Строптивая для братьев-драконов
- -
- 100%
- +
Она не покраснела, не больше, чем уже раскраснелась от ходьбы. Даже не улыбнулась. Смотрела как на пустое место.
— Мы хотим предложить вам… работу, — сказал я. — Недолгую. Зато очень выгодную.
— Какую?
— Нужно… поизображать одного человека. Всего пару месяцев.
Она прищурилась.
— Человека? Или не человека?
— Человека, — вмешался Рогнар. — Девушку. Аристократку.
— Ну так и найдите себе аристократку, я-то вам, господа, зачем?
— У вас белые волосы, — быстро заговорил Рог, — и еще у вас, милая, явно есть соображение, что выгодно, а что нет. И вы девушка честная, это видно. Мы долго за вами наблюдали. И мы заплатим.
— А где она сама, эта ваша леди?
— Уехала. Далеко. А нам нужно, чтобы…
— Чтобы я притворялась, — закончила она. — Это понятно. А зачем вам это нужно, милорды? Что-то не слыхала я, чтоб господа-драконы за девушками бегали. А вот что от вас все шарахаются… так про то и слышала.
— Слушайте… звать вас как?
— Как звать, про то мамка знает, она и звать будет, а вам ни к чему вроде, — отшила Рога девчонка.
Она окинула нас взглядом — сначала меня, потом Рогнара, потом снова меня.
— А чего вы сами-то не можете притвориться? — спросила она. — У вас вон лица одинаковые. Может, один из вас в платье нарядится?
Я не сдержал смешок. Рогнар дёрнулся, будто его ударили.
— Девушка, — сказал он, и голос его стал жёстче, — речь идет только о взаимовыгодном контракте: вы нам поможете, а мы вам заплатим.
Скептический взгляд был ему ответом. А я ж предупреждал! Говорил! Но конечно, разве же Рогнар послушает младшего брата! Всезнающий Рогнар!
И я взял дело в свои руки:
— Красавица, — я нежно взял девушку за руку, хотел было приобнять и дернулся как ужаленный — девчонка ловко вывернулась и дерзко отвесила мне пощечину. Не больно, но настолько неожиданно…
— Вы, милорд, свои руки при себе держите! Дела так не делаются.
Рогнар вздохнул:
— У нас нет выбора. Вы нам очень нужны. Вы идеально подходите… ну, разве что вам бы похудеть немного…
Девчонка презрительно фыркнула.
— А работа совсем плевая, ничего сложного, — продолжал втолковывать ей Рог, переходя на более доступный для крестьянки язык. — Вы поедете с нами в королевскую академию, поживете там немного, поизображаете из себя прилежную ученицу. А мы вам за это заплатим. Золотом. Пожалуйста. У нас безвыходное положение.
Ну вот про это он зря. Теперь если она согласится, десятком золотых мы не отделаемся. Ох, братец!
— Безвыходное положение, — она кивнула. — А о моём кто подумает?
— Мы заплатим, — быстро сказал я. — Хорошо заплатим.
— Сколько?
Я посмотрел на Рогнара. Он кивнул.
— Десять золотых, — сказал я.
Она вытаращила глаза. Потом открыла рот. Потом закрыла.
— Десять… золотых? — переспросила она. — Это каких таких золотых? Круглых?
— Круглых, — подтвердил Рогнар.
— С короной?
— С короной.
Она замолчала. Я видел, как она считает в уме. Губы шевелились. Брови хмурились.
— Сто, — сказала она наконец.
— Что — сто? — не понял я.
— Сто золотых. Круглых. С короной.
Я посмотрел на Рогнара. Рогнар посмотрел на меня.
— Сто, — повторил он. — Вы… вы в своём уме?.. Вы получите возможность жить в замке, питание за счет королевской казны, полный сундук платьев, новые туфельки, ленты, шляпки — об этом мы позаботимся. И еще — это школа. Вы же еще получите прекрасное образование! И возможность выйти замуж за знатного дракона.
