- -
- 100%
- +
— Вот не понимаю я Зину…
— Мамуль, давай оставим её в покое. Я никогда ей не нравилась, и, может, она рада, что её сыночка будет с другой… более хорошей женщиной.
— Какой хорошей? С той, которая ложилась под чужого мужика, а потом спокойно с тобой на твоей кухне и за твоим столом чаи гоняла, выслушивая твои жизненные сложности? — мама развела руки в стороны. — Сказала бы по-другому, но уже достаточно бранных слов за вечер из моего рта вылетело, — и она наигранно пошлёпала себя по губам. Бывший работник культуры! — А вообще. Людка эта — сучка крашена!
— Согласна, — и хороший старый фильм сразу на ум пришёл. Вот только я не буду, как та главная героиня Надя. Не прощу! — Мам, а нет у вас с папой знакомых юристов по семейным делам?
— Адвоката, что ли?
— Да. Я утром хотела подать на развод через Госуслуги, но потом вспомнила, что нас разведут только через суд. А это намного сложнее будет… Толя так просто не сдастся, попортит мне крови.
— Думаешь, вот прям будет козни строить?
— После сказанного сегодня утром… Может. И возможности у него есть.
Без особых красок пересказала, как благоверный, если я вздумаю с ним разводиться, пойдёт на крайнюю подлость — попытается отобрать у меня дочь. Тогда я на миг испугалась, но чего мне стоило вида не показать, сдержаться рядом с Толей. Сейчас же, когда родные со мной, я в полной безопасности и Аришка рядом, понимаю, что это всего лишь слова, пустые угрозы! Последний шанс меня прогнуть, заставить и остановить. Оказывается, слишком высокого о себе мнения мой муж, слишком себя хозяином всемогущим считает!
— Я таких не помню, надо у отца спросить, когда успокоится и вернётся. Ну, зятёк, ну, кобелина подзаборная! Подкинул проблем…
— А знаешь, мам… Я даже рада немного, что всё вскрылось. Лишь жалею, что сейчас, а не намного раньше. Получается, что меня так легко можно обманывать, вешать самою длинную лапшу на уши и жить припеваючи. Взглянула на всё со стороны и поняла, что очень ошиблась в «этих людях». Я, оказывается, видела в них только хорошее, а нет в них этого хорошего даже близко! Тот, кто клялся до конца дней любить и оберегать, первый же и причинил самую жуткую боль, но…
— Варь…
— Но это отличный урок на будущее! И, видимо, только первый, — горько улыбнулась, понимая, что дальше мне ещё преподнесёт эта парочка несколько уроков. Знать бы, к чему готовиться.
Мы обе замолчали, прекрасно понимая: впереди нелёгкий путь. И я обязана его пройти, чтобы очиститься от той грязи, в которой меня испачкали неверный муж и уже неблизкая подруга. И, что уж душой кривить, мне очень хочется, чтобы карма как можно скорее сработала! И мощный бумеранг прилетел им в спину.
— Мать, сделай мне кофе, — отец, уже более спокойный, зашёл на кухню и сразу подошёл к шкафчику. Достал початую бутылку коньяка, рюмку и тут же поднял руку, когда мама открыла рот: — Всего лишь пятьдесят грамм для нервов. Не переживай.
— Да, да. А потом до утра будешь ходить по двору, не в силах уснуть, накручивая шаги.
— Не буду. На чём мы остановились?
— Пап, мне нужен хороший юрист в семейном деле, — снова начала я. — Толя пригрозил забрать Аришу, и уж точно легко нас не разведут.
— Собачье дерьмо, а не зять! — папа стукнул кулаком по столу, а мы с мамой одновременно на него шикнули. Ариша могла услышать. — Я ему точно его поганый язык вырву и засуну в одно место! Пусть только посмеет ещё заикнуться о моей внучке!
