- -
- 100%
- +
Прикладываю лед к его голове, куда попала во второй раз. Первый раз даже не поняла, куда огрела, но на втором месте может выскочить приличная шишка.
— Я предлагаю тебе сделку, Альберт Лапин. Ты поможешь мне уговорить твоего босса, а я за это… — задумчиво тяну и замираю, не зная, что предложить захватчику.
— А ты мне? — поторапливает с предложением. — Что ты мне дашь за это, Рапунцель?
— А чего ты хочешь? — предлагаю ему самому выбрать. Вдруг его вариант окажется мне по силам?
Мужчина проходится по мне сканирующим взглядом и почему-то начинает смеяться. Громко и почти что истерически.
— Ты сумасшедший?
— Да, — не отрицает он. — У меня есть одно желание, Рапунцель.
— Какое желание? — прищуриваюсь, потому что в голове возникает голос матушки. Она говорила, что парням нужно лишь одно. Особенно красивым. Этих зараз нужно избегать. Они разобьют мое сердце и выкинут, когда получат желаемое.
— Пока не придумал, — бросает. — Но придумаю.
— Но ничего неприличного! — восклицаю, выставив условие. — Я не такая!
— Тогда скучно! Я тебе обещаю сделку с владельцем здания, а ты мне — простенькое желание, — фыркает он. — Неинтересна мне тогда твоя сделка!
— Я еще тебя развяжу! — напоминаю ему. — И сковородкой бить не буду! Обещаю!
— Последнее очень заманчиво, — отзывается он, продолжая веселиться. Но какое может быть веселье, когда ты в плену? Избитый и связанный! Он точно сумасшедший! — Голова до сих пор болит. Кто ж людей сковородками бьет?
— Я!
— Оно и понятно, Рапунцель! — фыркает он. — У вас это в крови, у всех волосатеньких, да? Любите всех сковородками приложить? Но учти, я тебе не тот воришка из мультика! Один раз скажу, а дальше будь аккуратна.
— Ладно, — нехотя сдается мой пленник. — Мое желание — узнать, почему тебе так важно сохранить этот ресторан.
Тяжело вздыхаю и признаюсь ему. Ничего такого в этом нет.
— Это мамин ресторан. Пока ее нет, я за главную. Я отвечаю за ресторан и наших зверушек. Они для меня как родные! Они моя семья, такие же, как и мама. И… и лишь отсюда видны огни… — поджимаю губы.
— Огни?
— Неважно! — резко бросаю, осознав, что сказала лишнее.
Огни — это так, глупости, но мне очень нравится фестиваль огненных фонариков, который проходит раз в год. Их выпускают сотнями, и на секунду я чувствую себя словно в сказке. Маленькая я и куча светлячков. Как в моем сне… Как в моих детских воспоминаниях…
— А с животными что не так?
— Их здесь одиннадцать! — восклицаю. — Одиннадцать рептилий, которых нужно будет куда-то деть, если я отдам ресторан.
— Раздать в питомники, — равнодушно советует этот умник.
— Где с ними будут обращаться непонятно как? — возмущенно уточняю у него. — Где им будут давать плохой корм или… где их сдадут на опыты?!
— Так себе забери, если они тебе так дороги.
— Ага, — киваю, отвернувшись. — Не могу я к себе забрать их, — бурчу, не решаясь сказать ему правды.
— Квартира маленькая? — уточняет.
— Ага, — киваю.
— То есть тебе важно, чтобы они остались здесь?
— И со мной! — добавляю с важным видом и возвращаю взгляд на него.
— Ладно, постараюсь что-то придумать, — бросает он после минуты молчания и задумчивого изучения моей персоны. — Развязывай меня уже. Иначе сейчас лужу будешь вытирать.
— А ты меня бить не будешь? — уточняю у него. — В ответ за то, что я тебя ударила?
Мне этот Альберт безобидным кажется. По сути, даже не ругался из-за того, что я его сковородкой дважды ударила. Спокойно отвечал на мои вопросы.
Может, я и правда доверчивая, как говорит мама, но… узнав Альберта чуть лучше, я больше его не боюсь.
Да и сковорода есть,
— У тебя же сковородка есть, — словно прочитав мои мысли, указывает на орудие в моих руках. — Разве посмею? Мне хватило! То, что рука тяжелая, я понял. Если не сковородой, то чем-то другим точно убьешь.
