Выбор злодейки или герой не моего романа
- -
- 100%
- +
С Ричардом происходит явно что-то не то.
И со мной…
Потому что в следующую секунду появляется ощущение, что помещение библиотеки будто содрогается.
В ушах слышится странный шелест, похожий на шуршание бумаги и перевернутых страниц.
Ричард прикрывает веки. Зажмуривается.
Когда он тряхнув головой, снова поднимает на меня взор, его радужки светлеют. Исчезает странный обжигающий мрак.
Остается только холод и нечто сродни пустоте.
Хорост резко отшатывается, словно в него ударил мощный поток воздуха.
Он громко выругавшись, осматривается.
Я ловлю себя на мысли, что в эту секунду он выглядит растерянным, хоть и пытается это скрыть.
— У вас всё в порядке? —осторожно спрашиваю его дрожащим голосом.
Хорост медленно поворачивает ко мне голову. Льдистые глаза сужаются.
— Кажется, вы хотели со мной о чем-то поговорить? — тихо напоминаю ему, сама пытаюсь понять, что вообще произошло.
Он вопросительно изгибает бровь. Проводит ладонью по затылку, растрепав волосы и на этот раз отвечает:
— Хотел. Как прошло занятие? Ты в курсе, что у тебя мало времени?
Я снова трогаю свое лицо. Личина Грейс спала.
— Да, господин Госински об этом сказал.
— Прекрасно. На мероприятие я попрошу тебя сделать одну очень важную вещь. Надеюсь, ты справишься.
Я не спрашиваю, что конкретно он для меня придумал. Просто грустно вздыхаю, кивком обозначаю свое согласие.
— Завтра приедет кутюрье. Будь готова. У него не должно оставаться сомнений в том, что ты Грейс.
Сказал, как отрезал.
— Но…— пытаюсь возразить и напомнить, что я пока профан.
— Считай, что это экзамен.
Ричард первый покинул библиотеку, оставив меня одну, переваривать наш странный разговор и произошедшее.
Экзамен значит?
Хм…Вот что происходит вообще в голове этого мужчины?
Он же такой весь из себя хладнокровный, как неприступная крепость или каменные изваяния.
А тут как с цепи сорвался. Затем опешил и повел себя так, словно толком и не помнил, что произошло буквально секунду назад.
Разве не странно?
Упав на стул, я несколько минут сижу неподвижно.
Смотрю в пространство прямо перед собой, обдумываю и прокручиваю в голове каждое мгновение.
Потом резким шагом направляюсь в комнату.
Захлопнув дверь, достаю книгу. Листаю к нужному месту и…
Я не нахожу сцену в библиотеке.
Ее нет.
Опешив, хлопаю ресницами.
Запускаю пальцы в волосы у виска. Беспощадно треплю прическу. Нет такой сцены.
Зато нахожу кое-что другое.
«Завтра приедет кутюрье. Она должна быть готова. У него не должно оставаться сомнений в том, что она Грейс.
С этой мыслью Рихард подносит бокал к губам, изучая ночной пейзаж за окном своего кабинета.
Нежные пальчики Рейчел касаются его спины. Почувствовав его напряжение, она прижимается…
Последние строчки поплыли, образуя чернильные кляксы. Затем на моих глазах бесформенная чернота выстроилась в новый текст. Повторяющий события, которые произошли на самом деле.
Только абзацы вышли неровными, размытыми и заляпанными. Словно на чернила попала вода.
Вот это поворот.
Сказать, что меня такие чудеса удивили, ничего не сказать.
А с другой стороны, я сразу ощутила прилив позитивной энергии.
Значит, текст книги можно менять. А это как раз то что мне и надо.
Жаль только, что новые строчки выглядят коряво, добавляя ложку дегтя в мое радостное настроение.
Главное, чтобы это не было чревато плохими последствиями.
Захлопнув книжку, я прижала ее к груди и устремила довольный взгляд в потолок.
Получается, что мы не должны были пересечься с Ричардом в его кабинете. Между нами не должно было произойти диалога и то, что он сказал мне — были его мысли, прописанные в сюжете.