Папа снова стал заводиться не на шутку, краснея и сжимая на столе руки в кулаки. Мама быстро сварила его особенно любимый чёрный кофе, поставила перед папой, поглаживая по спине. Я же вызвалась налить ему рюмку конька.
— Пап, успокойся. Он это специально сказал, чтобы меня напугать, присмирить…
— Свой хер пусть присмиряет.
— Давай выпей и успокаивайся, Лёшенька. Варе помощь нужна. Вспоминай всех, кто нам сможет помочь.
Одной рюмкой папа не успокоился. Он у нас вообще мало пьёт, и то по крупным праздникам и в хорошей компании. А тут не сдержался. Да и мама понимала, глаза закрыла. Ещё пару часов мы сидели за большим столом, вспоминая близких и знакомых, кто не просто может помочь, а сделает это мастерски. Но, увы и ах, так достойных юристов и не нашлось. Расстроилась я? Очень, но руки опускать точно не стану. Завтра же начну шерстить интернет и точно найду того, кто мне нужен.
Укладывая спать Аришу, прочитала ей две сказки, спела свою и её любимую песенку из мультфильма про мамонтёнка, а дочка мне подпевала. И так было хорошо, что я не торопилась уходить. Сидела рядом с роднулечкой и гладила её светлые волосики, впервые за сутки не думая о плохом. Дети — наше не только продолжение, но и отражение. А моя дочка — самое прекрасное, что есть у меня. Она — моё лекарство!
— Уснула, — ответила маме, когда вышла из комнаты, на её молчаливый вопрос. — А где папа?
— Тоже пошёл спать. Перенервничал сильно, устал…
— Это и понятно. Пойдём на улицу? Хочу воздухом подышать.
— Варь, твой телефон постоянно вибрировал, пока ты Аришу укладывала. Вот опять, — мама кивнула на тумбу, где в режиме вибро дребезжал мой телефон. – Видимо, зятёк. Ты пока сама иди, я на кухне уберусь.
Я лишь кивнула, зная, что у мамы всё прибрано и это всего лишь предлог меня одну оставить на время. Взяла мобильный, и о боги! Конечно, Толя названивал, удивление моё было наиграно. Четверть сотни пропущенных и с десяток гневных сообщений из разряда: «Ты долго будешь у родителей?», «Возьми трубку, просто ответь», «Не сходи с ума, давай поговорим», «Эгоистка ты, Варечка» и так далее в приказном тоне.
— Слушаю.
— До тебя, как до Кремля, не дозвониться!
— Я Аришу спать укладывала. Что ты хотел?
— Да? Э. Точно, время же… Поговорить хотел, — сначала муженёк замялся, а потом вспомнил о главном, и его тон снова стал требовательным: — Успокоилась, любимая?
— Тебе какое дело? К Людочке уже уехал? Квартиру освободил?
— Нет и не собираюсь? Ты моя жена и ею останешься.
— Мечтай, Толечка. Я буду с тобой разводиться. И, как вернусь в город, сразу пойду подавать заявление на развод.
— Не гоняй, Варя. Никакого развода не будет…
— Так, стоп. С чего это? Во-первых, я не собираюсь с тобой больше жить. Мне обманщик, лицемер и изменщик не нужен, — я прошла к забору, подальше от дома, чтобы можно было говорить в полный голос. Ночь была прекрасна: яркие звёзды, пение цикад, благоухание летних цветов. Наслаждаться бы, но я трачу свою энергию и спокойствие на предателя. — Во-вторых, хочу быстрее освободить тебя от такой лохушки-жены, которая совершенно не подходит в невестки Зинаиде Петровне, и отдать тебя той, которая так долго была на втором плане. Людочке и твоему сыну Стасику.
— Варя…
— Скажи-ка, Толя, а кто ещё знал про твою двойную жизнь? Получается, только я не знала?
— Никто больше.
— Как мило. Но мне хватило и того, что свекровь тебя прикрывала. Теперь многое встаёт на свои места.