Девчонка презрительно хмыкнула. Да, последнее явно лишнее братец брякнул.
— А вы? — травница вздёрнула подбородок. — Вы просите меня бросить дом, семью, притворяться неизвестно кем, неизвестно где, неизвестно сколько. А если меня раскроют? Что тогда? В тюрьму? На плаху? Я ж не глухая чай, слухи-то и у нас ходят, да поправдивей ваших речей сладких.
— Никто вас не раскроет, — сказал я.
— А если раскроют? — она упёрла руки в бока. — Вы мне вашу голову в залог оставите?
Я хотел сказать, что оставлю. Но Рогнар меня опередил.
— Сто, — сказал он. — Сто золотых. По рукам?
Она прищурилась.
— По рукам, — сказала она. — Но деньги вперёд.
— Половину вперёд, — возразил Рогнар. — Вторую — когда закончим.
— Три четверти.
— Половину.
— Две трети.
— Половину, — повторил он. — И это наше последнее слово.
Она смотрела на него долгую секунду. Потом перевела взгляд на меня.
— А он всегда такой? — спросила она.
— Всегда, — вздохнул я. — И это ещё он добрый.
Она фыркнула. Потом выдохнула.
— Ладно. Половину. Но сегодня же. И чтобы золотом, а не посулами.
— Сегодня, — кивнул Рогнар.
Я не выдержал и рассмеялся.
— Чего ржёшь, милорд? — она уставилась на меня.
— Да так, — я махнул рукой. — Вы себе цену знаете.
— А вы, значит, нет, — парировала она. — Раз торгуетесь да копейками бренчите.
Я замер. Копейками? Сто золотых — копейки? Она что, с ума сошла?
Я посмотрел на Рогнара. Рогнар посмотрел на меня.
— Вы… вы понимаете, что сто золотых — это… — начал я.
— Это ваши проблемы, — перебила она. — Вы предложили работу — я назвала цену. Не нравится — ищите другую дуру.
Она развернулась и намеревалась уже идти дальше.
— Постойте! — крикнул я.
— Ну?
— Мы согласны. Сто золотых. Половину сейчас. Вторую — потом.
Она остановилась. Обернулась. Улыбнулась — впервые за весь разговор открыто и даже довольно.
— Вот и славно, — сказала она. — А вы, милорды, тогда идите, я сейчас корзинку пристрою и прибегу.
— Деньги только когда вы придете на постоялый двор, — строго буркнул Рогнар.
Девченка закивала.
— Да приду, милорд, приду. Только предупрежу да мамке привет передам.
Мы с братом переглянулись.
— Давай, красавица, я тебе корзинку помогу донести.
Я подхватил корзину. И правда тяжёлая — хорошо поторговала, видно. Домой покупки сделала… Травница не возражала.
— Так что с корзинкой, куда нести? — спросил я.
— Сначала — к тётушке Марте. Передам выручку и покупки. Потом — на постоялый двор. К вам. Заберу себя.
— Заберёте себя? — не понял я.
— Ну, — она поправила косу, — себя. Вещей у меня нет. Только то, что на мне. Но мне нужно переодеться. А то в этом платье я на аристократку не похожа.
— А в каком похожа? — не удержался я.
— Ни в каком пока, — она пожала плечами. — Так это, милорды, ваша забота.
Я рассмеялся. Рогнар промолчал. Но я видел, как его зелёные глаза следят за ней. Как он смотрит на её косу, на цветы, на улыбку.
Мне это не понравилось.
— Не пялься, — шепнул я ему. — Спугнёшь.
— Я не пялюсь, — тоже шепотом ответил он. — Я наблюдаю.
Рогнар пошел к гостинице — собраться и распорядиться об отъезде, а я поплелся за травницей.
До своей тетки Марты девица меня не пустила.
— Вы один раз корзинку принесете, а мне потом вовек не отмыться от пересудов, — буркнула она, отнимая у меня у околицы свою поклажу. — Идите уж, прибегу скоро.
