Драконья сага. Книга 1: Эхо прошлого

— Командир каменного отряда — Элиас Дрейквуд!

Крепкий юноша лет двадцати четырёх с грубоватыми, но выразительными чертами лица шагнул вперёд с тяжёлой поступью. Его короткие тёмно-серые волосы были зачёсаны назад, открывая широкий лоб. Лицо покрывали несколько мелких шрамов — следы тренировок или прошлых стычек. Глаза — тёмно-серые, цвета гранита, — смотрели твёрдо и уверенно. Кожа имела землистый оттенок, а руки, огромные и мозолистые для его возраста, казались высеченными из камня. Форма сидела на нём плотно, подчёркивая могучую фигуру. Когда он стукнул кулаком в грудь, плиты помоста под его ногами слегка дрогнули, а по земле пробежала короткая вибрация.

— Командир звёздного отряда — Кейден Риорвик!

Молодой человек лет двадцати с тонкими аристократическими чертами лица и длинными серебристо-белыми волосами, собранными в низкий хвост, выступил вперёд почти бесшумно. Его глаза — глубокого серебренного оттенка, с мерцающими точками, напоминающими далёкие звёзды, — скользили по строю с задумчивым выражением. Кожа была очень бледной, почти прозрачной. Форма выглядела так же, как у остальных, но эмблема дракона на рукаве отливала мягким серебристым светом, а вдоль швов куртки шли узоры, напоминающие созвездия. Когда он поднял руку в приветственном жесте, в воздухе на мгновение замерцали крошечные искорки, похожие на падающие звёзды. В его облике сочетались мечтательность и сосредоточенность — будто он одновременно находился здесь и где-то далеко, среди звёзд.

— Командир песчаного отряда — Каэлин Даркмор!

Девушка лет двадцати одного с золотисто-коричневой кожей и короткими песочно-русыми волосами, уложенными в асимметричную стрижку, вышла вперёд с лёгкой, пружинистой походкой. Её глаза — янтарного цвета — осматривали кадетов с хитроватой усмешкой. На лице выделялись высокие скулы и острые черты. Форма имела едва заметный песочный оттенок, а ткань куртки казалась чуть шероховатой на вид. Когда она ударила кулаком в грудь, вокруг её ботинок взметнулось небольшое облачко пыли, тут же осевшее обратно. В её движениях чувствовалась ловкость и изворотливость — она напоминала пустынную лисицу, готовую в любой момент ускользнуть или нанести неожиданный удар.

Мириана Фэйрхолл шагнула вперёд и окинула кадетов внимательным взглядом.

— Каждый из этих командиров прошёл через испытания, которые предстоят и вам, — твёрдо сказала она. — Они знают, что такое сила, дисциплина и верность. Слушайте их, учитесь у них. Возможно, уже в следующем году вы сами будете стоять на их месте!

Генерал Дракен, до этого молча наблюдавший за представлением, слегка наклонил голову в знак одобрения. Теодора смотрела на командиров, пытаясь запомнить каждое лицо, каждую деталь.

«Выходит, что все эти командиры — кадеты старших курсов…» — мысли крутились в голове. Она глубоко вздохнула, расправила плечи и твёрдо решила: «Я пройду через это. Выживу. Стану сильнее».

По команде Мирианы Фэйрхолл все командиры отделений отступили на свои места — каждый вернулся к своему отряду, сохраняя строгую выправку и сосредоточенное выражение лица.

К Мириане быстрым уверенным шагом подошёл Айзек. Он встал рядом с ней, чуть сбоку, демонстрируя равноправное партнёрство двух командиров крыльев. В руке у Айзека были два пергаментных свитка, аккуратно перевязанных чёрными лентами с печатью академии. Один из списков он плавно, почти ритуально передал Мириане. Та приняла свиток с лёгким кивком — без слов, но с пониманием негласного языка командиров.

— Итак, начнём распределение! — прозвучал голос Айзека, усиленный магией так, что каждое слово отчётливо доносилось до каждого кадета.

Он поднял руку и указал на своих командиров правого крыла. Те, заранее зная порядок действий, синхронно сделали шаг вперёд, а затем быстрым, чётким шагом направились к обозначенным местам на площади — каждый к своей заранее подготовленной зоне. Они расходились веером, вставая друг от друга на значительном расстоянии — примерно в пятнадцати шагах, чтобы хватило места для будущих подчинённых.

