Вес Тени

Глава 2

За день до ограбления.

— Эй, это что, его тачка, что ли? — спросил Константин, стоявший у окна.

В квартире Константина — стандартной холостяцкой однушке на четвёртом этаже панельной многоэтажки — не было ничего лишнего, всё под стать хозяину. Сразу от входа справа была комната, слева — дверь в крохотную ванную, а прямо по коридору — кухня с единственным окном. Из мебели на кухне только самое необходимое: стол с пластиковой столешницей, два табурета и старое, продавленное, придвинутое спинкой к стене кресло, на ткани которого виднелся выцветший от времени гобелен. На подоконнике стояла кружка с засохшей чайной заваркой — Костя редко бывал дома и ещё реже мыл посуду. В данный момент он, упёршись коленом в сиденье кресла, расположился около окна. Штора была отдёрнута так, чтобы можно было спокойно наблюдать за происходящим на улице, но самому оставаться в тени.

К Константину подошла Анна. Мужчина почувствовал, как её тонкие пальцы легли на его плечо, а взгляд скользнул вниз на припаркованный у соседнего дома чёрный «полик»7. Костя выглядел совсем не так, как описывала его Анна во время разговора со Славой. У охранника были коротко стриженные тёмные волосы; лицо человека, привыкшего держать всё под контролем; простые чёрные джинсы и такого же оттенка чёрного футболка, подчёркивающая широкие плечи и руки; на запястье массивные часы с потёртым ремешком (не роскошь, подчёркивающая статус, а рабочая вещь). От него веяло уверенностью и силой, причём не той, что рвётся наружу и выражается в крике и жестах, а той, что тихо дремлет до поры до времени, а когда наступает час для её применения, грозно и спокойно проявляет себя.

— Ну да, она самая, — ответила Анна с нотками удовлетворения в голосе. —Видать, сегодня решил за тобой слежку устроить, проверить, как ты живёшь.

— Пускай следит, — Костя отпустил конец шторы и отвернулся от окна. — Я сегодня как раз по делам шефа мотаться буду, кучу всего надо передать и забрать. Накатается вместе со мной досыта, поэтому пусть любуется.

Анна прошла к столу, взяла чашку с остывшим кофе, сделала глоток и, глядя на Костю поверх её края, произнесла задумчиво:

— Думаю, они пойдут на дело в первый-второй день отпуска твоего босса. Слава вообще нетерпеливый: долгая разведка и подготовка — это не про него. Ему лишь бы быстрее, лишь бы сорвать куш и свалить. Тебе хватит времени подготовиться?

— Конечно, — ответил Костя. — Часть налички и всё, что подороже, из брюликов я свисну сразу, как только самолёт с моим «любимым» шефом поднимется в небо. Чтоб ты понимала: денег от продажи цацек хватит надолго на очень хорошую жизнь. А когда я пообещаю шефу найти этих придурков и в итоге найду, он мне премию выпишет. Думаю, она будет из пяти моих зарплат, не меньше. Нехило, а? Немалая часть всего этого твоя за блестящую идею.

— А с этими бедолагами, когда ты их найдёшь, он что сделает? — Анна чуть нахмурилась, и в её ярко-зелёных глазах мелькнуло что-то похожее на беспокойство. — Не убьёт же, надеюсь?

— Да брось! Он не такой. На бабки поставит, и всё. Следующий годок, глядишь, может, и второй, и третий за моральный ущерб — за сорванный отпуск и всё такое — будут ему выплачивать. Ты сама-то как? Когда я их найду, не боишься, что они до тебя докопаются?

— Да я из барбершопа уже уволилась на всякий пожарный, — Анна задумчиво посмотрела на Костю. — А этих не боюсь. Обычная уличная шпана, воришки мелкие: то бандитов из себя строят, то бизнесменов, а на деле только языком трепать умеют да угрозами бросаться. Так что всё чики-пуки, не парься.

— Думаешь, когда мы его прижмём, он не сдаст тебя? В смысле, что наводка твоя?

— Слава у нас пацан правильный, своих не сдаёт, — ответила Анна. — Но даже если сдаст, благодаря тебе я это узнаю первой. Лягу на дно, и меня никто за всю свою жизнь не найдёт.