— Ну да, — соглашаюсь с ним. — У меня сковородка есть!
Подхожу к нему еще ближе и с опаской развязываю его руки.
— Ты это… ничего не подумай, Альберт Лапин, — говорю, пока освобождаю его. — Я это с тобой не со злым умыслом сделала. Просто испугалась, а потом еще раз испугалась. А затем…
— Затем связала меня и предложила сделку, — заканчивает за меня.
— Ну да, — киваю, соглашаясь, что именно так это и было. — Чай будешь? — предлагаю ему с улыбкой, осознав, что белозубик и правда огромный. Высокий так уж точно.
— А?
— Ну, чай будешь? Я пока чайник поставлю, а ты… ну по своим делам, — повторяю вопрос про чай, параллельно указав ему в какую сторону ему идти в туалет, чтобы лужу мне здесь не сделать. — Нам еще с тобой мою баррикаду разбирать, — указываю и как бы невзначай его решаю припахать.
Ну а что зря бугаю пропадать? Пусть помогает!
— А ее взрывать не собираются? — останавливается, указав на мою конструкцию. — Должны были ведь.
— Нет, — произношу, махнув рукой, и с гордостью объявляю: — Я договорилась.
— Ага… — хмыкает каким-то своим мыслям. — Договорилась, значит. С кем?
— С коллегами твоими. Захватчиками.
— Ага, — повторяет он. — И они пошли на уступки?
— Ага! Я умею быть милой!
— И глупышкой, — хмыкает Альберт, с иронией взглянув на меня. — Люблю таких. Ну, делай свой чай, Рапунцель. Выпьем и будем разбирать погром, — соглашается мне помочь, продолжив путь в туалет.
Рады приветствовать вас в своей новой книге! Эта книга входит в цикл служебных романов в стиле какой-то сказки из популярных мультфильмов. Героини и герои — будут иметь такие-то сходства с мультипликационными прокотипами
В этой книге наши герои - Рапунцель и красавчик Флинн (У нас будет Альберт) Он также самовлюблен, красив и... комичен)) Но Альберт все же босс, поэтому немного властных ноток в него пришлось вдохуть)
Рапунцель — такая же наивная, милая, романтичная, доверчивая, немного диковатая и храбрая) Она также будет носиться со своей сковородой и хамелеоном Паскалем)))
Будет и матушка Готель, которая за счет Рапунцель остается красивой. Будет и конь!)))
Я буду рада любой поддержке! Лайки, комменты и подписки на авторов!
Судьба этой книги зависит полностью от вас! От вашей активности и вашей поддержки. Ставьте лайки, добавляйте в библиотеку, читайте каждую новую главу, комментируйте.
Для тех, кто не помнит, как это сделать:
1. Добавляем в библиотеку
2. Ставим звезду!
А это значит, что мы снова вместе с вами!
И НЕ ЗАБЫВАЕМ ПРО ЛАЙК!
Глава 2
Пока закипает чайник, Альберт успевает сходить по своим делам. Достаю из-под барной стойки вторую чашку, корзинку с печеньем и красиво все ставлю на рядом стоящий стол.
Лапин возвращается и садится за стол. Бесстрашию в его взгляде и поведении можно только позавидовать. Словно барин сидит и с царским видом озирается по сторонам.
Наливаю ему чай и с интересом поглядываю на него в ответ.
Все же не зря его сковородкой ударила. Он такой огромный, что и сам все завалы разберет.
Нет, все же хорошо, что он здесь.
Сама того не желая, себе подмогу нашла.
Хотя он вроде и до сковородки помощь предлагал, но это мелочи. Не будет на этом внимание заострять.
Сажусь напротив него и притягиваю к себе чашку с чаем поближе.
— А ваш босс вообще чем занимается? — спрашиваю Альберта, протягивая ему корзинку с печеньками. К слову, последними. Но мне нужно как-то задобрить громилу;
— В каком смысле?
— Ну, какой у него бизнес? — уточняю. — Зачем он мой ресторан купил?
— Он здание купил, а не ресторан… — напоминает умник, словно я не знаю.
— Ну какая разница?! — восклицаю. — Итог-то один! Ресторан мой он купил!
— Гостиницу сделает, — равнодушно отвечает мужчина. — С тематическими ресторанами на последних трех этажах.