Но я все равно подождал. Мало ли. Но нет, травница не обманула, вышла и направилась к постоялому двору. Я нагнал ее поближе к гостинице, пошел рядом.
На постоялом дворе нас ждала карета. Дорогая. С гербами. Чёрная, с серебряной окантовкой — отец не любил экономить на выезде.
Рогнар уже распорядился насчет вещей и отъезда и нервно ожидал на дворе. В каком-то смысле я его понимал.
Яра — как она представилась, когда мы шли от тётушки Марты — стояла у крыльца в своем платье. Вещи леди Лиссы ей не подошли, что уж тут. Лисса была хрупкой, тоненькой, нежной. Яра же — по-своему тоже была хороша, но другой, здоровой красотой. И платье ее ей шло очень. Она только подвядшие цветы из косы убрала, а в остальном все в ней осталось по-прежнему. А в ближайшем городке мы предполагали остановиться на несколько дней и пошить ей достойный графской дочки гардероб.
Лицо у Яры было серьёзное, собранное.
— Это ваша? — спросила она, кивнув на карету.
— Наша, — сказал я.
— Богато живёте, — проговорила травница задумчиво.
— Обычно, — буркнул Рогнар.
Она подошла к дверце, заглянула внутрь. Потом обернулась ко мне.
— А где я сяду?
— Со мной, — я распахнул дверцу и протянул руку. — Прошу.
Она посмотрела на мою руку. Потом на меня. Потом на Рогнара.
— А он?
— А он сядет напротив. Будет на вас смотреть и портить нам с вами настроение, — я подмигнул.
— Не сяду я с вами рядом, милорд, — отрезала она.
— Почему?
— Потому что! — буркнула девушка. — Вы слишком близко будете.
— А я не кусаюсь, — улыбнулся я.
— А я не проверяю, — парировала она.
И забралась в карету сама. Без моей помощи. И села на скамью.
Ну и ладно. Рогнар сел рядом со мной. Я скосил на него глаза.
— Ты доволен? — шепнул я.
— Очень, — угрюмо ответил он. — Просто сейчас умру от восторга.
Я посмотрел на Яру — она сидела, выпрямив спину, сжимая в руках узелок с какими-то своими пожитками — обычные девчачьи мелочи, и смотрела в окно. Бледная и спокойная.
Чёрт.
Отчего мне все это не нравится?
Яра и братья-драконы
Обращение к читателям
Книга участвует в литмобе
“Академия строптивых невест”
Все книги литмоба можно прочмоба можно найти ТУТ: https://litnet.com/shrt/qAT3
Глава 4. Яра
Карета оказалась внутри не такой уж и страшной.
То есть я ожидала чего-то совсем уж необычного — с золотом, бархатом, чтобы глаза резало. Ну, мне так всегда представлялось. А тут… ну, кожа сидений мягкая, в окошках стёкла, шторки шёлковые. Добротно, но без выпендрёжа.
Я села на скамью, братья напротив пристроились, положила узелок с пожитками рядом и уставилась в окно. За окном проплывали поля, перелески, изредка — деревни. Знакомые места. Я здесь каждую травинку знаю.
— Ну и чего вылупилась? — спросил голубоглазый. Дэйнар, кажется. Стоило с людного места отъехать, как свою приветливость он сразу и растерял. — Боишься?
— А с чего мне бояться? — я оторвалась от окна и повернулась к нему. — Вы меня не съедите. Деньги заплатили. Значит, я вам живая нужна.
Он усмехнулся.
— Разумно.
— А ты, красавчик, поменьше улыбайся. А то щёки заболят, — буркнула я и снова отвернулась к окну.
Перевязанная рука лежала на колене. Он её не трогал, но я заметила, как иногда пальцы сжимаются. Больно, видно.
— Ты бы руку поберёг. А то ещё загноится — без руки останешься. А мне тогда кто деньги отдавать будет?
Дэйнар хрюкнул. Рогнар поморщился.