— Отлично, — Костя взял конец шторы, снова слегка отодвинул её, посмотрел в окно и продолжил: — Если вскроется, что я якобы случайно проболтался про отсутствие сигналки… Я тоже не парюсь. Скажу боссу, что просто выговориться решил, мол, какие подрядчики нынче недобросовестные пошли, кидают на бабки. Не повод же это честных людей грабить идти. Выпишет премию, может, поменьше, да и хер с ней: всё равно улов жирный будет.

— Вроде ничего не упустили, — сказала Аня, сделала паузу и покосилась на кофейник.

— Кофе будешь? — спокойно спросила она.

— Да, давай, пусть твой дружок ещё постоит, потомится малость.

Константин неспеша выпил кофе, поставил чашку на стол и потянулся за лёгкой курткой, висевшей на спинке стула.

— Я тебе звякну, когда шеф отчалит и когда пойму, что пора дело делать.

— Ладно. Если чего, я буду недалеко всё это время. Как договорились.

Парочка дружески обнялась на прощание. Затем Костя собрался и вышел из дома. Он направился прямиком к машине. Краем глаза зацепил чёрный «фольксваген», приткнувшийся у соседнего дома, и мысленно усмехнулся: «Ну что, братан, сейчас мы с тобой покатаемся на славу».

Обычно Костя ехал как угорелый. Пробки были ему нипочём: он вилял между рядами, будто в догонялки играл, подрезал, сигналил. Но сегодня всё было по-другому: он плёлся, как пенсионер летом на прогулке, аккуратно перестраивался, пропускал пешеходов, давая тем самым своему «хвосту» почувствовать, что у того всё под контролем, что болтун-охранник никуда не торопится и ничего не подозревает. Пока по-стариковски тащился по дороге, невольно задумался о шефе и вспомнил, как стал водителем-охранником у Александра Андреевича Соколовского. Он мужик суровый. Начинал как коммерсант ещё в те лихие годы, когда возможностей было пруд пруди. Он в этом пруду замутил такой бизнес, что все только рты разинули и позавидовали. Начал с обуви (скупал подешевле, продавал подороже), потом в «челноки» подался: туда-сюда мотался, товар «гонял». Лениться – это было не про него. С кем надо — делился, кому нужно — отстёгивал, так как знал, что жадность фраера погубит.

Чутьё у него было дай бог каждому. Сам вышел на правильную «крышу», так как понимал: рано или поздно придут, так что лучше заранее договориться и спать спокойно. И сработало. Сначала открыл несколько мелких магазинчиков с китайскими товарами, иногда поляки подкидывали товар, реже турки. Потом создал сеть продуктовых в спальном районе, которая стала так популярна, что пришлось расширяться и нанимать ещё людей.

Александр не мог сидеть сложа руки: новые идеи не давали ему покоя, и он осваивал одну бизнес-сферу за другой. Наконец он решил, что пора осуществить мечту —открыть собственную большую пивоварню. Ради этого он продал всё, повторяя после каждой продажи, как мантру, присказку: «Кто не рискует, тот не пьёт пиво, сваренное на собственном пивзаводе». И у него всё получилось: пивоварня превратилась в полноценный завод. Прибыль попёрла будь здоров: в минус не уходили ни разу, а качество продукта держалось на высшем уровне. Народ оценил марку и стабильно её покупал. В один прекрасный день Александр решил: хватит самому заправлять всем, пора отойти от дел, дать дорогу молодым и наслаждаться жизнью. Он назначил главой завода директора производства, сам стал соучредителем. Сейчас он только корпоративы заказывал да время от времени запускал новые проекты, не связанные с производством пива, чтобы не заскучать. Последними такими проектами была пара крупных мясных магазинов, куда неуёмный Александр возил мясо со своей же фермы.