— Варя! Да, мама случайно узнала и рассказала отцу. Но они не были сильно рады, — Толя прям возмущался. — И я их попросил молчать, ведь ты и Ариша — моя семья, которых я люблю больше всех.
— Тебе самому не противно? Когда любят, не предают! А ты нас предал, мерзавец…
— Варя, я тебя пока очень прошу, одумайся! Я развода тебе не дам. Ты и Ариша — моя семья, и точка!
— А как же Людочка и ваш сын? Они разве тебе не семья?
Толя громко выругался, а потом часто задышал в трубку. Мне бы сворачивать разговор, я всё ему сказала, но отчего-то ждала.
— Что ж ты за упрямая баба! Сказал же, что решу. Варя, подумай об Арише, как ей будет без любимого папочки? — от «бабы» я задохнулась, готовая вылить ведро грязных помоев ему на голову матом. А на последнем доводе громко рассмеялась.
— А ты думал о дочери, когда Стасика делал своей пипеткой? Когда подругу ублажал, наверное, сильно вспоминал Аришу!
— Да при чём тут это? Ты сейчас включила режим обиженной жены и готова разбить семью. Варя, я завтра за вами приеду и заберу домой. Очень соскучился по дочери.
— Мы не поедем. А когда решим вернуться в город, то очень надеюсь, что тебя вместе с вещами в квартире не будет, — и нажала отбой. Всё, моё терпение исчерпалось! Главное он услышал.
Но Толя решил по-другому и продолжал звонить и писать, пока не пришлось заблокировать его. Боже, дай мне сил!
Глава 15
Варвара
Мне пришлось занести мужа в чёрный список, чтобы несколько дней у родителей провести в относительной тишине и спокойствии. Муж в своём желании нас не отпускать дошёл до стадии неадекватности, и это пугало. Он будто не хотел понимать всей критичности ситуации. Нельзя заставить простить низменную подлость. Нельзя забыть предательство, да ещё такое! Мне кажется, даже если мне сотрут память, я всё равно буду знать, что с этим человеком, которого столько лет безумно любила и которому доверяла как себе, я больше не смогу быть и мне надо его всячески избегать.
За пару дней поиски хорошего юриста не увенчались успехом. А то, что мне предлагал интернет, по итогу звонков оказывалось провальным. То адвокат слишком загружен, то просто сумма услуг космическая. Родители предлагали свою материальную помощь, но нет. Всё же это моя беда, мой развод.
Ариша всё чаще стала спрашивать про папу, который растеребил маленькое сердечко нашей дочки своими обещаниями. А когда она вечером закатила истерику, я сдалась. Укладывая Аришу, пообещала, что завтра же мы поедем домой, и она весь день проведёт с папой. Хоть Толя и мерзавец чистой воды, отец из него замечательный… видимо, не только для Ариши. И я очень надеюсь, что спустя время он таким и останется, не разочарует дочку, не предаст, как меня.
— Может, мне поехать с вами? Мало ли как себя зятёк поведёт, — мама провожала нас к машине отца. Папа посадил Аришу на заднее сиденье и уже сел за руль.
— Не надо, мам. Я справлюсь. Позвоню, как приедем. Ариш, двигайся.
— Обязательно позвони. Лёшенька, веди осторожно, — мама крепко обняла меня, послала ещё один воздушный поцелуй внучке и отошла от машины. — Всё будет хорошо, Варенька.
Небольшая передышка у родителей дала мне силы и немного притупила боль, но огромная дыра в груди зияла и кровоточила. Я теперь чётко видела своё будущее — полное изгнание из жизни предателей и изменщиков. Я смогу пройти через все трудности, которые меня ждут, выплыву из океана боли, в котором меня попытались утопить самые близкие. У меня есть ради кого жить дальше. Моя доченька! И ради неё я всё сделаю, чтобы мы с ней были счастливы.
***— Иди пока в комнату, а я что-нибудь придумаю нам с тобой на обед, — погладила дочку по волосам, стараясь улыбаться так, словно всё хорошо, будто ничего в нашей жизни не меняется.