Вот значит как… Неплохо.
Засыпала я в боевом настроении и полностью готовая к завтрашнему дню.
На всякий случай перед сном я еще пролистала сюжет, подсчитала количество текстовых дыр, зафиксировала в памяти и упала щекой на подушку.
Провалилась в приятный мрак и думала, высплюсь.
Только внезапно всю идиллию разрушил странный сон.
— Развлекаешься? Наслаждаешься жизнью и думаешь, что все так просто? — хохотнул скрипучий и невыносимо хриплый голос.
— Эммм, ну вообще-то я на это искренне надеюсь, — задумчиво ответила, всматриваясь в полумрак.
Где я, непонятно.
Картинка расплывается, но возникает чувство, что место похоже на паб.
Только одна свеча подрагивает тусклым светом, привлекая к себе внимание.
Слабое освещение позволяет рассмотреть темную фигуру в шляпе-цилиндре.
Лица не видно, но улыбка…
Широкая, с золотыми коронками, бросается в глаза даже сквозь мрак.
— Люблю наивных, — снова гогочет он.
Этот смех эхом звучит всюду.
— Вы знаете, как мне выбраться?
— Знаю, машери. Но ты уже проигрываешь. Хотя…
— Проигрываю? — слова незнакомца действуют на меня как удар током. — Это игра?
— Можно сказать и так, — фигура приподнимает голову и в меня впиваются острыми стрелами горящие зеленые глаза.
— Знаете, я во же не азартный человек, — меня захлестывает возмущение. — не очень-то я хочу играть в какие-то сомнительные игры. Я домой хочу.
Громкое постукивание пальцев по столу заставляет меня умолкнуть. Невольно задерживаю взгляд на многочисленных пугающих серебряных перстнях незнакомца. А еще на довольно длинных ногтях, больше похожих на когти.
— Сейчас угадаю, — продолжает развлекаться бредовое сновидение, — ты очень хочешь вернуться домой к своему неверному мерзавцу мужу. Который крутил шашни у тебя за спиной, обещая своей любовнице, что он конечно же тебя очень скоро бросит. Ведь ты непригодная и фригидная неудачница. Как следствие, он заделал ей ребеночка, а свадьбу так и не отложил. Как думаешь, почему?
— Что? Это здесь причем? — чувствую, как мое лицо покрывается пятнами. Если этот псих — плод моего воображения, то рискну предположить, что мое сознание просто пытается найти ответ на логичный вопрос, за что так со мной поступили.
— Твой ответ, машери? — он откидывается на спинку и уходит в тень, снова ударив пальцами по столу.
— Понятия не имею. Я вообще не понимаю, что со мной происходит последнее время.
— Ты проклята, разве не очевидно?
— И как мне снять проклятие?
— Выиграть в игру. Но шансов у тебя мало. Ты же ведь не поняла правила.
— Да о чем вы? — я делаю решительный шаг к незнакомцу. но вдруг понимаю, что двигаюсь на шаг назад.
Он снова смеется. Да так, что мне хочется закрыть уши, чтобы спасти свою психику от этого гогочущего скрежета.
Внезапно темная фигура замирает. Резко поворачивает голову в сторону и у меня возникает чувство, что незнакомец хмурится.
— После еще увидимся. У нас будет время познакомиться получше, — более серьезным голосом произносит он. — Я бы на твоем месте не совершал прежних ошибок.
— Например?
— Не влюбляйся. Будет больно.
Он щелкает пальцами и я снова проваливаюсь во мрак.
Больше странных снов мне не снится. Сплю как убитая, пока теплые лучи, пробившись через окно, не оседают на моем лице.
Утро начинается с приятного завтрака. Аж даже в постель.
Еще кувшинчика с лавандовой водой для умывания и мягкого пушистого полотенца.
Вдохнув аромат горячего кофе и ванильный сдобы, ловлю себя на мысли, что как минимум, начало дня в этом безумном мире не такое уж и плохое.
А после темницы так вообще все идеально.
Есть такая вероятность, что я возможно безвременно распрощаюсь с жизнью. Но не стоит омрачать свои надежды пессимизмом.