— Не загноится, — отрезал Дэйнар, улыбка как-то быстро с него слетела.
— Ну-ну, — я пожала плечами. — Тебе виднее. Ты ж дракон, небось, всё заживает как на собаке.
— На собаке? — переспросил Дэйнар. Почему-то заинтересованно.
— Ну, быстро, — поправилась я. — Моя Жуля вон два дня — и уже как новая. А вы-то, небось, ещё быстрее.
Братья переглянулись. Рогнар дёрнул уголком рта — то ли усмехнулся, то ли скривился.
— Жуля? — переспросил Дэйнар. — Это кто?
— Ну, собака моя. Дворняжка. Умная, между прочим, не то что некоторые, — и я отвернулась к окну. Разговаривать расхотелось. Вот так хочешь после торга домой попасть, мамку обнять, сестренок, а получается, что вместо этого едешь хрен знает куда. Эх.
Зеленоглазый милорд — Рогнар — все молчал. Сидел с каменным лицом, смотрел куда-то в пространство. Периодически вскидывал на меня тяжёлый взгляд.
Я вздохнула.
Час ехали молча. Я смотрела в окно, считала деревья, провожала взглядом уже незнакомые холмы и деревеньки. Внутри потихоньку нарастало странное чувство — то ли страх, то ли любопытство. Я бросаю дом. Мамку. Отца. Сестрёнок. И уезжаю неизвестно куда с двумя чёрными господами, которые одинаковые, но у которых глаза разного цвета.
Тетка Марта, крестная моя, когда я ей шепнула на ухо про работу и про деньги, только руками всплеснула.
— С ума сошла, дочка!
— На приданое сестренкам будет, — шепнула я. — Мы таких денег в жизни не видели.
— А если они тебя обманут? А если ты не вернёшься?
— Вернусь, — сказала я твёрдо. — Куда они денутся. Им я живая нужна, я ж теперь товар. Товар берегут.
И тетка Марта перекрестила меня, всхлипнула и сунула в узелок краюху хлеба и пару яиц вкрутую.
— Чтоб с голоду не померла, — сказала. И еще раз перекрестила. И сказала, сама ввечеру к мамке зайдет да все передаст.
— Скоро город, — сказал вдруг Рогнар. — Там заночуем.
— А какой город? — спросила я.
— Хартвуд. Ничего особенного, — ответил Дэйнар. — Но для тебя, наверное, будет… интересно.
— Это почему? — подозрительно спросила я.
— Потому что ты там не была. Но настоящая леди должна все же где-то побывать. Так хоть на Харвуд посмотришь. А мы тебя еще научим, как себя вести, чтобы никто не догадался, кто ты на самом деле.
Я нахмурилась.
— Это как?
— А вот так, — вмешался второй, Рогнар, и посмотрел на меня в упор. — Сейчас ты сидишь как… как торговка на ярмарке. Спина, конечно, прямая, но локти на коленях. Аристократки так не сидят.
— А как они сидят?
— Головку подними. И локти не расставляй
Я выпрямилась, убрала локти, перестала расставлять:
— Так?
— Лучше, — кивнул он. — Но не опускай подбородок.
Я подняла голову.
— А так?
— Ещё выше.
— Я тебе сейчас выше, — буркнула я, но подбородок подняла.
Дэйнар смотрел на нас и улыбался.
— Брат, ты её замучаешь.
— Не успею, у нас всего неделя пути, — ответил Рогнар. — А мисс Яра должна научиться всему.
— Всему? — переспросила я с недоверием. Что-то мне перестало это нравиться.
— Всему, что нужно знать леди. Как сидеть, как есть, как говорить, как кланяться. Чтобы никто не усомнился.
Я хотела сказать, что это невозможно. Но посмотрела в его зелёные глаза — серьёзные, усталые, какие-то странно-напряженные — и промолчала.
Попробовать-то можно. А там видно будет. В конце-концов, деньги-то я взяла!
