Измена. Одни предатели

Глава 7

Варвара

Муж подхватил свою подушку, зло сорвал одеяло с кровати, замешкался в дверях, словно хотел что-то ещё сказать, а потом покачал головой, цокнув языком, и резко вышел. Да хоть ножкой пусть топает! Мне настолько всё равно, настолько плевать… Лишь бы подальше от меня. Подальше — это не в одной квартире и даже не в одном городе. Желательно на другой планете. Но так просто я не могу его выгнать, как бы сильно ни хотела.

Смотрю на нашу кровать, где всего одна подушка — моя. И снова нос щиплет, а на глаза слёзы наворачиваются. Закусываю кулак с силой, ведь обещала себе не реветь. Сколько же счастливых моментов было в этой постели: и любовь, и тихое счастье. А теперь пустота. Даже садиться на неё пока не могу. Просто оседаю на пол, облокотившись на шкаф, и дышу часто и глубоко.

Сил как моральных, так и физических, больше нет. Тот, который должен быть мне стеной и опорой, забрал последние. Но я не смогу этой ночью заснуть, знаю точно. Поэтому просто даю себе время отдышаться, упираясь головой в деревянную дверцу. Жизнь поменялась кардинально. И если я несколько часов назад чётко знала, что будет завтра, то сейчас я потеряна и не знаю, как строить дальнейшую жизнь. Ещё утром я была счастливой в браке женщиной. Сейчас я разрушенная до основания близкими людьми и даже не могу назвать себя женщиной. Я не знаю, кто я сейчас!

Стукнувшись от злости на саму себя затылком по дереву, сцепляю зубы. Нет, так не пойдёт! Почему им было так долго хорошо, а страдать за них должна я? Это несправедливо! Низко, подло… Тихо матерюсь в голос, продолжая стучаться головой. Это отрезвляет. О, ещё как! И я уже знаю, чем займусь этой ночью — начну с вещей дорогого мужа. Помогу ему быстрее переехать во вторую семью, к сыну, которого он так хотел. А завтра…

Завтра я возьму больничный. Не могу и не хочу работать. Сил нет улыбаться и делать вид, что у меня всё хорошо. Подам через приложение на развод, найду хорошего адвоката по семейным делам и поеду к родителям, безумно соскучилась по Аришке. И вот мое слабое место — наша дочка с Толей. Как же будет сложно моей малявке, к такому никого жизнь не готовит. Надо с мамой поговорить, может, у неё будет совет, как можно мягче преподнести малышке новость, что папы теперь в её жизни не будет каждый день.

Рассвет стал окрашивать спальню бледно-розовым цветом, когда я сложила последнюю вещь мужа в очередную сумку. Опустившись на кровать, обвела взглядом наше гнёздышко и тяжело вздохнула. Да, наша квартира куплена в браке, и я бы с удовольствием осталась в ней дальше жить. Кое-где уже давно просится ремонт, а с нашей занятостью — теперь я точно знаю, какая занятость была у мужа, — всё руки не доходили. Здесь столько всего было хорошего, столько вложено сил, средств и настоящих счастливых моментов. Даже первый ремонт нас тогда скрепил, усилил смехом, пониманием и полным обоюдным согласием в выборе каждой мелочи, каждой детали. Столько воспоминаний… Это мой дом! Дом моей дочери, где она себя чувствует в полной безопасности, а предатели хотят лишить её этого. Не позволю, я буду бороться!

Разбитая, с красными глазами и бледной кожей — вот такой я предстала себе в зеркале, когда очень тихо вышла из спальни и пробралась в ванную. Нет, я не ревела, не рвала на себе волосы и не позволяла расслабиться. Мне сейчас безумно нужны хоть какие-то силы и моральная стойкость, чтобы выдержать второй раунд. Первый остался за предателями.

— Доброе утро, Варь.

Как ни в чём не бывало муж прошёл на кухню, налил полный стакан воды и осушил вмиг. После кинул на меня пустой взгляд и отправился в ванную. Я же уже отписалась Карелину, что с сегодняшнего дня ушла на больничный, и плевать хотела на аврал и нечеловеческую загруженность на работе. У меня есть права, а у работодателя — обязанности. Всё же Карелин — мой непосредственный начальник на месте, мужчина около шестидесяти лет и практически всю жизнь отработавший в туристической сфере — неплохой человек, понимающий. Мы с ним хорошо сработались. И я его понимаю, правда! Но не помирать же на работе? В итоге Валерий Степанович побурчал в голосовом сообщении и дал мне аж целых четыре дня без оформления больничного, мол, заслужила дух перевести. И на том спасибо, не придётся идти в поликлинику.

