескрываемые чувства толпы не сулили ничего хорошего.

По первому времени «соседи по общежитию» вызывали в душе искренне сочувствие. Даже пару раз приносил рабам немного еды из кафе для вольнонаемных. Однако вскоре перестал. Некогда стало. Потом и вовсе прекратил обращать внимание на чужые проблемы. Тут с собственными разобраться бы. Всех и каждого не пожалеешь, а я не мать Тереза.

Больше не задерживаясь, двинулся в сторону запасного выхода. Пока шел, не оставляло ощущение, что вот-вот кто-нибудь пырнет в спину чем-нибудь острым. Я знал, что система контроля не допустит такого исхода (даже если она выйдет из строя, блокиратор просто парализует рабов до момента активации или прибытия охраны), но возникшая жутковатая атмосфера неприятно щекотала нервы. Удалось вздохнуть свободно, только когда сканер замка опознал меня и дверь на лестничную площадку открылась.

Фух. Как же хорошо, что решился покинуть здание. Наверняка нашлись бы среди рабов уроды, пожелавшие за поблажку указать пальцем на ученика старого хозяина.

«Ладно, что там у нас дальше?» – я осторожно посмотрел вниз, высматривая агрессивно настроенных гостей. Никого не обнаружил и ступил на лестницу, ведущую к неизвестности.

Вот и выход на улицу. За преградившей путь металлической дверью меня, возможно, ожидает смерть. Звуки, проникающие сквозь нее, не сулят ничего хорошего. Судя по всему, неподалеку кто-то интенсивно поливает лазерным огнем близлежащее пространство. Вопрос в том наши орудуют или чужие? Если враги, то вываливаться вот так сразу в ночь глупо. Вмиг на тактическом экране высвечусь в виде недружественной метки и поминай, как звали. Если рядом солдаты или боты защитников тогда есть варианты. Солдаты определят, как своего и не тронут, а вот роботы… Существует вероятность, что они при виде ученика владельца могут ринуться на мою защиту. Как-то не удосужился ранее узнать, будут ли оберегать меня железные болваны при малейшей опасности или мой статус слишком низок и никто палец о палец не ударит? В любом случае, проверять на собственной шкуре вложенные в железные мозги приоритеты не сильно, точнее, совсем не хочется. Боюсь, привлекут своим поведением врагов со всей округи. Уж лучше сразу убиться головой о стену.

Пока размышлял выходить немедленно или обождать, непосредственно за дверью воцарилась тишина. Кто бы там ни был, он прекратил стрелять или смылся. Надо ловить момент и выбираться. Дождавшись окончания проверки личности сканером замка, услышал щелчок. Дверь лишь немного отъехала по направляющим вбок и застыла в ожидании, когда ее подтолкнут вручную. Даже обрадовался, что привод двери обесточен, иначе мой силуэт в проеме могли бы заметить. А так можно в образовавшуюся щель осмотреться и в случае близкой опасности драпануть наверх.

Никого не видно. Бой переместился к центральному куполу? Логично. На всякий случай немного подождал и, убедившись в отсутствии поблизости угрозы, присел, отодвинул створку дальше вбок и медленно выглянул.

Левее от моего местоположения виднелись обугленные тела. Плазмой накрыло солдат, и пикнуть не успели бедняги. Влажный порыв ветра донес запах гари и дух хорошо прожаренного мяса. Мне моментально поплохело. Я часто задышал, прогоняя рвотный рефлекс. Справившись с позывом, посмотрел в другую сторону. Где увидел еще один труп в легкой броне, что обычно носили патрульные. В отличие от той горки мяса, мертвец выглядели относительно целым. Еще раз быстро окинул окрестности и небо взглядом, ринулся, пригнувшись, к распростертому телу в надежде разжиться чем-нибудь полезным.

Около погибшего рухнул на колени и затравленно закрутил головой. Пока никто меня не видит. Вроде бы. Так, что тут у нас? Пистолет. Не нужен. Встроенный идентификатор системы распознавания не позволит им воспользоваться. А вот штурмовая винтовка совсем другое дело. К личному оружию она не относится, а значит в память всего хранимого в арсенале, внесены данные тех, в чью обязанность входит защита Твердыни и господина. Есть вероятность, что и мои характеристики, такие как ДНК, отпечатки пальцев и слепок энергостркутуры организма в базе тоже имеются.

Так и чего сижу? Кого жду?

Я сграбастал винтовку. В углу небольшого узкого дисплея засветилась крохотный зеленый индикатор, показывающий, что имею право пользоваться оружием без ограничения. Хорошая новость. Почти сразу высветились цифры, обозначающие количество оставшихся выстрелов. М-да, негусто. Преодолевая отвращение, расстегнул подсумок на поясе мертвеца и вытащил запасную батарею. Отщелкнув с почти израсходованным зарядом, вставил в предназначенный паз с контактами новую. На экране зажглась цифра «200», вызвав у меня довольную улыбку. Теперь хоть какая-то уверенность появилась. На мгновение испытал такой задор. Ух! Появись в этот момент враг, не задумываясь, открыл бы пальбу. На мое счастье никто так и не попался под моим гневом горящие очи, и я успокоился. А когда осознал, какие могли быть последствия, предательский холодок тут же породил мурашки, не замедлившие толпой пробежаться от затылка до поясницы и обратно.

Нет. Так не годится. Надо убираться с открытого пространства в более укромный уголок, где и обдумаю, в какую дыру заныкаться до окончания воцарившегося бедлама.

ТЫН – ДЫН – ДЫН – ДЫН – ДЫН - ДЫН.

Над головой тарахтя, пронеслась открытая дискообразная платформа. Из-под днища вырывался густой черный дым. Пилот пытался уйти от преследования и при этом старался удержать плохо управляемый аппарат в воздухе. Я невольно замер, засмотревшись на разгорающееся противостояние. Установленные по периметру платформы станковые плазмеры с шипением выплевывали пламенные сгустки. Но стрелкам, рыскающей туда-сюда боевой машины, не удавалось попасть в более юрких и меньших по размеру летающих роботов. Вот один из ботов выпустил серию ракет. Целая дюжина, оставляя за собой белесые хвосты, устремилась к цели по хаотичным траекториям. Их скорость оказалась достаточна, чтобы не просто достичь беглеца, но и разойтись веером, обгоняя жертву. Мгновение и цель внутри подобия сферы. Единовременный удар практически со всех сторон потряс платформу и опрокинул вверх дном. Части оторванных множественными попаданиями деталей обшивки и экипаж посыпались на площадь. При падении с высоты пятиэтажного дома, да еще на такой скорости, вряд ли кто-нибудь из них выживет. Сама платформа, полностью укутавшись дымом, пролетела добрую сотню метров, прежде чем юркнула носом вниз и врезалась в землю. Так кувыркаясь, с каждым новым ударом превращаясь в непонятно что, бывший летательный аппарат достиг стены одного из жилых корпусов, врезался в преграду и вспух огненным шаром.