Костя же просто оказался в нужном месте в нужное время. Отслужил, вернулся, а заняться на гражданке нечем. В голове у него царила пустота. Дело осложняло ещё и то, что в кармане гулял ветер. Сидел он как-то, просматривал вакансии, и вдруг — опа! — «требуется личный водитель, который при необходимости может исполнить роль охранника». Откликнулся сразу, ни секунды не поколебавшись. Собеседование проводил лично будущий шеф Александр Андреевич, мужик за пятьдесят, с широким лбом, прищуренными тёмными глазами, носом с горбинкой и волевым подбородком, какие характерны для настоящих мужчин, изображаемых в различных кинолентах. Припомнились Косте седина на висках, короткая стрижка, рост под сто восемьдесят пять, прямая осанка и твёрдая походка человека, который явно привык, что перед ним всегда расступаются. Одет босс был сдержанно, но дорого, то есть в качественные рубашки без галстука, шерстяные пиджаки, тёмные джинсы (как он понял потом, всё это было неотъемлемыми признаками стиля Александра). Золотые часы и печатка говорили сами за себя. Слова произносил негромко, смотрел прямо, жесты были скупыми, но полными смысла, а в речи проскальзывали то уличные, то строгие, деловые интонации. Шеф сразу расспросил Костю про армию. Было видно: нанимателю по душе, что кандидат только демобилизовался и не успел «разболтаться» на гражданке, а ещё что у Кости есть водительские навыки, которые сам потенциальный работник охарактеризовал коротко: «На космическом уровне просто». Во время испытательного срока он их продемонстрировал: когда нужно было, вёл аккуратно, плавно и пассажиры задрёмывали на заднем сидении, а когда следовало поспешить, ехал быстро, но люди чувствовали, что они, несмотря на то, что автомобиль несётся во весь опор, в безопасности.

После армии Аня стала первой, с кем у Кости завязались хоть какие-то мало-мальски серьёзные отношения, если последние можно было таковыми назвать. Познакомились они в барбершопе, в который он зашёл по вполне естественной причине (постричься) и удалился оттуда с мыслями, которые не выходили из головы несколько дней. Произошло их знакомство следующим образом. Константин закончил все дела по поручению босса в той части города, которая была далека от центра и больше напоминала спальный лабиринт из панелек и редких, чахлых торговых точек. Он курил у машины, выпуская дым в сторону облезлой вывески торгового центра, когда в памяти всплыло: пара дней назад какой-то наглый «шустрик», не спросив разрешения, сунул рекламку с надписью «Первая стрижка бесплатно» под дворник. Костя тогда смял бумажку и закинул её в бардачок, а сейчас, ощутив, что волосы уже прилично отросли, подумал: почему бы и нет? Может, это реально знак судьбы, а не маркетинговая наглость.

Он затянулся в последний раз и окинул здание внимательным взором. В окне второго этажа он заметил её, изящную блондинку с волосами, выбеленными до платины. Она стояла у парикмахерского кресла и смотрела куда-то поверх крыш (явно думала о чём-то своём). За её спиной угадывались кресла и зеркала. У Кости перехватило дыхание. Он быстро отвёл глаза, выкинул окурок и решительно направился к зданию.

Барбершоп Константин нашел быстро. Когда он вошёл внутрь, та самая блондинка обернулась к нему и приветливо улыбнулась. Костя на мгновение забыл, зачем вообще сюда пришёл, но на его счастье Аня первая решила завязать разговор и дала понять, что клиентов по записи сейчас нет и он может стричься хоть сейчас. Клиент расположился в кресле и почувствовал себя немного не в своей тарелке под её взглядом.

— Видела, как вы у «мерседеса» курили, — Аня встала за его спиной, поправила полотенце на подголовнике, и он поймал её взгляд в зеркале. — Классная тачка. Ваша?

— Хотелось бы, но нет, — ответил Костя, и внутри у него что-то предательски ёкнуло, стоило ей посмотреть на него через отражение. — Служебная. Мне тут рекламка «пришла»: первая стрижка бесплатно, мастер — некая Анна...

Он выудил из кармана тот самый мятый буклетик и протянул ей.

— О, это как раз я, — очень мило улыбнулась Аня, и в этой улыбке было столько простого, почти домашнего тепла, что Костя окончательно пропал.

Завязался разговор, нашлись общие темы. Константин преисполнился той самой сильной симпатией, из-за которой глупеют даже самые прожжённые, умудрённые жизнью мужики. Анна была не против более близкого общения, но сразу расставила границы, поместив Костю во френдзоне с той мягкой, почти незаметной жёсткостью, на какую способны только очень опытные в таких делах женщины. Костя был уверен, что рано или поздно пробьёт эту стену, и это рассуждение придавало ему сил.

Аня рассказала, что долгое время жила на малой родине, в Ленинградской области, в небольшом посёлке, но пять лет назад решила перебраться в Северную столицу, потому что там, где она прожила всё детство и часть юности, по её словам, было душно и тесно. В Санкт-Петербурге она снимала маленькую комнатку одна, отношения заводить совсем не хотела, а на все вопросы о будущем отвечала, что мечтает о собственном салоне красоты.