О странном сне стараюсь не вспоминать. Да и какой смысл? В сны не верю и считаю, что от них никакого толка.
Думать надо на свежую голову, после того как взбодрилась утренним кофе.
Только после завтрака меня сразу находит Госински.
Мы продолжаем тренировки и на этот раз смена личины у меня идет ловчее.
— Пожалуй, пока достаточно, — мужчина довольно потирает ладони. — Вечером продолжим. И будем заниматься, пока вы не отточите мастерство.
С тяжелым выдохом, обреченно киваю. Как ни крути, но занятия изматывают. Физически от меня будто отрезали половину.
— Все в порядке? — Гасински обеспокоенно присматривается ко мне.
— Не знаю. Чувствую себя странно. Наверное, я просто устала.
— Магия отнимает силы. Ничего. Не волнуйтесь. Думаю, вы быстро восстановитесь. Главное хорошо питаться и не забывать отдыхать.
— Вопрос только когда? — иронично усмехаюсь.
— Давайте попробуем ещё раз и дальше вас ждет встреча. Повторите то, чему я вас учил. Сосредоточьтесь.
Снова выдыхаю. По лицу расползается привычное покалывание.
Госински удовлетворенно кивает и прощается.
Еще до того как он скрывается за дверью, я уже чувствую присутствие Ричарда.
— О, вы снова пришли меня проведать, — восклицаю, расплываясь в насмешливой улыбке.
Мужчина с холодным выражением лица приподнимает бровь.
— Ты плохо выглядишь, — нейтрально подмечает он.
На мгновение кажется, что на его лице промелькнуло что-то хмурое, оценивающее.
Я не придаю этому значения. Хотя, если честно, меня его замечание кольнуло.
— Так уж вышло, как только вижу вас, сразу скисаю. Поэтому и выгляжу не фонтан. Извините.
— Дерзишь?
— Констатирую очевидный факт. Снова прошу прощение, — наигранно улыбаюсь.
— Идем, — хмыкнув, мужчина отталкивается плечом от книжного шкафа.
Встречу меня в образе Грейс с кутюрье Хорост контролирует лично. Упав в кресло, он с бокалом выпивки лениво листает газету. Покосившись в его сторону, обращаю внимание на заголовки. Иронично, но посвящены они самому Ричарду. Он явно скандальная фигура.
— Прошу вас, не дергайтесь, миледи. Могу случайно уколоть иголкой, — молит картавя модный мастер.
Легко сказать…Меня шатает из стороны в сторону. С того момента как я поднялась из-за стола, чувство слабости и головокружения только усиливалось.
А последние минуты, пока вокруг меня порхает кутюрье, делая наброски и примеряя ткани — меня подташнивает. Колени дрожат и я с трудом стою на ногах. Во рту стоит сухость, которую не получается унять и заглушить.
Мне бы воды…
Снова сталкиваюсь глазами с Хоростом и мне становится совсем дурно. Воздуха катастрофически не хватает.
Ричард прищуривается. Улавливаю, как он резко поднимается, отбросив газету. В этот момент что-то теплое падает мне на губы.
Привкус соли и металла.
Провожу кончиками пальцев под носом, размазывая жидкость и в глазах окончательно темнеет.
***
Дорогие читатели, добавляю новых визиалов главных героев.
Если вам нравится история, буду очень рада обратной связи в комментариях. Незабывайте подписаться на автора - так мы не потеряемся ♡
♡
♡
Глава 8
Я падаю.
Теряю сознание.
Обессиленно проваливаюсь в беспамятство и стремительно лечу на пол.
Тело не слушается, а вот мутнеющий разум прекрасно понимает, что сейчас я расшибусь.
Но удара не следует.
Сильные руки подхватывают меня, удерживая на весу.
Чувствую, как жар мужской груди, твердой как камень, опаляет щеку.
Невольно прижимаюсь к нему. Тянусь к его теплу.
— Мая, — горячее дыхание опаляет щеку. Он говорит тихо, вряд ли нас слышит приглашенный кутюрье.