— Ну зачем тогда мой ресторан портить? — недоуменно возмущаюсь. — Позволил бы мне и дальше продолжать работу. Здесь ведь и так ресторан будет! Зачем менять что-то?
— Рестораны с животными много разрешений требуют, — отвечает мне так, словно разбирается в этом. — Как и отели с животными.
— Но ведь… ведь можно что-то придумать… Разве нет?
— Мороки много, — хмыкает Лапин. — Люди специальные нужны. Обслуживание животных…
— Но у таких ресторанов много плюсов! Это ведь креативно! Это познавательно! Я всегда детишкам давала потрогать рептилий. Могла рассказать им всякое интересное! Многие приходят сюда за атмосферой!
— Это сложно, Рапунцель.
— Не ворчи, а? — рычу на него. — Тебе-то откуда знать, Альберт Лапин? Ты вообще кто такой? Скалолаз? Мужик специального назначения?
— Мужик специального назначения, — повторяет за мной, спокойно попивая свой чай. — Меня обычно засылают к вредным одиноким девицам, — признается и отставляет чашку. — Понимаешь ли, у меня лицо привлекательное. Ни одна дама устоять не может. Я им в чай подсыпаю снотворное, потом связываю и сдаю в рабство.
— Что?!
— Ну, работа у меня такая, малыш! — пожимает плечами. — Мужик специального назначения.
Опускаю взгляд на свою чашку и с ужасом понимаю, что оставляла этого захватчика с моей чашкой наедине, когда уходила за сахаром.
Голова вмиг начинает кружиться, и появляется жуткое желание зевать.
О боже, снотворное начало действовать!
Он все-таки подсыпал мне что-то.
— А в рабство кому? — уточняю, чтобы понимать, что меня ждет.
Вот же я дурочка доверчивая! Вот же!..
Права была мама! Все вокруг мошенники и злые люди! И зачем я доверилась этому Лапину?
— Да к всяким, — отвечает Альберт, взмахнув рукой. — К бандитам, людоедам, охотникам.
— О божечки…
— Что, уже накрывает? — интересуется, чуть наклонившись ко мне.
— Ага, — сдаюсь, тяжело дыша. — Ноги слабеют…
— Ноги слабеют? — переспрашивает и откидывается на спинку стула. — Это я, наверное, с дозой напортачил. Дал больше нужного. Надеюсь, не умрешь, как прошлая… — пожимает плечами и продолжает пить чай.
Как прошлая?
Да почему мне так не везет?
— Мамочки… — тяну, поудобнее устроившись на стуле, чтобы не упасть на пол.
Если и уснуть, то хоть достойно. Да! Не хочу валяться на полу.
Закрываю глаза и жду свою участь. Мысленно представляя, что будет с моими питомцами после того, как меня не станет. Ох, надеюсь, о них будет кому позаботиться!
— Ты уже уснула? — спрашивает меня Альберт, а в голосе мелькают нотки смеха. Словно он с трудом сдерживается, чтобы не засмеяться.
Открываю один глаз и осматриваю его. Все так же расслаблен и беззаботен. Настроение у него хорошее, но вроде не смеется.
Показалось, кажется.
— Еще не сплю, — отвечаю. — Но, кажется, скоро.
— Ну жди!
Альберт продолжает лопать печеньки и наблюдать за мной.
— Жду! — отвечаю ему, вновь закрыв глаза.
— Зачем я вообще в это полез?— слышу шепот своего будущего похитителя. — Они бы и без меня справились. Она же полоумная, доверчивая, но… красивая, — последнее, кажется, померещилось.
— Что? — открываю глаза. — Я полоумная?
— Малыш, меня вообще здесь быть не должно! — хмыкает он. — Сегодня единственный день в году, когда я могу быть настоящим…. Когда я не хочу общаться с людьми и… Но твое упрямство лишило меня этого дня. Моего дня!
— И что мне дает эта информация? — фыркаю на него, выпрямившись. — Ты не можешь сейчас уйти, Альберт Лапин. У нас сделка! — напоминаю ему.
— Что, снотворное отпустило? — напоминает в ответ.
— А? — спрашиваю и тут же опираюсь обратно на спинку. — А по сути, через сколько меня должно вырубить окончательно? — спрашиваю его.