Глава 5. Яра
К вечеру мы въехали в Хартвуд.
И гостиница — самая что ни на есть центральная и роскошная — оказалась не чета постоялому двору в нашем Шепчущем Броде. И слуги у них прям вышколенные. Может, им что и показалось странным, но ни один и взглядом это не выдал.
Гостиница оказалась огромной: два этажа, каменные стены, тяжёлые дубовые двери, а внутри — такие ковры, что нога тонет. Я таких ковров отродясь не видела.
— Это убогая провинциальная гостиница? — благоговейным шепотом спросила я у Дэйнара, когда мы зашли внутрь.
— Ну да, — он огляделся. — Отец в таких, правда, не останавливается. Но для нас сойдёт, — и дракон вздохнул.
Я посмотрела на лепнину на потолке, на хрустальные подвески на люстре, на тучного хозяина в жилете с золотыми часами.
— С ума сойти, — сказала я тихо.
— Привыкай, — бросил милорд Рогнар мне. И обратился к хозяину: — Комнаты готовы?
— Для вас, милорды, самые лучшие покои, — засуетился хозяин. — Для леди тоже подготовлена отдельная комната. Вашим приказанием.
— Вот и славно, — кивнул зеленоглазый и протянул мне ключ. — Отдыхай. Через час ужинаем.
— Ужинаем?
— Ужинаем, — терпеливо повторил он, — едим, принимаем пищу. Слово выучи, пригодится.
Тоже мне, ехидничать он вздумал. Нет уж, я может и простая крестьянская девушка, но и у меня достоинство свое есть какое-никакое! А потому я свысока глянула на этого зануду, голову подняла и подбородок и улыбнулась. И прошествовала к себе.
Голубоглазый фыркнул у меня за спиной:
— Понял, братик? Идем.
— Полчаса, мисс Яра, — в спину мне сказал зеленоглазый уже не так презрительно. А я не оглянулась даже.
Комната моя оказалась на втором этаже, с огромной кроватью под балдахином, с пуховыми подушками и самым настоящим бельём, которое пахло лавандой.
Я села на кровать. Пружины радостно скрипнули.
— Господи, — сказала я в потолок. — Что ж я делаю-то?
Никто мне, ясное дело, не ответил. Я посидела немного, попривыкала, слезы вытерла — вот ведь, льются опять, — потом встала, умылась из кувшина, причесалась, косу переплела. Платье своё отряхнула — другое-то всё равно не дали, надо будет поаккуратнее повесить, чтоб не помялось. Полчаса это сколько, интересно?
Пока я раздумывала, в дверь постучали — слуга позвал вниз. Вот и славно.
Вошла в общий зал, огляделась. Одинаковые драконы уже сидели за столом.
Дэйнар — с бокалом вина, расслабленный, улыбчивый, доволен, похоже, и рука уж не беспокоит, вон как глаза блестят. А милорд Рогнар — с прямой спиной, с каменным лицом, угрюмый — не улыбнется.
— Садись, — сказал зеленоглазый милорд, указав на стул напротив.
Я села. Спина прямая, локти не расставляю, подбородок выше — чего уж там. Ничего сложного.
— Молодец, — похвалил милорд Рогнар. — А теперь — салфетка.
— Чего?
— Салфетка. Кладут на колени. Вот так.
Он показал. Я повторила.
— Хорошо. Теперь — приборы. Слева вилка, справа нож. Держим так.
— Чего вы, милорд? Знаю я про нож и вилку.
Я взяла в руку нож, а он выскользнул из пальцев и с грохотом упал на пол.
Дэйнар хрюкнул. Я покраснела.
— Ничего страшного, — сказал Рогнар и позвал слугу: — Замените приборы. А вы, леди, продолжайте.
Я взяла новый прибор. Пальцы дрожали.
— Не бойся, — прокомментировал Дэйнар. — Он не кусается.
— А ты, оказывается, шутить умеешь, — буркнула я. Но и правда дрожать перестала.