Да и какая разница. Я не чувствую сил в своем теле. Тряпичной куклой висну на его руках, не в состоянии пошевелиться.
— Какого черта стоишь, лекаря зови, — пробивается в сознание агрессивный рык.
— Да, господин, — звучит фоновый шум.
— Мая, черт. Приди в себя! — мужчина встряхивает меня.
Мягкий шелк скользит по моим губам, видимо стирая кровь под носом.
— Дыши, — требует он.
Разве я не дышу?
Первая попытка вдохнуть спасительного кислорода — наполняет легкие терпким ароматом Ричарда. Сложным, пьянящим и внезапно…живительным.
— Господин Хорост…, — с трудом шевелю губами.
Его запах действует на меня странно. Он словно удерживает мое сознание на грани, не давая окончательно провалиться во тьму.
Слабость остается, но причиняющее боль дребезжание в голове отступает.
Меня словно подпитывает его близость.
Тянусь к этому источнику.
Все происходит в бессознательном состоянии. Я не отдаю отчета своим действиям.
Нахожу в себе силы приподнять руку. Наугад с закрытыми глазами дотягиваюсь до его лица.
Подушечками пальцев чувствую твердость скулы и тронутый легкой щетиной волевой подбородок. А затем…его губы.
Четкая выразительная линия.
Твердые и теплые.
Он замирает от моего прикосновения и не предпринимает попыток меня остановить.
Внезапно наклоняется и его жаркое дыхание сливается с моим. По телу разливается приятное тепло. Заполняет каждую клеточку, искрит, вызывая прилив волнения.
Сердце колышется, ускоряя бег. Я раскрываюсь навстречу его губ.
Первое соприкосновение, как разряд тока. Мелкие мурашки рассыпаются по коже.
Ричард перехватывает мою руку у своего лица. Сжимает до онемения пальцев.
Тихо рычит. Мне кажется, что он сейчас отстранится. Или просто свернет мне шею.
Осознание, что поток силы, спасающий меня, сейчас оборвется — выбивает из меня слабый стон разочарования.
Но вдруг мужчина зарывается ладонью в мои волосы, безжалостно треплет прическу. Запрокидывает мне голову и накрывает мои губы своими.
Жадно, резко, требовательно.
Раскывает дрогнувшие уста влажным языком, углубляя поцелуй.
По телу проходит жаркая волна, пронизывая каждую клеточку. Меня простреливает сильный импульс, заставляя задрожать в его руках.
Боже, я целуюсь с Хоростом.
Проносится лихорадочная мысль.
Точнее, это он меня целует. Да так, что душу наизнанку выворачивает.
Меня так вообще никогда никто не целовал.
Полное безумство, пронизанное мощным потоком энергии.
Я купаюсь в этом потоке. Сладость отступает, уступая место приливу сил.
Мне внезапно становится невероятно хорошо.
Но Ричард резко отстраняется.
Его рука, что мгновение назад путалась в моих волосах, грубо, но словно лаская, больно сжимает пряди.
— Что ты себе позволяешь, идиотка? — Рычит мне в губы, влажные от его поцелуя.
Что?
Я все еще находилась на грани, но брошенное в мой адрес оскорбление — ядом разлилось по крови. Меня передергивает от отвращения.
Хотела бы я ему ответить, что я думаю по этому поводу. Хотела…напомнить, что это вообще-то он меня поцеловал. Только мой протест тонет во мраке, накрывшем сознание.
Спустя время в голове проясняется от гула незнакомого голоса:
— У девушки сильное физическое, эмоциональное и магическое истощение. Могло быть хуже. Простите, я заметил отпечаток вашей энергии. У вас каким-то образом получилось ее подпитать?
Звучит как-то удаленно, расплывчато, но вполне разборчиво.
— Когда она придет в себя? — отзывается грубый низкий тембр Ричарда. Предыдущий вопрос он игнорирует.
— Нужно время.
— Времени нет, — следует беспрекословный ответ.
Вот же гад!
На ощупь пытаюсь понять, где я вообще нахожусь.
Одеяло, мягкий матрас, под головой подушка.
Кончика носа касается запах трав с едкой микстурой.