Лилит Матиас, командир огненных, заняла позицию ближе к восточной стороне помоста, где солнечные лучи ярче всего освещали землю. Лиам Мийрам, командир ледяных, выбрал место у тени высокой стены — там, где даже в жаркий день чувствовалась прохлада. Брендан Ломир, командир ветряных, встал на открытом пространстве, где ветер свободно гулял по площади. Лирианна Вейлторн, командир земных, расположилась там, где плиты мостовой казались особенно прочными. Райден Морнфилд, командир теневых, выбрал участок в полутени, где длинные тени от колонн создавали причудливые узоры на земле.

Мириана Фэйрхолл повторила то же самое — коротким жестом подозвала к себе командиров левого крыла. Те действовали с той же отточенной слаженностью: шаг вперёд, быстрый марш к своим зонам, чёткая остановка, поворот лицом к строю кадетов.

Рианна Эшкрофт, командир водных, встала у небольшого фонтана, чьи струи тихо журчали, создавая успокаивающий фон. Торвин Грейсхорн, командир молниевых, выбрал место рядом с высоким металлическим флагштоком — будто подчёркивая связь со стихией молний. Элиас Дрейквуд, командир каменных, занял позицию у массивной каменной статуи древнего воина — его фигура рядом с изваянием смотрелась почти как продолжение монумента. Кейден Риорвик, командир звёздных, встал там, где небо казалось особенно высоким и ясным. Каэлин Даркмор, командир песчаных, расположилась у края площади, где под ногами чувствовался более рыхлый грунт, напоминающий пустынные пески.

Каждый командир принял строевую стойку: спина прямая, плечи развёрнуты, взгляд устремлён на строй кадетов. На их лицах читалась смесь сосредоточенности и ожидания — они готовились принять под своё крыло новых бойцов, будущих соратников в суровых испытаниях академии.

Айзек поднял свиток, слегка развернул его и прокашлялся, привлекая всеобщее внимание. Мириана сделала то же самое со своим списком. Воздух наполнился напряжением: вот-вот начнётся то, что определит судьбу каждого кадета на ближайшие годы.

Теодора сглотнула, ощущая, как сердце бьется быстрее. Лира рядом нервно теребила край куртки, а Торвин, выпрямившись во весь рост, смотрел вперед с горящими от предвкушения глазами. Все кадеты замерли в ожидании: кто-то с тревогой, кто-то с надеждой, кто-то с решимостью.

Айзек сделал глубокий вдох и приступил к чтению первых имён из своего перечня.

Вскоре имена и названия отрядов начали звучать, и вновь прибывшие кадеты стали расходиться по своим новым отрядам. Одни уходили с чувством облегчения, другие — с беспокойством, а третьи — с горящими от волнения глазами. Воздух наполнился шёпотом, шагами и шорохом одежды, но над всеми этими звуками продолжали властно звучать голоса Айзека и Мирианы, ясно произносящие имена и наименования отрядов.

Теодора напряжённо вслушивалась в то, что говорят командиры крыльев, стараясь не пропустить своё имя. Она сжимала и разжимала кулаки, пытаясь унять дрожь в пальцах, и ловила каждое слово, доносящееся с помоста. Взгляд её метался между командирами, проверяя, кто из них сейчас зачитывает следующий список.

Внезапно что-то отвлекло Теодору. Она ощутила на себе чей-то пристальный взгляд, настойчивый и изучающий, словно кто-то пытался заглянуть ей в душу. Она повернула голову и увидела молодого человека на помосте. Раньше она его не замечала, возможно, он появился там недавно… А может, и нет. Он стоял в тени, прислонившись плечом к стене и скрестив руки на груди. Его взгляд был прямым, наглым и совершенно бесстыдным.

Он стоял так, словно пространство вокруг него само подстраивалось под его присутствие. Это происходило не демонстративно, а с природной, почти кошачьей непринуждённостью. Стройный и высокий, почти два метра ростом, он держался свободно и уверенно, но без излишней развязности. Осанка выдавала в нём воспитанника академии: спина прямая, плечи развёрнуты, но в позе не было и следа напряжения, словно он стоял так всю жизнь.