— Иногда, — ответил голубоглазый и подмигнул. — Очень редко.
Принесли ужин. Что-то прям много блюд — и суп, и булку, и жареное мясо с овощами. Я смотрела на тарелки и не знала, с чего начать.
— Начнем с супа, — заявил милорд Рогнар. — Ложку держим вот так. Зачерпываем по чуть-чуть. Не дуем. И едим без звуков.
Я и ела. Есть хотелось — аж живот подводило. Хотелось-то выпить весь бульон да мясом закусить, но пришлось послушаться и кушать по чуть-чуть и медленно. И еще тихо. Аккуратно. А зеленоглазый милорд взглядом каждую ложку провожал внимательно и прям каждое движение комментировал. А голубоглазый вообще не ел, только смотрел молча, пил вино и улыбался.
— И чего ржёшь? — спросила я, не выдержав.
— Смотрю на вас, — ответил он. — Вы как на представлении.
— А вы бы помогли, а не зубы скалили.
— Я помогаю. Только по-другому. Я создаю вам с братом лёгкую атмосферу.
— Ага, — буркнула я. — Лёгкую. Как корова легкую.
Зеленоглазый вздохнул. Голубоглазый засмеялся.
— Не обращайте на него внимания, мисс, — сказал милорд Рогнар и перестал на меня осуждающе пялиться. — Он всегда такой.
— А вы, милорд Рогнар? — спросила я. — Вы вот всегда такой суровый?
Он помолчал.
— Да, — сказал он. — Всегда. Вам, мисс, придется смириться с этим.
Я посмотрела на него. В его зелёные глаза, на его сжатые губы, на руки, которые он положил на стол.
— А мне кажется, — сказала я тихо, — вы просто боитесь.
— Чего? — спросил Дэйнар.
— Не вы, — я кивнула на зеленоглазого Рогнара. — Он.
Милорд Рогнар долго и сильно недовольно посмотрел на меня. Потом сказал:
— Ешьте, Яра. Остынет.
Я не стала спорить. Взяла ложку и продолжила. На этот раз дело пошло получше, зеленоглазый уже с некоторым одобрением на меня пялился и вроде как не цеплялся, разве что пару раз.
И про себя я еще отметила — зелёный боится. Чего — пока не знаю. Но боится.
А голубой… голубой просто играет. Ему всё равно. Пока всё равно.
Ну ж теперь посмотрим, что будет дальше.
Дорогие читатели! Книга - участник литмоба "Академия строптивых невест". Хочу представить вам одну из историй нашего литмоба: Диана Барокко "Драконья невеста. Факультет непокорных" https://litnet.com/shrt/6BoG
Глава 6. Дэйнар
Утром меня разбудил Рогнар. Стук в дверь такой громкий, что я подскочил и чуть не свалился с кровати.
— Вставай! — голос как у старшины на плацу. — Завтрак и идём к портнихе. Времени нет, Дэй, поторопись.
Ну, я и поторопился. И когда спустился к завтраку, получил свою порцию осуждающих взглядов от старшего, застегнутого на все пуговицы, братца.
Наше белобрысое приобретение тоже украдкой на меня поглядывала, только уже с любопытством.
Я довольно ухмылялся. Но старался сильно свое удовольствие не показывать — Рог с утра был явно не в духе. Может, опять сны?
— Итак. Куда мы сейчас? — спросил я, отодвигая быстро опустевшую тарелку — я с утра всегда бывал дико голоден, а пока мы не на приеме, можно дать себе немного воли.
— К портнихе, — повторил брат терпеливо. — Платья шить. Не в ее же тряпке ей ходить.
— Чегой-то тряпка? — тут же обиделась Яра.
Рог строго глянул на нее, и девчонка тут же уткнулась в свою тарелку. И как братец сего добивается? Наша самозванка, которой палец в рот не клади — откусит, мало того, что выглядела вполне прилично, так еще и повела себя как леди: мужчина сказал — улыбнулась, промолчала. Талант у брата! А он еще сопротивлялся, когда его рекомендовали преподавателем в новую Академию.