Допивая кофе, ведь кроме напитков в меня сейчас ничего более существенное не лезло, ждала, когда неблаговерный пойдёт в спальню и увидит мои труды. Сама же я уже была готова к поездке к маме. Необходимые документы лежали в моей сумке, а в телефоне была открыта вкладка Госуслуг. Но тут меня ждала засада – развести нас может только суд.

— Ты успокоилась? — в одном полотенце на бёдрах Толя прямиком направился снова на кухню, миновав спальню.

Присев за стол с другой стороны, провёл рукой по влажным волосам, а затем сложил их на столе, ожидая ответа. Я же следила за каждым его жестом с каким-то абсолютным отрешением.

— Алё! Варя?! — помахал рукой перед моим лицом.

— Немного…

— Тогда поговорим?

— О чём? Вроде вчера обо всём поговорили.

— Ясно, — он закатил глаза, показывая своё недовольство. — На работу поедешь? — кивнул на мой внешний вид.

— Нет. У меня есть дела поважнее.

Горько улыбнулась, у меня теперь и правда есть дела поважнее. Надо идти в суд, но в первую очередь найти хорошего семейного адвоката.

— Какие?

— Ты сейчас серьёзно не понимаешь? — его спокойно-придурошный вид начинал бесить.

— Ты сама вчера сказала, что не хочешь разговаривать. Но мы так ничего и не решили… Поэтому да — я не понимаю.

Теперь была моя очередь закатывать глаза, но вместо этого я заблокировала свой гаджет, взяла кружку и спокойно прошла к раковине. Почему, когда надо, чтобы мужчина понимал всё с полуслова, он прикидывается дурачком? Но когда наоборот — тоже не лучше.

— А тут не надо быть гением, Толя, чтобы понять элементарное. Ты разрушил нашу семью, — оперлась на столешницу спиной, чтобы видеть лицо мужа и его понимание мною сказанного, — а значит, пока я буду у мамы, соберёшь свои манатки и быстренько съедешь к Людочке. Совет вам да не любовь!

Глава 8

Анатолий

Это была самая дерьмовая ночь в моей жизни.

Я никогда не спал на диване. Не приходилось, а тут пошёл навстречу жене и промучился полночи. Не мог найти удобное положение, чтобы тугой поролон комьями не впивался в бочину. Всё же нашёл, закрыл глаза в надежде быстро уснуть и оставить проблемы на утро, но тут понеслось. Чёртовы мысли начали свою атаку. И до самого рассвета я метался в этих мыслях как припадочный.

Варьку люблю, в Аришке нашей души не чаю… И как быть? Не хочу и не буду терять самых дорогих. Это как самому себе руку отсечь. Не могу, знаю — больно. Но ведь сам хорош! Заигрался в конспиратора и человека, контролирующего ситуацию, и один маленький промах рушит всё, что так дорого. Жену обидел так, что самому тошно… На секунду представил: а если бы она так со мной? И аж чуть зубы от злости не сломал, так сжал челюсть. Нет, Варя лучше меня, на такое никогда не пошла бы, не унизила бы всё то самое прекрасное, что у нас есть. А я смог… И теперь жалею за каждый год, каждый день обмана.

Да, моя жена — лучшая из женщин. И я всегда это знал. Понял в самую первую минуту знакомства с ней и ни разу не пожалел. Чего не скажешь о Люде… Ладно, я кобель и не хозяин своему члену, но она-то сама себя мне предложила! И до сих пор предлагает, обозначая всё это дерьмо одним словом — «любовью». Получается… можно любить вот так? Не понимаю.

И ещё один факт в этом дерьме моей жизни никак не давал возможности принять нужного решения, как жить дальше, — мой сын Стас. Да если бы не он, то послал бы Людку в свободное плавание без меня и всеми силами молил прощения у жены. Делал бы всё, чтобы простила и забыла. Но не получится, Варя правильно сказала, что не забудет, а напоминанием будет мой пацан.