— Дай лоб пощупаю и скажу, — тянет он и, встав, ленивой походкой подходит ко мне. Опускается на корточки и касается моего лба. — Что-то ты холодная, Рапунцель. Кажется, все-таки я переборщил с дозой. Умираешь? Чувствуешь что-то? — на полном серьезе уточняет.
— Что?! — вскрикиваю и, дернув рукой, опрокидываю стеклянную чашку на пол. Та разбивается на мелкие осколки.
— Чувствуешь, как ноги отнимаются? — уточняет.
— А? — пытаюсь подергать конечностями. — Они двигаются, но что-то тяжеловато.
— Язык сухой? — продолжает он.
— А? — вытаскиваю его. — Сухой!
— Левая пятка чешется?
— Да! — испуганно осознаю, что все именно так.
— Ну все! Значит, умираешь, — выносит он вердикт и подхватывает меня на руки.
— Куда ты меня несешь? — кричу, уже почти собираясь начать плакать.
Я ведь так молода! И так ужасно заканчиваю свою жизнь!
За что мне это?
Я ведь всегда всем помогала! За что меня убивать?
— Куда ты меня несешь? — повторяю свой вопрос.
— На жертвенный алтарь.
— Что?! — вскрикиваю и пытаюсь вырваться. — Какой еще жертвенный алтарь?!
— Для совокупления, — безразлично бросает.
— Чего?! — хватаю его за руку и ногтями впиваюсь в его кожу. — Отпусти меня немедленно! Я не хочу на алтарь! Я не хочу умирать!
— Да шучу я, полоумная! Успокойся! — сдается он. — Какое, к черту, снотворное? Какая левая пятка? Ты в своем уме?! Я что, похож на того, кто может девушке навредить? — перекрикивает меня, и я успокаиваюсь, понимая, что… со мной все хорошо на самом деле. Все по-прежнему. Я все такая же голодная. Да и только.
— Но все симптомы похожи…
— Самовнушение и доверчивость — враг людей, — тянет он, подмигнув мне.
— А несешь-то куда тогда? — уже спокойнее уточняю.
— На совокупление, — шепчет он, растянув губы в улыбке.
Еще интенсивнее брыкаюсь в его руках, пытаясь спастись от его планов. Уберечь свою тушку от этого захватчика и… совокупления.
Нет! Нет! Нет! Я на такое не согласна!
— Да успокойся ты, птенчик, — с хохотом кричит мне. — Ты босая, и ты разбила кружку. Я отнес тебя подальше, чтобы не поранилась, — произносит и опускает меня на пол. — Забавная ты все же. Понравилась мне, — как ни в чем не бывало произносит и оборачивается к моей баррикаде. — А теперь давай разбирать твои завалы.
— Ты что… издевался надо мной все это время?! — рычу на захватчика. — Я сейчас как возьму свою сковородку и как…
— А нет сковородки! — восклицает, повернувшись ко мне и взмахнув руками. — Нет больше этого исчадия ада! Я ее выкинул с твоей веранды! От греха подальше!
— Да ты вообще знаешь, сколько она стоит?! — кричу на него, позабыв о страхе. — Ты знаешь, что это была дорогая сковородка? Очень дорогая! Одна из самых дорогих в этом ресторане!
— Я тебе новую куплю.
— Тебе денег на нее не хватит! — с вызовом бросаю.
— Кредит возьму!
— Вот и возьмешь! — восклицаю, скрестив руки на груди и озлобленно взглянув на него. — И я твоему боссу все скажу! Что ты мою сковородку выкинул! Пусть накажет тебя! Раз все в этом здании принадлежит ему, то и выкинул ты его сковородку. Получишь от него по самое “не хочу”! Ясно тебе?
— Не говори ему! — испуганно просит. — Он меня накажет!
— И поделом! — с вызовом бросаю. — Думал, тебе все просто так обойдется? Ну уж нет! Получишь за свое самовольство! И сковородку мне новую купишь! Я свой ресторан отвоюю и сковородку тоже! Я никогда не сдавалась никому — и захватчикам не сдамся!
Замечаю на себе ироничный взгляд Альберта.
— Малыш, а ты на улицу когда в последний раз выходила? — спрашивает он, не пряча своей иронии. — Тебе лет-то сколько?
