Обратная сторона лета

Несколько слов перед началом

У каждой книги есть своя история. У этой — она началась с тишины. С голосов, которые я слышала, когда мне доверяли самое сокровенное. С историй, которые мне рассказывали, открывая душу.

Я заметила одну вещь. Ко мне приходят разные женщины. Разные лица, разные судьбы, разные города. Но если прислушаться, внутри у них звучит одна и та же боль. Они носили маски, потому что так было безопаснее. Они улыбались на фотографиях, а ночью плакали в подушку. Они боялись признаться себе, что их «правильная» жизнь — это иллюзия. Они ждали, что кто-то придёт и спасёт. А потом понимали — ждать некого. Я слушала их. И записывала. Но чтобы по-настоящему понять эту боль, мне пришлось сначала встретиться с собственной. Пройти свой путь, собрать себя заново и научиться не бояться своего голоса. Именно поэтому то, о чём я пишу, так отзывается в душе — ведь эти истории прожиты не только теми, кто мне их доверил, но и мной самой.

За каждой историей в этой книге — реальная женская судьба. Я изменила имена, города и некоторые детали, пропуская всё через себя, через свой взгляд, через свой опыт. Но самое главное осталось нетронутым — то, что нельзя подделать.

Эта книга — для женщин, которые устали быть удобными. Для тех, кто потерял себя в ролях «хорошей жены», «идеальной матери», «удобной подруги». Для тех, кто боится признаться себе, что хочет другого. Для тех, кто стоит на пороге перемен и не знает, как сделать шаг.

В книге нет волшебных таблеток и готовых ответов. В ней я просто рассказываю истории — и надеюсь, что в каждой из них вы узнаете что-то своё.

И если после прочтения вы почувствуете, что внутри что-то дрогнуло — значит, книга сделала своё дело. Значит, вы готовы услышать себя.

С теплом и верой, Анна Паршакова

Письмо, которое не было отправлено

«Есть слова, которые говорят слишком поздно. Но они всё равно доходят — если их ждут»

-Марина Цветаева

Июнь заканчивался. Сегодня ровно сорок дней, как ушла мама. Кажется, эта боль никогда не утихнет. Я наконец смогла заставить себя разобрать

Боже, сколько же тут всего. Сушёные травы, банки, давно вышедшие из моды старые куртки, впрок закупленные куски ткани — на некоторых ещё сохранилась этикетка с ценой: 2 рубля 40 копеек. Мама хранила даже то пальто, в котором я пошла в первый класс. А ведь мне уже пятьдесят три.

Усевшись на старый сундук в углу комнаты, я держала в руках это пальтишко и вспоминала тот день. Будто вчера было... Отряд девчонок и мальчишек в школьной форме — все красивые, вступающие в новую жизнь. Мама стоит рядом, поправляет мне воротник. Её руки тёплые, а глаза — отсутствующие. Она улыбается, но улыбка не доходит до глаз. Я уже тогда это чувствовала. Просто не понимала.

Резко распахнувшаяся форточка вырвала меня из воспоминаний. Я вздрогнула и пошла закрывать створку.

— Ну и ливень, — проговорила я себе под нос и плотно прикрыла окно.

Моё внимание привлекла маленькая коробочка, сшитая из старых открыток. Она стояла на подоконнике, за шторой. Взяв её в руки, я ощутила, как внутри будто что-то зажглось. Усевшись за круглый стол, я принялась изучать содержимое.

Бирочка — та самая, что вешают при рождении: 28 ноября 1973 года. 3 кг 450 гр. 51 см. 5:53. Я молчала, но на губах была улыбка.

Старые фотокарточки. Мне год — короткая стрижка и бантик, который просто положили на голову, потому что его было невозможно завязать.

Свадьба мамы и папы. На обороте подпись: «Не наша свадьба, а день рождения комсомола». Мама, как всегда, в своём репертуаре.

Под стопкой детских рисунков я нашла запечатанный конверт. Без марок, без подписи. Странно, почему мама его не отправила? И кому он адресован? Вскрыв его, я обнаружила письмо, которое мама писала... мне. Два года назад — когда она только заболела.

«Верочка, доченька. Я пишу это письмо тебе. Но ты прочтёшь его, когда меня уже не будет. Я так и не смогла сказать тебе это лично. Я очень тебя люблю и буду любить всегда.

Я знаю, ты злишься на меня за то, что я так поступила с тобой. Но тогда я не могла иначе. Я очень любила тебя, но не знала, как это показать. Боялась, что не справлюсь, не смогу прокормить, дать достойное образование. Ты часто спрашивала: "Мам, почему ты так поступила?" Я отмахивалась: "Тогда все так делали". Прикрывая этим боль и пустоту в душе. Не было ни одного дня, чтобы я не думала о тебе. Но нас так учили — нужно быть сильной, не показывать боль, не проявлять эмоции. Так я и жила. Я часто ругалась с тобой, прикрывая бытовыми мелочами истинную причину — то упущенное время, что мы были порознь. Но знай: ты — самое дорогое, что было в моей жизни. Я очень тебя люблю. Твоя мама».

Слёзы градом лились из глаз. Я ревела в голос и злилась, читая эти строки. Вспоминала, как пыталась заслужить её любовь. Всю жизнь я ждала этих слов. Которые так и не услышала при её жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.