Сон вырубил меня на каких-то пару часов, а когда встал, нашёл жену на кухне в полной боевой готовности. Ползать в её ногах не хотел и не собирался. Да, я облажался, но частичная вина лежит и на Варе. Вот такую мысль мне подкинул слегка отдохнувший мозг. Именно на этом буду дальше строить защиту и план действий.

— Совет вам да не любовь!

Что сказать? Я немного пришалел от такой тирады, аж необходимые слова пришли лишь тогда, когда жена с прямой спиной и гордо поднятой головой прошла в прихожую.

— Краса моя… — вышел следом, придерживая полотенце на бёдрах, — а не торопишься ли ты?

— Как показала жизнь — я даже опоздала.

Сучка! Моя любимая Варя-Краса. Как же гордо она это мне кинула, обувая ножки в туфельки. Одетая в простой сарафан цвета жжёного сахара, Варя смотрелась шикарно. Прошло столько лет, а она всё равно для меня самая сексуальная женщина в мире. Оценив обтянутые тканью бёдра жены, почувствовал прилив крови в паху. Вот прям вовремя! А хотя это идея… Хороший секс всегда приносил в нашу жизнь лёгкость и умиротворение. Может и сейчас сработать. Но моя идея тут же провалилась, стоило подойти и увидеть жгучую ненависть в глазах той, с которой хотел раз и до конца жизни.

— Варя, советую остановиться прямо сейчас…

Терпение лопалось, а жена всё больше и дальше отдалялась. Так сложно вновь вернуться к разговору? Охренеть! Семья, рушится, а она спокойно обувается и уходит!

— Надо было прислушаться к своему совету ещё пять лет назад, Толя! А сейчас… иди к чёрту.

На несколько секунд опередил Варю, захлопнув дверь перед её носом. Ну, так вызверить меня ещё никому не удавалось. И жене бы не стоило… Еле сдерживаясь, вдохнул-выдохнул через нос, заталкивая злость поглубже.

— Что ты хочешь, Варя?

— Справедливости, Толя…

— Какой, на хрен, справедливости? Ещё вендетту устрой, — подпёр спиной дверь, преграждая благоверной выход.

— А стоит? Неужели ты такого обо мне мнения? По себе судишь, Толечка?

— Нет. Это не так… Варя, разувайся и давай спокойно поговорим. Нам надо решить, как жить дальше.

— О! Тут ты прав, — жена так злорадно улыбнулась, что у меня внутри всё сжалось. — Нам всем как-то надо жить дальше. И я уже знаю, как будем жить я и Ариша. Без тебя, Толя.

— Ты уверена, что получится? А что ты скажешь на то, если моя дочь будет со мной?

Знал, что перегибаю, но остановиться уже не мог. Либо Варя живёт в какой-то другой реальности, либо плохо меня знает. Я уже тысячу раз сказал и столько же ещё скажу: моя семья останется со мной. И если придётся действовать жёстко, то так тому и быть. У меня есть на то силы и ресурсы. Но очень не хочется воевать с любимой женой.

— Ты совсем уже?.. Не смей мне угрожать!

— Даже не пытался, любимая. Просто предположил, что моей дочери будет хорошо с уравновешенным отцом, пока её мать бьётся в истерике, вместо того чтобы спокойно принять ситуацию. А дальше всё обдумать и мудро принимать решение, что жить дальше прекрасной жизнью будет хорошо нам всем вместе.

От моих слов красивые янтарные глаза жены расширились до максимума. Она сделала шаг назад, продолжая в шоке смотреть на меня. Как мы дошли до такого, что я неприкрытой угрозой пытаюсь удержать любимую женщину? Самому тошно, но пока другого выхода не вижу. Мои любимые девочки должны быть со мной — и точка.

— Какой же ты ублюдок…

— Да мне плевать, Варь! Называй как хочешь, можешь ударить…

И жена ударила. Прилетела такая мощная пощёчина, что я от неожиданности даже ошалел. Правая щека горела огнём. Я прям чувствовал каждый отпечатанный Варин пальчик. Но всё же успел перехватить её руку, чтобы не пострадала вторая щека. Я не святой, чтобы подставлять и другую сторону. Да и вообще не рассчитывал, что ударит. Сказал для красоты момента.