Овальное лицо с мягкими, но выразительными чертами: заметные скулы, слегка заострённый подбородок и прямой нос. Большие миндалевидные глаза тёплого тёмно-карего цвета, в солнечном свете приобретающие янтарный оттенок, словно внутри тлеют угольки. Взгляд менялся: то насмешливый и игривый, то неожиданно глубокий и задумчивый, словно за этой лёгкостью скрывалась тайна. Тёмно-каштановые волосы небрежно уложены, несколько прядей всегда спадали на лоб, что добавляло ему шарма. Светлая кожа с персиковым отливом и лёгкий загар на скулах, как будто он часто бывает на свежем воздухе.

Теодора не могла точно определить, к какому отряду он принадлежит: его форма ничем не отличалась от других, а эмблема на рукаве была частично скрыта складкой куртки. Но в нём было что-то такое, что сразу притягивало внимание.

Его взгляд изучал её — нагло и прямо, без намёка на стеснение. Он не пытался скрыть своего интереса, скорее наоборот — будто бросал ей вызов.

Теодора на мгновение замерла, но тут же приняла этот вызов. Гордо приподняв подбородок, она так же нагло стала разглядывать его в ответ — изучая каждую деталь: изгиб губ, линию скул, блеск в глазах.

Парень заметил её взгляд и улыбнулся краешком рта. В этой улыбке было что-то особенное: то ли он одобрительно оценил её смелость, то ли подшутил над её попыткой идти против него. Но в его глазах мелькнуло восхищение — будто он был приятно удивлён её реакцией. На мгновение между ними возникло некое взаимопонимание: они заметили друг друга среди множества кадетов, и это могло стать началом чего-то — соперничества, дружбы или чего-то ещё, пока неопределённого, но уже ощутимого.

В этот момент Айзек громко произнёс:

— Теодора Эмбервайт! Отряд ветряных, правое крыло!

Она вздрогнула, оторвав взгляд от загадочного парня, и быстро огляделась, ища Брендана Ломира — командира ветряных. Сердце забилось чаще: распределение продолжалось, и теперь её судьба была решена. Она поспешила к нему, стараясь унять волнение.

— Лира Милрен! Отряд ветряных, правое крыло! — прозвучало следом.

Лира, её новая знакомая, глубоко вздохнула с облегчением и быстро пошла за Теодорой. Их глаза встретились, и обе улыбнулись — теперь они будут вместе. Лира встала рядом с ней, поправила выбившуюся прядь волос и тихо сказала:

— Ну вот, мы хотя бы не потеряемся.

Теодора кивнула в ответ, чувствуя, как внутри становится чуть спокойнее.

— Элара Торнвуд! Отряд ветряных, правое крыло!

К ним подошла стройная девушка. На ее щеке виднелся свежий ссадный след, напоминавший о недавнем испытании на парапете. Она тепло улыбнулась обеим девушкам и остановилась рядом.

— Похоже, мы теперь команда, — сказала она негромко, но с явной радостью в голосе.

— Похоже на то, — ответила Теодора, чувствуя, что начинает верить в удачу.

— Торвин Рейк! Отряд ветряных, правое крыло!

Торвин, тот самый парень, что рассказывал о негласных правилах академии, широко улыбнулся и быстрым шагом направился к группе. Он встал рядом с девушками, слегка поклонился и шутливо произнёс:

— Дамы, кажется, мы теперь в одной лодке. Будем держаться вместе?

— Определённо, — кивнула Элара. — Сила в единстве.

Тем временем Айзек продолжал зачитывать свой список:

— Дарен Хальвор! Отряд огненных, правое крыло!

Дарен, с суровым взглядом, поднял голову и, найдя взглядом Лилит Матиас, командира огненных, увидел, что она стоит у края площади, под палящими лучами солнца. Она жестом пригласила его встать за своей спиной. Дарен кивнул, коротко улыбнулся своим мыслям и направился к новому командиру. По пути он бросил взгляд в сторону Теодоры и её группы, словно запоминая, где теперь находятся те, с кем он прошёл парапет.

Брендан Ломир, командир ветряных, окинул взглядом новоприбывших кадетов своего отряда и одобрительно кивнул.

— Отлично, — сказал он громко, чтобы все услышали. — Вижу, у нас отличная команда. Ветер благоволит тем, кто умеет держаться вместе. Запомните это.