Чувствую себя бодрее, но по прежнему слабенько. Тот незнакомец, видимо лекарь, прав — сил мало. Я выжата как лимон.
Похоже, экзамен я все-таки не прошла и завалила примерку нарядов.
— Как ее привести в чувства? — с нажимом спрашивает Ричард.
Говорю же, что он гад.
— Я оставил на тумбочке рядом с кроватью лекарства. Принимать несколько раз в день. Подробный рецепт с рекомендациями там же. Девушке нужно хорошее питание и прогулки на свежем воздухе. Желательно больше отдыхать. Это поможет.
— Гм, — хмыкает Ричард.
Ожидаемо. Ну может быть мне повезет и он действительно меня в качестве своего личного питомца будет периодически выводить на прогулки. Главное, чтоб не в ошейнике и не на поводке. Хотя, от Хороста можно всего ожидать.
— Вы поймите, похоже девушка долгое время голодала, ее силы истощены.
— Ага, всего доброго.
Дверь захлопывается и ко мне приближаются плавные, но твердые шаги.
Я все еще лежу закрытыми глазами, изображая из себя трупик.
Стараюсь расслабить лицо, не выдавая, что я пришла в себя.
На меня падает тень.
Запах микстур разбавляется знакомыми древесным ароматом и терпким виски.
Он просто стоит и смотрит. Долго.
Тяжелый взгляд оседает на чертах.
— Мая?
Не реагирую.
Хоть в душе прям все вздрагивает. Ничего себе, он назвал меня по имени, а никак обычно, используя оскорбления.
Вспоминаю, что когда я теряла сознание, Ричард тоже произнес мое имя.
Так странно. Наверное мне все почудилось. В том числе и поцелуй, вспомнив который, я снова чувствовала, как кровь вскипает и краской бьет в лицо.
Внезапно шероховатые подушечки пальцев коснулись моей щеки и я вздрагнула.
Распахнув веки, встретилась с льстивыми глазами.
Хмуро изогнув бровь, он окатил меня пронизывающим взглядом.
— Как ты себя чувствуешь?
— Вы беспокоитесь что ли? — мой голос прозвучал измученно и сипло.
В глазах дракона мгновенно вспыхнула презрительная насмешка.
— О тебе?
— А вы тут еще кого-то видите?
— Снова дерзишь?
— Опять.
Возникло чувство, что Ричард покажет всю мощь огнедышащего дракона, но нет…
Хмыкнув, он сжал пальцами мой подбородок. От неожиданности у меня из легких выбило последний воздух.
— У меня к тебе новое предложение. Как насчет внести некоторые коррективы в наш договор?
Предложение? Коррективы?
Растерявшись, я нервно поджала губы.
— О чем речь? — напрягалась каждой клеточкой, чутко уловив, как шумно сдвинулась стрелка настенных часов.
— Предлагаю расширить рамки договоренности. Разумеется, за дополнительное вознаграждение.
— Я все еще не понимаю, что вы имеете в виду, — осторожно поглядываю на него. Не нравится мне начало разговора.
Ричард усмехнулся.
— Хочу, что бы ты на период нашего сотрудничества согревала мою постель.
— А?
Моя челюсть плавно опустилась. Он еще свое предложение озвучил таким спокойным и деловым тоном, будто речь шла об…купле продаже.
Боже мой…
Чтобы ответить ему, мне пришлось морально собраться, преодолеть ступор и кашлянуть, прочищая горло.
— Прошу прощения, но я ваш интерес не разделяю, — поймала на себе и его пронзительный взгляд поежилась от охватившего меня холода. — Более того, я нахожу данное предложение оскорбительным для себя, как для женщины.
На мгновение повисла пауза. Тягучая и бесконечная, я заерзала на кровати. Все это время он таранил меня глазами, плавно скользя по чертам.
Когда задержался на моих губах, засмеялся. Поднявшись с постели, Ричард неторопливым, но решительным шагом прошелся по комнате.
Остановившись у окна, он отодвинул занавеску, всмотревшись в оконную раму.
Я с ощутимым напряжением наблюдала за его отражением в стекле.