За завтраком Яра уже не роняла ножи. Салфетку на колени положила сама. Чаем не хлюпала. Рогнар только раз сказал: «Спина прямее» — и всё.
Я доел свой омлет, откинулся на стул и уставился на неё.
— Ты быстро учишься, — сказал я. Надо похвалить, старается же! И Рогу намекнуть, что нечего так злобно сверлить девушку взглядом. Понятно, утро, настроение на нуле, но все же!
— Жить захочешь — не так раскорячишься, — ответила вдруг Яра.
Я замер.
— Что?
— Не так выучишься, — поправилась она.
Рогнар вздохнул. Я засмеялся.
— Ну-ну.
— А ты помалкивай, красавчик, — парировала она. — Ты вон вообще дракон — и ничего, не жаловаюсь пока что.
Рогнар поперхнулся чаем. Я решил не спорить. С этой девчонкой спорить — себе дороже.
Дамский магазин располагался неподалеку, и Рогнар уступил просьбе Яры прогуляться. На карете, конечно, было бы куда эффектнее. Но уж ладно.
Магазин оказался не так, чтобы большой. Но с хорошим ассортиментом, да и хозяйка производила впечатление дамы понимающей и точно знающей. Мы сдали нашу добычу с рук на руки снять мерки и отправились выбирать ткани.
— Милорды, если вы выбираете для леди, то посмотрите вот на эти образцы. Последние поступления. Для платья посоветовала бы вам этот, — она указала на кусочек нежно-розового цвета. Но тут же заметила, как скривился Рогнар и замешкалась. И пока братец все дело не испортил, отправил его кружево смотреть, а сам остался с хозяйкой:
— Для леди, — кивнул я. — Только ее сундук с платьями затерялся в дороге, — на этих словах хозяйка понимающе кивнула, — а гардероб миледи нужен. Полный. И по максимуму, не экономьте. Когда же еще покрасоваться, как не сейчас, пока она на выданье…
— Понимаю, милорд, — улыбнулась хозяйка. Она была довольна, явно представляя, сколько сдерет с нас за срочный пошив. Ох, братец… вот же мы влипли!
Яра вышла из комнатки, где ее обмеряли, не слишком довольная. Ладно, сейчас поправим ей настроение. Ни одна девчонка еще перед тканями устоять не смогла.
— Миледи, прошу сюда, — пригласила хозяйка. — Все вам подберем. Посмотрите, милорд уже отобрал часть тканей.
— Мне бы платьев, — сказала Яра. — Чтоб красиво и удобно.
— А цвет вы какой любите? — поинтересовалась женщина.
Яра задумалась. Серьёзно так задумалась — будто от этого зависела её жизнь.
— Зелёный, — сказала она наконец. — Как трава в мае. И синий — как небо вечером. И ещё… — она посмотрела на портниху. — А можно розовый? Только чтоб бледный, как заря.
— Модный цвет, — кивнула портниха. — И я посоветовала бы палевый. Вам пойдет.
— И ещё, — добавила Яра. — Чтоб юбки не слишком пышные можно? Я в таких как в мешке. И карманы чтоб были. Обязательно.
Портниха подняла брови. Я едва не поперхнулся. Обалдеть, эта девчонка деревенская еще и фасоны может обсуждать? Ей-то откуда знать?
— Карманы? — переспросила портниха. — В бальных платьях?
— А куда я платок дену? — спросила Яра с таким видом, будто портниха сморозила глупость. — Или монетку? Не за пазуху же.
Я хмыкнул. Хорошо, что Рог на другом конце с портнихой кружева обсуждают, и он ничего не слышит.
— Карманы, — повторила портниха. — Хорошо. Необычно, но сделаем.
Яра отобрала три рулона. Всего-то. Надо сказать, цвет она чувствовала, вкус у нее был.
Яра провела рукой по синему шёлку. Ей явно понравилась ткань.