Кадеты переглянулись, и в их глазах зажегся огонёк уверенности. Они ещё не знали, какие испытания ждут их впереди, но уже чувствовали: вместе они смогут преодолеть многое.

Айзек и Мириана свернули свои списки, обменялись короткими кивками и одновременно повернулись к генералу Дракену, ожидая дальнейших указаний. Генерал, до этого молча наблюдавший за распределением, сделал шаг вперёд. Его голос, усиленный магией, снова прогремел над площадью:

— Теперь, когда распределение завершено, слушайте внимательно, — жёстко проговорил генерал.

Площадь освободилась, когда кадеты разошлись по своим отрядам. Просторное место, вымощенное крупными каменными плитами, выглядело сейчас особенно пустым и мрачным. Это не было случайным совпадением: все знали, что центральная часть площади предназначена для особых демонстраций академии Валтарион.

— Сейчас вы увидите то, ради чего и существует наша академия, — продолжил генерал, и его голос зазвучал ещё суровее, почти угрожающе. — И с чем вам придётся столкнуться совсем скоро. Запомните главное: не смейте показывать страх, не смотрите в глаза. Оставайтесь непоколебимыми в любой ситуации, не стройте смуту!

Кадеты недоуменно загудели. Шёпот пробежал по рядам, перерастая в тревожный гул. Одни нервно сглотнули, другие переминались с ноги на ногу, третьи судорожно сжимали кулаки. В воздухе повисло напряжение, как перед грозой.

Теодора переглянулась со своим отрядом. Лира придвинулась ближе, её глаза расширились от тревоги. Элара, стоявшая рядом, невольно сделала шаг вперёд, будто готовая заслонить остальных. Торвин нахмурился, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

— Что он имеет в виду? — шёпотом спросила Лира, её голос слегка дрожал.

— Похоже, нас ждёт какое-то испытание, — так же тихо ответила Элара. — Но что может быть страшнее парапета?

— Главное — держаться вместе, — напомнил Торвин, стараясь говорить уверенно. — Что бы ни случилось.

Теодора кивнула, хотя внутри всё сжималось от тревоги. Она попыталась сосредоточиться на словах генерала, не поддаваясь панике.

Тем временем Дракен сделал знак рукой. Командиры крыльев — Айзек и Мириана — синхронно отступили назад, освобождая пространство. Командиры отрядов тоже отошли к краям площади, выстраиваясь в линию позади своих новоиспечённых подопечных.

И в этот момент воздух пронзил оглушительный рёв — низкий, вибрирующий, от которого задрожали стёкла в окнах академии и застучали зубы у самых нервных кадетов. Послышалось шуршание тяжёлых крыльев, будто гигантские паруса развернулись в небе.

Теодора повернула голову — и её глаза расширились от изумления. К ним приближались десять драконов — по одному каждого вида, каждый воплощал свою стихию во всей мощи и красоте.

Они летели широким полукругом, создавая завораживающее зрелище. Огромные крылья, раскинувшиеся на десятки метров, с каждым взмахом порождали порывы ветра, от которых кадеты невольно покачивались и хватались друг за друга, чтобы не упасть.

Огненный дракон — впереди всех, словно лидер стаи. Его чешуя пылала, как раскалённая лава, переливаясь всеми оттенками красного и оранжевого. Из ноздрей вырывались струйки пламени, а при каждом взмахе крыльев в воздухе вспыхивали искры. Вокруг него воздух дрожал от жара, и даже на расстоянии чувствовалось его огненное дыхание.

Ледяной дракон — белоснежный, с полупрозрачной, словно изморозь, чешуёй, отливающей голубым. Вокруг него воздух заметно похолодел, а на каменных плитах площади начали появляться узоры инея. Его глаза — ледяные голубые кристаллы — сверкали холодным светом, а дыхание оставляло за собой шлейф морозного тумана.

Ветряной дракон — стройный, с узкими крыльями и обтекаемым телом. Его серебристо-серая чешуя мерцала, как грозовые тучи, а вокруг него постоянно кружились небольшие вихри. Он летел быстрее остальных, чуть опережая строй, и его крылья издавали тонкий, почти музыкальный свист.