Я никогда раньше не допускала мысли, что моя жизнь может сложиться так. Что я стану матерью-одиночкой. Всегда верила, нет, знала, что у меня будет настоящая, крепкая, счастливая семья. Толя давал мне эту веру! А теперь получается, что не так уж и плохо быть просто мамой хорошей и послушной шестилетки. Нам с Аришкой будет даже очень хорошо вдвоём. А папа… Никто не отменял его выходные дни.
В принципе, ничего готовить мне сейчас не нужно было. Мама нам столько с собой наложила в контейнеры, что я могу на неделю забыть о плите. Разложив сумки, устало опустилась на стул, оглядывая кухню. Ни грязной посуды, ни каких-либо признаков, что муж был дома всё это время. Его и сейчас нет, что очень радует.
Высадив нас у подъезда, папа строго приказал сразу звонить, если «эта ошибка природы» только посмеет свой рот открыть. Пришлось потратить некоторое время на успокоение отца, чтобы смог нормально доехать обратно домой. Маме тут же отзвонилась, обещала ведь!
— Мам, а папа когда приедет?
— Я не знаю, Ариш. Он на работе, — дочка уплетала бабушкин жульен, заедая пирожком с картошкой, а я пила крепкий кофе с тем же пирожком. — Что будем делать?
— Мам, позвони папе. Пожалуйста, — финт со сменой темы не сработал, а дочка сложила в молящем жесте ручки.
— Ариш, а вдруг у папы что-то важное? Давай не будем? А лучше пойдём и погуляем в парке, купим мороженое.
— Я хочу на море!
— О, я тоже хочу на море! Тогда доедай, беги переодеваться и пошли на пляж.
Почему нет, когда да? У меня ещё завтра выходной, имею право побыть с дочерью и в волю насладиться отдыхом. Да, это не полноценный отпуск, но мне и этого хватит. Пусть моё тело уже отдохнуло, душа всё также ноет, а сердце онемело, как под тройной дозой лидокаина.
Огромный сочинский пляж, шикарная набережная и куча народа. Мы пришли в самый пик, и найти свободные лежаки не получилось даже платно. Не привыкать, мы с мужем частенько отдыхали дикарями без этого комфорта и пляжного лоска. Толя знал места, где пляж практически пуст, хоть голышом загорай, вот только ехать приходилось за город. Но оно того стоило! И зачем я это вспоминаю? И ведь не получится не вспоминать, это моё прошлое, которое не забыть, не заменить и не вычеркнуть.
Ариша нацепила на себя розовый круг и побежала в воду, зная, что без взрослых заплывать ей одной нельзя. Я же немного задержалась, намазывая кожу кремом от загара. Без него только ночью можно гулять, иначе привет, ранние морщинки и пигмент. Но лучше бы пошла сразу. Телефон напомнил о себе, а абонент заставил скривиться.
— Валерий Степанович?
— Варвара, добрый день. К сожалению, но завтра вам нужно выйти на работу, — вот так, с ходу.
— Что-то случилось?
— Случилось то, что… у меня тоже личное, а завтра прилетает Варнавский. Варвара, вы должны меня заменить, — Карелин тяжело вздохнул, но добавил: – У меня мама умерла…
— Ох. Примите мои соболезнования.
— Спасибо. Я, конечно, ждал, она сильно болела, но всё равно очень тяжело. А теперь ещё вся организация похорон на мне. Я физически не смогу всё вытянуть.
— Да, конечно, — нашла глазами дочь. — Я понимаю, Валерий Степанович. Тем более я вам обязана…
— Нет, Варвара. Это тут совершенно ни при чём. Так вы выйдете?
— Да, выйду.
— Спасибо. Я тогда оставлю все инструкции в вашем кабинете.
— Валерий Степанович, я должна что-то конкретное знать к приезду Варнавского?
— Вроде нет… Он, как я понял, на несколько дней, а потом обратно в столицу.
