Синдром первокурсника

После сегодняшнего разговора Андрей чувствовал себя полным придурком. Он с ужасом осознавал, что своей беспомощной агрессией разбил последние шансы на отношения с Соней. Теперь он, с ее точки зрения, достоин лишь презрения и ненависти, но никак не любви. Особенно бесили глупости, которые в довесок к кошмару сорвались с его языка в порыве последнего отчаяния.

«Что за дебил!!! Как можно было так унижаться и спрашивать, дала бы она этому уроду или нет?! Еще и расплакался перед ней как баба… После этого действительно остается только в окно выйти…» — мысленно продолжал самобичевание Андрей, выводя компьютер из спящего режима.

В его голове все еще шел спор с Соней, когда он зашел на ее страницу ВКонтакте и быстро нашел на стене запись лося. Такое прозвище он дал Александру Вересаеву. Когда Андрей перешел на его страницу и открыл диалоговое окно для сообщений, его враждебность моментально перенеслась с девушки на соперника. Он хотел написать ему разгромное послание.

«С чего начать? С «привет»? Но я не хочу его приветствовать! Написать ему, чтобы оставил Соню в покое? С какой стати он должен меня слушать?!» — рассуждал сам с собой Шуман. — «Может, сказать ему, что она моя девушка? Но это не так, и он быстро это выяснит…»

Андрей перебирал различные варианты сообщения, но в итоге был вынужден признать, что ему нечего сказать Александру Вересаеву. Никаких прав на Соню у него нет и, судя по всему, никогда не будет.

Тогда Шумский принялся уже в сотый раз просматривать фотки в альбоме соперника.

– Вот мудак деревенский! И что она нашла в нем?! — произнес он вслух.

На фотке, под которой было больше всего комментариев от восторженных поклонниц, Андрей остановился и принялся смотреть лосю в глаза. Снимок был сильно засвечен, но нельзя было не разглядеть искренней широкой улыбки парня, сидевшего за столом с кружкой пива. Этот кадр давал Андрею полный и исчерпывающий ответ на вопрос: «Почему он, а не я?» Он даже закрыл глаза, ослепленный этой улыбкой.

«Если он также улыбается ей в универе, неудивительно, что она бы ему дала!» — подумал он. — «А что я для нее? Ледяной манекен? Я никогда не смогу так лыбиться, даже если выжру бутылку водки в одиночку!»

«Да и лосем таким же самодовольным мне не стать, раз до сих пор этого не произошло», — продолжал он свои невеселые думы, рассматривая выпускной альбом фото Вересаева. Судя по лицу и шее, раньше он был таким же худосочным, как и он сам.

«Для выпускного альбома обычно фоткают в ноябре-декабре», — продолжал размышлять Андрей. — «Как ему удалось за оставшиеся месяцы нарастить мышцу? Качался что ль?»

Через час Шумский нашел себя изрядно пьяным и задыхающимся от сигаретного дыма (и зачем только он курит в квартире!). Боровик с его задачами был послан к черту, а он вряд ли это спустит и по закону подлости вызовет Андрея к доске.

Отчаянно икая после трех бутылок пива на голодный желудок, Шуман все листал фотки ВКонтакте, на этот раз на странице Самусенко. Вот они с Соней на пляже у Бездонного озера, она сидит так близко, что их плечи соприкасаются, вот они поют в караоке в кафе на Коммунальной, а вот фото с какой-то гулянки на проспекте Ленина. Казалось бы, как много всего их связывает!

Шуман чувствовал, как от обиды у него снова наворачиваются слезы, как в груди нарастает тоска, которая требует выхода. Все еще сдерживая порыв отчаяния, Андрей снова открыл то самое «непристойное» фото – аватар своей подруги детства. Он смотрел на него замутненным взглядом, скользил по нему мышью, словно пытаясь погладить Соню по спине. Силы кончились – и он громко, в голос, как садовские времена, разревелся.

В девятом часу вечера в двери загремел ключ и загорелся тусклый свет бра в коридоре.

«Мать», — сквозь сон подумал Андрей и смутно припомнил, что так и не вышел со страницы Сони и злополучная фотка открыта у него на весь экран.

Про спящий режим он, конечно, не вспомнил.

«Плевать! Пусть любуется на здоровье», — подумал Шумский и отключился, словно провалился в бездну.

Примечания