— Восемнадцать мне! Взрослая уже! Ясно тебе? — препираюсь, не понимая, чего он от меня хочет.
— Ясно, — выдыхает, отвернувшись от меня. — Ясно, что я влип. Крупно влип. Но оно даже веселее, Рапунцель, да? — подмигивает моему отражению в зеркале. — Сам же приключений хотел! Вот они меня и нашли, — хмыкает. — Ты давай сюда не лезь. Я сам все разберу. Ты лучше командуй, что и куда. Хрупкая ты какая-то. Как бы тебя стул не сломал.
На секунду замираю, не ожидая такой заботы о себе. Я предполагала, что запрягу этого Альберта разбором, но совсем не ожидала, что он все возьмет на себя.
Немного, но приятно.
Собравшись с силами и закатав рукава, Альберт Лапин взялся за работу, а я — за командование этим процессом. И если я собирала это всю ночь, то разобрали мы все часа за полтора.
Этот Альберт Лапин оказался на удивление сильным человеком. Нет, я осознала, что у этого громилы силы много, но чтобы настолько, чтобы без отдыха все разбирать — нет.
Кроме командования, мне доверили еще и расставлять мелкие предметы в этой куче. Сковороды, кастрюли и прочее из кухни.
Но в остальном Альберт был непреклонен: я девушка и на его глазах тяжелым трудом заниматься не буду.
Можно было бы поверить в настоящего мужчину, если бы я не знала, что он захватчик и работает на бандита.
— Ну, проход открыл, — указывает на результат своей работы Альберт. Стряхивает с одежды пыль. — Можем до завтра поехать по домам. Завтра здесь встретимся.
— Ты тоже придешь? — удивляюсь тому, что он тоже намерен прийти.
— Ага, — кивает. — Как же здесь все решится без меня, Рапунцель? Я точно должен быть!
— Ну да, — неожиданно вспоминаю, слегка смутившись. — Тебе же босса уговорить надо.
— Ага, — соглашается Альберт со странной ухмылочкой и той же иронией во взгляде. — Собирайся. Я на машине. Подвезу тебя домой.
— А, нет, не надо! — восклицаю, округлив глаза. — Я останусь! Останусь здесь!
— Боишься, что придешь, а здесь руины? — хмыкает.
— Я с питомцами побуду, — отчасти даже не вру. — Ну и да, боюсь прийти и ничего не найти.
— Хм-м… тогда я с тобой останусь, — садится на ближайший стул.
— Зачем? — недоумеваю.
Этого мне еще не хватало!
Не хватало, чтобы он полностью понял картину и начал меня жалеть.
Мне не нужна жалость!
Тем более его!
— А вдруг ты остаешься, чтобы к утру что-то сделать? — озвучивает он вполне себе логическое объяснение. — Я контролировать буду тебя, Златовласка.
— Только где ты спать будешь? — хмыкаю, скрестив руки на груди. — Я-то место себе найду, а вот ты…
— Пледы соберу и на полу лягу, — равнодушно и быстро находит решение. — Мне что, впервой? Мы с друзьями когда на природу едем, я в кустах поспать могу. И в самодельном шалаше! Я к условиям неприхотлив.
— Ну, как знаешь, — пожимаю плечами. — Я тебе подушку принесу тогда.
— У тебя здесь есть подушка? — удивляется. — Обычная, диванная? — уточняет.
— Нет, обычная, для сна.
— Одна? Если одна, то мне не нужно! Спи на ней сама, — бросает, вновь проявив обо мне какую-то заботу и… даже благородство.
Редко когда кто-то был так внимателен ко мне. Отказывался от чего-то, чтобы не нарушать мой комфорт.
— У меня две подушки, — бросаю, решив умолчать, что у меня их даже шесть.
— Зачем тебе две подушки в ресторане?
— А? — переспрашиваю, понимая, что спалилась. — Ну, я иногда оставалась в ресторане с ночевкой. На одной сплю, вторую обнимаю. У меня все есть под рукой! От подушки до одежды!
— Принял, — кивает он, пройдясь по мне сканирующим взглядом, словно что-то ищет во мне. — А то я уже решил… Неважно, что решил… Так-то, я неприхотлив. Могу и без подушки.
— Нет, все хорошо! Я принесу!