Это радует. Нашего хозяина я видела пару раз. Бог миловал сталкиваться непосредственно. Но точно знала, что Варнавский — жёсткий владелец курортного бизнеса. Наш отель не единственный, у него их несколько по всему побережью Краснодарского края.
— Ясно, это хорошо.
— Варя, я на вас рассчитываю, — тише и мягче. Всё же Карелин хороший человек, хоть этого никогда не показывал.
— Всё будет хорошо. Занимайтесь похоронами и ни о чём не думайте.
Отключившись, я ещё с минуту переваривала полученную информацию. Планы резко изменились, а значит, мне надо сегодня максимально отдохнуть с дочерью и завтра выйти на работу прежней Варварой Алексеевной — сильной, деловой и не загруженной личными проблемами. Так и будет! Ещё один звонок воспитателю Ариши, предупредить о её завтрашнем возвращении в сад, и я присоединилась к дочери, наслаждаясь тёплой водой и детской радостью.
Глава 16
Анатолий
Да и пошла она! Корону надела и сразу в чёрный список. Сучка, а не Варя!
Я ведь правда, от души хотел забрать их, увидеть дочку, прижать к себе и зацеловать. Соскучился по малявке просто жуть. И, конечно, купил ей обещанную игрушку. Правда, попросил об этом Люду. Ей не впервой мне с подарками для Аришки помогать. Да и по жене скучал, думал постоянно и мысленно материл себя за такой самый тупой прокол.
Эти пару дней я провёл с сыном. Да, именно с сыном! Без Людки и её прямых намёков на страстные ночи с продолжением днём и утром, и вечером. Никогда не жаловался на мужское здоровье, да и возраст ещё о-го-го, хоть двоих сразу могу удовлетворить и не устану. А сейчас не могу. Просто не стоит как физически, так и морально. Может, всё же я не настолько конченый? Вот только уже не докажешь обратного.
Людка облизывала меня по полной программе, вот прям идеальная жена, не прикопаешься. Жаль только не Варя. Варвара моя никогда не была идеальной, могла и гонор показать, и приласкать, забить на мои нужды, либо, наоборот, такой фейерверк устроить, что боготворить охота и мир к ногам кинуть. И всё это могу похерить…
— Завтра уеду, Люд.
— Понятно… Я подумала, может, нам перебраться в город? Будем уже ближе и тебе удобнее, не надо к нам мотаться, тратить время на пробки и дорогу, — она присела ко мне на колени, слегка поёрзав по паху. А там тишина. — Какой уже смысл в том, что мы здесь, а ты там один?
— Я пока не один. А как же твой магазинчик?
Провёл ладонью по голому бедру до края длинной майки и замер, не давая ложной надежды. Сын смотрел мультики, совершенно не обращая внимания на взрослых и их разговоры. Идея жить рядом мне нравилась, буду Стаса видеть чаще. Да и задолбался я ездить через Дагомыский перевал. Но это сейчас не главное. Моя семья и налаживание отношений с Варей — вот что занимает все мои мысли и точно отнимет много времени.
— Сдам в аренду, — пожала плечами. — С садиком тоже разберусь. Я так тебя люблю, Толь, — потёрлась носом о шею, снова двинув попкой по бугру.
— Люд, я подумаю. Но пока не обещаю ничего.
— Пошли в спальню? Я сделаю тебе массаж с самым сладким продолжением.
Людка потянула меня за руку с дивана, мимоходом сказав Стасику, чтобы тихо сидел и дальше смотрел мультфильмы. Странно, но в штанах появилось движение, кровь прилила к хозяйству, и я откинул все мысли в сторону, позволяя любовнице всё взять на себя. Скину напряжение хоть таким способом, голова яснее будет.
Меня и правда порадовали массажем, а потом оральными ласками. Оторвав Люду от члена, посадил на себя и позволил полностью рулить ситуацией, но вовремя успел зафиналить ей на бёдра. Всё же мозги пока работали, а ещё один ребёнок мне пока на фиг не нужен.