Земной дракон — массивный, с грубой тёмно-коричневой чешуёй, напоминающей кору древнего дерева. Его лапы были огромными и мощными, а вдоль спины тянулись наросты, похожие на каменные выступы. Когда он пролетал над площадью, под ногами у кадетов слегка дрожала земля, а в воздухе повисла тяжёлая, древняя сила.

Теневой дракон — почти невидимый в тенях, его чёрная чешуя поглощала свет. Лишь глаза — два ярко-красных уголька — выдавали его присутствие. Он скользил по воздуху бесшумно, словно сама тьма приняла форму дракона. В тени его крыльев всё вокруг казалось темнее, а очертания предметов размывались.

Водный дракон — с переливающейся сине-зелёной чешуёй, похожей на поверхность океана в солнечный день. Вокруг него в воздухе висела лёгкая дымка, словно крошечные капли воды. При каждом взмахе крыльев с его тела стекали струйки воды, тут же испаряясь, а от его присутствия воздух стал влажным и свежим.

Молниевый дракон — его серебристая чешуя искрилась, как разряды молний. Вдоль спины пробегали голубые всполохи, а из ноздрей вырывались короткие электрические дуги. Воздух вокруг него трещал от статического электричества, а волосы у некоторых кадетов встали дыбом. Его крылья при взмахах издавали едва уловимый треск, словно далёкие раскаты грома.

Каменный дракон — огромный, с толстой серой чешуёй, больше похожей на гранит. Его тело было покрыто трещинами и наростами, как у древней скалы. Движения его были неторопливыми, но в них чувствовалась колоссальная сила. Когда он приземлился, плиты площади под его лапами слегка треснули, а от его массивного тела исходила аура несокрушимости.

Звёздный дракон — угольно-чёрный, с чешуёй, мерцающей, словно усыпанный звёздами небосвод. Его глаза глубокого фиолетового оттенка казались бездонными, а вокруг него в воздухе кружились крошечные искорки, похожие на падающие звёзды. Его крылья оставляли за собой едва заметный шлейф, напоминающий Млечный Путь, а от него веяло чем-то древним и загадочным, словно он хранил в себе тайны вселенной.

Песчаный дракон — золотисто-бежевого цвета, с чешуёй, напоминающей дюны в пустыне. Его очертания слегка расплывались, словно он уже начинал сливаться с окружающим пространством. Вокруг него кружились мелкие песчинки, хотя поблизости не было никакого песка. Когда он пролетел над площадью, тени на земле стали напоминать барханы, а воздух наполнился сухим, горячим ароматом пустыни.

Драконы плавно снижались, совершая широкие круги над площадью. Их глаза, различающиеся по цвету, идеально соответствовали их природной стихии. Вертикальные зрачки, напоминающие кошачьи, придавали взгляду хищную остроту. Льдисто-голубые, серебристые, как вспышка молнии, и фиолетовые, словно ночное небо, они внимательно изучали шеренгу кадетов. Когда эти существа подлетали низко, можно было заметить, как пульсируют жилы на их мощных шеях, как слегка дрожат острые шипы вдоль позвоночника и как перекатываются мускулы под чешуйчатой кожей.

Каждый дракон плавно опустился на площадь, занимая своё место в широком полукруге. Они не толкались, не спорили за место — каждый знал своё положение в этом строю стихий.

Кадеты замерли в немом восхищении и ужасе. Кто-то затаил дыхание, кто-то непроизвольно отступил на шаг назад, кто-то, наоборот, вытянул шею, стараясь разглядеть каждую деталь. Воздух наполнился смесью запахов: озона от молниевого, свежести от водного, жаркого дыхания огненного, прохлады от ледяного, сухой пыли от песчаного.

— Это ваши будущие союзники, — громко и уверенно сказал генерал Дракен, когда последний дракон опустился на землю. Его голос заглушил даже тяжёлое дыхание чудовищ. — Каждому из вас предстоит связать свою судьбу с одним из них. Но эта связь не даётся легко. Вы должны заслужить её. Показать, что достойны.

Он сделал паузу, позволяя словам осесть в сознании кадетов.

— Драконы не просто звери, — продолжил генерал. — Они сама магия. Но главное — после того, как дракон создаёт связь со всадником, он дарует ему свою печать. И в зависимости от потенциала человека она проявляется, раскрывая его истинный дар.