План ограбления, как думал Константин, родился спонтанно, почти случайно из обрывков разговоров и намёков. Он часто рассказывал Анне о поручениях босса, о деталях жизни семейства Александра (например, о том, что жена шефа очень хочет в отпуск, а он всё тянет с ним). Сам того не подозревая, водитель-охранник стал для неё очень ценным информатором. Как-то раз Костя рассказал, что шеф попросил пожить пару недель в его новом доме и присмотреть за всем добром, которого там оказалось немало, и добавил, что босс говорил, мол, подрядчиков, которые его кинули с сигнализацией, он обязательно найдёт и накажет, но только после отпуска, потому что любимой жене обещал давно океан и отдых. Аня задумчиво тогда сказала:

— Прикинь, я как раз знаю пару гопников нелепых, которые сейчас нуждаются в лёгких и быстрых деньгах.

Костя сначала не понял, в чём прикол и какой ему резон рисковать своим местом и шкурой. Но Аня терпеливо и доходчиво всё объяснила, расписала схему так, что отказываться было глупо — слишком жирный куш маячил на горизонте. К Александру Костя тёплых чувств не испытывал: бывший вояка воспринимал его как человека, который платит за работу, но при этом Костю очень часто раздражала надменность нанимателя и то, как он свысока смотрит на людей, находящихся ниже него по социальной лестнице, поэтому он согласился на реализацию плана девушки. Особенно способствовало отсутствию чувства вины общее для них с Аней соображение, что с того не убудет. Он прекрасно знал, что, кроме шикарного коттеджа, в который шеф только въехал, у того есть пара квартир в центре, сдаваемых за кругленькую сумму, да и бизнес процветает... Так что если свистнуть у Сашка разного добра миллионов на десять, а то и двадцать, то тот уж как-нибудь переживёт, не обеднеет.

Костя выполнил все поручениям Александра и уже подъезжал к дому, когда в зеркале заднего вида заметил чёрную машину Славы. Костя громко рассмеялся на весь салон. При этом его голова сильно затряслась. «Ну профи, конечно, скрытность на высшем уровне просто», — ехидно подумал он про себя. Припарковавшись у коттеджа шефа, он сделал вид, что не замечает слежки: вылез из салона, потянулся, зевнул и позвонил в дверь. Открыл сам Александр.

— Ты чего так долго сегодня? — спросил шеф, окидывая его недовольным взглядом.

— Авария жёсткая была на пути, хер объедешь, поэтому пришлось постоять.

— Понял. Короче, пошли, проведу инструктаж, хотя какой тут инструктаж... Просто проследи, чтобы всякие непонятные личности со стройки местной сюда не залезли. Приеду и всё-таки заставлю тебя получить разрешение на ношение оружия, станешь полноценным секьюрити моим.

— Как-то поздновато вы задумались о личном секьюрити, — заметил Костя, проходя в дом. — Я раньше не спрашивал, но мне всегда интересно было: чего вы так долго без охраны передвигаетесь, машину сами водите...

Александр снисходительно похлопал его по плечу и проговорил:

— За рулём хорошего автомобиля мне самому нравиться ездить. А насчёт охраны... Костя, Костя, знал бы ты, с кем я, так скажем, дружу... Все меня знают, ни с кем проблем нет.

— А чего тогда решили меня на работу взять?

— Да молодняк сейчас такой пошёл, который вообще не уважает старую школу. Одним словом, шпана беспринципная. Недавно, скажем так, дальнего знакомого обчистили средь бела дня: он наличку для зарплаты честным людям тащил, а какой-то молодец сумку у него с плеча сдёрнул, сиганул через ограду, прыг на мотоцикл — и поминай как звали. Камеры посмотрели. Там, конечно, он в шлеме. Мотоцикл так и не нашли. Тот, естественно, сам дурак. Ему бы крепким ребятам стоило деньги поручить привезти, но нет… Ему, видите ли, было скучно, вот и решил сам прокатиться. Банька, кстати, есть, знаешь? Можешь пользоваться, не стесняйся. Но девок не води. Узнаю об этом — по голове настучу.

— Понял, — коротко ответил Костя.

Вскоре Костя по просьбе Александра заказал такси. Охранник помог закинуть чемоданы в приехавшую машину. Жена шефа с детишками сейчас гостила у бабушки, поэтому ехала в аэропорт с ребятишками отдельно от мужа.