***Домой ехал с тяжёлым сердцем. Никакого решения так и не принял, кроме одного: развода не будет — и точка! Я не отпущу своих девочек. А значит, надо снова и опять говорить с Варей.
По дороге заехал в ювелирный магазин. Сейчас, оглядываясь, понимаю, насколько я был болваном. Мне хорошо жилось, чувствовал себя королём жизни и всемогущим мужиком. А ведь не так. Мало я баловал свою Красу, не дарил ей цацки, да и цветочками не закидывал. Совсем мозгами не думал. Исправлюсь, каждый день буду заваливать Варю подарками и цветами.
В ювелирном выбрал самый женственный браслетик с нехилым таким ценником. Но тут уже не до экономии. Надо будет — и дороже куплю. А возле дома забежал в цветочный. И снова самые дорогие цветы для самой любимой и обиженной женщины. Банально, но работает же у других, а чем я хуже?
В квартире было тихо и… пусто. По всем подсчётам Варя с дочкой уже должны были вернуться. Или я чего-то не знаю, а звонить тёще — заочно рыть себе могилу. Кинул цветы на тумбу, обувь в сторону и прошёлся по комнатам. В детской было как обычно: разбросанные игрушки и некоторые вещи Ариши. В спальне на нашей большой кровати лежали домашние вещи Вари, а дверца шкафа была не закрыта. Повёл носом, втягивая аромат жены, чувствуя, как под ложечкой засосало. Приехали, были дома.
Растянувшись на постели, подложил руки под голову, приготовившись ждать. Мысли снова закрутились водоворотом, окуная в омут, из которого так и не знал, как выплыть. Но то, что надо сделать выбор, не сомневался.
— Папа! — из дрёмы меня вывел звонкий голосок дочери, а на груди резко стало тяжело. Ариша с разбегу прыгнула на меня, обнимая за шею. — А когда ты приехал? А цветы маме? А мне цветы?
— Прости, солнышко. Тебе в следующий раз куплю самый большой букет. Но подарок ждёт тебя.
— Ура! А где?
Встал вместе с дочерью на руках и замер от пронзительно-ненавидящего взгляда Вари. Она стояла в дверях спальни с упёртыми руками в бока, а от неё сумасшедше пахло морем.
— Привет, Краса. На море были?
— Ариш, веди папу в ванную и мой с ним руки.
— Солнышко, иди сама, а мне маме надо кое-что сказать, — дочка кивнула, ловко слезла с меня, а я подошёл к жене. — Варь, я подарок тебе привёз.
— С Людочки снял? — Варя передёрнула плечами, будто ей мерзопакостно даже имя это произносить. — Мне ничего не нужно. Как и ты сам…
— Может, хватит вести себя как обиженная истеричка? Я люблю тебя, Варя! Пытаюсь объясниться с тобой, семью не рушить… А ты сразу, увидев меня, в позу становишься. Неужели настолько быстро разлюбила?
Правда ведь хотел по-хорошему. С ней, с Красой моей, до конца жизни. А она сама меня отталкивает и добровольно в руки другой отдаёт. И вот же ирония. Та, другая, столько лет ждала, каждый мой взгляд, каждое моё слово ловила. Только и мечтала о том, что имела моя жена. И ведь любит меня Людка, честно, искренне, всей душой! А мне моя гордая сучка-жена нужна. Вашу мать!
Варя хмыкнула, выгнув брови, словно я что-то смешное сказал. Подхватив одежду с кровати, она уже почти вышла, но ответом убила:
— От любви до ненависти разгон в одну секунду. Эта секунда прошла. Выйди из моей комнаты, Осипов.
Глава 17
Варвара
Утро выдалось хнычущим! Ариша ни в какую не хотела вставать, потом завтракать и собираться в садик. А мне бы пораньше прийти на работу, неизвестно ещё, во сколько пожалует Варнавский. Надо бы подготовиться и просто не упасть лицом.