Мириана Фэйрхолл сделала шаг вперёд:

— Каждый дракон выбирает всадника сам, — пояснила она. — Это происходит раз в год, во время Церемонии Связывания. До неё у вас есть полгода, чтобы подготовиться. Научиться понимать их, уважать их силу и доказать, что вы достойны стать их всадниками.

Айзек добавил:

— Запомните: дракон — не средство передвижения. Это партнёр, союзник, брат по оружию. Относитесь к нему с почтением, и он ответит вам тем же.

Теодора не могла оторвать взгляда от огненного дракона, который слегка повернул голову в её сторону. Его глаза, пылающие, как два костра, на мгновение встретились с её взглядом, и она почувствовала, как по спине пробежала волна жара — не от огня, а от какого-то внутреннего трепета. Рядом Лира тихо прошептала:

— Я... Я даже не представляла, что они такие огромные..

— И такие прекрасные, — благоговейно добавила Элара.

Торвин только молча кивнул, его глаза горели восхищением и решимостью.

Генерал Дракен поднял руку:

— На сегодня впечатлений достаточно. Всё остальное вы узнаете на лекциях, — твёрдо сказал генерал, пристально оглядев всех присутствующих. — Командиры, отведите своих подчинённых в казармы. Пусть они отдохнут и осмысливают увиденное. Завтра начнётся настоящая.

Не успел он договорить, как теневой дракон громко зарычал. Звук был столь мощным, что у многих заложило уши, а некоторые невольно присели, закрывая головы руками. Остальные драконы отреагировали мгновенно: каменный издал пронзительный вой, от которого мурашки пробежали по коже; звездный взмахнул крыльями, создав сильный порыв ветра; молниевый выпустил несколько электрических разрядов, заставив всех вздрогнуть.

Новобранцы зашевелились, занервничали. Послышались крики:

— Что происходит?!

— Они атакуют?!

— Бежим!

Паника нарастала стремительно. Слабые духом теряли самообладание: одни в страхе пятились назад, другие метались, не зная, куда скрыться.

Но никто из командиров отделений ничего не стал им говорить — они просто стояли молча, с каменными лицами, наблюдая за происходящим. Айзек и Мириана тоже не шевелились, лишь переглянулись между собой, словно говоря: «Вот он, настоящий экзамен».

И вот те, кто поддался панике сильнее всех, начали выбегать из строя и направляться в сторону парапета с дикими криками ужаса.

— Спасите!

— Они нас сожрут!

— Надо бежать, пока не поздно!

Но никто не успел до него добежать. Огненный дракон резко повернул голову и выпустил струю пламени — ярко-оранжевую, почти белую от жара. Пламя накрыло первую группу кадетов: пятеро, не успев даже вскрикнуть, вспыхнули, как факелы. Через мгновение от них не осталось ничего, кроме облачка серого праха, которое тут же подхватил ветер и развеял по площади.

Вслед за ним ледяной дракон выдохнул волну морозного воздуха — она накрыла ещё десяток кадетов. Те застыли на месте, но не превратились в ледяные статуи: их тела мгновенно рассыпались в мелкую кристаллическую пыль, которая осела на плиты и тут же растаяла, оставив лишь едва заметные ледяные разводы. Молниевый дракон ударил разрядом — яркая голубая вспышка ослепила на мгновение, и ещё группа кадетов упала, а их тела в доли секунды обуглились до состояния хрупкого угля и рассыпались в пепел, подхваченный порывом ветра.

Каменный дракон хлестнул массивным хвостом. Удар обрушился на группу кадетов, пытавшихся укрыться за невысокой стеной. Тела разлетелись на куски, обагряя площадь и стену кровью. Теневой дракон скользнул по земле. Пятеро кадетов на его пути исчезли, растворившись в тени, оставив лишь мерцание.

Водный дракон поднял мощный вихрь, который мгновенно иссушил группу кадетов. Тела превратились в хрупкие оболочки и рассыпались на ветру. Песчаный дракон взмахнул крыльями, и песчаная буря накрыла остальных. Они мгновенно обратились в груды песка, развеянные ветром.

Звёздный дракон выпустил поток мерцающих частиц. Четверо кадетов замерли, а затем рассыпались в звёздную пыль. Она медленно оседала, словно далёкие созвездия. Ветряной дракон поднял вихрь, разорвавший тела троих на части, которые разлетелись по площади.