— Вот именно такое твоё неадекватное состояние будет учитываться, когда я запрошу опеку над нашей дочерью, — зашипел ей в лицо. Пусть подумает теперь, каково ей будет без меня.

— Отпусти.

— Обещай, что не будешь делать глупостей. На работу собралась?

Была бы моя воля, закрыл бы дверь на все замки, отключил бы телефоны и затащил свою Красу в спальню на сутки. Любил бы до потери сознания, доказывая, что именно она, моя Варя, мне нужна сейчас и до конца дней. Я ведь это всегда понимал. Сколько раз пытался с Людкой порвать. Бывало, заскакивал, лишь чтобы сына проведать, и даже к ней не притрагивался. Но открытое обожание подруги жены очень льстило моему эго, делая в её глазах чуть ли не богом во всём. И я срывался, доказывая Люде и себе, что я именно такой для неё.

С Варей я просто любил. Любил по-настоящему, всем сердцем и душой. А то, что эго тешил и справлял физиологические потребности с матерью своего сына, — так это же не по любви, временно. Вот такая у меня паршивая логика.

— На работу, Толя, — жена обошла меня и снова открыла дверь. — В отличие от тебя, я не прикрываюсь работой, чтобы скрывать своё лядство. И очень жалею, что искренне верила тебе. Любила…

Я не успел ответить, Варя хлопнула дверью прямо перед носом. От последнего сказанного ею в груди всё сжалось. Вот же умная и хитрая моя Краса, в душе одной фразой поковырялась.

Глава 9

Варвара

Выскочив за дверь, я бегом спустилась по лестнице. Стоять и ждать лифт, чтобы очнувшийся муж снова загнал в квартиру на разговор, — нет, не хочу. Все силы высосал, вампир чёртов. Вчера ему мало было? Сегодня решил добить?

Выбегаю на улицу и чуть не падаю. Ноги подкашиваются, дыхание сбилось к чертям. Даю себе время, чтобы отдышаться и позвонить маме, предупредить, что еду к ним на несколько дней. Мне нужны сейчас эти отгулы, чтобы восстановить душевный минимальный покой. Насытиться любовью родных и их вниманием. Почувствовать их тепло, обнять дочку, увидеть её искреннюю радость и восстановить силы. Они сейчас — тот маячок в безмерной, как океан, боли, на который я бегу.

Достав мобильный, набрала маме, когда отошла от дома. На оживлённой улице мимо мчались машины, прохожие спешили по своим делам. Отдыхающие с надувными кругами шагали к остановке, чтобы доехать до городского пляжа, а я просто шла и слушала гудки.

— Привет, Варюш.

— Привет, мам. Как вы?

— А что у нас может случиться? Всё хорошо, — мама в своей манере хмыкнула в трубку. — Ты на работе?

— Нет, мам… Взяла несколько дней отгулов, — в этот момент светофор на перекрёстке показал зелёного человечка, и я пошла на другую сторону с другими пешеходами. — Устала… К вам поеду.

— Вот это новость! Конечно, приезжай… Ариш, мама скоро приедет! — крикнула в сторону мама и продолжила: — Дочь, купишь по дороге булку хлеба, чтобы отца не посылать?

— Да, конечно. Может, ещё что-то надо?

— Не надо. А у тебя и правда голос очень уставший… Зятёк так Арише и не позвонил вчера. Внучка так ждала.

— Э. Да ему некогда было…

— А чего так?

В этот момент мне безумно хотелось крикнуть маме: «Он ко второй семье ехать собирался, пока я всё не узнала». Но вовремя язык прикусила. Не по телефону такое говорить. Мама изведётся до моего приезда, накрутит себя, а потом и папу.

Так получилось, что мама Толи приняла меня сквозь стиснутые зубы. Не понравилась ей при первой встрече будущая невестка. Всё мечтала Зинаида Павловна о другой дамочке, которую всю жизнь сватала своему сыну. Их соседке Ирочке. Вот только что Ирочка, что мой муж никак не хотели быть вместе. Свёкор мой умер пару лет назад, был хорошим человеком со стальным стержнем. Именно он тогда осадил свою жену и строго сказал: «Не лезь к молодым». Жаль, что его сейчас нет. Ох и вставил бы он свои ласковые сыну в уши.