Пока он собирает пледы и расстилает их на полу, я поднимаюсь в кабинет директора. Достаю из шкафа подушку и надеваю на нее свежую наволочку для Альберта. Носом проверяю, чтобы не было запахов. Кроме кондиционера для белья подушка ничем не пахнет.
Вместе с подушкой спускаюсь к Лапину и протягиваю ему ее, чувствуя некоторую неловкость.
Никогда прежде я не спала с мужчиной в одном месте и в одном здании. И это слегка… волнительно.
Для себя я уже выработала план: закрою свою дверь на замок ночью, чтобы Альберт не пришел. Но все же переживаю.
— Спасибо, — благодарит меня Альберт, сжав подушку. — Мягкая. Как я люблю!
— Ага…
— Ты сейчас спать будешь? — неожиданно спрашивает.
— А что?
— Просто… — пожимает плечами. — Я в машину спущусь и вернусь. Нужно кое-что взять. Не закрывайся.
— А какой смысл? — меланхолично интересуюсь. — Завтра все и так заберут. Я немного подышу свежим воздухом и поднимусь в кабинет директора. Когда вернешься, дверь закрой на замок. Чтобы никто больше не зашел…
Я проиграла.
Почему-то лишь сейчас я понимаю, что исход завтрашних событий будет непредсказуем. И есть большая вероятность, что я все потеряю.
И что мне тогда делать? Куда идти? Куда отдать животных?
— Хорошо. Закрою, — отзывается и покидает стены моего ресторана.
Погладив Паскаля, иду на веранду и опускаюсь в одно из дальних кресел. С замиранием сердца жду, когда весь город загорится. Когда все поглотит ночь, останется лишь тьма и маленькие огоньки города.
Светлячки…
Делаю очередную попытку дозвониться до мамы, но она недоступна. Вот уже который день она не в сети.
А вдруг с ней что-то случилось?
И что мне делать с рестораном? Я одна не выстою против захватчиков. Не факт, что завтра получится договориться с главным бандитом.
А если я потеряю ресторан, то мама мне этого не простит. Он — единственное, что у нас осталось.
Дом мы еще год назад потеряли. Пришли злые люди и потребовали деньги, иначе грозились убить маму. Пришлось продать им то, что было. Наш дом.
Зато от мамы отстали! И она жива!
А вдруг что-то еще случилось? Вдруг ей сейчас грозит опасность?
Но сейчас лучше подумать о другом! О важном! Если бы что-то случилось с мамой — она бы уже мне позвонила. А если не звонит — значит, все хорошо! Мама всегда звонит, когда у нее беда, чтобы мы вместе придумали решение.
Пока у меня одна проблема! Ресторан!
Стыдно признаться, что это помещение на одном из самых высоких этажей — одновременно моя работа, мой дом и вся моя жизнь. Кроме него у меня ничего нет! Совершенно ничего!
Я даже своих рептилий с собой взять не могу, потому что элементарно некуда идти!
Я в ловушке!
Нужно что-то придумать! Нужно иметь какой-то козырь завтра, но какой?
Я даже не знаю этого босса-бандита!
А вдруг он плохой человек?
Вдруг не войдет в мое положение и выбросит моих малышей? И меня вместе с ними?
Плакать хочется от бессилия!
— Тише, Паскаль, не переживай, — успокаиваю любимца. — Я сильная и найду решение! Я вас не дам в обиду! — уверяю, встречаясь с его осуждающим взглядом. — И не надо так на меня смотреть! Делаю все, что в моих силах! Даже попыталась с одним из захватчиков подружиться! Но я обещаю тебе, что сделаю все ради вас! Ты же мне веришь? Я тебя никогда не обманывала! — напоминаю ему, на что он молчит.
Молчание знак согласия.
Значит, верит!
А это значит, что мне нельзя подвести его доверие!
Из кожи вылезу, но малышей своих спасу, чего бы мне это ни стоило!
Сижу на веранде примерно полчаса, когда Альберт возвращается с двумя полными пакетами в руках.
— Ты еще здесь? Ну и хорошо! Я принес поесть, — бросает он и опускает на стол передо мной пакеты с ресторанной едой. — Я одним чаем и печеньем не наедаюсь. Забежал в ресторанчик. Я тебе на свой вкус взял.
— Мне еды взяли? — удивляюсь такому повороту, потому что этого уж точно не ожидала.