— Я хочу с папой…
— Что с папой, дочь? — на ходу спросила, убирая кружку в раковину, нет времени мыть.
— Дома быть. Не хочу в садик. Мама, ну пожалуйста, — Ариша подбежала ко мне и обхватила ноги, заглядывая в глаза.
Я уже хотела нежно, но твёрдо отказать, но тут на кухню зашёл бодрый Осипов. Нахмурившись, он жестом головы спросил, в чём дело.
— Арина не хочет в садик, а у меня совсем не осталось времени на уговоры.
— Ясно. Ариш, — Толя присел возле дочери и взял её ручку в свою, — останешься со мной? Поиграем, мультики посмотрим, в магазин сходим…
Он ещё не успел договорить всё, что мог предложить в развлечения дочери, как Ариша резко подскочила и кинулась папе на шею, громко радуясь. Я даже не стала скрываться — закатила глаза, покачав головой. Ну да, теперь папочка у нас хороший, а мама — злюка, которая заставляет ходить в садик! Вот только папочка не такой уж замечательный, и жаль, что сейчас Арине ничего не расскажешь, маленькая ещё.
— А разве папе не надо на работу? — скрестила руки на груди, подняв брови. — Не будут папу искать самые любимые сотрудники?
Толя понял мой посыл. Сузил глаза, но улыбку держал для дочери.
— Сегодня я полностью свободен для моей маленькой принцессы. И для её мамы тоже…
— Уволь. Ладно, Ариш. Оставайся дома, но завтра без всяких разговоров идёшь в садик. Договорились?
— Да! Папа, пошли играть?
— Дочь, ты пока посмотри мультики, а я перекушу. Ты сама хорошо поела?
Это я уже слушала в прихожей, завязывая высокий хвост, добавляя несколько капель любимых духов на запястье. Осипов, хоть и подлец стопроцентный, но дочь безумно любил. И я могла спокойно их оставить, зная, что всё будет хорошо. Пусть ещё сегодня побудет порядочным отцом, Арина так его ждала.
***Живя в самом жарком месте нашей большой Родины, я всё равно иногда поражалась температуре и очередному её рекорду. Вот и сегодня день был максимально жаркий. Уже с самого утра солнышко жарило и хорошенько так припекало. Изнывая от духоты, спешила к работе, мечтая быстрее оказаться в прохладе здания, где круглосуточно работали кондиционеры.
— Доброе утро, Варвара Алексеевна, — встретила меня старшая горничная с блокнотом в руках. — Как самочувствие?
— На троечку. Доброе утро, Надь. Как у нас обстановка? — махнула головой следовать за мной, быстрым шагом минуя огромный холл в служебные помещения. — Что нового?
— Все на ушах от новости, что сам ОН, — Надя села на стул и головой показала на потолок, — приедет. Не знаем, чего ждать и к чему готовиться.
— У вас всё по-прежнему. Просто работайте, как раньше, в прежнем режиме.
У меня было немного времени, чтобы прийти в себя и ознакомиться с бумагами, которые оставил мне Карелин. Дав себе пять минут, чтобы остыть, позволила Наде рассказать последние сплетни, дать ей указания по работе и отправить из своего кабинета. Личное отошло на второй план, сейчас я полностью с головой погрузилась в работу, снова становясь профессионалом.
Через полтора часа Костя, водитель служебной машины представительского класса, написал мне в мессенджер, что встретил нашего мегабосса в аэропорту и везёт в отель. Я дала работникам сигнал «полная готовность» и вскоре вышла в холл встречать начальника и работодателя в одном лице.
Варнавский Давид Александрович, владелец отеля «Гранд Сочи», которого я видела пару раз, и то мельком. Какой он босс, я понятия не имела. И что от меня требуется, даже гадать не бралась. Будь что будет. Уволить меня не за что, а побыть ручной обезьянкой при богатом дяденьке пару дней по работе — ладно, потерпим.