Ни одной эмоции. Его лицо словно из камня. Нечитаемое и холодное. Только чуть сдвинутые на переносице брови и горящие радужки глаз — выдают задумчивость.
— Мы же не обговорили цену, — продолжил он спокойным голосом. — Думаю, достаточная сумма смягчит твою оскорбленность.
Что?
Я аж поперхнулась воздухом.
— Послушайте, господин Хорост. Я не собираюсь продаваться. Не за какую стоимость. Дело не в деньгах, а в моем уважении к себе.
— Уважение?
Хорост круто повернулся, буквально ошпарил меня насмешкой в своих глазах.
— Маленькая аферистка заговорила об уважении. Забавно.
— Ничего забавного. Пожалуйста, не предлагайте мне больше таких вещей. — я потупилась, чувствуя как полыхает кожа лица.
— Пытаешься набить себе цену?
— Что? Нет!
Шаг Хороста в мою сторону и к моему горлу подкатил колючий ком.
— Сколько? — невозмутимо бросил мне в лицо.
Во рту пересохло от чувства тошноты и волнения. Сглотнув ком, застрявший в горле, с трудом смогла произнести:
— Я не буду греть вашу постель. Во всяком случае добровольно.
Ричард навис надо мной скалой. Падающая от него тень сдавила мою волю тисками. Щеки продолжали полыхать и пульсировать от отвращения к себе и стыда за то, что меня держат за продажную девушку.
— Брось, Мая, — Хорост наклонился. Расставив руки по обе стороны от моего тела, подался вперед.
На его губах заиграла располагающая улыбка. Только у меня от нее холодок побежал по спине.
— Я знаю кто ты. Эмигрантка из Келтонии. Прибыла несколько лет назад в Онтарио за лучшей и более сытой жизнью. Аферистка, воровка, любительница всевозможных развлечений. Я знаю, что ты несколько раз уже попадала в тюрьму по мелким делам, но находились неожиданные поводы тебя отпустить под залог. Кто тебе помогал? Кто эти благодетели?
В холодных глазах мужчины бушует шторм. На губах красуется едкая ухмылка, больше похожая на оскал. Каждое слово — как удар хлыстом.
Он произносит их вкрадчиво, четко и в тот же момент монотонно, почти мягко. Так он вбивает в мою голову смысл, который не озвучивает, но посыл и так понятен.
Он считает, что Мая расплачивалась телом за залог и освобождения. Но это не так. Мая хоть и преступница, но чтит традиции Келтонии — бедной островной страны. Залог вносили ее друзья из диаспоры земляков.
Я сжалась под натиском Ричарда, не в силах разорвать зрительный контакт. Меня по очереди обдало жаром и холодом.
Что вообще происходит?
Такого не должно было быть! Не должно! В сюжете этого не было
Ричарду Мая не интересна…во всяком случае по книге. Он влюбится в другую девушку. И эта девушка станет роковым поворотом в моей судьбе и судьбе самого Ричарда.
Нас обоих убьют чувства к главным героям. Ричарда к дочке шерифа. А Маю, в чье тело я попала — к сопернику Ричарда.
Ведь мы с Ричардом злодеи и Хорост герой не моего романа.
— Так сколько? — его голос снова ударил по сознанию, снова заставил прочувствовать едкий привкус на языке. — За сколько ты продавала свои ласки. Я предложу больше.
Меня перевернуло.
Обескуражено раскрыв рот, я собралась с мыслями. Прищурилась в твердом решении дать ему отпор.
Внезапно Ричард наклонился совсем близко. Дыхание осело на моем лице, опалило губы и его рот прижался к моему. Сразу требовательно, углубляя поцелуй. Отбирая воздух так, что я стала задыхаться.
Он буквально вывернул мою душу не изнанку.
От его напора у меня слезы брызнули из глаз. Тело пробил озноб и чувство приближающейся паники.
— Пустите! — ударила его кулаком в грудь.
На одно мгновение наши глаза встретились. Горечь обиды выплеснулась наружу. Я не выдержала. Не смогла сдержаться. Остановить себя.