И практически то же самое произошло с моими родителями и Толей, стоило только нам объявить, что мы женимся. Папа мой молча покачал головой, а мама ещё месяц умоляла меня не спешить. Не нравился им мой будущий муж, но всё же они смирились, а после рождения внучки наступила оттепель в отношении Толи.

И сейчас сарказм в голосе мамы бил просто в точку. Я даже остановилась, мгновенно вспоминая всё то, что случилось вчера, то, что было только что. В груди снова заныла тупая боль, а обида собралась слезами. Сглотнув ком, мотнула головой и только тогда ответила:

— Мам, давай я приеду и всё расскажу. Я скоро.

И отключилась. Как же тяжело… Я никогда даже мысли не допускала, что в одну минуту мой мир может рухнуть, а я буду стоять на его руинах с опущенными руками и не знать, что мне делать. Жизнь жёстко припечатала меня лицом к асфальту, а тот, кому полностью доверяла, с мощной силой воткнул огромнейший тесак в спину, не забыв хорошенько провернуть несколько раз. Горечь разлилась во рту, а глаза снова защипало. Растерев лицо руками, осмотрелась по сторонам. До автобусной остановки идти минут пять пешком, а потом ещё минут двадцать на маршрутке.

Почти всю дорогу до дома родителей я старалась не вспоминать о своей беде, не думать хотя бы недолгое время… Но, чёрт возьми, как же это сложно! Я столько лет дружила с Людой, доверяла такое, что и маме стыдно было говорить! Мы через столько прошли вместе, а сейчас, получается, делим одного мужчину… Как же это паршиво и гадостливо! Она знала, как сильно я любила мужа. Видела нашу счастливую жизнь и нагло влезла в неё, разломав, раскрошив на мельчайшие кусочки.

В голову назойливо лезли многочисленные картинки, как мой муж и моя подруга вели себя в моём присутствии. Толя всячески либо игнорировал Люду, либо со странной злобой кусал её. Подруга не отставала от мужа, демонстративно закатывая глаза и отвечая ехидной колкостью. Всё время я поражалась их взаимной неприязнью, каждый раз прося и мужа, и подругу быть ради меня друг с другом помягче. А как оказалось, и не надо было. У них было настолько всё мягко и ладно, что даже ребёнка родили. Долгожданный сын для Толи.

— Здравствуйте, Зинаида Павловна, — практически у самого дома родителей любимая свекровь решила напомнить о себе.

— Варя, а что происходит?

От такого визгливого заявления я аж притормозила. Нахмурив брови, решила сразу не отвечать — точно будет продолжение. И мать Толи не заставила себя долго ждать:

— В кои-то веке Толя отменил командировку, а ты решила уехать из дома, вместо того чтобы побыть с мужем? Какая ссора у вас, Варя? Хватит из себя строить королеву!

Ну ничего себе заявленьице! Естественно, у меня временно пропал дар речи. Ясно-понятно, откуда ветер дует! Изменщик и предатель решил из себя сделать жертву, свалив вину на меня, а мужества рассказать мамочке правду не нашёл.

— Варя, ты как женщина слишком много на себя берёшь. Вечные недовольства мужем, претензии, ссоры на пустом месте. Надо быть более сдержанной и понимающей. Ни один мужчина не станет долго терпеть такую…

— Зинаида…

— Я не закончила, Варя! Что опять на тебя такое нашло, что Толя отменил важную командировку и остался у твоей юбки, а ты ещё и удрала?

Ну всё, свекровь конкретно палку перегнула! Я многое чего могу стерпеть, промолчать, но не в данном случае.

— Хватит, Зинаида Павловна! По какому праву вы мне звоните и всё это высказываете? Кто просил вас лезть в нашу семью?

Мой тихий, но резкий отпор ввёл в ступор мать мужа. Она не сразу нашлась с ответом, а когда пришла в себя, пошла на попятную:

— Так, Варечка, я же из лучших побуждений! Толя так тебя любит, все твои капризы терпит… Нельзя так с мужиками, иногда они ломаются и тогда…

— Заводят вторые семьи?

Выпалила я и попала в яблочко с первого выстрела. Зинаида Павловна задышала чаще в трубку и продолжила заикаясь:

— Что?.. Вторая… семья? Откуда?.. Ой, я не про это, Варечка.

— Вы… Вы знаете, — я не спрашивала.

Глава 10

Анатолий

За женой захлопнулась дверь, а я ещё какое-то время стоял и держался за грудь. Безбожно щемило и тянуло грудину, но это была не физическая боль, другая. Та, которую я ещё никогда не испытывал. Что-то на грани тонко-душевного, отзеркалившего на материальное, на моё сердце.

Несколько раз глубоко вздохнул, а когда боль отступила, прошёл в спальню. Вот же коза любимая! Вещи мои собрала. Вот чем занималась, вместо того чтобы обдумать мои слова и принять верное для всех нас решение. Ну почему с Варей так сложно? Неужели я настолько плохой муж, что надо вот так, при первом в нашей жизни бугре, спотыкаться и опускать руки, а именно ломать семью?

Открыв шкаф, горько хмыкнул. Всё моё добро Варя скинула в несколько больших дорожных сумок. Успел натянуть на себя джинсы, как мобильный стал разрываться в гостиной. А вот и мамочка! Вот у человека чуйка работает, сам иногда поражался.

Мама с самого начала моих отношений была против Вари. С первого взгляда не понравился ей мой выбор, мозги так конкретно маленькой ложечкой поела, пока чуть не послал её и не пригрозил, что если не успокоится, то мы с Варей и без близких родственников как-то проживём. Появилась Ариша, и только тогда мама смогла принять Варю как мою жену и вторую половинку. Спасибо бате, помог маму на путь истинный наставить.

— Да, мам.

— Толь, ну как у тебя дела? Уже едешь к ним? Я тут подумала, раз Ариша у сватов, то, может, ты мне Стасика привезёшь? — мама с ходу выпалила свои желания.

— Не получится…

— Почему? Я пирожков напекла.

— Мам, Стас заболел, а я…

— Ох, заболел и летом! Людка его, небось, мороженым ледянющим накормила. Ты передай, что бабушка очень соскучилась, и пускай скорее выздоравливает. Я его очень жду.

Потерев переносицу, подошёл к окну, решая, что именно сказать матери — грёбаную правду или же немного отсрочить момент, не волновать пока, соврать. Выбрал второе. Пока точно не буду знать решение Вари, ведь разговор ещё у нас не закончен, пусть всё остаётся как прежде.

— Мам, я остался дома. Поэтому ничего передать не смогу.

— Дома? Ну почему? А как же?..

— Никак, мам.

— Что-то случилось? Ты заболел? Ариша?

— Всё нормально. Просто остался дома.

— Толя! Перестань говорить загадками. Что произошло такого, что ты решил не ехать к сыну, которого так долго не видел?

Моя мать не успокоится, пока не дожмёт оппонента до конца. Тяжело выдохнув, всё же сказал первое, что пришло в голову, лишь бы отстала:

— Мы с Варей очень сильно поругались. Если бы я уехал, то мог потерять семью, а этого я не хочу. Люду предупредил, она всё поняла. Такой ответ тебя устроит?

— Устроит… Но я всё равно не понимаю, что так ужалило Варю, что прям так сильно поругались? Иногда её барские замашки совсем не к месту. Фифочка…

— Мама! Вот ты даже причину не знаешь нашей ругани, а уже автоматом Варю делаешь виноватой. Хватит в ней вечно видеть врага! Надоело! — провёл рукой по волосам, заводясь не на шутку. Сколько раз я пресекал такие выпады мамы, не сосчитать. — Варя — моя жена. Я люблю её и никому не позволю плохо про неё говорить. Даже тебе, мама.

— Я тебя услышала, сын. Но знаешь… Я не таким слюнтяем у женской юбки тебя воспитывала! Не хочется, чтобы внук видел такой пример.

— Всё, мам, закругляйся. Как только Стасу станет лучше, я попрошу Люду или сам привезу его к тебе.

— Хорошо, сынок. Но ты будь построже с Варей, а то на шею сядет. На работе хоть?

Ну, ты посмотри на неё! Хоть ори, всё равно своё гнуть будет. Пора закруглять разговор.

— К тёще поехала. Всё, мам, пока, — быстро отключил вызов.

Ладно, может, оно к и лучшему, что Варя удрала к маме. Тёща с тестем меня хоть не сильно любили, но, уверен, не станут на жену давить расходом со мной. Всё же как муж я отличный, как отец — замечательный. Не придраться. Но сделать предупреждающий ход всё же нужно.